Читать книгу Остров Утопия - Илья Некрасов - Страница 3

1. Сапфировый остров

Оглавление

Райская птица пролетела в высоте. Затем ещё одна – надо мной, похожая как две капли воды на свою сестру. Неземная и будто зовущая за собой.

Я лежал на траве и смотрел в небо глубокого сине-сапфирового цвета, время от времени закрывая глаза. Погружаясь в приятный полусон. Дышать было легко. Помогал морской бриз. Иногда он ослабевал, и тогда на смену ветру приходили запахи летнего луга.

Солнце начинало припекать. Я перекатился по траве в сторону тени. Помнится, её отбрасывала пальма. Открывать глаза больше не хотелось. Воображение рисовало едва ли не лучшую картину, чем была в реальности. По крайней мере, солнце не слепило глаза.

Память подсказывала, что вокруг невысокая трава и тонкие стройные пальмы. Спокойное море, должно быть, проглядывало сквозь траву и листву деревьев. Фантазия придавала водной глади почти сказочные черты: её цвет сменился на более светлый, лазурный, хотя настоящие лазуритовые острова далеко отсюда. Минимум, десять суток на быстроходном фрегате.

Расслышав тихий шелест и приглушённое мяуканье, осторожно повернулся на бок. Оказалось, совсем близко проходила дикая кошка, этакий леопард в миниатюре. Видимо, я лежал здесь давно и настолько тихо, что зверёк не заметил чужака. Или рядом играли котята, а мяуканье должно было помочь матери найти их.

Направление ветра сменилось, и теперь поток воздуха шёл от меня к кошке. Она замерла. Повернула мордочку в мою сторону. Длинные чуткие уши уловили дыхание человека. Наши взгляды встретились.

Внимательные тёмно-синие глаза лесного зверя уставились на меня. Мы смотрели друг на друга. Не мигая. Мне захотелось сказать, что я не сделаю ничего плохого. Ни ей, ни котятам. Захотелось сообщить, что они здесь не проходили, и лучше поискать в другом месте. И в какой-то момент появилась уверенность в том, что это удалось – я услышан.

Кошка моргнула, свернула в пышные кусты, но передо мной ещё долго стоял ровный тёмно-синий цвет. Взгляд, наполненный странной внутренней силой. Образ загадочного свободного существа, с которым можно общаться без слов.

Я лёг на спину и закрыл глаза, когда понял, что к одинокому раньше мяуканью добавились несколько тоненьких голосков. Значит, она нашла их.

Скорее всего, я опять задремал. Приснился неясный шёпот… Или некто действительно шептал мне на ухо незнакомые слова.

Затем сон ушёл – солнце добралось до меня, оттеснив тень пальмы в сторону. Открыв глаза, я понял, что практически упираюсь лицом в цветок. В ярко-алую камелию, с серебристым блеском по краям лепестков. Большой бутон едва не касался уха.

Странно. Я совершенно не помнил цветка. Не помнил, как засыпал рядом с ним. Или успел перекатиться к кусту камелии, когда в полудрёме спасался от палящего солнца.

«Я ещё сплю?» – ущипнул себя. Небольшая боль дала понять, что вокруг не сон.

Пора подниматься. Потревоженная синекрылая бабочка вспорхнула с куста. Вероятно, она дремала с той его стороны, какую я не замечал раньше. Ветер увлёк этот летающий цветок в сторону, где исчезла приснившаяся кошка. Пришлось тряхнуть головой, чтобы окончательно вернуться в явь.

Небольшую уютную поляну обнимали поросшие зеленью холмы. Они стояли полукругом, оставляя выход к морю и узкую тропинку в гору.

Первым порывом было спуститься к морю, но я остановился, не сделав и двух шагов. Направился к горе, чтобы в последний раз окинуть взглядом Сапфировый остров. Дорожка кружным путём вывела в тенистое место, где можно отдохнуть от полуденного солнца.

