Читать книгу Субстрат - Эль Грин - Страница 4

Глава 1

Оглавление

Воспоминания прошлых недель навалились комом, и я сижу, свернувшись калачиком на полу у просевшей старой кровати. Слезы начали подступать к глазам, и я бы опять впала в истерику, но страх быть услышанной был слишком велик. Поэтому я просто позволила соленой воде бесшумно стекать по щеками и капать на пол. Слишком много всего, слишком много увиденного, слишком много страха. А самым большим было то, что я не знала, живы ли мои родители или нет, а о моей крошке Зои, любимой младшей сестре, я вообще боюсь думать. Уже несколько недель я отчаянно пытаюсь добраться до них, но перебежками, выжидая, пугаясь своей тени, далеко не уйдешь, тем более не в другой город. Хорошо, что я была не одна, без Кея меня бы и в живых уже давно не было. Его я знаю с детства, с трех лет, если быть точнее. Мама говорила, что даже она не помнит, как началась наша дружба, но это точно случилось на детской площадке рядом со средней государственной школой Портленда. С тех пор мы все делали вместе, вместе росли, вместе учились, вместе переживали школьные драмы и вместе поехали в колледж, да, в общем, в той, старой жизни мы были неразлучными лучшими друзьями.

Сейчас, в этом новом мире, я еще сильнее поняла, насколько была ценна наша дружба. Мне ни за что не выжить, если я останусь одна, если Кея не будет рядом. С первого дня нападений он точно знал, что делать дальше, куда идти и когда лучше не высовываться и пережидать. Я доверяла ему свою жизнь изо дня в день и ни разу не пожалела об этом. Он был моей крепкой опорой, а я лишь надеялась, что смогу хоть отчасти быть такой же опорой для него.

Часы без Кея тянулись мучительно долго, а я ненавидела оставаться наедине с собой и своими мрачными мыслями и воспоминаниями. Сейчас мне очень не хватало его поддержки, но Кея рядом не было уже целых два часа, а в новом мире два часа были равны двум дням.

Мы поочередно выбирались на вылазку за провиантом и прочим, что может сгодиться для выживания в условиях нового мира, за пару часов до рассвета, когда можно было оставаться максимально незаметным, и в это время почти не было летучих тварей. Сегодня была моя очередь, но Кей совсем не хотел отпускать меня, сказал, что чувствует что-то нехорошее и не может позволить мне просто уйти. От этого моя грудь сжалась еще сильнее, в этом весь Кей. Он чувствовал что-то неладное, знал, как там опасно, но все равно пошел туда вместо меня. Это был уже второй раз, когда он не позволял мне идти на поиски припасов, за что я была ему невероятно благодарна, и при том же меня пожирало изнутри чувство презрения к самой себе. Сколько еще времени я буду цепляться за его спину, позволяя ему рисковать собой, даже не пытаясь отговаривать?

Крепко сжав зубы, я кулаком ударила по выцветшему и истоптанному тысячами ног ковру подо мной. Боже, этот дряхлый номер захудалого мотеля на обочине трассы начинал вызывать во мне тошноту. Сколько я еще выдержу сидеть здесь, вдыхая пыль и плесень, в ожидании, когда же вернется Кей?

Поднявшись на одеревеневшие ноги, я осторожно приблизилась к окну, часть краски которого давно уже облупилась, открывая вид на старую прогнившую древесину. С усилием воли протянула руку к плотным шторам, кое-где покрытым маслянистыми пятнами, и отодвинула кусок ткани в сторону. Боже, уже утро, слишком светло. Кей не мог задержаться так надолго, даже не найдя еды, у нас был уговор возвращаться до рассвета. Сердце начало биться быстрее: а вдруг с ним что-то случилось, а вдруг его уже нет? От этих мыслей начало выворачивать. Нет, он жив, он точно жив. Сердце билось в груди так быстро, что мне казалось, вот-вот, и оно отобьет свой последний удар. Легкие сдавливались, не давая кислороду поступать в кровь, у меня началась паническая атака.

