Читать книгу Дед Мороз на полставки - Ирина Ивановна Пиняева - Страница 3

Сергей Морозов

Барбершоп, где трудился хороший знакомый Морозова находился на втором этаже, прямо под его офисом и над его фитнес-центром.

Никита был живым, с очень активной жизненной позицией и совсем не похожим на всем известного стилиста и су-у-упер звезду Сергея Зверева и на прочих манерных парикмахеров нашего шоу-бизнеса – это и играло главную роль в их хороших отношениях.

Морозов не воспринимал манерность совершенно.

Никита Жиглов встретил хорошего знакомого широкой улыбкой и тут же проводил на свободное место, находившееся в отдалении от входа и надежно скрытое перегородкой с живым уголком, где с удовольствием проживала парочка красноухих черепах.

Абсолютно бестолковые создания, по мнению Жиглова, но так удачно вписывающиеся в окружающую, слишком брутальную, обстановку, одновременно немного разбавляя ее своими туповатыми выходками. Особенно нравилось завсегдатаям салона то, что у этих гадов получалось выбираться из террариума и по-тихому кусать острые носки модных ботинок у клиентов. Отчего-то особое удовольствие они получали от глянцевой кожи зимой и от человеческой – летом, если клиент вдруг придет в сандалиях, например, и немного зазевается.

"Сволочи!" – каждый раз поджимал губы Никита и относил пакостников обратно в живой уголок. Но насколько черепахи раздражали своего хозяина на столько же и располагали к себе посетителей.

Сергею нравилось сидеть в самом углу, откуда можно было наблюдать за всем залом, а его, наоборот, видно не будет.

– Сразу как обычно, или по кофе? – стилист уже щелкнул кофемашину, и она натужно загудела.

Морозов ухмыльнулся в слегка отросшие усы и бороду.

– Давай совместим.

Спустя пару минут мужчины небольшими глотками потягивали крепкий кофе из миниатюрных для их широких рук фарфоровых чашек и вели мирный разговор, как обычно начав с обсуждения женщин. Впрочем, каждый из них уже давно привык к установленному порядку тем: женщины, бизнес, политика, налоги, бизнес и опять женщины.

– Что твой личный фронт? – засмеялся Никита, припомнив прошлый рассказ Сергея, как его Настя выбирала себе купальник.

– Мой личный фронт проседает, – Морозов осушил последним глотком чашку и пересел на подставленное для процедур кресло. – И я ума не приложу, что с этим делать.

Никита усмехнулся. Видел он его "мадам Помпадур".

– Сейчас все решим! – Он встал за спиной приятеля и занялся привычными и любимыми делами: делать красоту и давать советы.

Спустя сорок минут Морозов выглядел как звезда с обложки журналов. Темно-каштановые волосы были идеально сострижены по нынче модной средней длине и лежали волосок к волоску, борода оптимальной формы едва прикрывала впалые щеки и полноватые, но строго очерченные губы, ловко перемещая акцент на мужественный строгий нос с небольшой горбинкой и яркие карие глаза.

Жиглов довольно прищурившись осмотрел дело своих рук, мысленно отметив, что он все-таки чертовски талантлив.

– А с женщинами надо быть хитрее и непредсказуемее, – спокойно проговорил он, не пытаясь скрыть хитрый огонек в глазах. Была у него одна идея, которая "сто процентный вариант", но в отношении прямого, как шпала, Морозова надо ее как-то поделикатней преподнести. Вот если он согласится – надо запастись на такой случай скрытой камерой. Зрелище будет – бомба!

– И что же это? – Морозов скептически вздернул идеальную бровь. – Я думал женщине надо крепкое плечо, на которое можно опереться, хороший секс и безлимитная кредитная карта.

– А любовь? – Никита полностью разделял мнение Сергея, но помня все наставления своих сестер, решил подвести друга к одному немаловажному моменту.

– Разве любовь нельзя заменить заботой?

"О, этого товарища голыми руками не возьмешь", – подумал Никита.

– Понимаешь, у баб на такое нюх, как у собак. Вот у тебя все просто…

Неожиданно стилист прервал сам себя на полуслове, а затем резко сменил тему, выдал:

– А пошли выпьем, а?

Морозов усмехнулся и поднялся на ноги.

Разговор будет долгий и занимательный.

Надежда Шепелева

Торговый центр, где проще всего было устроить мой маленький кастинг на роль "Хэменгуэльчика", уже сейчас в блеклом свете сумерек красиво подсвечивался сиреневым неоном. Большие баннеры ярко светились на его фоне, привлекая к себе внимание посетителей. Я бы с большим удовольствием прошвырнулась по стоковым магазинам, поглазела на манекены, порылась в длинных рядах вещей в поисках чего-нибудь интересного. Может быть, даже прикупила бы себе какой-нибудь новый комплект нижнего белья или новые солнечные очки. В конце концов, я просто девочка.