Оно осталось за гребнем горы – так создавался призрачный ореол у самой вершины. Она окружалась сложным свечением, сочетавшим не только сапфировый цвет, но и гамму светлых оттенков, характерных для самых разных кристаллов: от лазурита до аквамарина. Нашлось место и для прозрачного золотистого цитрина, точно играющего гранями. Он обрамлял синее свечение и напоминал корону, венчающую гору.

Светящаяся вершина касалась неба, а белые пушистые облака гладили её. Среди них попадались и тёмно-голубые, окрашенные примесями сапфировой пыли, которой ветры не давали упасть на землю.

Я поднимался к гребню. Шёл навстречу ореолу, больше не видя и не ощущая ничего кроме него. И в один момент, когда показалось, что могу дотянуться до света рукой, он исчез. Расступился. Я оказался на самом верху. Глазам открылась ошеломляющая картина: внизу некий гигант расстелил ковёр из цветущей зелени. Он сделал это очень давно. Люди не помнили тех времён и смутно представляли себе великана.

Сквозь тенистые рощи текли извилистые реки и ручьи. О влиянии человека напоминали лишь фруктовые сады и небольшие пруды, видневшиеся вдали. Здесь же, у горы, царила нетронутая природа. Настоящая. Свободная.

Ветер коснулся плеча, напоминая о цели. Я обернулся и посмотрел в сторону моря. На побережье. Синяя гладь выглядела абсолютно спокойной, безмятежной. Её заключали в объятия два скалистых мыса, поросших зеленью. Они формировали уютную бухту, куда могли заходить корабли с небольшой осадкой.

В тихой воде отражались пушистые облака, висящие в небе. А вдали, где оно почти смыкалось с поверхностью моря, виднелась россыпь Жемчужных островов. Они представляли собой небольшие отмели из особого песка, покрытые слабой растительностью, с одной-двумя пальмами. В свете полуденного солнца, они выглядели, как ожерелье жемчужин, нанизанных на призрачную нить. На Сапфировом острове существовало предание: ожерелье обронил сам Создатель.

Я не пошёл к бухте напрямую: круговой путь в обход горы мог подарить ещё впечатлений. Решил спуститься через тенистые леса.

Они буквально звенели. Отовсюду раздавались трели цикад и других насекомых. Их пытались перепеть лесные птицы. Из ветвей высоких деревьев доносились крики обезьян.

Я следовал по пути в форме большого полукруга, сквозь шелест раздвигаемой листвы и травы под ногами. Шум ветвей на ветру, лианы и свежесть воздуха – приятный след вчерашнего дождя. Всё вокруг дышало. Разговаривало на неведомом для людей языке. Деревья, трава, цветы. Сама земля.

Здешняя природа жила собственной жизнью. Она не отталкивала меня, а словно предлагала познакомиться. К тропинке, что опоясывала подножье горы, деревья клонили ветви. С них свисали разноцветные тропические фрукты.

За всё время, проведённое на острове, я не узнал названий и половины из них. Многие выглядели весьма соблазнительно, но я не рискнул пробовать незнакомые плоды.

Изредка попадались небольшие поляны. Я проходил по их краю, стараясь держаться вне прямого солнечного света.

В конце тропинки ждал небольшой, начинавшийся из родника ручей. Чистый и немного пенящийся вблизи порогов. Я мог перепрыгнуть его, однако решил ступить в воду. Та оказалась невероятно холодной, и, будто получив толчок, я выпрыгнул из ручья на каменистый берег.

Холод долго не отпускал. Пришлось поспешить к выходу из леса, на солнце. Родниковая пена жемчужного цвета, оставшаяся на одежде, быстро растаяла под его лучами.

Приближалось побережье: из зарослей возникли две близко расположенные скалы. Они тянулись в море и почти смыкались на расстоянии нескольких сотен шагов, образуя замкнутую треугольную лагуну. Скрытую от посторонних глаз.

