Читать книгу Уравнение с двумя неизвестными - Елена Усачева, Елена Усачёва - Страница 3

Вселенная сегодня совершенно не склонна была делать так, как хотелось Ане. Было же так хорошо придумано! Она приходит вовремя. Со всеми знакомится. Стоит на линейке. У нее самый красивый букет. Этот букет потом выделяется на фоне других цветов. Ребята дружно бегут в класс, рассаживаются. Аня оказывается за одной партой с симпатичной девчонкой. Но могло и так получиться, что она придет, когда все уже будут в кабинете. Войдет, скажет: «Привет!» К ней повернутся. И все будут улыбаться, потому что и она им улыбнется. Конечно, хорошо бы оказаться где-нибудь на третьей парте в среднем ряду. Это было бы удобно. Но и на последней парте неплохо. Познакомится с кем-нибудь. Станут вместе ходить на перемене, болтать.

Но все эти картинки померкли, ко-гда она оказалась около закрытой двери в кабинет географии. Урок начался, улыбающихся лиц точно не будет.

Она успела глянуть в телефон, где мама просила прислать фотку с линейки. В жужжащем чате Мышка требовала отчета. И сама уже завалила снимками.

Ничего, сделает она еще карточки. Останется память на всю жизнь.

Сунула телефон в карман и открыла дверь.

В классе стояла гробовая тишина. Именно гробовая. Ни стулья не скрипели, ни шепот не раздавался. Зато все смотрели на нее. И в этих лицах… Странно как-то… Лица были равнодушны. И даже учительница повернулась к ней без интереса. А ее ли это учительница? Что-то Аня не узнает.

– Привет! – выдавила из себя.

Столько слов было отрепетировано перед зеркалом накануне выхода. А из всех приветствий осталось только одно. Испуганно заторопилась:

– Я новенькая! Меня зовут Аня. Извините, что опоздала. Пошла не в ту сторону. Сама не понимаю, как это получилось.

Все продолжали на нее смотреть.

– Я хотела вам цветы подарить, – Аня повернулась к учительнице. – Только они у меня сломались. Но это ничего. Я сделаю так, что станет лучше прежнего. И подарю. Чуть позже.

Улыбка приклеилась к лицу. Мышцы щек заболели.

Ну же, ну! Поддержите хоть кто-нибудь!

Одноклассники молчали.

Надо было спасаться. Надо было уже сесть за парту и спрятаться от всех этих взглядов. Поискала свободные места. Тупнулась тревога. Мест не было. Может, она ошиблась?

– Я Аня Троина, – произнесла из последних сил. – Я же к вам?

– Здравствуй, Аня, – вдруг отозвалась учительница.

Это была их классная, Ольга Борисовна, учительница географии. Каре, очки, высокая, медленные движения. Как она могла не узнать?

– Ты опоздала, – холодно произнесла Ольга Борисовна. – У нас Урок Знаний. Садись около окна. На перемене познакомишься с ребятами. И больше не опаздывай. Тебя не пустят дальше охраны. У нас такое правило. Странно, что на входе тебя не задержали. Все опоздавшие обычно сидят на банкетках первого этажа и ждут звонка.

Надо было оправдаться, что она вообще никогда не опаздывает. Что завтра точно будет знать дорогу. А еще – что ей не хочется ждать перемены и не терпится познакомиться прямо сейчас. Надо было и про парня рассказать, что помог. Ее и пустили-то потому, что охранник провожатого знал… Но это потом, потом…

Осторожно пробралась к своему ряду. За партой сидел толстый мальчик, одетый не в форменный пиджак, а в жилетку. Мазнул взглядом и опустил глаза. На приподнятом колене лежал смартфон. Играет он, что ли?

Аня ошарашенно огляделась. Все последние ряды сидели в телефонах. Первые смотрели на учительницу, но с таким видом, словно они тоже пялились в гаджеты, но каким-то другим зрением.

Учительница говорила медленно. Захотелось заполнить паузы. Например, перебрать цветы. Но малейшее движение, и немой класс разом наполнялся шуршанием.

