Читать книгу Берсеркер: Непобедимый мутант. Заклятый враг. База берсеркеров - Фред Томас Саберхаген - Страница 6

Небольшой листок с крупными буквами «Темешвар Эллисон» наверху плавно опустился на стол, выскользнув из проворных маленьких пальцев Ломбока. Толстые, неповоротливые пальцы Тупелова с обгрызенными ногтями схватили его только со второй попытки.

– Его родная мать, – лаконично объяснил Ломбок. – Генетическая картина совпадает до такой степени, что не остается никаких сомнений. И кроме того, в то время она была на Альпине.

– И?.. – Тупелов пробежал взглядом по выдержке из личного дела, описывавшей служебный путь Элли Темешвар от поступления в школу пилотов до выхода в отставку приблизительно одиннадцать лет назад. – Имя ничего мне не говорит… Впрочем, постой-ка, не она ли была вместе с Маркусом во время второго знакомства с Таджем? Тогда они, пытаясь стряхнуть с хвоста берсеркера, пролетели прямо через тоннель… Значит, она еще и мать Майкла…

Прервавшись на середине предложения, министр снова посмотрел на распечатку.

– Вот именно, – вставил Ломбок. – Похоже, Фрэнк Маркус – отец Майкла. Разумеется, для полной уверенности я сравню генокоды.

Тупелов кивнул:

– Но только очень осторожно. Займись этим сам. Маркус… разумеется, всего этого еще не видел.

– Разумеется. Нет оснований полагать, что он что-либо подозревает. И Майкл тоже.

– Все даты совпадают… значит, Темешвар забеременела, находясь на задании. Однако в личном деле нет ни слова о том, что она вернулась на базу беременной – впрочем, этого и не должно быть, – как и о том, что именно беременность явилась причиной ее выхода в отставку спустя несколько месяцев. Приводятся только слова самой Темешвар: «…Потеряла интерес к служебной карьере». Что ж, я могу ее понять. Шесть месяцев наедине с Маркусом – никто этого не выдержит.

– Заметьте, – сказал Ломбок, – что Альпин был их первой остановкой при возвращении на базу «КОРСЕК». Похоже, Темешвар благополучно прервала беременность на первой же населенной планете и не обмолвилась ни словом военным врачам.

– Да… да… Я хорошенько обдумаю все это на досуге. А пока нужно действовать очень осторожно.

– Согласен.

– Анджело, у тебя на лице написано, что ты что-то замыслил и ждешь моего разрешения.

– Полагаю, я должен выяснить, что сталось с Элли Темешвар. Встретиться с ней. Поговорить. Если получится, даже доставить ее под каким-либо предлогом на Лунную базу.

– Зачем?

– Это поможет лучше понять Майкла, предугадать, каким он станет. А из ее личного дела, по-моему, почти ничего не вытянуть.

– Ее настоящее местожительство известно?

– Земля. По крайней мере, еще в прошлом году. Тогда она согласилась принять участие в обычной переписи населения. Живет где-то в Храме Последнего Спасителя.

– Похоже, что-то связанное с религией. Правда, я о такой не слышал.

– И я тоже. Впрочем, они постоянно возникают и исчезают.

Тупелов помолчал. Засунув палец в рот, он принялся грызть заусенец.

– Сомневаюсь, что стоит привозить сюда Темешвар прямо сейчас. Это привлечет к ней ненужное внимание.

– И все же я прошу вашего разрешения. Я буду действовать крайне осторожно. После столкновения в Горловине можно предположить, что враг догадывался о чрезвычайной важности нашей миссии. И теперь ему, скорее всего, известно, что Майкл находится здесь. В ближайшее время берсеркеры сообщат об этом своим приспешникам на Земле, доброжилам. Есть вероятность того, что они тоже определят, кто является родной матерью мальчика. Данные центра усыновления считаются недоступными, но не надо забывать, что он располагается на Альпине.

– Да-да, на этой проклятой планете… Хорошо, Анджело, если ты так считаешь…

* * *

Майкла не покидало ощущение, что все вокруг слишком торопятся.

Он находится на Лунной базе чуть больше одного стандартного дня, а на него уже второй раз надевают «Ланселот». Теперь это его единственная защита. Платформа грузового лифта поднимается к лишенной воздуха, застывшей от ночного холода поверхности, и сто с лишним взрослых, находящихся на ней, – военные, ученые, техники – все до одного одеты в скафандры… Ну, почти все. Фрэнк, по его собственным словам, никогда не расставался со своим скафандром.

Его контейнеры расположились справа от Майкла; слева стоял научный руководитель проекта, доктор Эдмонд Йенари. Его некрасивые раскосые глаза неотрывно следили за мальчиком сквозь стекло гермошлема.

– Все в порядке? – спросил доктор Йенари.

– Да.

– Я просто хотел еще раз убедиться.

Шлюзовая камера открылась, воздух начал выходить наружу. Майкла предупредили, что «Ланселот» обеспечит его необходимым для дыхания воздухом – точнее, кислородом. Несмотря на то что давление окружающего газа падало, мальчику было предельно комфортно в необычном скафандре, лямки которого поскрипывали, словно жесткие бумажные крылья. Силовые поля стали почти неосязаемыми и невидимыми, и Майкл не чувствовал себя стесненным.

Наблюдавший за ним врач небрежно заметил:

– А ты все еще дышишь.