Вода в неё попадала через небольшую расщелину вдали. Глядя туда, я видел, как на водной глади отражается дорожка солнечного света. Она вела в место, где исчезает разница между небом и морем… Гипнотическая картина открылась мне так внезапно. Так красиво.

Поражало и то, что Непостижимое оказалось неожиданно близко. Что до него можно доплыть без корабля и даже лодки. Нужно войти в воду и идти на свет. Некоторое время я колебался. Впереди сверкала дорога в страну, о которой ходили легенды. Поговаривали, будто там родина гигантов, сотворивших острова, рассыпавших по водной глади драгоценные камни.

Казалось, звуки исчезли. И мысли. Я стоял в тишине и одиночестве, смотрел вперёд. На великолепие, открывшееся только мне. Вода и свет сходились в одной точке, а взгляд будто соскальзывал с неё, не проникая за невыразимую преграду.

Я понял, что ещё не достоин этого, и начал обходить видение стороной. Осторожно, словно боясь потревожить его или выказать неуважение. Ведь хотелось вернуться сюда, чуть позже. Чтобы ещё раз встать рядом с солнечной дорожкой. Не для того чтобы ступить на неё, а просто оказаться поблизости: её существование означало, что за границей человеческого восприятия есть нечто… подлинное. Оправдывающее очень многое.

Отойдя достаточно далеко, я понял, что шевелю губами. Тихо произношу что-то. Нет, это не было молитвой в привычном её понимании. Я произносил слова, которые шли, минуя разум и его сомнения. Смысла в голове не осталось, ни одного следа. Ощущалось нечто другое: тёплое успокаивающее чувство, такое, когда тебя принимают и слышат.

… очередная тропинка вела с холма, и спускаться было легко. Моя цель виднелась внизу. Сквозь стволы и узкие листья пальм проглядывала светло-сапфировая гладь моря. В центре неглубокого спокойного залива, сформированного двумя мысами, белела отмель. К ней с берега тянулся мостик на сваях, его деревянное полотно проходило вплоть до хижины с соломенной крышей. Рядом с нехитрой постройкой на отмели росла одинокая пальма. Дальше, к открытому морю, уходил пирс.

Я решил спуститься к воде и пройти к хижине вброд. Тропинка, спускавшаяся с холма, провела меня по последнему перед берегом участку зелени, сквозь невысокую траву и редко стоящие пальмы.

На песчаной полоске берега росли отдельные кусты. Я прошёл рядом с одним и провёл рукой по мягкой листве. Вода накатывала на песок и рисовала на нём сплетения призрачных линий. Серебристых, изогнутых.

Уровень песчаного дна немного менялся, прозрачная вода то и дело доходила до колена. Я смотрел под ноги – на песок жемчужного цвета с примесью сапфира. На гипнотизирующую игру света в воде.

Пройдя полпути к отмели, я остановился и оглянулся. Позади остались холмы, покрытые невысокой травой и пальмами. У самого берега – ряд нехитрых хижин, висевших над водой на сваях. На песке лежали три рыбацких лодки.

Я двинулся дальше. На первый взгляд, вокруг никого. Но это неправда – моя команда в хижине. Впрочем, подождут. Никуда не денутся.

Я свернул в сторону от хижины и забрался на мостик. Цепляясь за доски, повстречался со старым знакомым. Со странным пауком, который отчего-то свил паутину над водой. Как и раньше, он сидел, вцепившись в серебряные нити сети. Разноцветный такой. Надо же, даже пауки здесь красивы.

Я встал на скрипящие доски и посмотрел в воду. Там, в глубоком месте, скользили разноцветные рыбы в окружении пузырьков воздуха. Длинные водоросли вытянулись вдоль слабого течения.

Со стороны кораллового рифа, находящегося в море, доносились крики чаек. Издалека, почти с линии горизонта, к небу поднималась струя нагретой сапфировой пыли, которую выпускал вулкан. К острову приближалась стая странных птиц, похожих на буревестников.