Опустила руки на колени и стала слушать. Ничего, осталось пятнадцать минут до звонка. А потом все станет, как она представляла. Народ заговорит, девчонки засмеются, непременно подойдут познакомиться… По-другому быть не может.

Оказалось, что может.

Стоило прозвенеть звонку и учительнице сказать: «Урок окончен», как все разом пришло в движение. Шестиклассники собрались и, не оглядываясь на новенькую, устремились на выход.

– Завтра классный час, – напомнила уходящим классная. – Подумайте, кто и в каких активностях готов участвовать.

Активности! То, что нужно для знакомства!

– А что будет? – подалась вперед Аня.

Учительница протянула листок.

«Театральный», «Программирование», «Айкидо», «Волейбол»… Ладно, дома посмотрит. Хотелось записаться везде! Волейбол! Она его обожает. Играет не так чтобы хорошо, но как здорово быть в команде, переживать вместе со всеми, поддерживать. Волейбол и выберет.

Развернула цветы. Сами гладиолусы были поломаны, а вот веточки, которые были добавлены в букет – как будто тонкий-тонкий папоротник, – целы. Их теперь надо сделать одного размера. Веточки сопротивлялись.

– Что ты делаешь? – спросил сосед.

Он никуда не торопился. Голос хрипловатый.

– Соберу новый букет. Подарю.

Почему-то Аня решила, что парень хочет ей помочь. Подержит упаковку, пока она будет завязывать.

Но он этого не хотел. Спросил лениво:

– Зачем?

– Будет красиво, – пробормотала Аня.

– Да кому это нужно? – протянул сосед, вылезая из-за парты. – Теперь-то поздно. Все уже подарили.

Он пошел в коридор.

– А тебя как зовут? – запоздало спросила Аня.

– Буренин, – бросил через плечо сосед.

В памяти всплыл герой книжки Буравчик. Он был очень въедливый и до всего добуравливался, в смысле, докапывался. Нет, не вовремя это сейчас. Хотя в предыдущем классе ему бы точно придумали с десяток прозвищ, и все бы еще вместе хохотали, и Буравчик в первых рядах. Это весело и совсем не обидно.

Сдернула с волос ленту, переплела хрусткие стебли.

– А у тебя неплохо получается, – заметила от своего стола учительница.

– Это – вам, – улыбнулась Аня. – Извините, что не успела на линейку. У вас есть небольшая банка?

Банка нашлась, раковина и кран с водой были в кабинете.

Дверь распахнулась, впуская следующий класс. Ане пришлось пробиваться сквозь толпу стремящихся на географию. Пока боролась с неожиданно шумными ребятами, забыла, куда ей самой надо идти, а идущий впереди сосед мгновенно растворился в коридоре.

Расписание висело на первом этаже, и туда надо было бежать. Звонок бил в подошвы. Опять напомнил о себе натертый мизинец. Охранник тоже не пропустил ее появление.

– Уже урок, – напомнил он. – Оставлю сидеть около себя!

Чуть не расплакалась. История на третьем, потом на третьем же математика!

Ворвалась в класс. Все снова повернули к ней головы.

– Я кабинет потеряла! – выпалила с порога.

– А ты кто? – весело спросил молодой очень красивый светловолосый мужчина.

Неожиданно красивый. Это учитель? Или старшеклассник заменяет? Как же можно быть настолько красивым! Такие не идут в учителя, а бодро шагают в актеры.

– Я новенькая! Аня! С Буравчиком сижу!

Класс хихикнул.

– Сама ты Буравчик! – обиженно вскрикнул Буренин. – И не сижу я с тобой.

Народ загудел обсуждением. И Аня не столько испугалась смороженной глупости, сколько удивилась, что они вообще заговорили.

– Ну что же, – хлопнул в ладоши красавец. – Тише! У нас история, я Алексей Михайлович… Помнишь, какого царя так звали?

– Отца Петра Первого, – упавшим голосом произнесла Аня.

Все-таки учитель. Ничего себе! Никогда бы не подумала!

Надо было пробираться к Буравчику, но сосед смотрел так, словно хотел испепелить взглядом. Попросить его встать и пропустить к окну?

– Ну что стоим, как француз на Березине? – Алексей Михайлович оглядел «поле боя». – Садись к Лизе. Небыкова, убери сумку.

