Читать книгу Повелевающая огнем - Евгений Гаглоев - Страница 2

Глава вторая
Неожиданное предложение

Оглавление

Никита Легостаев энергично подпрыгивал на беговой дорожке городского стадиона, щурясь от яркого летнего солнца и разминая мышцы ног. На нем были красные спортивные шорты и белая майка с эмблемой спортклуба на спине. Другие ребята из секции легкой атлетики щеголяли в такой же форме. Все готовились к забегу на четыреста метров: кто-то прыгал, кто-то делал растяжку, некоторые девочки садились на шпагат. Это были их первые соревнования с начала летних каникул.

Мальчишкам предстояло бежать первыми. От секции тренера Анатолия Сергеевича Авдеева на дорожку вышли Никита, Денис Воробьев и Антон Василевский. Их соперники, трое парней из спортивной школы другого района, уже заняли свои места на стартовой прямой и угрюмо поглядывали на конкурентов.

Антона Никита знал давно: он учился в параллельном классе и состоял в школьной баскетбольной команде. К тому же Василевский был в некотором роде знаменитостью. Несколько лет назад, когда они еще учились в младших классах, всех учащихся отправили на медосмотр в районной поликлинике. Посещение рентгеновского кабинета входило в обязательную программу. Дождавшись своей очереди, Антон шагнул в устрашающего вида железную будку – и рентгеновский аппарат, с грохотом взорвавшись, разлетелся вдребезги. Короткое замыкание, как сказали позже техники. С тех пор лоб Антона пересекал небольшой вертикальный шрам белого цвета. Зато все девочки были от него без ума и считали настоящим героем. А с Денисом Воробьевым Никита познакомился, когда начал ходить на тренировки. Это был крепкий, немногословный парень высокого роста. Денис славился своей невозмутимостью, его ничто не могло вывести из себя. Вообще в их секции было двадцать человек: двенадцать мальчиков и восемь девчонок. Все они жили в том же районе, что и Никита.

– Посмотри на того долговязого, – шепнул Никите Денис. – Я с ним уже соревновался. Настоящий зверюга, так и норовит столкнуть тебя с дорожки!

– Буду иметь в виду, – сказал Никита и взглянул на длинного худощавого молодчика в форме конкурирующей секции.

Тот стоял на дорожке, уперев руки в бока, широко расставив ноги, и насмешливо ухмылялся, наблюдая за ними. Он чем-то смахивал на Мебиуса.

Никита невольно поежился, вспомнив злобного помощника Эммануила Гордецкого, стреляющего электрическими молниями. Тут же перед его глазами встали и сам Гордецкий, доктор Клебин, профессор Греков… Люди, полностью изменившие его жизнь, сделавшие его тем, кем он теперь был.

«Оборотень», «мутант», «чудовище» – каких только прозвищ не придумали ему журналисты Санкт-Эринбурга. А все из-за того, что он как-то появился при большом скоплении народа в ином своем облике. Человеку свойственно бояться того, чего он не понимает. Так было и так будет всегда. Никто ведь не подозревает, что оборотень – пятнадцатилетний подросток. Большую часть времени Никита выглядел как обычный парень: высокий, стройный, вечно взлохмаченные черные волосы падают на лоб, глаза – красивые, зеленые, от них млеют почти все старшеклассницы в школе.

Но иногда в человеке просыпался дикий зверь. А точнее, пантера. В такие моменты тело Никиты начинало меняться, появлялись клыки и когти, мышцы наливались сверхъестественной силой, а глаза становились кошачьими, желто-зелеными, с вертикальным зрачком. Окончательно в пантеру он не превращался, по крайней мере пока, но и этого хватало, чтобы привести окружающих в ужас.

Наперекор древним легендам, превращение Никиты никак не было связано с фазами луны, и он умел контролировать процесс, хотя поначалу это давалось ему с трудом – он мог начать превращаться в любой самый неподходящий момент, особенно если находился во взвинченном состоянии, впадал в ярость. Бывали в его жизни такие случаи. Позже Никита научился сдерживать себя, и теперь превращение не доставляло ему особых неудобств. Ему это даже нравилось. Легостаев стал гораздо сильнее и ловчее своих сверстников. Он и в секцию записался, чтобы, в случае чего, можно было объяснить свои необычные способности долгими и упорными тренировками.