Наконец, я решился и зашагал к хижине.

* * *

Тлеющий окурок полетел в темноту холодной осенней улицы. Я вернулся с балкона в душный и тесный гостиничный номер. Сел за компьютер и остановил игру «Обсидиановый остров».

Теперь можно удалять её. Она помогла сделать дело, и больше не нужна.

Забавно… Никогда бы не подумал, что она окажется полезной. Интересно, как преступник дошёл до такой мысли – использовать многопользовательскую online игру в качестве средства связи? Неожиданный ход[1]. На него мог решиться только безнадёжный романтик.

Пришлось освоить игру, чтобы добраться до уголовника. Потребовалось привлечь его внимание в среде MMORG, спровоцировать на контакт с моим персонажем – что помогло напасть на след преступника в оффлайне. Дальнейшее было делом более привычным.

Теперь можно удалять «Обсидиановый остров», вместе с этим… внутриигровым «помощником», альтерЭго. Искусственным интеллектом, встроенным в механику MMORG. Его модуль занимался развитием персонажа и даже проходил сюжет за меня, когда не получалось выделить для игры личное время[2].

От нечего делать я прокрутил запись того, что успел пройти альтерЭго, пока «его близнец» курил на балконе. Выходило немного. Уже в который раз мой виртуальный двойник умудрился заглянуть в каждый доступный уголок острова. И в результате даже не добрался до пирса, где стартует первый диалог. Хотя, к чёрту. Уже не имеет значения.

Игра помогла сделать дело – заказ по розыску уголовника выполнен, гонорар за поимку получен. Сворачиваем лавочку.

Я вышел из «Обсидианового острова», отыскал в папке с игрой файл удаления и активировал его. Тот ожидаемо предложил задуматься над тем, не хочу ли я изменить решение.

«Нет», – мысленно ответил я и почти нажал на кнопку «продолжить», но тут…

Раздался звонок. В гостиничный номер позвонили. Я поднял трубку аналогового аппарата[3] – оттуда донеслись характерные гудки. Никто не звонил. Это факс. Некто на другом конце провода услышал мой голос, удостоверился в том, что адресат послания на месте. Что я – это я. И некто, хранивший безмолвие, сделал то, что должен. Отправил послание.

Короткий лист бумаги со скрипом вылез из нижней части аналогового аппарата. Я сорвал листок и пробежал его глазами.

Оказалось – оферта[4] Управления наказаний на розыск осуждённого, сбежавшего из «центра обучения». Но почему дело предлагали мне? Случай побега, конечно, не рядовой, но всё равно не по профилю.

Пришлось вчитаться в бумажку. В ней предлагался контракт на поимку… как раз того преступника, которого я недавно поймал!

Вот почему оферту направили сюда. Если бы я не согласился, то предложение бы стало публичным, и по следу преступника пошёл бы откровенный сброд – все, кто считает себя охотниками за головами. А они мешают делу. Заказчик знал, кто справился с беглецом в прошлый раз.

Снова зазвонил телефон. Я снял трубку и в ответ на молчание произнёс: «Да». С того конца провода ни слова. Некто едва слышимо вздохнул или затянулся сигаретой. И так ясно. Мы заключили сделку. Я сжёг факс в пепельнице – как предписывали правила.

Следовало хорошо подумать над тем, где искать беглеца. Неужели придётся начинать с нуля? Обновлённых данных по преступнику Заказчик не сообщил. Зацепок не виделось даже на горизонте.

От нечего делать я потянулся к игре. К инструменту, с помощью которого ловил того самого уголовника. В окне, предлагавшем подумать над удалением «Обсидианового острова», нажал «нет». Затем запустил игру, вбил в появившееся диалоговое окно пароль своего профиля. Развернулся интерфейс пользователя. Я сразу отстранил альтерЭго от управления игрой – не хотелось зависеть от его… сентиментальности, что ли. Загрузил последнее сохранение.