Я шагнула назад, отпуская ткань шторы, и вцепилась в спинку кресла, пытаясь ногтями оставить дыры в пожухлой вельветовой обивке, концентрируя на ней всю свою злость и страх. Я не могу остаться одна, не могу, я не справлюсь одна, он нужен мне. Я наклонилась вниз, упираясь ладонями в колени, втягивая в легкие воздух. Нужно успокоиться, мне требуется холодная решимость. Я вспомнила непроницаемое и сильное лицо Кея, перед тем как он уходил, вспомнила, как он взял меня за руку, слегка сжимая мои пальцы, и пообещал, что с ним все будет в порядке.

Вытеснив остальное из головы, я настроилась на одну мысль: он обещал мне, а значит, он жив.

Расхаживая по комнате, я строила примерный план его маршрута. Он мог зайти в крохотный корпус администрации мотеля и поискать еду там, что было бы самым логичным. Не найдя ничего полезного, он, скорее всего, отправился бы по дороге, скрываясь от глаз за деревьями леса к ближайшему поселению, которое мы проходили пару дней назад. Тогда мы не успели прихватить ничего по дороге, страшась нападения, и перебивались двое суток на орешках и шоколадках из мини-бара в этой лачуге, которую раньше именовали номером экономкласса.

Решено: я пойду туда искать его.

Собирать особо было нечего, мы почти ничего не успели взять с собой, когда бежали из города. Двигаться на машине было нельзя, они привлекали слишком много внимания, поэтому мы взяли лишь самое необходимое, что можно будет унести на себе. Запас еды, который нам удалось тогда собрать, закончился очень быстро, буквально в первую неделю.

Я взяла наши сумки и покидала в них аптечку, которую мы нашли не так давно в одной из помятых машин, стоящих на дорогах, и одежду, которую мы успели прихватить из дома. Хорошо, что уже был май и необходимости в теплых вещах не было, нести их было бы очень тяжело, да и передвигаться одетым как капуста, в свитерах и куртках, сложно. Пару ножей засунула за ремень на своих джинсах, остальные распихала во все быстродоступные места, еще одну пару положила в боковые открытые карманы сумок. Ножей я взяла много, а что еще брать, когда это единственное, что придает тебе хоть какую-то уверенность перед выходом на улицу? Хотя я еще ни разу не видела, чтобы кто-то убил хоть одно из этих существ одним только ножом, да и вообще, я не видела, чтобы кто-то вообще смог убить их, кроме первого поколения, конечно, хотя сомневаюсь, что я справилась бы даже с той тварью. Последнюю оставшуюся бутылочку с водой я поставила в боковой отдел моей спортивной сумки, продела длинную лямку через плечо с одной стороны, а сумку Кея повесила через плечо с другой. Вроде бы должно быть более-менее удобно при ходьбе, а вот при беге – сомневаюсь. Прошла пару шагов в сторону выхода и остановилась, страшно, сердце бьется так, словно способно пробить дыру в грудной клетке. Две минуты простояла, тупо пялясь на дверь. Затем снова потянулась к грязной шторе, прикрывающей единственное окно номера, и, касаясь лишь кончиками пальцев, поддела ткань, открывая себе вид. Почти впечатавшись лбом в стекло, долго осматривалась: никого не видно, только пустой одинокий пакет летает по парковке, создавая шум. Пытаясь создавать как можно меньше шума, потянула цепочку на двери, но металл все равно жалобно заскрежетал, когда щеколда прошлась по заржавевшим пазам замка. Круглая золотистая ручка с секреткой была такой же древней, как и все в этом номере. Всю ее поверхность покрывали царапины, а на ощупь она была бугристой и холодной. Каждое ощущение особенно отпечатывалось в мозгу, парализуя все мои действия на несколько секунд, прежде чем я смогла приоткрыть дверь и сделать первый шаг на улицу. Подняв голову, посмотрела вверх в поисках крылатых и тут же зажмурилась. Глазам еще потребуется время, чтобы привыкнуть к яркому майскому солнцу.

Меня окутывала тишина, полная смертельной опасности. Воздух был до того сухим и горячим, что я тотчас же начала потеть. Лето неумолимо приближалось, только в этом году оно будет лишено прежней радости и праздности.

