Читать книгу Любимый плут - Кэролайн Линден - Страница 3

Глава 1

Оглавление

Максимилиан Сент-Джеймс быстро убедился, что репутация обогнала его. Это стало понятно по поведению дворецкого в парике, который с каменным недовольным выражением лица распорядился отнести его багаж наверх, в комнату для гостей. Также это распознавалось в настороженном недоброжелательном взгляде, которым окинул его поверенный при их знакомстве, что сразу напомнило ему учителей, которые оценивали его, прежде чем попытаться – заведомо напрасно! – вложить в него какие-то знания в греческом или теологии.

Но отчетливее всего это читалось в лице самой герцогини Карлайл, которая восседала в своем похожем на трон кресле и пристально, не мигая, рассматривала его, словно ожидала, что он сунет серебряный прибор за манжету, а потом умыкнет.

Что ж, Макс к этому привык, и ему было все равно.

В конце концов, если герцогине не хотелось видеть его здесь, не надо было присылать ему письмо, которое больше походило на королевский указ с повелением прибыть сегодня лично в замок, словно он какой-то слуга или же собачка, готовая мчаться по щелчку к хозяйке.

Увы! Письмо разбудило в нем острое любопытство, и поэтому он откликнулся на послание герцогини, вместо того чтобы просто разорвать его на глазах у стоявшего с поджатыми губами слуги, который его доставил, и выбросить. В нем содержался некий намек на выгоду, который Макс не мог оставить без внимания. Он никогда не проходил мимо чего бы то ни было, если оно сулило выгоду. А этот вызов, несмотря на его таинственность и высокомерный тон, был многообещающим.

Пока, судя по всему, интуиция его не подвела ни в том ни в другом. Он решил осмотреться вокруг после завтрака в полном одиночестве. Замок представлял собой каменные развалины, но содержался в полном порядке. На стенах висели старинные гобелены, на каминной полке стояли бесценные антикварные безделушки. Никаких следов банкротства аристократов, только богатство и еще… власть.

И раз уж он здесь… Макс решил воспользоваться возможностью, чтобы посмотреть на того, о ком он слышал всю свою жизнь. Преследуемый по пятам лакеем с каменным выражением лица, он шел по коридорам замка, пока наконец не оказался в галерее.

Вот она, его добыча в дальнем конце: портрет второго герцога Карлайла. Длинные вьющиеся пряди парика волнами спадали на сияющие доспехи. Лицо узкое, можно сказать, утонченное, несмотря на полоску усиков над верхней губой. Шея обвязана тонким полотном или кружевом на манер галстука. За спиной герцога расстилались и уходили вдаль угодья поместья.

Макс был прекрасно осведомлен, что принадлежит к старинному роду и герцог там присутствовал. Это был любимый повод для гордости его отца и главный источник надежд матери. Лично он использовал этот факт в корыстных целях при любом удобном случае, временами даже испытывая нежность при мысли о древнем Фредерике Августе, кем бы тот ни был. Упоминание этого имени и прозрачные намеки на то, что Макс по-прежнему имеет тесное отношение к герцогской ветви семьи, не один раз помогли ему избежать катастрофы, хотя ни разу по-настоящему так и не улучшили его финансовые обстоятельства.

Он внимательно вглядывался в изображение своего прапрадеда. Было ли сходство между ними? Он в этом сомневался. Тот, кто изображен на портрете, имел надменное право командовать и самоуверенность, которые обеспечивали ему богатство и власть. А вот Макс… Слишком много мерзавцев и настоящих исчадий ада без единой монеты за душой разделяли их родство во времени.

– Поздравляю! – тихо сказал он предку, коротко кивнул и двинулся прочь.

А теперь Макс сидел в богато украшенном и обставленном салоне, под подозрительными взглядами хозяйки дома, и ждал. Герцогиня восседала на кресле, покрытом искусной резьбой, которому могла бы позавидовать сама королева. Хозяйка оказалась дородной старой леди, лет семидесяти, совершенно седой, но с элегантной высокой модной прической. Несмотря на утренние часы, на ней было платье из черного шелка, а перстни на ее руках могли бы обеспечить безбедную жизнь в течение года даже самому расточительному вертопраху. Макс мог видеть часть ее туфель, выглядывавших из-под юбки на украшенной золотом скамеечке для ног. Алмазное сияние пряжек на них буквально слепило.