* * *

Я не ожидал увидеть Эл. Она вышла из хижины, что находилась на отмели, и бросила в мою сторону короткий обиженный взгляд. Отвернулась и принялась смотреть в море.

Её появление в самом начале игры означало, что мне предлагается альтернативная сюжетная линия, в которой достичь Обсидианового острова труднее. Поэтому следовало избавиться от Эл. Она бы всё равно попала в команду, но позже, и не смогла бы испортить сюжет.

Итак, мне стоило «отшить» девушку. Ясно, что альтерЭго не стал бы этого делать, а распустил бы слюни. Но я – не он. Предстояло отделаться от девчонки, как в прошлый раз.

– Привет, Джу, – поприветствовал голос из хижины.

«Чёрт, он тоже здесь. Отвязаться от Эл будет непросто».

Здоровяк со шрамами на широком загорелом лице, в простой рыбацкой одежде, вышел вслед за Эл.

Этот явно не упустит шанса высказать мне всё или вообще двинуть по морде, если начну «отшивать» девчонку. Плюс, ссориться с ним сейчас не с руки. Потому что в нужный момент, ближе к концу игры, убить его будет труднее. Придётся юлить.

А что бы сделал мой двойник? Конечно, принял их в команду, как принял бы ещё половину острова. В итоге, за ним увязалась бы целая толпа. АлтерЭго пообещал бы Эл, что достанет ей лунный камень, а Рому сказал, что относится к девушке только как к подруге. И сам бы поверил в это. Но он – не я. Нужно отделаться от «спутницы», как в прошлый раз, хотя теперь это труднее. Здоровяк рядом.

– Привет, Ром. Привет, Эл.

Девушка не ответила. Только сменила позу, став ко мне другим боком и скрестив руки на груди. Красивые тёмные волосы развевались на налетевшем ветру. Длинные рукава её лучшего, расшитого мелким сапфиром, платья опускались до бёдер. Тонкие пальцы впились в предплечья. Затем Эл нашла другой выход для эмоций – она принялась теребить кольцо со статусным[5] сапфиром средней величины.

– Что это с вами? – спросил старый приятель Ром, с которым, согласно сюжету, мы дружили с детства. – Опять поссорились? Будете дуться друг на друга? Сохнуть?

В его голосе читалась надежда. Здоровяк не умел скрывать чувств. Эл являлась его не очень-то тайной зазнобой.

«А если избавиться от обоих? Тогда, возможно, и убивать «старого друга» не придётся», – произнёс я под нос. Неосторожно так. Ром что-то услышал.

– Поссорились, ага? – снова спросил он.

– Спасибо за своевременное замечание, – говорил я и гадал, быстро ли получу по морде. – Дай, объясню ситуацию. Тебя сколько не было на острове? А? Ты ещё не знаешь, что мы расстались. Я не хочу ничего вспоминать. Как и эта кукла.

Ром предсказуемо нахмурился и произнёс после небольшой паузы:

– Не верю, что ты так говоришь о ней. Скажи, что мне послышалось.

– Нет, не послышалось.

– Тогда не зря она ушла от тебя, – громила сжал кулаки и сделал движение в мою сторону, но сдержался. Его лицо побагровело, однако парень не решился ударить «старого друга». Девушка поёжилась, будто от холода, и выразительно посмотрела в мою сторону. Посмотрела так, что мне стало не по себе.

Я сглотнул. После паузы продолжил:

– Я бы сам от себя ушёл. И не могу, – сглотнул ещё раз. – А вот она ещё может. Ну, что смотришь, Эл? Ты снова проиграешь, если решишь втрескаться. Иди своей дорогой. Не придётся жертвовать жизнью ради того, кто этого не оценит. Останешься жива. Заплати местной колдунье, и она сделает так, что забудешь меня. Заплати ей. Я – глупый сон. Пускай, рядом с тобой была только горилла, – я ткнул пальцем в своего друга.