Меня наполняла непоколебимая уверенностью в успехе пусть для этого и не было никаких оснований. Тугая толстая коса от моей легкой прыгающей походки стучала по пояснице, темно-серая юбка развивалась от быстрого движения, заранее снятая куртка была перекинута через локоть.

Я уже немного опаздывала, но осталось только завернуть в ближайшие приветливо раскрытые двери кафе и…

– Надежда Борисовна! – громкий отклик заставил остановиться и резко развернуться на голос.

Э, как меня меня выдрессировали ученики за последние пять лет преподавательской деятельности в школе нашего района. В момент я была готова поймать летящий прямо в глаз бумажный самолетик, кинуться с криками "Брейк! в толпу дерущихся парней и прокрутить в мыслях карту с аварийными выходами и местами хранения огнетушителей.

– Девочки, – окинула строгим взглядом своих праздношатающихся по торговому центру пятиклассниц. – мысленно прикидывая в голове текущее время. – Вы одни здесь? Родители знают?

Строго осматривая пять симпатичных девчонок, классной руководительницей которых являюсь.

– Они в кафе сидят. А мы в кино были, – выдала Миронова, доставая из рта огромный черный леденец.

– Вика, – привычно обратилась к ней, нахмурившись осматривая разукрашенное лицо и выкрашенные в разные цвета пряди волос. Открыла – закрыла рот. Учить подростков, которые уже выше тебя ростом такое себе занятие, если честно. – Развлечения развлечениями, но про уроки не забывайте.

– Надежда-а-а Борисо-о-овна…, – страдальчески протянула она, вновь засовывая сладость за щеку.

Рассмеялась:

– Ладно, девчонки, отдыхайте! Я уже опаздываю.

Развернулась, чтобы рвануть, наконец, к своему "будущему жениху".

– Надежда Борисовна, – подала голос Маша Уткина.

Сдержалась, чтобы не закатить глаза, но я же ПЕДАГОГ.

Я пример! И я в некотором роде идеалистка, как говорит про меня мама, а не идиотка, как добавляет обычно сестра.

Ой, отвлеклась.

– Что, Маша?

Девчонка быстро подбежала ко мне, скромно улыбнулась и, потянувшись, ловко расправила задравшиеся от быстрой ходьбы рюши на вороте моей блузки.

– У нас самая красивая учительница. – довольно проговорила она, отступив назад.

– Спасибо! – улыбнулась. – Так и быть не буду спрашивать вашу дружную компанию в первый учебный день после каникул.

Девчонки дружно рассмеялись, но это уже без меня. Моя персона уже вбегала в кафе и споро выхватывала все мужские силуэты в полутемной атмосфере. Машинально отметив, что девочки меня не обманули и их родители сидят здесь же в дальнем углу. Как бы еще умудриться с ними не столкнуться.

Итак, первый кандидат.

В моем списке он значился под кодовым названием: " ЯГОДКА".

А как иначе записать мужчину написавшего о себе буквально следующее: "холостой мужчина, средних лет, в самом соку".

В переполненном зале отыскать его особого труда не составило. Во-первых, его выделяла яркая рубашка цвета "вырвиглаз-розового" с абстрактными синими пальмами. Во-вторых, у него была очень примечательная прическа и залысина, которой еще нет, но уже как бы и сильно да. Мужчине осталось только постичь пресловутое человеческое смирение и сбрить те пять отчаянно торчащих в разные стороны волос. И, в-третьих, это был единственный одинокий мужчина, который с неким щенячьим отчаянием провожал взглядом каждую мимо проходящую особу женского пола.

Когда я это увидела сразу поняла – это он, да, но для меня сразу – нет.

Ягодка вел меня от самого входа, буквально "ощупывая" каждый сантиметр моего тела, особенно тщательное изучение досталось моим коленям и скромному вырезу блузки.

– Добрый день! Я – Надежда. – приблизившись, максимально вежливо обратилась к нему. – Присяду.

– Да… да, конечно. Наденька, – подскочил Ягодка, зачем-то схватив меня за руку и впившись в запястье влажным поцелуем.

– Эм… – я несколько растерялась от такого порыва и замешкалась не зная, что сказать.

– Я даже потерял дар речи, когда вас… тебя увидел. Вы… ты превзошла все мои ожидания. – Продолжал шептать он между поцелуями.

У меня с большим трудом получилось удержать лицо и не скривиться.

– И…Игорь, простите меня, но не могли бы вы… меня отпустить!