Вообще Легостаев тщательно скрывал эти способности от окружающих. Открылся он лишь Артему Бирюкову, своему лучшему другу, и то лишь тогда, когда тот разгадал Никитину тайну.

О причинах появления оборотня знали еще люди из корпорации «Экстрополис», чьими стараниями он таким и стал. Но им было известно лишь то, что он может превращаться, и больше ничего. Никите посчастливилось вовремя удрать из их секретных лабораторий, прихватив с собой свое досье. Возможно, они до сих пор не оставили попыток разыскать его, но юноше об этом было неизвестно. Уже пару месяцев он жил спокойной, размеренной жизнью, без драк, погонь и постоянного ощущения опасности.

Хотя…

Сегодня утром родителям удалось выбить его из колеи.

Началось все как обычно. Никита проснулся, смахнул с себя нагло развалившегося кота Апельсина и вылез из-под одеяла. Его больше не будили чуть свет громкие вопли старшей сестры Марины. Не так давно она переехала к своему жениху Андрею Чехлыстову, и теперь все Маринины выходки приходилось терпеть ему. А в доме Легостаевых сразу воцарились мир и покой. Никто не кричал, не болтал по телефону с подругами, перемежая бесконечный треп громким хохотом, не занимал по часу ванную и не приставал к Никите со всякими глупостями. Но стоило только Марине появиться дома, как все начиналось по новой. К счастью, это происходило не чаще двух-трех раз в неделю, что Никиту вполне устраивало.

Парень прошлепал в ванную, умылся и побрился. С тех пор как Никита стал оборотнем, у него на подбородке усиленно начала расти черная щетина. Отец, Игорь Николаевич, был немало этим удивлен. Сам-то он начал бриться лет в девятнадцать, когда уже служил в армии. Но вскоре родители списали все на раннее взросление отпрыска и успокоились. К счастью для Никиты.

Побрившись, парень вышел на кухню. Мама как раз закончила готовить завтрак. Вскоре к ним присоединился и отец, уже одетый в светлый деловой костюм. Игорь Николаевич работал управляющим в гигантском супермаркете «Бальзак» и всегда должен был выглядеть прилично. Мама, Ирина Юрьевна, служила адвокатом, но сейчас находилась в отпуске и большую часть времени проводила дома.

Мама поставила перед Никитой стакан молока. С недавних пор Легостаев стал неравнодушен к этому напитку, хотя раньше на дух не переносил молочные продукты. Апельсин, вразвалочку вошедший вслед за Игорем Николаевичем, громко мяукнул, требуя к себе не менее бережного отношения. Его миска стояла возле стола, и Никита нагнулся, не вставая с табуретки, чтобы поделиться с другом.

И тут мама сказала:

– Никита, мы тут с папой подумали… Может, тебе съездить на пару недель к бабушке в деревню?

Никита дернулся и врезался затылком в столешницу. Табурет опрокинулся, и парень свалился на пол, едва не придавив Апельсина. Молоко разлилось по кухне. Довольный кот принялся энергично лакать из молочной лужи.

– Чего?!

Ирина Юрьевна уже присела на корточки и с самым невозмутимым выражением лица вытирала пол тряпкой. Она давно привыкла к приступам неуклюжести у любимого сына.

– Мы же собирались сделать в квартире ремонт, – пояснил Игорь Николаевич. – Сменить обои, перестелить линолеум, поменять сантехнику. Марина заберет к себе на время кота, а ты бы в деревню съездил, чтобы краску не нюхать.

– А сами-то вы куда денетесь? – спросил Никита.

– У тети Лены пока поживем. Никита задумчиво почесал затылок:

– Даже не знаю… Так все неожиданно.

Он поднялся с пола и поставил упавший табурет.

– Давай соглашайся, – сказала Ирина Юрьевна. – Бабушка будет только рада, она давно тебя не видела. И Артема с собой захвати – вдвоем веселее. С его родителями я сама поговорю.