Они молчали, не сводя с меня глаз. Их недоумевающие взгляды постепенно ожесточались.

– Что, нечем платить? – добавил я в сторону Эл.

– Эй, если продолжишь нести эту чушь, я врежу, – почти прорычал Ром низким угрожающим голосом. Он давал понять, что ещё чуть-чуть, и…

– На, держи, по старой памяти, – я бросил на песок несколько сапфиров. Бóльшую часть россыпи, что находилась в кошельке, конечно, оставил себе. Брошенные камни попали на небольшую песчаную горку и сползли обратно. Ко мне.

Я ухмыльнулся и присвистнул. Замаха Рома заметить не успел. Тот врезал наотмашь. Так, что из глаз посыпались искры. Почти физическая боль разлилась по телу, но затем собралась в шар, который пульсировал под левой скулой. Где, должно быть, остался след от кольца с камнем Рома. Вначале показалось, что получится снести удар. Но потом я не выдержал и ответил.

Ром будто не почувствовал моего кулака. Не отступил ни на шаг. Разве что глаза налились кровью. Его взгляд стал похожим на взгляд убийцы, это выражение я хорошо знал… Правдиво так, хотя и компьютерная имитация… Глаза Рома вспыхнули яростью лишь на две-три секунды. Мы оба знали, что он не посмеет сделать этого. По крайней мере, здесь, при Эл.

– Счастливо, – бросил я и начал обходить громилу, стараясь держаться на почтительном расстоянии.

Девушка окончательно отвернулась от меня. Похоже, она заплакала: спина подрагивала, и доносились короткие всхлипы. Ром поспешил к ней, и тоненькая фигурка скрылась за широкими плечами гиганта.

Теперь они точно не поплывут. Пусть живут. Будем так считать – я сыграл типа, которого проще забыть.

Внутри хижины оказалось темно. В её глубине сидел клиент. Недоверчивые едва блестящие глаза уставились на меня из массивной тени. Я догадался: он подслушал разговор и теперь сомневается в «выборе», который якобы сделал, якобы наняв меня. Забавно. Если бы он сейчас смотрел на альтерЭго, то вёл бы себя иначе?

1

«В многопользовательских online играх (MMORG) много внимания уделяется общению и взаимодействию игроков в реальном времени. В «механике» подобных игр есть соответствующие средства коммуникации.

2

Крафтинг – необходимая часть некоторых игр, связанная с развитием персонажа. Крафтинг включает поиск особых предметов, разбросанных по игровому пространству, создание из находок полезных для игрока предметов. Крафтинг, как правило, не связан с развитием сюжета, и многие считают его скучным занятием, на которое не хочется тратить время

3

В цифровых линиях связи сигнал проходит через каскад перекодировок, и поэтому он может быть легко подделан. Цифровой способ передачи данных уравнивает оригинал и подделку. В мире будущего существует презумпция виновности цифрового сигнала – он считается изначально подделанным. Цифровые материалы не принимаются в судах как доказательство чего-либо. Специальные службы используют только аналоговые устройства, максимально защищённые от взлома, а также особый бумажный документооборот.

4

Оферта (юридический термин) – предложение о заключении сделки, с изложением условий договора. Оферта обязывает направившее её лицо заключить контракт с тем, кто согласен с условиями.

5

У обитателей фэнтезийного мира игры есть своеобразные паспорта. Их роль выполняют драгоценные камни, величина и вид которых соответствует положению персонажа в социальной системе. Если у него в руках более ценный камень, то перед ним откроется больше сюжетных возможностей, ему будет доступно больше ресурсов. Он сможет взаимодействовать с бóльшим количеством жителей мира. Ценность камня – характеристика развития персонажа. И даже больше – поговаривают, что сами судьбы людей заключены в камнях.

Остров Утопия

Подняться наверх