– Со мной Соня сидит, – произнесла девочка, к которой обратились как к Лизе. У нее были светлые длинные волосы.

– В конце концов у Ани найдется свое место, – легко бросил учитель и улыбнулся. – По закону истории. А пока она сядет с тобой. Спишем это на случайность.

Вот это улыбка! Он у них давно преподает или специально для нее такого выдали? Прямо огонь.

Восторг переваривался с трудом. Урок вдруг разом захватил. Зазвенели мечи, заржали кони, зашуршали тяжелые ткани платьев. Они будут заниматься европейским Средневековьем.

– А до Алексея Михайловича мы не дойдем, – завершил вводную тему учитель. – Это в следующем году.

Грянул звонок. Соседка шевельнулась, вытащила из-под парты телефон, вынула наушник. Длинные волосы прикрывали уши – Аня и не догадывалась, что та не слушает историка.

Лиза со странной фамилией Небыкова поймала Анин удивленный взгляд. Произнесла жестко:

– Ты со мной не сидишь!

У нее были большие выразительные глаза. Аня не успела одернуть себя, и кличка Буренка сама собой приклеилась к длинноволосой.

Соседка пошла к выходу. Обыкновенная школьная форма на ней смотрелась очень стильно.

– Хорошо, – согласилась Аня.

Не хотят – не будет сидеть. Кто такая эта Соня, что из-за нее столько шума? Лиза повернула к двери. Взлетели волосы. Буренка поправила их. Мелькнул маникюр.

Аня посмотрела на свои пальцы. После борьбы с цветами они были в темно-зеленых потертостях. Под ногтями черные ободочки. Да, некрасиво.

Пока терла руки под струей воды в туалете, размышляла, что она делает не так. Да, первое знакомство оказалось не очень удачное. Но все ведь можно исправить! Завтра она представится по-другому. Принесет конфеты и каждого спросит, как его зовут.

Это был отличный план!

Сделала улыбающееся селфи, отправила в жужжащий чат и маме, заодно попросила ее купить сувениры на знакомство.

Звонок заставил поторопиться. Теперь номер кабинета она помнила хорошо, поэтому из туалета сразу повернула в нужную сторону. Надо было пройти в холл и в тупичке…

В коридоре на подоконнике сидел утренний парень. Смотрел в телефон. Тонкие пальцы что-то набирали на экране.

– А ты чего не на уроке? – выпалила Аня.

Парень поднял голову. Мгновение он смотрел на нее, не вспоминая.

– Я Аня, мы вместе в школу пришли.

– А! – кивнул парень и снова перевел глаза на телефон.

Хлопнула дверь, и Аня опомнилась. Ей надо было торопиться. Но парень рождал столько вопросов.

– А тебя как зовут?

Парень снова поднял голову, поправил упавшую прядь. И ничего не сказал.

Аня, сначала пятясь, потом все же развернувшись, заторопилась на математику. Толкнула дверь.

Показалось, что ее одноклассники заранее повернулись, чтобы посмотреть на вошедшую. Ведь она весь день только и делала, что опаздывала.

Урок математики вела полная пожилая женщина. И ей было все равно – опоздала Аня или нет.

Рядом с Лизой уже сидела темненькая девочка. Буравчик сдвинулся на середину парты, давая понять, что к себе никого не пустит.

Аня скользнула к парте Буренки, спросила ее темноволосую соседку:

– Где ты раньше сидела?

Она ткнула ручкой себе за спину.

Пятая парта. За пацанами. Девчонка, расположившаяся там, была ярко-рыжая с круглым бледным лицом. Неплохо!

– Привет! – села рядом Аня.

– Тишина! – постучала карандашом по столу учительница. – В этом году вас ждет много сложных тем.

Соседка поскрипела подставкой, устраивая раскрытый учебник, пристроила к нему смартик. Да что же они тут все…

– Новенькая! Не отвлекайся! – одернула ее учительница. – Это важно! И убери телефон!

