Читать книгу Эффект Рози - Грэм Симсион - Страница 7

5

Оглавление

Разговор по скайпу с матерью, находившейся в Шеппартоне, состоялся в запланированное время: на Восточном побережье США было семь вечера, на Восточном побережье Австралии – девять утра.

В родительском хозяйственном магазине дела шли ни шатко ни валко; моему брату Тревору надо почаще выбираться из дому и найти себе кого-нибудь вроде Рози; у дяди моего вроде бы, славу богу, наступила ремиссия.

Мне удалось уверить мать в том, что у нас с Рози все отлично, на работе тоже все в порядке, а благодарность за улучшение перспектив моего дяди следует адресовать медицинской науке, а не божественным силам, которые равнодушно взирали на развитие у него онкологического заболевания. Мать пояснила, что она просто использовала обиходное выражение, а не допустила мысль о вмешательстве сверхъестественного существа, боже упаси, Дональд, как ты мог такое подумать. За последние тридцать лет содержание наших разговоров мало изменилось.

Подготовка к ужину заняла много времени, поскольку суши-сет – блюдо сложносоставное, и к тому моменту, когда мы с Рози сели за стол, мне все еще не удалось рассказать ей о приезде Джина.

А Рози желала обсуждать свою беременность.

– Я посмотрела в интернете. Ты знаешь, ребенок пока еще не больше сантиметра.

– Употребление термина «ребенок» неуместно. На таком сроке он недалеко ушел от бластоцисты.

– Я не стану называть его бластоцистой.

– Эмбрион. Это пока еще даже не плод.

– Дон, запомни, повторять не буду. Я не хочу в течение сорока недель выслушивать доклады по акушерству.

– Тридцати пяти. Срок беременности обычно отсчитывается от двух недель до момента зачатия, а мы предполагаем, что это произошло три недели назад, после сцены из «Римских каникул». Это нуждается в подтверждении врача. Ты записалась на прием?

– Я только вчера узнала, что беременна. В общем, с моей точки зрения, это ребенок. Ладно, хорошо, потенциальный ребенок.

– Будущий академик и долгожитель.

– Годится.

– Вот и отлично. Мы можем его так и называть – Бад. Будущий академик и долгожитель.

– Бад? Звучит как-то сухо, по-стариковски. Как будто ему семьдесят лет. Если это, конечно, он, а не она.

– Независимо от его пола, согласно статистике, Бад достигнет семидесятилетнего возраста – при условии успешного рождения и развития, а также отсутствия кардинальных перемен среды, для которой делаются статистические вычисления, – таких как ядерная война, падение метеорита, приведшее к исчезновению динозавров…

– …или если его насмерть не заговорит собственный отец. Все равно, это мужское имя.

– Еще похоже по звучанию на нелекарственное средство. Которое при правильном употреблении…

– Хорошо, хорошо. Если говорить в будущем времени, то ребенок – уже, я настаиваю, ребенок – может спать в гостиной, пока мы не переедем в квартиру побольше.

– Конечно. Мы должны купить для Бада раскладушку.

– Что?! Дон, маленькие дети спят в колыбелях.

– Я имел в виду более поздний период. Когда он дорастет до кровати. Чтобы мы были готовы. Можем завтра пойти в магазин кроватей.

– Кровать нам пока не нужна. Нам сейчас и с колыбелью можно не торопиться. Давай подождем и удостоверимся, что все в порядке.

Я вылил в бокал пино-гриджо, оставшееся со вчерашнего вечера, и пожалел, что вина больше нет. Намеками я определенно ничего не добьюсь.

– Нам нужна кровать для Джина. Они с Клодией разошлись. Он получил работу в Колумбийском университете и будет жить у нас, пока не найдет другое место.

В проекте «Творческий отпуск Джина» это было слабое место. Вероятно, я должен был посоветоваться с Рози, прежде чем предлагать Джину остановиться в нашей квартире. Но в тот момент идея представлялась мне разумной. Мы тем самым поддержали бы бездомного человека.

Я прекрасно знаю, что плохо предвижу реакцию других людей. Но сейчас я был готов держать пари по поводу того, что скажет Рози, услышав эту новость. И насчет количества повторов я тоже не ошибся (шесть).

– Твою мать, твою мать, твою мать, твою мать, твою мать, твою мать…

К сожалению, предположение, что в конечном счете Рози со мной согласится, не подтвердилось. Мои логически выстроенные аргументы вместо того, чтобы убедить ее, произвели обратный эффект. Даже самый сильный довод – о том, что никто в мире не поможет ей с диссертацией лучше, чем это сделает Джин, – был отвергнут по сугубо эмоциональным причинам.

