Читать книгу Басни и апологи - Евгений Валерьевич Антипов - Страница 1

Оглавление

Сурок зимой

Известно всем: сурок зимою спит,

Его запасы все – в подкожном жире,

И крепок сон его, как монолит,

К весне становится он уже, а не шире.

Проснулся раньше времени сурок,

Спросонья продвигался он по норке,

Когда ещё не завершился спячки срок,

А выход был закрыт ледовой коркой.

Вот вылез он, вокруг – белым бело,

А поле рыхлым снегом замело,

Искрится лёд на солнышке морозном.

Сменил сурок на радость вид серьёзный:

«Какой зимою живописный вид!

Пока я сплю, я много пропускаю», –

Восторженно зверушка говорит.

Моя же мысль, скажу я вам, такая:

Кто ленится, того не ждёт успех,

И не увидит радостей он всех.


Столичная синица

Синица некая жила в одной столице,

А как известно нам,

Синицы, в большинстве, – лесные птицы,

Но мы встречаем их по городам.

Пичужка не могла угомониться

И всем свистела в уши тут и там,

Особенно своим подружкам и сестрицам:

«Вы посмотрите все по сторонам!

Повсюду грязь, и чистой нет водицы,

Покоя не даёт мне смог и шум, и гам,

И злобные глядят людские лица,

Презренья к ним я вам не передам,

Я с воробьями не могу ужиться,

Питаю страх к собакам и котам…»

«Зачем же злиться? – я спросил синицу, –

Вернуться можешь ты к родным своим лесам».

«Я не могу, – она мне отвечала, –

Там пищи слишком мало».


Алеут из Майами

(американская басня)

Жил в Майами алеут,

Там с погодой всё all good.

Кроме яростных торнадо,

Все условия, что надо:

Very wet и very hot,

Ходят в шортах круглый год

И зимы не знают лютой –

Paradise для алеута.

Там страшнее нет греха,

Нарядиться как в меха,

Ведь по этике Гринписа

Даже маленькая крыса

Много прав иметь должна,

Дальше больше, чем жена.

Так что я охотно верю,

Что на мех отстрелы зверя

Санкций много навлекут;

Это помнил алеут.

Сам он санкций ввёл немало

Против жителей Ямала,

Много строил им препон,

Продвигая синтепон:

«Не откажетесь от меха,

Скоро будет не до смеха,

Подадим на вас мы в суд,

В чёрный список вас внесут».

Ведь по поводу оленей

Вышли сотни повелений

Государств почти что всех,

Запретив олений мех.

«Nature» даже доказала,

Что в нём толку очень мало,

И не греет вовсе он.

«Покупайте синтепон!»

Но ямальцы алеуту

Не внимали почему-то,

Больше всех его угроз

Устрашал их лишь мороз.


За бескрайними морями

От Ямала был Майами,

Но с надеждой на успех,

Без особенных помех

И с высоким устремленьем

Защитить права оленей,

Быстро прибыл алеут

В Салехард за сто минут.

Много взял он курток старых,

Даром чтоб отдать товары,

На себя одну надел

И задумал массу дел,

Безрассудно полагая,

Что его-то цель благая:

Защитить права зверей,

И как можно поскорей,

Чтоб планета понимала,

Как живёт олень Ямала.

Всех к проблеме привлечём,

Business вовсе ни при чём.


Ненец гостя дорогого

Так встречал радушным словом:

«Welcome! How do you do?»

Я до чума доведу.

Как-то вы легко одеты,

Ведь теперь совсем не лето?»

Алеут ему в ответ:

«Горевать причины нет».

Но лишь он прошёл немного –

Отморозил нос и ногу.

«Нацепи скорей унты,

Не в Майами нынче ты».

И пока он шёл до чума,

В алеуте зрела дума:

«Синтепон во всём хорош,

Только тут совсем негож.

Без особых сожалений

Я бы тоже бил оленей.

Почему? Ответ здесь прост:

Беспощаден русский frost».


Дружба огня и воды

Огонь с водою стал однажды дружен,

Басни и апологи

Подняться наверх