Возле ее локтя сидел поверенный: серьезный дядька, одетый в нечто безысходно черное. При утреннем свете были видны тонкие редкие волоски на его голове, похожей на голый череп. Он что-то деловито черкал в лежавших перед ним бумагах, и только когда поднимал глаза и Макс ловил оценивающий взгляд, было ясно, что заметки касаются его персоны.

Прибыл еще один гость – скорее всего, недавно: его не было на завтраке двумя часами раньше. Следы от пыли все еще виднелись у него на брюках, словно, не переодеваясь, он лишь прошелся по ним щеткой. Новый гость был выше Макса и явно тяжелее на несколько стоунов, с обычной, даже грубоватой внешностью. Военный, лениво предположил Макс, хоть и одет был мужчина в гражданское платье. По манере сидеть на стуле можно было представить, что он привык носить саблю на бедре. Должно быть, его тоже сюда вызвали: он сел на стул рядом с Максом лицом к герцогине, – но представить их друг другу никто не потрудился.

– Доброе утро, – неожиданно заговорила герцогиня, не дожидаясь, пока мужчины хотя бы кивнут друг другу в знак приветствия. – Хочу надеяться и верить, что ваша дорога сюда прошла нормально и обошлось без происшествий.

Макс скривился, вспомнив, как добирался унылой почтовой каретой, пока не додумался очаровать дочку хозяина какого-то трактира, и та позволила ему воспользоваться лошадью в кредит. Дороги были жуткие, вдобавок накануне целый день лил дождь, так что, если бы не уступчивость девицы, он бы прибыл сюда в грязи с головы до ног, на своих двоих и с поклажей в руках, как бродячий торговец.

– Да, ваша светлость, – вежливо произнес военный.

– Это было просто восхитительно! – протянул Макс, закинув ногу на ногу и положив руку на колено – как ему показалось, лихо и дерзко.

Герцогиня отреагировала на это молча – только поджала губы.

– Чудесно! Вне всякого сомнения, вам не терпится узнать, зачем я пригласила вас в Карлайл. – Она повернулась к поверенному. – Мистер Эдвардс сейчас вам все объяснит.

Тот приладил очки и начал:

– В минувшем апреле, четырнадцатого дня, лорд Стивен Сент-Джеймс, младший брат его светлости герцога Карлайла после болезни скончался.

Взгляд зеленых глаз военного, обращенный на герцогиню, можно было бы назвать пронзительным.

– Примите мои соболезнования и глубочайшее сочувствие, мадам.

– Благодарю вас, капитан, – откликнулась дама. – Весьма признательна вам за внимание.

– К сожалению, – продолжил поверенный, – лорд Стивен был ближайшим наследником его светлости из ныне живущих. У самого Карлайла нет ни детей, ни жены.

Военный двинул стулом, шумно выдохнув при этом. Макс мельком посмотрел на него, но ничего в выражении лица не увидел.

Где-то в глубине сознания у Макса возникла странная мысль. Но нет, этого не может быть! Они с герцогом были всего лишь дальними кузенами, и если в Карлайле хоть одна душа и помнила о нем, то никто и никогда этого не выказывал. Многие годы назад, еще когда Макс был несмышленышем, его мать обратилась в Карлайл за помощью, после того как отец бросил их ради очередной пассии, оставив совсем без средств к существованию. Он до сих пор помнит трагическое выражение лица матери, когда та получила короткий ответ с приложенными к нему пятью фунтами. Той зимой они жили впроголодь и в конце концов были вынуждены переехать к родственникам матери. Весной отец вернулся: пьяный, с пустыми карманами, без малейшего раскаяния.

Он опять взглянул на военного: тот, казалось, понимал, что к чему, – сидел напряженный, как пойнтер, только что не трясся из желания угодить.

Макс поерзал на стуле. Капитан, должно быть, тоже родственник Сент-Джеймса, но, интересно, более близкий или дальний? Это могло для них обоих иметь значение лишь по одной причине – умер наследник герцога Карлайла.

И тут герцогиня подтвердила его мысль.

– У лорда Стивена тоже не было ни детей, ни жены. Получается, что за неимением их герцогство после смерти моего сына перейдет к одному из дальних кузенов. – Она без восторга оглядела молодых людей. – Чтобы быть краткой, к одному из вас.