Пока я сидела безвылазно в номере довольно долгое время, моя кожа, кажется, уже успела забыть, каково это – находиться на улице под согревающими солнечными лучами. Сразу захотелось на секунду прикрыть глаза и насладиться всем этим, каплей свободы от мрака и тесноты номера, легкими порывами ветра, поднимающими пряди моих светлых волос, но на это не было времени. Я аккуратно передвигалась по над стенами мотеля к центральному входу. Вряд ли Кей там, но я хотя бы проверю. Чтобы открыть входную дверь без скрипа, пришлось попотеть, стояла она как-то криво, как будто ее уже кто-то вышибал, а прикрепить обратно по-нормальному просто не было времени. Зайдя внутрь, я поняла, что кто-то тут точно уже побывал в поисках хоть чего-то полезного, надеюсь, это был Кей. Помещение администрации представляло собой небольшую комнатку с кучей деревянных шкафчиков, доисторическим кофейным автоматом и резной деревянной стойкой-ресепшеном, по-видимому, единственным дорогим предметом всего этого интерьера. Сейчас все дверцы шкафчиков были настежь открыты, что-то вывалено из них на пол, журналы с записями постояльцев, номерами кредитных карт и картой округа. На стойке ресепшена одиноко стояла простенькая белая чашечка с остатками кофейной гущи на дне. Посмотрев на нее, я представила, как улыбчивый пожилой владелец этого маленького одноэтажного мотельчика встречал тут постояльцев, попивая чашечку свежесваренного кофе, светило солнце, и тут внезапно началось нападение.

Я решила пройтись дальше и поискать хоть что-то, что могло остаться после Кея как знак, что он был здесь.

Рассматривая стены и шкафы, я не сразу заметила, что на полу, рядом с небольшой деревянной дверкой, выкрашенной в цвет слоновой кости, справа от стойки администратора растянулась небольшая лужица крови. Что делать? Бежать? Я привыкла бежать, если вижу кровь и чувствую опасность, но что, если это кровь Кея, вдруг он умирал тут, пока я там сидела, как идиотка, закрывшись в номере, всего в паре метров от него?

Я должна была знать точно, что там, я не могу уйти, не сейчас. Рывком распахнула дверь, предварительно достав нож и держа его наготове. Осудите ли вы меня и назовете ли плохим человеком, если я скажу вам, что почувствовала облегчение, когда поняла что это не Кей? Это была женщина лет сорока пяти, в форме и с бейджиком. Видимо, я немного прогадала с образом встречающего посетителей седовласого и добродушного владельца мотеля. За дверью была маленькая каморка, в которой едва мог поместиться человек, она сидела на полу с закрытыми глазами. Волосы плотной темной пеленой скрывали часть ее лица, склоненного вбок к стене. В иной момент могло даже показаться, что она просто уснула, если бы не разорванный до костей правый бок и мертвенно бледная кожа. По виду, она долго пряталась тут, не решаясь выходить из здания, наверное, нападение случилось около недели назад. Думаю, нападавший был из второго поколения, гроу, раз она смогла добежать сюда и спрятаться, от триллов убежать маловероятно. Мне было очень жаль ее, но ты перестаешь быть настолько ранимым как раньше, когда видишь смерть так часто. Я не знала, как можно помочь ей. Рыть яму, чтобы должным образом похоронить, у меня не было ни времени, ни сил, нужно было искать Кея, поэтому я просто оставила ее там, закрыв за собой дверь.

Вокруг все так же было тихо и пустынно, в небе не было крылатых триллов, гроу тоже слышно не было, они издавали такой пробирающий до костей вой, который ни с чем не спутаешь. Добравшись до дороги, по которой мы пришли сюда, я решила придерживаться своего изначального плана и двигаться в направлении поселения, которое мы с Кеем проходили пару дней назад.

Бежать нужно было долго, и уже к концу первого получаса я ослабла полностью. Две увесистые сумки по бокам, бессонные ночи и тотальный недостаток еды давали о себе знать, почти полностью обессилев меня.

Я стояла, упершись ладонями в колени, тяжело дыша, волосы пропитались потом. Смахнув капли, выступившие на лбу, я замерла. В этот момент каждый волосок на теле встал дыбом. Вблизи раздался ужаснейший гул, похожий на завывание дикого зверя. Секунду спустя он повторился вновь, пробирая до костей. Я медленно выпрямилась, не издавая ни звука, и прислушалась. На спине выступил холодный пот. В гуще за деревьями хрустнули сухие ветки, а затем вновь воцарилась тишина. Я всматривалась в темноту леса, дыхание сбивалось.