– Спрошу у него сегодня, – пообещал Никита.

В принципе он был не против прокатиться за город и повидаться с бабушкой. Но напрягали сроки поездки: за две недели в деревне можно было с ума сойти от скуки. Ни компьютера, ни кабельного телевидения, ничего такого, к чему он привык. Вот если бы Артем согласился поехать, примириться с лишениями было бы намного легче.

– Спроси! – подхватил отец. – Электричка идет сегодня вечером. Сразу бы и отправились, чтобы время не тянуть.

Об этом и думал Никита, подскакивая на беговой дорожке.

– Вон Авдеев идет, – сказал вдруг Антон Василевский. – Похоже, сейчас побежим.

Через футбольное поле к ним двигался тренер Анатолий Сергеевич Авдеев, солидный мужчина средних лет, обладающий мощным телосложением борца-тяжеловеса. Никиту всегда интересовало, где он покупает спортивные костюмы, вмещающие его огромное тело. Весил Авдеев, должно быть, килограммов сто тридцать, а может, и того больше. На шее тренера висел секундомер, в руке он сжимал небольшой стартовый пистолет.

– Ну что, парни, готовы? – спросил Авдеев, приближаясь. – Покажите противнику, что вы тоже не лыком шиты. А то вражеский тренер мне все уши прожужжал, расхваливая своих бегунов.

Ребята разошлись по своим местам на беговых дорожках и приготовились. Болельщики на трибунах – почти все учащиеся школы и даже некоторые учителя – поневоле затаили дыхание.

– На старт! – крикнул Авдеев, поднимая пистолет к небу. – Внимание! Марш!!!

Грохнул выстрел.

Бегуны сорвались со своих мест. Никита начал быстро набирать скорость, но вовремя опомнился и несколько сбавил темп.

Он мог с легкостью обогнать всех парней, но тогда привлек бы к себе ненужное внимание, а этого ему совсем не хотелось. Поэтому приходилось сдерживаться, в то время как все остальные бежали в полную силу, на пределе своих возможностей. А сдержаться было очень непросто.

Тощий конкурент вдруг ступил на чужую дорожку и, поравнявшись с Никитой, попытался столкнуть его. Легостаев оскалил зубы и угрожающе зашипел. Тощий изумленно вытаращил глаза, споткнулся и, покатившись кувырком, исчез где-то за спиной.

Никита тихонько фыркнул. Пусть не лезет!

Первым к финишу пришел Денис Воробьев. Никита оказался вторым, Антон – третьим. Трое их соперников остались далеко позади. Над стадионом прогремел восторженный вопль болельщиков и группы поддержки. Сам Анатолий Сергеевич, несмотря на свое могучее телосложение, прыгал и размахивал руками, крича:

– Ай да мы! Молодцы! Всех соком угощаю за свой счет!!!

Болельщики, соскочив с трибун, окружили победителей, подхватили их на руки и начали качать. Среди болельщиков оказался и Михаил Федорович, физрук Никиты. В свое время он почти силой записал парня в эту секцию и теперь был очень рад, что тот делает такие успехи на спортивном поприще. Никита, не успев опомниться, пару раз кувырнулся через голову. Когда его поставили наконец на ноги, он был зеленым, как трава на футбольном поле, и с трудом сдерживал тошноту.

К нему подошли Артем Бирюков с Ириной Клепцовой.

– Привет! – поздоровался Артем. – Хорошо пробежал! Никита опустил голову и громко сглотнул.

– Уносим ноги! – воскликнула Ирина. – Сдается мне, сейчас беда будет! Придется потом стирку устраивать!

– Не будет, – сказал Никита, выпрямляясь. – Мне уже лучше. Просто голова немного кружится.

– От успехов, не иначе!

– От качки! Никогда не думал, что у меня морская болезнь! Он вдруг замер, увидев лицо Артема.

– Удивлен? – рассмеялся тот.

На нем сегодня не было очков, а ведь он не снимал их с первого класса.