Благословен Христос и все ангелы! Сердце подскочило в груди Макса, прежде чем он смог обуздать свои реакции. Герцогство! И не абы какое, а Карлайл – огромное и процветающее, – но он взял себя в узду, тем более что слова военного остудили вспыхнувшую эйфорию.

– Самое неожиданное известие, ваша светлость, – произнес он своим низким рокочущим голосом. – Можно узнать почему…

– Разумеется, – решительно заявила герцогиня. – Мистер Сент-Джеймс – праправнук второго герцога. – Она приподняла брови, взглянув на Макса, и тот наклонил голову в знак согласия. – А вы, капитан, правнук третьего герцога.

Значит, солдат обошел его. Макс тихо выдохнул. Это слишком невероятно, чтобы быть правдой.

– Совершенно потрясающее известие, мадам, – заметил его конкурент. – Если новость и потрясла его, то он быстро пришел в себя. – Но есть ли еще?..

Откашлявшись, поверенный открыл было рот, но герцогиня отрезала:

– Нет, из более близких нет никого!

Обменявшись с хозяйкой мрачными взглядами, слово взял поверенный:

– Возможно, вам неизвестно, но его светлость пережил трагический несчастный случай несколько лет назад. В результате был признан недееспособным, то есть он стать отцом наследника по прямой не может. – Он вытащил из-под локтя большой лист бумаги и разложил перед ними на столе. – Я взял на себя смелость составить родословную Карлайлов. Этот документ станет бесценным, когда наступит время заявить претензии, и прежде всего потому, что ни один из вас не является прямым потомком нынешнего или предыдущего обладателей титула.

В первый раз Макс смог прямо посмотреть в глаза капитану. Тот был поражен не меньше его. Герцог Карлайл не в состоянии обеспечить рождение наследника, его единственный наследник мертв, а ему… Макс бросил короткий взгляд на аккуратно изображенное фамильное древо. А герцогу было уже почти шестьдесят.

Ему стало понятно, какой насущной была проблема.

– Я вижу, что известие явилось для вас полной неожиданностью, – заметила герцогиня в гробовой тишине. – Для меня это не менее тревожно.

Макс ощетинился, совершенно точно сообразив, что она имела в виду. Для них все это не было бы настолько ужасным, если бы они проявили хоть малейшую заинтересованность в нем несколько лет назад.

– Я бы не назвал это тревожным, – протянул он. – Удивительным, пожалуй.

Выражение лица герцогини могло бы повергнуть его в прах. Поверенный недовольно вздохнул, и капитан бросил на него неодобрительный взгляд. Только Макс просто улыбнулся.

– Правила наследования непреклонны, – заявила герцогиня, продолжая неприязненно разглядывать его. – Титул и неотчуждаемые земли должны передаваться по мужской линии Сент-Джеймсов. И так будет впредь. Один из вас станет следующим герцогом. Капитан Сент-Джеймс, скорее всего, либо мистер Сент-Джеймс, если какая-нибудь трагическая случайность произойдет с капитаном.

Судя по выражению ее лица, решил Макс, она считает переход наследства к нему бедой, сравнимой с апокалипсисом.

– К недвижимости прилагается значительное состояние, естественно, – продолжила герцогиня. – Это налагает огромную ответственность на будущего владельца, но никто из вас совершенно не готов возложить ее на себя.

– Естественно, – пробормотал Макс.

– Я провела кое-какое расследование в отношении вас обоих, – заметила дама, не обращая на него внимания. – Нельзя сказать, что результаты обнадежили, но нам придется иметь дело с тем, что есть. Вы оба пока не женаты.

– Да, мадам, – подтвердил капитан.

Макс и себя-то с трудом мог прокормить, не говоря уж о жене и детях, которые обычно появляются в семье. Герцогиня, с ее драгоценностями и обшитой атласом подушечкой для ног, не имела ни малейшего представления о том, что это такое.

– Оно и ни к чему, – вяло отреагировал на ее замечание Макс.

Эти слова произвели оглушительный эффект. Первым пришел в себя поверенный: поджав губы, уставился в пол, капитан откашлялся, прочищая горло, а в глазах герцогини сверкнули кинжалы.