Из-за того, что моя левая рука была крепко схвачена и зацелована, ничего не оставалось, как сбросить на соседний стул куртку с сумкой и попытаться отодвинуть пылкого мужчину от себя, упершись ладонью в блестящий от пота мужской лоб.

– Простите… Вы меня совсем смутили… – пропыхтела от усилия, все-таки сдвигая его на другой край стола.

– Наденька, я так перенервничал… – Он раскраснелся и, схватив салфетку со стола, принялся торопливо вытирать лицо и шею.

– Это я уже поняла, – раздраженно бросила, как можно дальше отсев от этого чокнутого.

– Хотите что-нибудь выпить? – услужливо уточнил он. – Я вообще не особо общительный, и это мое первое свидание.

– У меня не так много времени, – призналась честно, вспоминая, что мне жених нужен только на одну ночь.

Отчего-то после моей фразы мужчина оживился.

– Раз так, предлагаю поехать ко мне. Сегодня я как раз свободен.

Ягодка рукой поправил торчащую челку из пяти волосин и продолжил сверлить меня странным взглядом.

– А на завтра у вас какие планы? – внутри себя я уже решила, что данный кандидат слишком импульсивен для Эрнеста Пуговкина, но мало ли… Вдруг и остальные не подойдут.

– Завтра же Новый год, теща должна приехать. – Недовольно признался мужчина, а я обомлела.

– Вы же писали, что не женаты! – воскликнула, едва не подскочив на месте.

– Не женат! – он посмотрел на меня, как на неразумного ребенка. – Но дети и сожительница есть. И мать ее есть. Мать ее так! Жизни не дает.

Пока я молчала и как рыба открывала рот, он продолжил свой "трогательный" рассказ.

– Надюша, понимаешь… Я же как из армии вернулся так и жить с ней стал. Она же как пиранья в меня вцепилась и не отпускает, а там и дети пошли…

– А почему… – хотела поддержать разговор, а потом подумала: "Зачем?"

– Я же и не жил совсем. Не любил никогда. Наденька, хоть ты меня пожалей… Поехали ко мне…

Игорь, как представился в переписки этот "холостой в самом соку", "мужчину" я решила тут опустить, вновь вцепился в мою руку.

– Игорь, простите мне мое любопытство, а почему такой странный выбор рубашки на наше свидание? Остальные не были поглажены? – вопрос, если честно, пальнула наобум.

Испуганные глаза Ягодки надо было видеть.

– Наденька, ты знаешь Галю? – изумленно отпрянул от меня этот Дон Жуан.

– Просто сложила весь Ваш рассказ и пришла к определенным выводам.

Ягодка молчал, а я продолжила. Отчего-то чувствовала себя по меньшей мере мисс Марпл, в сцене с разоблачением преступника.

– К вам, Игорь, я точно не поеду. Более того, укажу в вашем аккаунте на сайте, что никакой вы не холостяк, а вполне себе женатый, еще и с детьми, заевшийся мужик, который за столько лет не набрался смелости взять на себя ответственность за свою семью. Продолжайте себя жалеть и лелеять. Это очень по-мужски! – ядовито выплюнула последнюю фразу, на эмоциях наклонившись к мужчине через стол. Так обидно стало за нас, за женщин.

– Да что б ты понимала, соска… – раскрыл он было рот и потянулся ко мне, явно не с поцелуями.

– Мамочка, мы тебя нашли!!!

– Мам…

– Мамуля-я-я…

Неожиданно на меня налетела толпа пестрых девчонок и принялась стискивать в объятиях.

– Мам, – протянула Миронова, плюхаясь на соседний стул, придавив своими костями мои вещи. – Это что за дядя?

– Да, мам! Мы сейчас что-то не поняли… – поддакнула Маша.

И вся эта банда из пяти бандиток уставилась на меня с отвратительно недовольными выражениями на лицах.

Я же не смогла сдержать улыбки. Вот же козочки. Разыграть меня решили.

Посмотрела на вскочившего с места Игоря. Кажется, еще немного и он прожжет во мне дыру.

– СУЧКА! – наконец, емко выдал он все свое недовольство и, привлекая всеобщее внимание, легким бегом рванул к выходу.

Я же изобразила жестом, словно что-то ловлю в воздухе.

– Так, доченьки! – проговорила, строго оглядев девочек. – Забыли его последнее слово!

– Упс, а он, кажется, обиделся, – ненатурально изобразив испуг, закрыла рот ладошкой Миронова.

– Да-а-а, мужики нынче не те… – протянула Марина Блошкина.

– А этот вообще какой-то стремный, Надежда Борисовна! – добавила с обвинением в голосе Маша.