– Перешел на контактные линзы, – доверительно сообщил Артем. – Очки меня достали!

– Но без них ты как-то на себя не похож, – заметил Никита.

– Я ему то же самое постоянно говорю, – сказала Ирина. – Словно пластическую операцию сделал. Но мне так даже больше нравится! Стал гораздо симпатичнее. Эти голубые глаза и светлые кудряшки… Хей, смазливый красавчик, еще немного, и я примусь за тебя всерьез!

Артем покраснел как помидор. Толстушка пихнула его в бок и рассмеялась.

– А вы откуда здесь взялись? – спросил Никита. – Я не видел вас на трибуне.

Бирюков сконфуженно приглаживал свои светлые вихры.

– Мы только что подошли, – сказала Ирина. – Шли в редакцию, дай, думаем, зайдем посмотрим, как ты тут бегаешь.

В течение учебного года Артем и Ирина писали статьи для школьной газеты «Прожектор». С началом летних каникул «Прожектор» приостановил работу, так как большая часть его сотрудников разъехалась с родителями на отдых. Но Артем и Ирина остались в городе, и тогда редактор известной газеты «Полуночный экспресс», взявшей шефство над «Прожектором», предложил им практику в своей редакции. Теперь оба числились внештатными фотографами. В обязанности практикантов входило сопровождать журналистов на задание и делать снимки для газеты. А курировала их работу старшая сестра Никиты Марина, сама уже довольно известная журналистка.

– Это хорошо, что вы зашли, – сказал Никита. – Я как раз собирался с вами поговорить. Меня родители хотят в деревню спровадить на две недели. Не желаете со мной прокатиться?

– Дом у моей бабушки большой, места всем хватит. Загорать будем, в озере купаться…

– Ой, нет, я – пас, – быстро проговорила Ирина. – Деревенская жизнь не для меня, я там со скуки помру! К тому же родители просили помочь им в семейном бизнесе, а мне не резон отказываться, я ведь коплю деньги на новый ноутбук.

– А я бы съездил, – задумчиво произнес Артем. – И мои возражать не будут. Если, конечно, твоя сестра меня отпустит.

– Куда она денется? – улыбнулся Никита. – Значит, решено! Сегодня вечером отправляемся. Смотри, на поезд не опоздай.

– Постараюсь.

В это время на стадионе снова появился Авдеев. Одной рукой он придерживал на плече огромную пластмассовую канистру, в другой держал пакет с множеством пластиковых стаканов.

– А вот и обещанный сок! – весело крикнул он. – Налетай, народ!

– Пойдем? – позвал Никита.

– Нет, – покачал головой Артем. – Мы только что газировкой упились. Еще немного жидкости, и я просто лопну!

– О, тогда стирать вещи придется мне, – понимающе кивнул Никита.

– Да и в редакцию уже опаздываем, – подхватила Ирина. – Пойдем, пожалуй…

– Ну, как хотите, – пожал плечами Легостаев. – Созвонимся перед отъездом?

– Конечно.

И Никита побежал к тренеру, возле которого уже собралась целая толпа спортсменов, а Ирина с Артемом двинулись к воротам стадиона.

– А где у нас Воропаева? – спросил вдруг Анатолий Сергеевич. – Я с утра ее сегодня не видел!

Никита вообще не видел ее ни разу с тех пор, как записался в легкоатлетическую секцию. Девочки занимались отдельно от мальчиков. Некоторых он знал еще по школе. А вот с таинственной Воропаевой ему никак не удавалось познакомиться. Она пропускала занятия, то опаздывала, то уходила раньше времени, выводя из себя Авдеева. Но он все же терпел ее выходки, потому что девчонка была хорошей спортсменкой. И если Никита был лучшим среди мальчиков, то она была сильнейшей среди девочек. Никита много слышал о ее фантастических рекордах, сравнимых разве что с мировыми. Мальчишки наперебой твердили, что она хороша собой, но слишком крута. Мол, ей палец в рот не клади. И чем больше Никита узнавал о Воропаевой, тем больше хотел ее увидеть.

Повелевающая огнем

Подняться наверх