Аня развела руками. Нет у нее никакого телефона. Они с мамой договорились, что гаджет будет выключен на всех уроках. Аня сама позвонит, если будет что-то срочное. Может, и правда, написать маме жалобное послание? Она, конечно, примчится. С мелкой как раз будет в это время гулять. Ворвется в школу, пробьется через строгого охранника… Стро-го-го… Сплошное ого. Так мама и скажет: «Ого у тебя!»

Нет, сама справится.

Надо всего лишь по дороге домой следить за поворотами. Как ж она могла так ошибиться на выходе?

Уроки закончились. Новых знакомых не появилось. Она только поймала долгий удивленный взгляд парня с парты перед собой. Узкое лицо.

Ну и ладно. Еще успеет со всеми подружиться. Завтра будет другой день. Шла домой, ни на что не отвлекаясь. И сразу же нашла ошибку. Утром машинально повернула направо, хотя надо было налево. Переход. Дорога. Сквер. Теперь все понятно. Интересно, откуда шел ее утренний спутник? Как-то они долго добирались до школы.

Настойчиво напомнил о себе натертый в ботинках мизинец. Хватит лоферов, теперь только кроссовки! И очень внимательно – из дома налево.

Мышка в жужжащем чате требовала фотографий новых одноклассников. Настолько ли они хороши, как ее прежние друзья? И с кем Аня теперь сидит? И есть ли красивые мальчики?

Вот! Красивые!

Аня пропустила все предыдущие вопросы и принялась рассказывать про историка.

Тут оживился весь чат, зажужжал, возмущаясь ее вранью.

Как же хорошо, что они у нее были! Жужжащий чат… «Жучата», как звала их мама. Мышка, Серый, Козлик, Кэт… Особенно Мышка… Эх, была бы она сейчас рядом. «Три к носу!» – сказала бы. И правильно. Ничего трагического не произошло. Никто не тонет. Подумаешь, первый день. Она запишется в кружок, заведет друзей. Начнутся общешкольные дела.

В прошлом году в это время они уже готовились к походу. Татьяна Алексеевна, учитель биологии, их классная руководительница, сказала, что теплые сентябрьские дни пропускать нельзя, поэтому пойдут непременно и как можно скорее! Всем составила список необходимых вещей. Сказала, что с ними отправится опытный походник, ее брат, Константин Алексеевич…

Ничего, завтра все уже будет правильно. Это ей от волнения ребята показались странными. Конечно, они совершенно не обязаны с ней сразу дружить. Еще толком и не познакомились. А вот как узнают…

Звонок. Мама.

– А сколько ребят у тебя в классе?

– Не знаю, – буркнула Аня, вспоминая, кто как сидел – пять парт в ряду, три ряда…

– И сколько мне покупать подарков?

– Пускай будет тридцать, – решила Аня.

Все утро у нее схлопнулось до общения с Буравчиком и Буренкой. Как будто в классе только они. Был еще кудрявый спаситель. Но этот не в счет. Он старшеклассник.

На следующий день Буренка держала около себя вчерашнюю черноволосую, звала ее Кикой. Буравчик неизменно устраивался по центру парты, показывая, что соседи ему не нужны. Аня сидела с рыжей Машей, которой некогда было отвлекаться на соседей, потому что она была очень занята. Сев за парту в очередном классе, сразу доставала лист, обводила на нем свою ладонь с растопыренными пальцами и заполняла контур венами, морщинками, ногтевыми пластинами. Лицо ее особенно загоралось, когда дело доходило до ногтей. Тут соседка разворачивалась вовсю, придумывая домики и цветы. Аня сунулась посоветовать, как поправить узор, но художница отмахнулась. Она находила подходящие картинки в интернете, устраивала телефон на подставке и с головой уходила в свое дело.

Класс продолжал с Аней не общаться. Никто даже не интересовался, что это за новенькая у них появилась. Как будто к ним новенькие каждое утро приходят, надоели уже. Аня покрутила в пальцах ручку и ткнула ею сидящего впереди парня. Он был круглолиц, прыщав и бледен. Спросила:

– Вы чего, договорились?

Получивший укол подпрыгнул, но не обернулся.

– Что? – спросил его сосед – светловолосый парень с узким лицом, тот самый, что вчера на нее внимательно смотрел.

– Я говорю, вы договорились со мной не общаться? – повторила вопрос Аня.