– Кроме того, вы не предпринимаете никаких усилий, чтобы обрести респектабельность, сэр! – отрезала она в ответ. – Это меня и беспокоит. Именно поэтому я послала за вами. Поскольку герцог Карлайл обладает огромной властью, надлежит пользоваться ею с достоинством и с непременным соблюдением внешних приличий.

Макс вспомнил, что последним герцогом, которого он видел вживую, был молодой Умбертон. За одну ночь юноша проиграл одиннадцать тысяч фунтов, а потом от обиды стянул бриджи и помочился на карточный стол. Достоинство и внешние приличия – вот уж действительно!

– Это вызывающая трепет ответственность, – сурово, как судья, произнес капитан, впитывая ее слова, словно они были выбиты на скрижалях. – Надеюсь, я смогу стать достойным титула и ответственности, которую он налагает.

Его манеры, подобострастные на взгляд Макса, тем не менее растопили лед в герцогине.

– Ожидаю этого от вас, капитан, – приветливо кивнула ему дама, а когда опять стала холодной, повернулась к Максу. – И от вас, мистер Сент-Джеймс.

Он чуть склонил голову, подтверждая, что принял к сведению.

– Я понимаю, что это может быть сложно – как морально, так и материально, – поэтому готова оказать вам помощь. Мистер Эдвардс выделит каждому из вас по пять сотен фунтов, немедленно. Я верю, что вы с умом воспользуетесь ими, и через полгода вернетесь в поместье Карлайл настоящими джентльменами: серьезными, благородными и воспитанными. Если я буду довольна вашими успехами, то будете получать по полторы тысячи фунтов ежегодно, чтобы поддерживать свое стремление оставаться респектабельными.

О господи! Пятьсот сейчас и полторы тысячи на год! Какое-то мгновение Макс не верил своим ушам, но некое «если» в ее заявлении все же услышал и понял, что это совсем не манна небесная, как могло показаться.

– А если вы не будете довольны? – поинтересовался он вежливо.

Герцогиня вздохнула, но все же ее порадовал этот вопрос: мозги у него варят.

– Если у вас ничего не выйдет, тогда от меня больше не получите ни фартинга. Вы что, действительно настолько не верите в себя, чтобы пренебречь таким шансом, мистер Сент-Джеймс?

«Нет, ну что вы! Конечно, нет!» Он почтительно склонил голову:

– Просто захотелось уточнить.

– Я буду наблюдать за вашими успехами все это время, но знайте: я вам не враг. Это предложение направлено на то, чтобы помочь вам. Не обольщайтесь, что дела в поместье идут сами по себе или что нанятый управляющий способен все сделать сам. Вы оба даже не мечтали о наследстве, вам будет трудно свыкнуться с этим, но вы должны воспользоваться представившейся возможностью. Я настоятельно советую вам принять это предложение и отнестись к нему со всей серьезностью.

Капитан опять прочистил горло, и герцогиня бросила ему предостерегающий взгляд.

– Да, конечно, ваша светлость. Это исключительная щедрость с вашей стороны.

– Это не так, – возразила дама. – У меня нет ни малейшего желания наблюдать, как рушится замок и хиреет поместье. Я хочу убедиться, что наследие рода переходит в достойные руки того, кто станет заботиться о сохранении его величия для будущих поколений. С этой целью вам даются полгода, чтобы упрочить свое положение в обществе и доказать, что вы способны управлять поместьем. И не беспокойтесь о том, что деньги перестанут поступать, если я вдруг, не дай бог, умру, – добавила герцогиня, и ее темные глаза опять остановились на Максе. – Будет составлено завещание со всеми необходимыми распоряжениями. Ежегодные выплаты будут продолжаться до тех пор, пока соблюдаются мои условия.

У Макса пропало желание дерзить. Господи, он мечтать не мог о таком шансе. Именно это она подразумевала. Когда удача идет сама в руки, только идиот может отмахнуться от нее, а потому он спросил:

– А что это за условия, ваша светлость?

– Респектабельность, – решительно заявила герцогиня. – Никаких возмутительных выходок. Трезвость и рассудительность. Герцоги Карлайл долгое время занимали прочные политические позиции в Вестминстере, так что постарайтесь проявить интерес к политике, чтобы быть готовыми оправдать себя, когда займете место в палате лордов. Если нет, тогда кто-нибудь другой будет счастлив отобрать у вас это преимущество рано или поздно. – Она помолчала. – По моему ощущению, именно жена привносит порядок в жизнь мужчины. И следующему герцогу потребуется законный наследник. Необходимо подобрать пригодную для этой цели невесту, поэтому советую сосредоточить ваше внимание на поисках таковой.