– Ни за что. Ни за что этот самовлюбленный, лицемерный, узколобый, антинаучный… этот… эта… эта женоненавистническая свинья не будет ночевать в нашей квартире.

По моему мнению, ставить под сомнение преданность Джина науке было ошибкой, но, когда я принялся перечислять его достоинства, Рози ушла в спальню и захлопнула за собой дверь.


Я достал визитку Джорджа, чтобы записать его данные в телефон, и прочитал на ней название музыкальной группы – Dead Kings. Удивительно, но мне оно было знакомо. Мои музыкальные вкусы формировались в основном под влиянием отцовской коллекции пластинок, среди которых затесалась и британская рок-группа, чья популярность пришлась на конец шестидесятых.

Если верить Википедии, в 1999-м Dead Kings возобновили выступления. Теперь они развлекали туристов во время круизов по Атлантике. Двое из основателей группы уже умерли, но им нашлась замена. Джордж был барабанщиком. За спиной у него было четыре брака, столько же разводов и семеро детей, но психологическую устойчивость он, кажется, сохранил. О его страсти к пиву «Википедия» ничего не сообщала.

Когда я ложился, Рози уже спала. Я за вечер подготовил список преимуществ того, что Джин будет жить с нами, но решил, что будить ее ради его обсуждения было бы неразумно.


Рози встала раньше меня, что случалось нечасто – вероятно, потому что и легла она раньше. Когда я проснулся, она уже приготовила кофе во френч-прессе.

– Я решила, что мне не стоит пить эспрессо.

– Почему?

– Он содержит слишком много кофеина.

– Как правило, кофе, приготовленный во френч-прессе, содержит примерно в два с половиной раза больше кофеина, чем обычный.

– Черт, я пытаюсь все делать правильно…

– Это приблизительные цифры. «У Ота» я беру тройной эспрессо. Этот кофе получился совсем не крепким. Причина, вероятно, заключается в твоей неопытности.

– Ну, теперь мы знаем, кто будет готовить кофе в следующий раз.

Рози улыбалась. Я расценил это как знак того, что имеет смысл предложить новые аргументы в пользу предоставления крова Джину. Но Рози опередила меня:

– Дон, что касается Джина… Я знаю, что он твой друг. И ты просто пытаешься не подвести его, и все такое. И, может быть, если бы я только что не обнаружила, что беременна… Но мне ничего больше не остается. Места для Джина у нас нет. Конец сообщения.

Я отметил для себя, что выражение «конец сообщения» – хороший способ прекратить разговор, но через несколько секунд, стоило мне спустить ноги с кровати, Рози опровергла этот вывод.

– Эй, ты… Мне сегодня надо кое-что дописать, но вечером я надеру тебе задницу. Обними меня.

Она затащила меня обратно на кровать и поцеловала. Как после этого верить утверждению, что можно судить об эмоциональном состоянии человека по его непоследовательным поступкам?


Вспоминая утренний разговор с Рози, я пришел к заключению, что обещание надрать мне задницу носило метафорический характер и его следовало трактовать в положительном ключе. Работая в «Алхимике», мы все время старались перещеголять друг друга. Вообще-то я считаю, что искусственно навязанная конкурентная борьба контрпродуктивна, но наш случай доказывал обратное. Время за стойкой бара проходило быстро – верный признак того, что занятие приносило нам удовольствие. К сожалению, у заведения сменился собственник. Любая перемена оптимального состояния может быть оценена только негативно, и новый менеджер по имени Гектор, которому мы дали кличку Винище, подтверждал эту мысль.

Винище (ИМТ двадцать два, возраст около двадцати восьми) носил эспаньолку и очки в толстой оправе. Мне такой стиль когда-то создал репутацию ботана, но сейчас он вошел в моду.

Новый менеджер заменил маленькие столики длинными скамьями, сделал освещение ярче и привел винную карту в соответствие с меню, в котором главным блюдом была паэлья, то есть отвлек внимание от коктейлей в пользу испанского вина.

Винище недавно получил бакалавра по менеджменту, и, как я понимаю, его новации соответствовали последним тенденциям в гостиничной индустрии. Однако в сухом остатке результатом его деятельности стал отток клиентов и, как следствие, увольнение двух наших коллег. Все это он списал на неблагоприятные экономические условия.

– Вовремя меня наняли, – говорил Винище. И довольно часто.