– Совсем? – очнулся наконец бледный и бросил взгляд через плечо. Разглядел. Изобразил скуку. Сел ровно.

Аня выпрямилась. Так, опять что-то идет не так.

– Меня Аня зовут, – напомнила она.

– Да мы поняли, – фыркнул узколицый. – Ты это уже сто раз сказала.

– А вас как зовут? – не сдавалась Аня.

– Саша! Не отвлекайся! – постучала карандашом по столу учительница.

– Странная ты, – сказал напоследок узколицый.

«Саша», – хоть какая-то добыча.

Аня покосилась на соседку. Та разрисовывала силуэт руки морщинками. И ничего ее вокруг не интересовало.

Точно! Их тут всех заколдовали! Подсыпали в компот «тоннельный» порошок, теперь они зомбированы, им ничего не интересно.

Аня посмотрела на спину перед собой. Бледный. Еще раз его уколоть, что ли? А узколицый вроде ничего такой. Удивляться любит.

Нет, пацанов пока оставим. Хватит перепуганного Буравчика. Подружится с девчонками.

Аня окинула взглядом класс. Буренка с темноволосой отпадают. Про соседку Машу думать не будем. Ей и одной хорошо. Через проход от черноволосой – две девчонки. Аня, когда сидела рядом с Буренкой, на них поглядывала. Они были немного похожи – у обеих каре, кругленькие личики. Не разговаривали, а постоянно подпихивали друг другу тетрадку. Писали короткие сообщения или рисовали картинки. В особенно удачные моменты хихикали.

Аня заглянула в свой рюкзак. Там у нее лежал новый розовый блокнотик. На первой странице написала: «Привет! Я – Аня!» И нарисовала… Не умела она рисовать, но очень постаралась изобразить ромашку. Для верности подписала – «ромашка».

На перемене положила блокнот на стол перед девчонками-художницами. Они долго читали, словно пытались найти на странице что-то еще, кроме трех слов и двух восклицательных знаков. Подняли глаза.

– И чего? – спросила одна.

Вопрос дня!

– Мангу любите? – поинтересовалась Аня.

– Чего? – вступила соседка.

Первая уже начала складывать вещи с парты, старательно обходя руками блокнот.

– Да я просто познакомиться хочу! – Аня уже не знала, что делать. Почему все так сложно?

– А! – отозвалась вторая и тоже стала собирать учебники и тетрадки.

Девчонки встали и вышли. Блокнот остался.

Вспомнился видосик, где парень на улице стоял с плакатом «Обними меня!» И его обнимали. Просто обнимали! Может, ей тоже такой плакат сделать?

Последним уроком был классный час. Аня вытащила из рюкзака увесистый пакет. После неудачи с художницами стала сомневаться, стоит ли вообще что-то делать. Накрыло волнение. Ладонь вспотела. Пакет стал выскальзывать из руки.

– Можно, я представлюсь классу и угощу конфетами? – спросила у географички.

Классная подняла голову от тетради. Улыбнулась.

– Отличная идея! Давай до начала урока.

Вчерашние громоздкие цветы в ведре со стола исчезли. Остались только ее коротенькие гладиолусы. Банку заменила невысокая ваза с гжельской росписью.

Вот как здорово! Именно ее цветы сохранились! Их видят все. Сейчас ее заметят.

– Привет, народ! – громко произнесла Аня.

Ну посмотрите на нее! Заметьте! Она здесь!

Положила пакет на первую парту по центру.

– Э! – возмутился сидящий там парень.

– Я скоро заберу, – прошептала Аня.

Только не сейчас! Она не готова еще и тут доказывать свое право знакомиться.

– Э! – не отставал парень.

– Лукин, не будь экающим ослом, – постучала ручкой по столу учительница.

Класс хихикнул и притих. Кто-то и правда стал на нее смотреть. Но многие, глянув, тут же снова опустили глаза к экранам.

Бросило в жар. Уши загорелись, пальцы стали холодными, кровь застучала в голове. Ей не хотелось говорить, ей хотелось молчать, хотелось спрятаться. Никогда такого не было! Мышка, спасай! Ну, почему, почему они такие?

