Читать книгу Конь малиновый. Откровение всадника 90-х - Евгений Вышенков - Страница 4

– Ты приходил на ее могилу? – спросил я.

– Да, и не один раз. Я же не упырь, – ответил Колчин.

Мы вошли на Никольское кладбище, привычно повернули направо возле указателя, а подойдя вплотную, он шагнул к памятнику, чуть постоял и, немного нагнувшись, перекрестился.

Я понял, что теперь Галина Старовойтова и Юрий Колчин уже идут друг против друга в одном направлении.

Театральности нет. К этому шагу мы, по большому счету, были знакомы лет тридцать, последние несколько месяцев встречались каждые выходные, притерлись и отчетливо друг друга чувствовали.

Сев на солидную скамейку напротив, где вплотную лежит и Собчак, я аккуратно спросил, буквально читая имена: «Отец – известный советский конструктор, сама – из казачек. Она часто это говорила. Ты же в наших разговорах пару раз прошелся по еврейке. Это метафора, исходя из того, что демократию тоже придумали евреи? Извини, что упрощаю».

Немного помолчав, мой поводырь в тоннель 90-х спокойно произнес: «У евреев же по матери». Я не возразил – не успел.

В этот момент к нам неожиданно вышли человек десять. Будто в пьесе, где главные актеры сами не ожидали такого разворота сцены.

Приятные женщины. Экскурсия. Дама договаривала предыдущее. Не пустая, вела повествование ладно. Мы не напряглись – скорее, замерли. Не знаю, как Колчин, я же понял – повезло так повезло.

Завершив период революции разрушением склепов, гид перешла к новейшему времени. Я тут же осторожно включил диктофон на мобильном, до голоса было рукой подать. То, что произошло, настолько в точку для всего последующего, что точное цитирование обязательно:

Ну и, собственно говоря, вот лежат первые два лица. Они одни из самых первых – это политические оппоненты – первый мэр Петербурга Анатолий Собчак, ну и Галина Васильевна Старовойтова.

Петербуржцы прекрасно знают, кем она была. Сначала депутат городской Думы, затем депутат Думы государственной. Пыталась она продвинуть хорошие законы в защиту материнства и детства, и за это ее очень сильно любили. Она пыталась выбить женщинам полноценный декрет до семи лет, чтобы женщина имела право выбирать – работать ли она идет или остается с ребенком? Потому что она прекрасно знала, как это сложно. Она была работающей матерью, а в начале 90-х было очень сложно с детскими садами. Но, как понимаете, ничего не получилось, и проблема до сих пор стоит.

А еще она была настоящим правдорубом. Ее считали максимально честным человеком, но и, собственно говоря, не понравилась ей история Анатолия Александровича Собчака. История такая.

У нас Петербург в начале 90-х благодаря Собчаку становится городом мирового значения, ну и ЮНЕСКО под это дело благодаря Собчаку выделяет баснословную сумму денег – три миллиарда долларов на реконструкцию фасадов и дорог в историческом центре. Как вы понимаете, далеко не вся сумма денег дошла до адресатов, более того – старожилы Петербурга помнят историю, которая сейчас звучит комически.

Тогда за год три раза переложили асфальт на Дворцовой площади. Почему? Да, отмывание денег. Всё так тогда и происходило. Старовойтова же тогда, являясь депутатом Госдумы, занялась этим делом. И, как вы понимаете, копнула не туда.

Точнее, туда и достаточно глубоко. Выяснилась причастность к этому мало того что Собчака, так еще и больших бандитских группировок, одна из них «тамбовская» – знаменитый ночной губернатор Петербурга Владимир Кумарин. Он, кстати, приятельствовал с Собчаком. История очень шаткая. Ну и, собственно говоря, как вы понимаете, она здесь так рано и оказалась.

В этот момент я захотел похулиганить. Допустим, встать с лавочки и деликатно задать вопрос: «Одна большая бандитская группировка „тамбовская“, а вторая?» Хорошо, осекся. Ворваться с иронией в этот поток – всё равно что, слушая сказку, спросить: «А почему у чудовища один глаз, ведь у слона – хобот?»

Тем временем диктант экскурсовода продолжался:

Какой у нее памятник интересный! Она жила на набережной канала Грибоедова. Здесь ограда такая же, как на ее набережной, а вот камень, который здесь выложен, – мостовая – это прямо от парадной, от входа подняли. Это практически последнее, что она видела. Случилось же так.

Она прилетела с заседания Госдумы, она же тогда уже стала депутатом Госдумы. Ее встретил в аэропорту ее помощник Руслан, и они поехали в сторону дома на машине. У него, соответственно, были подробности об этом деле, они были очень увлечены разговором, и вот уже дальше вспоминал Руслан. Как происходило, с его слов.

Они открыли дверь, зашли в парадную и идут, разговаривают, как бы абсолютно не замечая того, что творится рядом. Боковым зрением Руслан замечает, что у окна, а это старый дом, лифтов нет, высокие проемы, большие окна, у пролета стоит спиной человек – длинные волосы, то ли халат, то ли пальто. Он тогда отрефлексировал, что это женщина. Ничего не заподозрив, продолжая разговаривать, они поворачивают вверх по лестнице, вдруг фигура резко разворачивается, и это оказывается не женщина, а мужик с автоматом, и он расстреливает их в упор.

Галина Васильевна не дожила до приезда «скорой». Руслан выжил, но он навеки прикован к инвалидной коляске и долгие двадцать лет занимался тем, чтобы вообще распутать это дело – найти заказчиков. Через несколько лет были найдены исполнители, а вот заказчиков искали очень долго. Как вы понимаете, дело быстро замяли…

– Я это слышу, – шепотом то ли спросил, то ли сказал Колчин.

Я не ответил, не рассмеялся.

А женским голосом текло:

…дважды закрывали дело, ну и только ровно двадцать лет спустя, в 2018 году, были найдены заказчики. Один из них и так уже покоится давно на том свете – это две бандитские группировки, а второй – это Кумарин, тот самый. Он и так сидит, и еще ему добавили, у него срок максимально пожизненный. Но Галину Васильевну это не вернет, а она могла бы много чего хорошего сделать.

Врут энциклопедии, врет пресса, только мужики врать не будут. Вот она – правда мифа. А сказки создаются обществом в складчину. Ничего мы оба не произнесли.

Ручеек интересующихся краеведением двинулся своим чередом. Я медленно повернулся к Колчину. Он не моргал и мысленно провожал народ, смотря сквозь могилу Старовойтовой. Как живем, так и лежим.

– Вот так, оказывается, выглядит миф, – произнес я.

Вот так в «Мастере и Маргарите» Воланд на Патриарших с удивлением слушал Берлиоза с поэтом Бездомным. Они уверяли Воланда, что Христа не существует.

Мы видим только то, что знаем. Шло шестнадцатое число июля 2024 года, в пересчете на Булгакова – «…весеннего месяца Ниссана…».

Имейте в виду, что вина Колчина настолько очевидна, а его идея середины 1990-х оказалась столь преждевременна, что 2020-е стараются его оправдать.

Он сам согласился участвовать в испытании. А я его предупреждал старым анекдотом: «По реке плыла баржа, баржа перевернулась, утонуло семеро. Сколько погибнет милиционеров?» Разгадка: «Столько же – при следственном эксперименте».

Колчин не ведал, что стал опасным сам для себя.