Метрах в десяти снова хрустнули ветки, а затем раздался вой. Глаза наконец-то сфокусировались на темноте лесной чащи, как раз вовремя, чтобы заметить, как из-за соседнего дерева показалась серая когтистая лапища гроу. Еще секунда, и я буду замечена, и это все, конец. Бежать было бессмысленно. За мгновение до того как голова твари показалась бы из-за дерева и обнаружила меня, я метнулась к широкому стволу дуба, прижимаясь к нему спиной.

Страх клокотал в легких и не давал дышать, еще немного, и я потеряю сознание. Отталкивая губительные мысли, я беззвучно твердила себе: «Все будет в порядке, все будет хорошо». Ветки снова хрустнули и уже намного ближе к тому месту, где я всем телом прижималась к коре дерева. Черт, твою мать, я ведь и представления не имела, насколько хороший у них слух, а что, если оно могло слышать меня, даже малейшее мое движение? Мы ничего о них не знаем. Воздух вновь разрезал пронзительный вопль, заставляя мою кровь моментально похолодеть. Неужели таким будет мой конец, я так и не узнаю, что с моей семьей, что с Кеем? Никто не найдет меня здесь, очередной труп на обочине. Вдали раздался громкий треск, а затем как будто что-то очень тяжелое повалилось наземь. Последовал очередной вой, и тварь кинулась в чащу леса в направлении гула. Я досчитала до десяти прежде чем вдохнуть. Обогнув дерево, еще пару мгновений изучала лес, прислушиваясь, а затем рванула со всех ног дальше по дороге, не оглядываясь.

Страх прибавил мне сил снова двигаться вперед. Я даже не поворачивалась назад, просто бежала на максимальной скорости, которую могла выжать, а то и быстрее. Где-то в двухстах метрах виднелся небольшой полусгнивший покосившийся деревянный домик у обочины. В прошлый раз, проходя мимо него, мы с Кеем услышали вой слишком близко, чтобы успеть убежать, и не придумали ничего лучше, кроме как спрятаться в сарае и переждать, если вдруг что-то нас заметило. В голове промелькнула мысль снова укрыться в нем и переждать. Но сейчас я прекрасно понимала, что в нем я буду слишком уязвима: бежать некуда, спрятаться там негде, и в прошлый раз скрываться там тоже было плохой идеей, да и еще немного, и я доберусь до того самого поселения.

Спустя еще двадцать минут пришлось перейти на быструю ходьбу, сил не было бежать, голова дико кружилась, в боку щемило. Наверное, стоило в свое время уделять побольше внимания спорту и подниманию своего зада с дивана, а не поеданию сладкого и марафонам кино с Кеем.

Было так пусто и спокойно вокруг, что я позволила себе немного расслабиться, нужно было восстановить дыхание, попить воды и быть готовой, если придется снова быстро удирать. Вылив немного воды на ладонь, я плеснула себе в лицо, терпеть не могу быть грязной и потной.

На горизонте уже виднелись первые дома поселения, напряжение прошлось по всему моему телу. До этого я пыталась отталкивать мысли о том, что Кея может уже не быть или что он смертельно ранен, но теперь это было довольно сложно.

Подойдя поближе, я стала прислушиваться, скрываясь в тени невысокого деревянного заборчика одного из домов, аккуратно окрашенного в бирюзовый. Пока никаких звуков, небо тоже было пустым, без намека на триллов, похоже, дорога чиста и можно идти. Передвигаясь осторожно на полусогнутых ногах, я соблюдала свое главное правило выживания: оставайся в тени всегда, даже когда кажется, что ты в безопасности. Сейчас мне казалось, что мне даже повезло, что мой рост составлял всего около одного метра и шестидесяти сантиметров. Моя миниатюрность сделала мне большую услугу хотя бы в конце света, и мне не нужно было так стараться, как Кею, чтобы оставаться незаметной.

