Читать книгу Неназванный. Книга третья - Ева Грей - Страница 3

Он понял, что мир начал спрашивать, когда заметил первый осмысленный сбой.

Не паузу.

Не растерянность.

Вопрос, оформленный в действие.

Он вышел к небольшому рынку на окраине города. Здесь всегда было шумно – торг, споры, привычные роли. Теперь шум остался, но стал другим: не фоновым, а нервным, как разговор, в котором слишком часто повторяют одно и то же.

Люди спорили – и не могли закончить.

– Так делают всегда, – говорил один.

– Но почему? – спрашивал другой.

Раньше этот вопрос гасился сразу. Теперь он оставался висеть, как трещина в стекле.

Он остановился, не вмешиваясь.

И тут увидел странное: несколько человек смотрели не друг на друга, а в пустоту между прилавками. Как будто ожидали, что ответ появится сам.

– Вот оно, – сказал он тихо. – Запрос.

Не к нему лично.

К структуре.

Мир впервые за долгое время не знал, какое правило применить.

Он почувствовал это почти физически – не давление, а напряжение, как в системе, где запрос отправлен, но сервер не отвечает.

В Реестре это ощущалось точно так же.

Аналитик смотрел на данные, которые не складывались.

– Мы фиксируем инициативные отклонения, – сказал он. – Не реактивные. Не случайные.

– Источник? – спросили.

Он покачал головой.

– Источника нет, – сказал он. – Есть ожидание ответа.

Это было хуже.

Система могла подавлять.

Могла оптимизировать.

Могла устранять.

Но на вопрос

она должна была

ответить.

А он тем временем почувствовал, как внимание мира начинает собираться. Не вокруг него – вокруг феномена. Его присутствие больше не было центром. Оно стало… контекстом.

– Я не нужен, – сказал он себе. – Но меня используют как ориентир.

Он увидел женщину, которая стояла у прилавка и вдруг отказалась от покупки, хотя уже держала монету в руке.

– Я подумаю, – сказала она. – Раньше я бы не стала.

Это была мелочь.

Но мелочи множились.

Он понял:

каждый такой жест – это вопрос, адресованный системе.

Почему так?

А можно иначе?

И система не могла больше отвечать молча.

Он ушёл с рынка, не оглядываясь. Чем дольше он оставался, тем плотнее становился запрос. Он не хотел быть точкой, куда он схлопнется.

На выходе из города он остановился и посмотрел назад.

Люди продолжали жить.

Работать.

Спорить.

Но теперь в их действиях было больше пауз, чем раньше. И каждая пауза была маленьким вызовом.

– Они не хотят меня, – сказал он. – Они хотят ответа.

Он почувствовал холод.

Потому что ответ может быть только один —

жёсткий.

В Реестре аналитик закрыл отчёт и впервые за долгое время не стал его отправлять.

– Если мы ответим, – сказал он тихо, – мы признаем, что система может быть пересмотрена.

– А если не ответим? – спросили.

Он посмотрел на схему, где точки неопределённости медленно соединялись в сеть.

– Тогда мир начнёт отвечать сам, – сказал он. – И нам не понравится, как.

А он шёл дальше, чувствуя, как за спиной нарастает не преследование и не страх —

а ожидание.

Мир больше не спрашивал кто он.

Мир спрашивал:

почему всё должно быть именно так?

И этот вопрос

уже нельзя было

проигнорировать.