Это было что-то среднее между вопросом и утверждением.

– Да, – смущенно подтвердил Майкл.

В его дыхательных путях по-прежнему ощущалось давление воздуха – точнее, нечто, заменявшее давление воздуха; несомненно, что-то закупоривало нос и рот, не позволяя содержимому легких вырваться наружу. Однако перед началом эксперимента Майклу вкратце объяснили – хотя он почти ничего не понял, – что силовые поля «Ланселота» безболезненно проникают сквозь кожу в тысячах точек, снабжают тело всем необходимым и выводят отходы жизнедеятельности. Майкл обнаружил, что может усилием воли перестать дышать, после чего все дыхательные рефлексы оказываются подавленными.

Еще мгновение – и он забыл, что у него есть тело. Массивные дверцы над головой раздвинулись, открыв звездное небо.

Жители Альпина время от времени видят звезды. Порой в черной туманности на несколько дней, а то и недель открывается «окно», и крошечный пятачок небосвода наполняется светом звезд. Тогда люди ночами высыпают на улицу и часами стоят, задрав головы вверх.

За время путешествия с Альпина на Лунную базу, прошедшего спокойно, если не считать сражения в Горловине, Майкл впервые в жизни смог хорошенько рассмотреть то, что по старинке называлось Млечным Путем. Но то был взгляд на звезды сквозь стекло иллюминатора. Сейчас же небо казалось совершенно другим. Оказавшись вровень с лунной поверхностью, лифт остановился. Земля и Солнце спрятались за горизонтом, и все бескрайнее пространство над головой было усыпано звездами.

Величественное зрелище не вселило ужас в душу мальчика лишь по одной причине: звезды были бесконечно далекими.

Прищурившись, Майкл поднял правую руку. Перед тем как заговорить, он по привычке сделал вдох, и слова прозвучали отчетливо, а радиопередатчик «Ланселота» донес их до наушников в скафандрах наблюдателей.

– Что это? – спросил Майкл.

– Ты имеешь в виду три звезды, расположенные на одной линии? – неуверенно проговорил Йенари. – Это Орион, Пояс Охотника. Тебе знакомы наши созвездия?

– Нет, не эти три. – Майкл ткнул в небо пальцем, и вслед за его рукой параболическими вихрями взметнулись серебристые волны. – Дальше.

Он видел что-то ослепительно-яркое, раскрашенное в такие цвета, подобных которым он никогда не видел. Мальчик не мог найти нужных слов, чтобы описать это.

– Телец?..

И вдруг до Майкла дошло, что остальные не могут углядеть невооруженным глазом того, что видит он. Ослепительное сияние находилось в ультракоротковолновой радиационной части электромагнитного спектра, и только «Ланселот» позволял глазу видеть его.

Начались приготовления к первым испытаниям в безвоздушном пространстве. Майкл время от времени поднимал глаза к небу. Постепенно он научился уменьшать интенсивность свечения так, чтобы оно не слепило его, и в то же время как бы увеличивать его источник. Облако газа с рваными краями – гигантский взрыв, застывший во времени. Далеко ли до него? Наверное, не меньше нескольких сотен световых лет.

Шахта лифта находилась в середине ровной площадки из расплавленного базальта площадью в несколько гектаров. Со всех сторон ее окружали застывшие волны реголита большого кратера с отвесными стенами, диаметром в восемь или десять километров, название которого Майклу не сказали. Вокруг шахты были установлены высокие шесты, образовывавшие квадрат со стороной в несколько десятков метров; на них была натянута сетка из проволоки или троса. Майкл обратил внимание на то, что ячейки сетки способны задержать предмет размером с его тело. Казалось, сетку позаимствовали из спортивного зала, где ее использовали для игры с мячом большого размера.

Стоявшие вокруг Майкла скафандры тихо стонали и скрипели, привыкая к космическому холоду и вакууму, однако люди в них, занятые другими делами, похоже, не замечали этого. Майкл пошевелился, и «Ланселот» откликнулся слабым поскрипыванием в звуковом диапазоне.

Мальчик спросил об этом доктора Йенари и попытался осмыслить совершенно невнятный ответ, состоявший из математических формул, приправленных психологическими терминами. Быть может, со временем, окончив школу, он научится разбираться в подобных вещах. Пока же, видимо, лучше было попытаться найти ответ самому.

– Вы готовы?

К мальчику приблизился высокий, просторный скафандр Тупелова. Министр с самого начала обращался к Майклу уважительно, как к равному.

– А то!

Еще внизу, когда Майкла облачали в ярко-оранжевый облегающий спортивный костюм, перед тем как надеть на него «Ланселот», ему вкратце объяснили программу испытаний на этот день: он должен совершить свободный полет в открытом пространстве. Не успел Майкл снова отметить про себя, что разработчики спешат, как базальтовую площадку залил ослепительный свет. Прошло несколько мгновений, прежде чем «Ланселот» ослабил радиационное излучение, преобразуемое в волны видимого спектра, которые передавались непосредственно на сетчатку. Да, работы велись в спешке, но, видимо, по веским причинам. Ни Тупелов, ни остальные не стали бы напрасно рисковать своим детищем.

Обслуживавшие Майкла техники со всех сторон прилаживали дополнительные компоненты «Ланселота» в виде трубочек, кубиков и яйцевидных предметов. Они бесследно исчезали под складками «Ланселота», нисколько не увеличивая нагрузку на мальчика.