Читать книгу Таня идёт в поход - Елена Андрианова - Страница 3

Из дневников Тани

Я прилетела в Новосибирск вечером накануне трансфера. Город мне показался серым, будто состоящим из окраины даже в центре. Спала я плохо. Шептун донимал, нашёптывал, но теперь цель узнать, как я связана с Рерихами и Матерью Мира, давала мне силы. И потом я очень люблю путешествия. Отправляться в путь, начинать всё с чистого листа, ничего не планировать – это наполняет меня счастьем и энергией. И вести путевые дневники – это я тоже очень люблю. Это успокаивает меня и дарит странное ощущение даже не контроля над ситуацией, а как будто я не только записываю то, что происходит со мной в жизни, но и направляю это происходящее.

На железнодорожный вокзал я приехала за полчаса до трансфера, в восемь тридцать вместо девяти. Чтобы не просто так ждать, стала гадать, кто едет вместе со мной. После двадцати минут наблюдений за снующими, сидящими, курящим на площади людьми, решила: вон тот долговязый длинноволосый юнец в очках, берцах, куртке и штанах цвета хаки и вот эта пара – черноволосый живчик-парень и белобрысая девушка-флегма. Так и оказалось. Когда к площади подъехал белый минивен, и из него вышла девушка, похожая на капризную лисичку, с табличкой в руках «Поход тропой Рериха», эти трое сразу устремились к ней.

Лиса из минивена прокашлялась:

– Настя, гид конной группы, а гид пешей группы, Егор, присоединится к нам на Алтае.

– Это – показала она на минивен, – наш «кожаный нос», а это – на накаченного высоченного мужчину, курящего рядом с машиной, этакого русского богатыря – Игорь, его водитель!

Спереди минивен, действительно, отличался чёрной кожаной отделкой.

– Для защиты – объяснил Игорь, – а то, чего только не встретишь на дорогах. Однажды с медведем встретились!

Долговязый представился Сашкой. Только успел протрещать, что айтишник, создаёт компьютерные игры, прочёл три тома «Трансёрфинга реальности» Зеланда и все книги Кастанеды, как подошла высокая, худая женщина лет пятидесяти с давно крашенными в рыжий цвет волосами и рюкзаком ещё больше, чем у меня. Ирина – сразу проявилась в голове её имя. Ещё через десять минут к нам присоединились молодая девушка с веснушками, красивая семейная пара среднего возраста, и высокий парень, похожий на бесхарактерного медведя.

– Ну если все собрались, то поехали! – скомандовала Настя.

Все засуетились, закидывая рюкзаки в багажник и занимая места поближе к водителю, а я, решив, что в дороге буду как можно меньше разговаривать и как можно больше спать, залезла в конец. Здесь на трёх сиденьях уже расположилась Ирина. Я заняла оставшиеся два. А она протянула мне чашку дымящегося чая из термоса:

– Я Ирина. Из Кемерово. Иван-чай будешь? Сама собирала и ферментировала.

– Таня. Чай буду.

Ирина разглядывала меня в упор, щурясь, чтобы лучше видеть. С потолка свисал и качался над нами ловец снов, на заднее стекло были приклеены магнитики с буддийской символикой, а спереди под зеркалом у водителя раскачивалась связка христианских иконок.

Ещё Ирина протянула мне кусок шарлотки.

– Благодарю. Очень вкусно – честно сказала я.

– А сколько тебе лет?

– 33.

– А выглядишь лет на двадцать! Замужем?

– Нет.

– Наверно поэтому. Нет мужа, нет проблем. И не была?

– Нет.

– И детей нет?

– И детей нет.

– А я замужем – вздохнула Ирина, – и сын есть. Уже взрослый совсем. В другом городе живёт. А муж объелся груш. Пьёт он постоянно.

Иринин хриплый говорок убаюкивал. Когда она сайте прочла, что в походе можно участвовать двумя способами, то сразу выбрала не конный, при котором три дня едешь верхом, а четыре дня идёшь пешком, а полностью – пеший.

– Подумала: если топать в день по пятнадцать-двадцать километров, хоть лёгкие почищу. А то и угольный смог в посёлке, и угольная пыль на работе, а ещё я дымлю как паровоз. Зато не пью алкоголя совсем, только чай – объяснила Ирина свой выбор.

Почти как я – отметила я про себя, – тоже ведь подумала, если прошагивать в день по пятнадцать-двадцать километров с тяжёлым рюкзаком, то сущности отстанут.

– Народ, предлагаю рассказать о себе, – Настя с кружкой чая развернулась к нам с переднего сиденья.

С Сашкой всё оказалось примерно так, как я и предполагала – возраст: двадцать два года, этот поход у него первый, и он готовился дома три месяца: бегал по два километра, пешком по всем лестницам ходил. Затем представилась пара среднего возраста. Сергей, высокий мужчина лет сорока пяти, такой весь накачено-мягкий, как плюшевый мишка, и одновременно пружинистый, стальной, шутливо известил нас, что много лет занимался военным туризмом, а сейчас топ-менеджер в одной московской компании. Его жена, женщина с копной крашенных в темно-рыжий, режущий глаз, цвет, волос, и поджатыми губами – Галина, выглядела слегка токсичной. Галина сурово сказала, что она, прежде всего, жена и мать, а ещё парикмахер.