– Привет, – повторила Аня и облизала губы.

– Здоровались уже, – отозвался бледный с предпоследней парты перед Машей. И скривился. Ага, мстит, что она его колола ручкой.

Кто-то фыркнул.

Аня заставила себя смотреть на бледного. Круглое лицо, бесцветные глаза, по подбородку и лбу красные точки прыщей. Через силу улыбнулась его холодному ответному взгляду.

– Меня зовут Аня Троина, – заговорила, не чувствуя ни ног (только бы не сесть от испуга на пол), ни языка (не подведи! говори, что нужно). – Я теперь буду учиться с вами. Для меня тут многое непонятно и удивительно. В моей прежней школе все было по-другому. Наверное, так оно всегда бывает. Не знаю. Я впервые перехожу.

Разом почувствовала нестерпимую жалость к себе, желание сбежать, оказаться среди своих, среди тех, кто не смотрит такими странными глазами.

Невольно перевела взгляд на соседа бледного – узколицего Сашу. На мгновение глаза их встретились. Он тут же отвернулся, полез в рюкзак, спрятал голову между молниями.

Аня сглотнула. Спокойно, спокойно. Ничего страшного пока не происходит. Не смотрят – не беда.

– И где же была твоя школа? – спросил Лукин с первой парты.

Аня назвала город, девять тысяч жителей, но все продолжали смотреть равнодушно – такого маленького населенного пункта никто не знал.

– Там очень красиво, – мотнула головой Аня. – Но у вас тоже хорошо. Давайте с вами знакомиться! Я теперь буду жить здесь и учиться. Я люблю смотреть сериалы… – Она бродила взглядом с одного лица на другое. Они даже не улыбались. Девчонки-художницы рисовали уже вдвоем на одной странице. Мысль сбилась. – Еще я печенье умею делать. – Это тоже не сработало. – И играть в волейбол. – Все, аут. Теряя силы, прошептала: – Лошадь глупая.

Присказка не помогла. Саша вынырнул из рюкзака, сбросил его под парту. Класс молчал. Мысль метнулась. Надо было их чем-то поразить. Встать на руки или пройти колесом по проходу. Перевернуть парту с недовольным Лукиным или нарисовать на доске слона.

– У нас в Доме Культуры был театральный кружок, – выпалила Аня. – Мы ставили «Трех мушкетеров». Фехтовать учились.

Не научились. И ничего в итоге не поставили. Преподаватель по актерскому мастерству ушел через три месяца.

Аня выдохлась. Все равно на фехтование никто не отреагировал. Не стал рассказывать о своих достижениях. Не похвастался, что выступает в цирке.

Повисла пауза. Снова головы были склонены к телефонам. Художницы продолжили рисовать. Может, надо было сказать про аниме?

– А что лошадь? – спросил вдруг Лукин – он единственный, кто услышал присказку.

Стоило сказать правду, что это присказка, когда говорят «И лошадь глупая», все печали отступают. Ну, раньше отступали.

– Мы и на лошади учились ездить, – машинально ответила Аня.

Зачем соврала? А какая разница! Все равно ее никто не услышал.

Опять наступила тишина.

– Хорошо, – пришла на помощь учительница. – И ты что-то подготовила для новых одноклассников?

– Песню? – фыркнула Буренка, и все прыснули.

– Давайте знакомиться! – Аня была готова расплакаться. Еще эта дурацкое «Давайте знакомиться!» – как у кота Леопольда: «Давайте жить дружно!», – вдруг стала раздражать. – Тут – вот…

Она положила перед Лукиным и его соседом красиво завязанные пакетики – внутри фигурный шоколад и набор наклеек.

– Меня зовут Аня, – кивнула она первой парте слева, протягивая два пакетика и им, устремилась к следующему ряду.

Конечно, надо было дождаться ответа, настоять, чтобы тоже представились. Но она вдруг испугалась того, что они могут сказать. Нет, нет, не имя назвать, а обронить очередную гадость. Поэтому пускай не говорят, пускай просто возьмут. Пускай на мгновение оторвут глаза от смартфонов.

– Я не ем сладкое, – выставила ладонь Буренка.