Всю дорогу до Флэтайрон мы с Рози держались за руки. Настроение у нее было приподнятое, хоть она и протестовала, как обычно, против черно-белой униформы, которую я находил чрезвычайно привлекательной. Мы пришли на две минуты раньше положенного, в 19:28. Заняты были только три столика, у барной стойки – никого.

– Молодцы, – сказал Винище. – Пунктуальность – ваша фирменная черта.

– Не похоже, что у вас тут аншлаг, – прокомментировала Рози, оглядев полупустое заведение.

– Это ненадолго, – ответил Винище. – У нас бронь на шестнадцать человек. На восемь часов.

– А я думал, мы не бронируем места, – сказал я. – Согласно новым правилам.

– Согласно новым правилам, мы делаем деньги. Это ВИП-заказ, и не просто ВИП, а суперВИП. Мои друзья.

Из-за отсутствия клиентов прошло двадцать две минуты прежде, чем кто-то заказал коктейль.

Компания из четырех человек (всем за сорок, ИМТ от двадцати двух до двадцати восьми) зашла и расположилась у барной стойки, несмотря на попытки Винища направить их за стол.

– Что для вас приготовить? – спросила Рози.

Женщины и мужчины переглянулись. Невероятно, что людям нужен совет друзей и коллег для принятия такого рутинного решения. Однако, если им понадобится еще и консультация, пусть лучше они получат ее от профессионала.

– Рекомендовал бы коктейли, – сказал я. – Наш бар специализируется на них. Любые фантазии, любой алкоголь.

Винище расположился слева от меня, по ту сторону барной стойки.

– Дон также может ознакомить вас с нашей новой винной картой, – сообщил он.

Рози положила на стойку кожаную папку с перечнем вин, но клиенты проигнорировали ее. Один из пришедших мужчин улыбнулся.

– Коктейли меня вполне устроят. Сделайте мне бурбон с лимонным соком.

– С белком или без? – поинтересовался я, как и полагалось человеку, ответственному за переговоры о составе коктейля.

– С белком.

– Со льдом или без?

– Со льдом.

– Отлично. Один виски с лимонным соком по-бостонски, – сообщил я Рози, хлопнул ладонью по стойке и запустил таймер на часах. Рози уже стояла за моей спиной у полки с напитками, и я знал, что она выбирает виски. Пока я ставил на стойку шейкер, добавлял в него лед и резал пополам лимон, я успел принять заказы и прояснить их детали от трех остальных членов этой компании. Я знал, что Винище за мной наблюдает. По-моему, на него как на обладателя степени бакалавра в области менеджмента это должно было произвести впечатление.

Процесс приготовления коктейлей, который я разработал и опробовал на практике, учитывает все сильные стороны нашего тандема. Я – обладатель самой полной базы рецептов, но в сноровке Рози меня превосходит. Можно заметно увеличить производительность, если один человек будет выжимать сок из лимона, а второй – отмерять точные порции других компонентов. Разумеется, о преимуществах такого распределения труда можно догадаться только непосредственно при работе с напарником, что требует наблюдательности и некоторого опыта. Едва ли два бармена, работающие параллельно каждый над своим коктейлем, могут быть столь же эффективны.

Когда я готовил третий заказ – водку с лимоном и куантро, Рози уже барабанила пальцами по стойке, намекая, что ее мохито давно готов. По крайней мере в первом раунде она надрала мне задницу. Наблюдая, как мы в четыре руки подаем все заказанные коктейли, клиенты вначале рассмеялись, потом зааплодировали. Привычная реакция.

Винище тоже улыбнулся.

– Приглашаю вас за стол, – сказал он посетителям.

– Нам и здесь хорошо, – ответил ему Любитель бурбона по-бостонски, отхлебнув из своего стакана. – Нам нравится представление. И это лучший в жизни бурбон с лимонным соком, который я пробовал.

– Пожалуйста, присаживайтесь, и я организую вам закуски – за счет заведения, разумеется.

Винище снял с полки четыре бокала для вина.

– Вы смотрели «Индиана Джонс и Храм судьбы»? – спросил он.

Я отрицательно покачал головой.

– Вы с Рози сейчас напомнили мне сцену, в которой человек, посланный убить Джонса, показывает, как он умеет владеть мечом.

Винище показал в сторону клиентов, сидевших со своими коктейлями, и сделал несколько движений, изображая работу мечом.

– И раз, и два, и три, и четыре, очень впечатляет, четыре коктейля – семьдесят два доллара.

Винище взял открытую бутылку красного «Флор де Пингус», разлил по бокалам и сделал вид, что стреляет из пистолета.

– Раз-два-три-четыре. Сто девяносто два бакса.