Потом молодая пара. Как их вообще в поход-то занесло? Я даже больше ставлю на мощи Сашки-айтишника в его берцах. Симпатичный, черноволосый живчик (вылитый Енот) Влад – офисный работник. Беленькая, флегматичная, неспортивная жена – Вика – архивный работник библиотеки. Енот с Викой, Сергей с Галиной, ещё симпатичная девушка в веснушках из Москвы, Женя, и Сашка – первую часть похода едут верхом.

Пешую часть группы составляют пара молодожёнов из Казахстана, которая присоединится к нам рядом с Барнаулом, я, Ирина и бесхарактерный медведь Максим. Вот уже два часа он то оживляется и рассказывает, что в поход этот идёт уже в третий раз, то сникает и строчит в телефоне смски, объясняя вслух, что его девушка очень недовольна, что он уехал.

Ирина рассказывает, что в Кемерово дробит уголь большой дрелью. Очень любит Алтай, мечтает однажды здесь купить домик с участком и переселиться жить!

Пока она говорит, внутри меня начинает подниматься энергия. А потом приходят картинки. Вижу… бур отдаёт в плечо, и Ирина не может больше пользоваться своей рукой. С работой дробильщицы угля кончено. Год депрессии, пока женщина не решает переехать на Алтай.

И знаю, что бесполезно Ирине говорить, всё равно не поверит. Но не выдерживаю:

– Вы не ждите долго, езжайте на Алтай сейчас. Чем раньше, тем лучше. Иначе поедете, но через боль.

Я боюсь смотреть на остальных пассажиров, но меня уже ведёт, будто сама себе не принадлежу. Вижу, что у Вики скоро будет ребёнок – девочка. Затем Максима, летящего в самолёте. Потом меня отпускает, и только в голове и во рту остаётся сухость. Ирина толкает меня локтем в бок:

– Ведьма что ли?

И тут же:

– Как чай?

Благодарю Ирину, отдаю кружку и проваливаюсь в сон.

Просыпаюсь от того, что мы стоим.

– Ребята, вставайте – в голосе Насти протяжный зевок – остановка на обед! Здесь очень вкусные манты. Семья, что держит кафе, буряты с Ольхона.

Я вылезаю из минивена, и вижу, что мы как будто оказались в моей родной Хакасии. Вокруг горы-драконы, как в моей родовой Казановке, и река течёт здесь такая же – горная, узкая, и даже мостик деревянный, как там, возле юрточного кемпинга Кюг. Здесь юрта, правда, только одна, – наше кафе.

Я чувствую себя как дома – давно потерянное чувство: после отъезда из Хакасии нигде не чувствовала себя дома, ни в Москве, ни в Нью-Йорке, ни тем более в Париже и даже не на Маврикии. Я прислушиваюсь к этому ощущению дома, лелею его, боясь, что оно пропадёт. Вдыхаю воздух, наполненный запахами степных трав, слышу кузнечиков в траве – хорошо! Затем захожу в юрту кафе. Заказываю зелёный чай и чебурек с сыром. Вслед за всеми выхожу на террасу. Терраса увита зеленью, и река шумит так умиротворяюще! И пахнет, боже мой, как пахнет, неужели это, да, мой нос меня не обманывает, это аромат черёмухи.

И, правда, за пятьдесят метров от кафе берег порос черёмухой. И она ещё цветёт. Я дохожу до черёмухи и дышу ей, не могу надышаться. Затем оглядываюсь вокруг. Река серебрится, шепчет ом, отражает облака и горы. Я прикасаюсь к траве, земле, вот бежит куда-то муравей, паучок плетёт паутинку, летит бабочка. Хорошо. Я привыкла к бескрайним степям, природе и тишине, а в Москве вокруг дома, бетон, бесконечный шум машин, толпы людей. На Маврикии я слушала тишину в гуле океана, но в Москве шум всё время. Надо было уехать из Москвы, чтобы осознать, как я стосковалась по природе.

Вернувшись к мостику, что на полпути к кафе, я сажусь на него, ноги почти касаются воды. Сижу, слушаю реку и ни о чём не думаю. А затем меня снова начинают одолевать мысли:

– Почему у меня так плохо всегда всё складывается с мужчинами? Я ведь красивая, умная, всегда добиваюсь того, что хочу! Хотела переехать из Хакасии в Москву, переехала. Захотела работать в престижном бизнес-отеле, где требовалось для работы беглое знание английского, год учила английский и добилась этой работы. Захотела учить английский – уехала его учить в Нью-Йорк. Учиться в Сорбоне, пожалуйста. Научиться кайту – научилась. Выступить на чемпионате мира по танго и это реализовала. Но почему все мои отношения с мужчинами заканчиваются ничем? Что же мне нужно, чтобы стать не богатой, не первой в танго, не респектабельной, не образованной, а просто счастливой? Пожалуйста, господи, Бог, Вселенная, Род, ангелы, Будда, Рерихи, кто-нибудь дайте мне ответ, пожалуйста.

Шумела река рядом, и никто не давал мне ответа.