Темненькая Кика отдернула руку.

Аня повела плечом. Мама каждому подготовила пакетик. И еще десять сверху. На всякий случай. Все должны были взять. Иначе куда она их денет?

– Можно кого-нибудь угостить, – улыбнулась Аня. Как же ей сейчас было тяжело! – Там еще подарок.

Но парта отказалась категорически. Аня пошла дальше. Не хотят брать, не надо. Им же хуже.

После демарша Лизы девчонки слаженно стали отказываться от угощения. Имя свое в ответ тоже не называли. И только соседка Маша взяла, не глядя – как раз сейчас она вырисовывала на ногтевой пластине Муми-тролля. Буравчик отказался. По лицу было видно – взял бы, но вредничает. Художницы с удивлением посмотрели на пакетики около своей тетрадки и вернулись к очередному посланию.

Саша потянулся к подарку, но бледный что-то ему сказал, и тот спрятал руки под парту. Ну эти-то куда? Их что не устраивает? Неужели сложно просто помочь?

– Ты все? – встала со своего места учительница.

– Да!

Шмыгнула носом, сдерживаясь. Почему классная руководительница ничего не видит и ничего не делает? Она может!

– Это – вам! – Аня направилась к столу географички.

– Положи. Спасибо!

Ольга Борисовна кивнула и вышла перед классом.

Первым желанием Ани было положить подарок на край стола. Потом взгляд ее скользнул на тетрадки. Можно было оставить тут. Учительница начнет собирать, заметит. Увидела свой букетик. Поставила пакетик к вазе. Пускай все подарки соберутся вместе.

Села на место. В пакете осталось еще много. На вес по-прежнему тяжелый.

Классная стала говорить о планах на год. Что надо устроить несколько совместных поездок в другие города, что их ждут музеи, что надо активней принять участие в сборе макулатуры.

Аня удивленно прислушивалась. Неужели все эти рассыпанные горохом люди куда-то вместе поедут? Договорятся о встрече? Будут делиться в поездках конфетами и бутербродами?

В прошлом году тоже говорили о совместных делах. Татьяна Алексеевна рассказывала о своем прошлом и говорила, что в походы ходить надо непременно. Что поход помогает понять другого человека, раскрывает тебя самого. И они тогда пошли. Почти все. Человек двадцать, наверное. Сначала ехали на электричке, потом долго шагали по лесу. На привале разожгли костер…

По рядам пошел листок со списком кружков.

– И кстати! – повысила голос учительница. – В честь дня города в эту субботу у нас в школе пройдет эстафета «Веселые старты». От класса требуется четыре мальчика и четыре девочки. Кто готов защитить честь класса?

– Можно я! – подпрыгнула на месте Аня.

– Хорошо, Троина. Кто еще?

Аня победно огляделась. Ну, с кем она сейчас окажется? Была уверена: еще придется доказывать, что новенькая может защищать честь тех, кого не знает.

Никто руки не поднял.

– Я смотрю, вы как всегда активные, – мягко улыбнулась учительница. – Тогда будем назначать.

Она стала называть фамилии пацанов, но все как один отказывались, говорили, что суббота занята, что уезжают на дачу. Узколицый вдруг выпалил, что у него театральный кружок с фехтованием.

Аня поморщилась. Зря подставилась. Теперь будут смеяться.

– Я пойду! – вдруг произнесла Лиза. Встала и повернулась к классу. Метнулись светлые волосы. Красивые они у нее были.

– И я! – подалась за ней темненькая Кика.

Оживились и парни.

Составился список.

К Ане приплыл лист для записи на кружки.

В графах пусто, никто никуда не захотел. Она выбрала волейбол, танцы и театральный. Покосилась на Машу. Та на новой странице обводила руку.

– Может, рисовать пойдешь? – спросила ее Аня.

– Зачем? – Маша любовно разглядывала получившийся контур. – У меня и так все хорошо.

Звонок вынес одноклассников в коридор.

Аня подняла свой тяжелый пакет. Прямо хоть домой не иди.

Учительница собирала вещи. Конверт с шоколадкой остался прислоненным к вазе.