– Согласна с вами девочки. Действительно стремный. – кивнула.

В голове у меня уже зрела новая тема на ближайший классный час "Любовь и уважение между мужчиной и женщиной". Поговорим абстрактно и обобщенно, но выводы сделаем правильные.

Кандидат номер два: "Мужчина со скотом".

– Девочки, вы, конечно, молодцы. И я хочу похвалить вас за тонкое чувство юмора, – с "тонким" немного преувеличила, но ругать девчонок посчитала лишним. – Только давайте больше не вмешиваться в личную жизнь вашего учителя. Помним про личное пространство, да?

Серьезно посмотрела на каждую.

– Надежда Борисовна, мы же просто пошутили. Да и до сих пор болеем за Самира Александровича нашего, – Миронова никогда не могла держать язык за зубами, и всегда передавала "глас народа" одного отдельно взятого класса.

– Нашего физрука? – нахмурилась, припоминая, что он однажды меня приглашал на кофе, но я не пошла.

– Ага, – закивали девчонки, захихикав. Ладно, разберусь с этим позже. Не до этого.

– Так! Выбрасываем все дурости из ваших голов и топаем к родителям. Они вас наверняка уже потеряли.

Дальше развивать тему моей личной жизни не стала.

На второе свидание я тоже уже опаздывала.

Быстро проводив моих гулен к родителям, с них станется меня подкараулить.

Перекинулась с родителями моих учениц буквально парой слов и сбагрив их из рук в руки, так сказать, сразу понеслась этажом выше на выставку восковых фигур, где была назначена моя следующая встреча.

Этот мужчина был у меня записан, как "мужчина со скотом".

А нечего девушке так сразу в лоб писать: "Я живу с скотом", затем конечно появилось значение "исправлено" и надпись кардинально изменилась на кота, но спасти парня от моего злословия это уже не могло.

На аватаре у него был изображен милый котик, а в личных сообщениях он мне прислал портрет симпатичного паренька.

Купив билет прошла в небольшой выставочный зал, сразу попав в галерею звезд. Хм, может, мне здесь стоит поискать себе Эрнеста?

Вот Ред Баттлер – прекрасно смотрелся рядом со мной.

"Что, Наденька, берем и выносим?!" – подленько сыронизировал внутренний голос.

За неполные десять минут я обошла весь зал, но кроме пожилой парочки, пожимающей руки Ким Чен Ыну и молодого парнишки со стаканом кофе, пытающего тайно заглянуть в декольте "Джоли" больше никого не нашла. Я даже покрутилась рядом, пытаясь привлечь его внимание, но молодой человек был настолько увлечен, что бросил на меня один единственный быстрый и абсолютно безразличный взгляд и вновь вернулся к своему занятию.

Вот она сила искусства! А я, между прочим, в осенних сапогах по льду сюда пришла.

Получается уже второй кандидат отпал.

Покинув выставку, медленно побрела к фуд-корту, где должно было пройти мое третье собеседование с кандидатом. Откровенно сказать, мой энтузиазм изрядно поутих, но зато появилось в запасе несколько минут на подведение неутешительных итогов.

На фуд-корте царило привычное оживление. Длинные очереди вились змеями вдоль отдельных кухонь. Становиться в хвост одной из них было откровенно лень. Приметив свободный столик, достала свой розовый блокнот с множеством цветных закладок, это была примета, по которой мой кандидат должен был меня узнать.

Звался этот кандидат номер три – "Красаучег".

Именно этого парня я ждала больше всего. А все потому, что на предложение принести, как примету, розовый блокнот, он предложил принести в ответ розовую розу.

Это было так мило, словно начало какой-то романтической истории.

Легкая нервная дрожь предвкушения пробежала по телу. В который раз поправила блокнот на столе, расправила все складки на юбке, рюши, опять же, на блузке поправила.

Красаучег задерживался.

Наконец, когда волнение и голод решили объединиться и погнать меня в очередь за сочным бургером и стаканом кока-колы, он появился.

Сначала я увидела розовую розу на длинном стебле, затем скользнула взглядом по стройным ногам, облаченным в стильные голубые джинсы, синий свитер с закатанными рукавами, у ворота выглядывала горловина белоснежной футболки, обнаженные загорелые руки, светло-русые волосы, ясная улыбка.

Боже, я почувствовала себя пломбиром на солнце: растаяла и потекла.

Нервно подхватила со стола блокнот и словно знамя выставила перед собой, поднявшись на ноги…

В голове включилась на репид песня группы Ленинград: "… произведение искусств".

А на утро я проснулась от ужасной головной боли, жуткого похмелья, а чертова песня про Иисуса все проигрывалась и проигрывалась в голове.

– Ненавижу ее!