– Придурок, – сказала Рози, наблюдая, как Винище ставит бокалы перед четырьмя клиентами, появившимися в заведении, пока мы готовили коктейли. Симпатия в ее голосе отсутствовала. – Следи за их лицами.

– Они выглядят довольными. Винище рассуждает убедительно.

– Разумеется, они довольны. Они еще ничего не заказали. Всем нравится, когда напитки за счет заведения.

Рози поставила шейкер на полку, сделав это с избыточной энергией. Я обнаружил признаки ярости.

– Рекомендую пойти домой, – сказал я.

– С какой стати? Со мной все в порядке. Просто расстроена. Не из-за тебя.

– Совершенно верно. Ты находишься в состоянии стресса. Выделяется кортизол, который вреден для Бада. Исходя из прошлого опыта, могу предположить, что твой контакт с Винищем повлечет за собой негативные ощущения и стресс продлится до конца смены. Попытка восстановить самоконтроль усугубит стресс.

– Ты специалист по мне. Справишься один?

– Конечно. Народу мало.

– Я не это имела в виду. – Рози рассмеялась и поцеловала меня. – Скажу Винищу, что плохо себя чувствую.

В 21:34 прибыла компания из восемнадцати человек. К столу, который был для них зарезервирован, придвинули другие, чтобы все могли поместиться. Некоторые из новых гостей были явно навеселе. В центре внимания прибывших находилась девушка лет двадцати пяти. Я автоматически прикинул ее ИМТ – двадцать шесть. Судя по этому показателю и манере разговора, содержание алкоголя в крови составляло одну десятую грамма на литр.

– В действительности она ниже ростом. И немного плотнее, чем кажется. – Джеми-Пол, бармен, работавший вместе с нами, тоже смотрел на эту группу.

– Кто?

– А ты как думаешь? – Он показал взглядом на Шумную женщину.

– А кто она?

– Ты смеешься?

Я не смеялся, но Джеми-Пол ничего больше объяснять не стал.

Через несколько минут, когда гости расселись, ко мне подошел Винище.

– Им нужен гуру по коктейлям. Похоже, твой выход.

Я подошел к столу, где со мной заговорил парень с рыжей шевелюрой, правда, не такой рыжей, как у Рози. Компания состояла из людей лет двадцати пяти – тридцати.

– Вы бармен?

– Совершенно верно. Моя работа заключается в том, чтобы делать коктейли. Что желаете?

– Это ведь вы тот парень, у которого есть рецепт на все случаи жизни? И все заказы вы держите в голове? Тот самый?

– Возможно, есть и другие люди, обладающие такими навыками.

Он повысил голос, чтобы перекрыть царящий в помещении шум.

– Итак, этот парень… как вас зовут?

– Дон Тиллман.

– Привет, Дэн, – сказала Шумная женщина. – А чем ты занимаешься в свободное от приготовления коктейлей время?

– Разными вещами. Мое постоянное место работы – университет, я профессор генетики.

Она вновь рассмеялась, еще громче.

Рыжеволосый продолжил:

– Дон – король коктейлей. Он помнит рецепты всех коктейлей в мире. Вам достаточно сказать: бурбон и вермут, и он продолжит: мартини.

– «Манхэттен». Известен также как «Американец в Париже», «Булевардье», «Американский любовник», «Оппен-гейм» и «Старый вояка».

Шумная женщина опять засмеялась. Громко.

– Он человек дождя! Это как Дастин Хоффман запоминал все карты. Дэн – человек дождя по коктейлям!

«Человек дождя»! Я видел это кино. Я был совсем не похож на его героя: невнятно формулирующего, зависимого от других людей, еще и безработного. В его присутствии люди испытывали дискомфорт. А в обществе Дона Тиллмана всем было приятно, безопасно и удобно.

Некоторые из присутствующих засмеялись, но я решил не обращать внимания на ее реплику, равно как и на то, что она неправильно запомнила мое имя. Шумная женщина была пьяна и, вероятно, смутилась бы, если бы кто-нибудь записал ее поведение на видео и после показал ей.

Рыжеволосый не унимался:

– Дон предложит вам коктейли на любой вкус, потом запомнит все заказы, вернется и вручит каждому его напиток. Так, Дон?

– Если только вы не поменяетесь местами.

Моя память не оперирует лицами, а также номерами. Я взглянул на Рыжеволосого:

– Приступим?

– Есть что-нибудь с текилой и бурбоном?

– Я бы рекомендовал «Горную Маргариту». Классический рецепт содержит скотч, но вариант использования бурбона зафиксирован документально.