Что-то такое происходило, что Аня не понимала. Они все сговорились? Зачем? И главное – когда. Или у них такой дружный класс, что дают отпор любому, кто появится? Она им не понравилась? Но для этого надо было хотя бы немного ее узнать. Они же не спешили этого делать. Не замечали. А замечали ли они друг друга? Аня попыталась вспомнить. Темная Кика повторяла за Лизой. Две художницы постоянно переписывались. Пацаны перед ее партой с Машей сидели и смотрели в телефоны. А учительница? Она тоже ничего не говорит. Она-то уж точно не в сговоре, но никому не делает замечания. Значит, для нее ничего необычного не происходит?

Снова накрыла жалость к себе, резануло в уголках глаз. Мышка, Мышка! Ты права! Как всегда права! Надо поскорее написать в жужжащий чат, там поддержат, накидают мешок добрых слов.

Вышла в коридор. И от расстройства забыла, куда идти. Все вокруг завертелось. Суетились школьники, звучали голоса. Она была словно на другой планете. Споткнулась о чью-то ногу и выронила свои бессмысленные, никому не нужные, дурацкие подарки. Лучше бы они сгорели! Конечно, все рассыпалось. Быстро присела, собирая. Ее стали обходить.

Вот теперь можно лечь и умереть. Прикинула, как сделает это: брякнется, раскинет руки. Пол был затоптан, конечно, а пиджачок с эмблемой новый жалко.

Поднимаясь, краем глаза заметила что-то знакомое. Кудрявая голова. Ее вчерашний провожатый стоял у стены и внимательно смотрел в смартфон. Палец скользил по экрану.

Все шли, а он стоял. И продолжал стоять, глядя на экран, когда Аня приблизилась. Просто больше не к кому было.

– Я Аня, – прошептала из последних сил.

Парень выдернул наушник.

– Что?

Пришлось повторить:

– Я – Аня.

– Ага, – кивнул парень.

Она не уходила. Почему он не говорит свое имя?

Протянула пакетик:

– Возьми, пожалуйста.

– Это что?

Только спросил. Не взял.

Аня сглотнула. Нет, не надо плакать. Ну и что – не разобрали угощения. Может, они не хотят? Может, у них класс ЗОЖ? Или даже школа ЗОЖ…

– А! – щелкнул пальцами парень. – Ты новенькая, и ты знакомишься? Какой хоть класс?

– Шестой, – еле выдавила из себя Аня и шмыгнула носом.

– У вас историю Алексей Михайлович ведет? – Парень снова щелкнул пальцами, радуясь узнаванию. – Он у нас классный. Пойдем!

Взял подарок и зашагал по этажу. Заглянул в кабинет. Крикнул с порога:

– Алексей Михайлович! Тут новенькая!

Красавец историк был окружен учениками, но повернулся, глянул на сумку.

– Это что? – сразу заглянул он в пакет. – Угощения для знакомства? И даже подарочки? О! Обожаю наклейки. Так можно чаю выпить! В столовой!

Он разом загреб все.

– Ты учителей всех прошла? – глянул он на Аню.

Та замотала головой. Учителей? Она же не для них…

– Ну так вперед! И в столовую! Там сейчас много кого можно найти. Ребята, – позвал он с любопытством смотрящих на них старшеклассников, – кто с нами пить чай?

Желающие тут же появились. Толпой зашагали по коридорам и лестницам. Пакетики дарили всем учителям без разбору.

– Это Аня, новенькая из шестого. Здравствуйте!

К столовой осталась пара шоколадок. Их дотошно делили.

– В прежней школе было по-другому? – тихо спросил историк, когда все рассаживались на лавках, перегоняя по поверхности стола стаканы с чаем.

Аня кивнула. Плакать больше не хотелось. Она потерла переносицу, провела костяшкой указательного пальца под глазом от внешнего уголка к носу. Может, Мышка была права? Три к носу, и все обойдется? Лошадь глупая! Все обойдется!

Впереди ее ждала суббота. И тогда многое изменится.

– Не забудь поблагодарить вот его, – историк показал на кудрявого.

– Спасибо! – кивнула Аня своему спасителю.

Парень вяло шевельнул пальцами. Он что-то выискивал в телефоне.