Скитаясь от одной безлюдной улицы к другой, я прислушивалась к каждому шороху, но не было ничего необычного, кроме пары тел, лежащих прямо посреди дороги. Я тщательно избегала смотреть на них, представляя, что их просто нет, как делала это всегда раньше.

Дойдя почти до конца крайней улицы, к холмам, я заметила что-то, что не должно было лежать вот так просто у высоких металлических ворот одного из домов, – бейсболку с надписью «Трэйл Блэйзерс»1. Пульс участился, это может быть совпадением, но слишком маловероятно, что она принадлежала кому-то из жильцов поселка, ярого фаната этого баскетбольного клуба из Портленда, учитывая, что перед выходом точно такую надел Кей.

Я поспешила к впечатляющему своими размерами дому, оглядываясь по сторонам. Со всех сторон он был увит плющом, который оставлял лишь слабые просветы для окон и балконов, давая только отчасти рассмотреть темный камень, из которого были выложены стены. Входную дверь украшали кованые гроздья винограда, выкрашенные в золотой. Сомневаюсь, что мне бы посчастливилось жить в таком доме в нашей прошлой жизни. В Портленде с семьей мы жили в небольшом таунхаусе2 в часе езды от центра города, учитывая пробки. Там было тесно для нас четверых, но нам все равно удавалось находиться порознь большую часть суток. Я скривилась от этой мысли, я так часто избегала родителей, что даже уехала учиться как можно дальше, чтобы можно было отделаться лишь поздравительной открыткой на праздники. Мне до ужаса не хотелось ехать домой, не хотелось слышать мамины упреки и ее вечный треп по телефону с заказчиками, не останавливающийся даже в нерабочие часы. Но теперь меня словно магнитом тянуло домой, мне нужно было все то, от чего я так убегала раньше, мне нужен был отец, который защитит меня, мне нужна была мама, которая не даст меня в обиду. И мне нужна была Зои, чтобы я не умерла от отчаяния, потому что она одна дарила мне радость день ото дня с того самого момента, как появилась на свет.

Отбросив сторонние мысли, я потянула вниз золотую изящную ручку и, к удивлению, обнаружила, что дверь была не заперта. Дом встретил меня гробовой тишиной, ни звука, ничего, что бы сказало, что Кей был здесь. Я сделала шаг вглубь, помещение терялось в полумраке, и я едва не повалилась на пол, спотыкаясь о небольшой порожек, который, видимо, символизировал переход открытой кухни в гостиную.

Тишина заставляла меня напрягать слух на пределах моих возможностей, но я по-прежнему не могла уловить ничего, что сказало бы мне о близости Кея.

Приготовившись к худшему, я достала тяжеловесный стальной клинок, который как-то нашла на улице и теперь таскала всюду за собой, ощущая большую уверенность в своих силах с ним, чем без него. Я так сильно сжимала кожаную, с гравированными узорами рукоять, что костяшки пальцев стали белее белого.

Медленно и осторожно ступая в глубь дома, я искала глазами любой намек на то, что Кей бывал тут, но ничего не обнаружила, даже обойдя дом несколько раз.

Собираясь двинуться обратно к двери, я застыла. До меня донесся какой-то скрежет. Звук явно шел с заднего двора дома или с улицы, что за ним.

Мгновение спустя я уже опускалась на корточки: необходимо было незаметно подкрасться к окну и осмотреться, прежде чем идти на звук.

И опять ничего не видно и не слышно. Из окна был обзор на зеленые холмы, что простирались намного далее, чем мог видеть глаз, подсгнивший сарай на заднем дворе и конец соседней улицы, которая была так же безлюдна, как и прочие.

Пока я присматривалась к холмам, ища источник звука, дверь сарая покачнулась и издала скрип, такой же, что я слышала минуту назад.

Мгновенно мышцы в теле закостенели и вся я напряглась в ожидании появления любой из тварей. Все так же сидя на полу, я лихорадочно вспоминала, когда же хоть одна из них пряталась вот так, а не нападала в открытую, и не могла припомнить ни одного раза.

Мысль пронеслась за секунду. Там должен быть Кей. Я была уверена и, забыв о своем законе выживания, кинулась на задний двор к сараю, распахивая со скрипом ветхую деревянную дверь.

Субстрат

Подняться наверх