– О да! – сказал он так, будто я успел добежать до базы и выиграл девятую подачу, принеся тем самым победу своей команде. На одну восемнадцатую моя задача была выполнена. Я оставил попытку выстроить более подробное описание его тона при помощи бейсбольных метафор – это могло подождать до очередной встречи с Дейвом – и сосредоточился на приеме заказов.

Сосед Рыжеволосого хотел чего-то вроде «Маргариты», но не просто «Маргариту» со льдом или содовой, а что-то, знаете, особенное, вот не обычную «Маргариту»… Я порекомендовал «Голубку» с соком красного грейпфрута и копченой солью по ободку стакана.

Настала очередь Шумной женщины. Я присмотрелся повнимательнее, но все равно не понял, кто она. Из этого не следовало, что она не могла быть знаменитостью. В целом массовая культура оставляет меня равнодушным. И даже будь она ведущим генетиком, я бы вряд ли знал ее в лицо.

– О’кей, Дэн, Человек дождя. Сделай мне коктейль, который отразит мою индивидуальность.

Собравшиеся громко поддержали ее идею. К сожалению, я не мог выполнить этот заказ.

– Извините, но я ничего о вас не знаю.

– Смеешься надо мной, да?

– Ответ неверный.

Я раздумывал о том, как повежливее расспросить Шумную женщину об особенностях ее характера.

– Кто вы по профессии?

Расхохотались все, кроме той, кому был адресован вопрос, – она, казалось, задумалась над ответом.

– Ладно. Я актриса и певица. Все думают, что они знают меня, но в действительности это не так. Итак, каков мой коктейль, Дэн, Человек дождя? Может быть, «Загадочная певичка»?

Я никогда не слышал о таком коктейле. Это означало, что она его выдумала, чтобы произвести впечатление на своих друзей. Мой мозг настроен на эффективный поиск рецептов коктейлей по названиям ингредиентов, но и необычные сочетания он ищет легко.

Оба ее профессиональных занятия и манера поведения помогли мне почти без труда найти правильный ответ: «Двуликая лгунья».

Я уже приготовился его озвучить, когда понял, что рискую нарушить юридические и моральные требования к обладателю сертификата Ответственного за Раздачу Алкогольных Напитков.

– Я бы рекомендовал «Девственную коладу».

– Что это означает? Что я девственница?

– Нет, конечно.

Все засмеялись, и я постарался объяснить:

– Это обычная пинаколада, но безалкогольная.

– Безалкогольная… И что это значит?

Беседа запутывалась. Прямота в такой ситуации – лучший выход.

– Вы беременны?

– Что?

– Беременным противопоказан алкоголь. Если у вас просто избыточный вес, я сделаю вам алкогольный коктейль, но мне требуется ясность.


В 21:52 в метро по пути домой я задумался, в какой степени на сделанный мной вывод повлияла ситуация с Рози. Раньше мне не приходилось подозревать клиентов в беременности. Может быть, у нее всего лишь избыточный вес. Должен ли я ставить под вопрос право постороннего человека употребить алкоголь в стране, которая так высоко ценит свободу личности?

В уме я составил список проблем, накопившихся за последние пятьдесят два часа и требовавших срочного решения.

1. Изменение расписания для того, чтобы дважды в день инспектировать пивной погреб.

2. Переезд Джина.

3. Проблема Джерома и стирки – теперь она стояла ребром.

4. Угроза выселения (см. пункт 3).

5. Размещение ребенка в нашей маленькой квартире.

6. Оплата аренды и других счетов после того, как в результате моих действий мы с Рози лишились подработки.

7. Сообщение об этом (см. пункт 6) Рози так, чтобы не вызвать стресс и сопутствующий выброс кортизола.

8. Опасность повторного срыва и нанесения непоправимого ущерба нашим отношениям с Рози в результате всего вышеперечисленного.

Решение проблем требует времени. В котором я был ограничен. Пиво доставят в течение суток, управляющий, вероятно, вручит мне уведомление о выселении к завтрашнему вечеру, а Джером может отомстить в любой момент. Джин явится завтра, а Баду осталось сидеть в утробе еще тридцать пять недель. Мне нужно было разрубить гордиев узел, то есть одним действием разобраться с большинством проблем или со всеми разом.

Когда я пришел домой, Рози уже спала, и я подумал, что некоторое количество алкоголя простимулирует мои творческие способности. Пока я рылся в холодильнике в поисках пива, меня внезапно осенило. Холодильник! Большой холодильник решит все наши проблемы.

Я набрал номер Джорджа.

Эффект Рози

Подняться наверх