– Мы должны жениться? – уточнил капитан, слегка нахмурившись.

– Герцогу Карлайлу потребуется наследник, – повторила дама. – Если вы не обеспечите этого, капитан, тогда герцогом, вероятно, станет мистер Сент-Джеймс.

Претенденты на наследство обменялись короткими взглядами. «Это уж черта с два!» – оценил свои шансы стать наследником герцогства при таком сопернике Макс. Капитан относился к тем, кто всегда поступает так, как от него ожидали. Можно не сомневаться, что он прямо сейчас перебирает в уме всех знакомых женщин и пытается понять, которая ухватится за шанс стать будущей герцогиней.

Нельзя сказать, что Макс его осуждал. Все, кто находился сейчас в этой гостиной, понимали, что из него самого не получится правильный герцог.

– На все дальнейшие вопросы вам ответит мистер Эдвардс, – объявила герцогиня, когда раздался тихий звон часов.

Она поднялась, а из-под ее кресла, зевая и потягиваясь, вылез здоровенный рыжий кот.

– Если позволите, ваша светлость…

Военный подскочил, чтобы помочь ей, заботливо наклонился и предложил руку. Макс перехватил несколько тихо сказанных слов, пока они направлялись к двери, сообразив, что капитан особо сосредоточился на вопросе, касавшемся будущей жены. Наверняка попросит герцогиню подыскать ему подходящую кандидатуру.

Слава богу, у Макса таких проблем не возникнет! Он повернулся к поверенному Эдвардсу, спокойно сидевшему, сцепив руки поверх бумаг.

– Ежегодная рента за хорошее поведение.

Очки мистера Эдвардса сверкнули.

– Таково пожелание ее светлости.

– А вы тот самый, кто будет судить, выполнено ли данное условие?

– Именно.

– Женитьба, – задумчиво произнес Макс. – Трезвость. Ну ладно – это абсолютно объективно. Мужчина либо женат, либо нет, либо пьет, либо нет. Респектабельность… – Он сделал неопределенный жест рукой. – Тут мало объективности.

– Мне понятна ваша озабоченность. – Мистер Эдвардс снял очки. – Советую вам учитывать вот что: будет ли вас задевает то, что говорят о вас или ваших поступках. Если вы сможете гордиться ими, тогда, не сомневаюсь, вам не стоит опасаться репрессий со стороны ее светлости.

Макс так не думал. Вне всяких сомнений, герцогиня будет в шоке от значительного количества его поступков, достойных осуждения, не говоря уж о том, что он постоянный посетитель игорных притонов и им подобных заведений, увеселительных садов. С другой стороны, ее светлость даже понятия не имела, что собой представляла его жизнь.

– Я понял, – вежливо ответил он поверенному.

Капитан продолжал едва ли не интимно беседовать с герцогиней, то и дело поднимая плечи, когда наклонялся к ней, в то время как Макс барабанил пальцами по бедру. От этой его постоянной нервной привычки бархат в этом месте основательно вытерся. Интересно, что с таким пылом капитан пытается выведать у старухи?

Макс не мог избавиться от ощущения, что этот вояка намерен перебежать ему дорогу. Но зачем? Ведь герцогиня сказала несколько минут назад, что капитан стоит ближе в ряду родственников, чем Макс, и это ничем не изменить, он уже в обойме. Так зачем напрягаться.

Впрочем, если герцогиня одобрит выбор капитана для женитьбы, тогда это добавит ему преимущества. Именно этого он добивается? Полторы тысячи в год – весьма существенный куш, целое состояние, по меркам Макса, – но для хозяйки Карлайла это просто мелочь.

– Она что, намерена нам и жен подобрать? – пробормотал Макс так, чтобы слышал только поверенный.

Мистер Эдвардс воспринял эти слова болезненно:

– Вообще-то нет, конечно… Но вы ведь не собираетесь жениться на актрисе или на куртизанке?

– Не собираюсь, – усмехнулся Макс, дабы успокоить беднягу: ведь тот именно этого от него и ожидал.

Его взгляд опять переметнулся к капитану. Тот с таким отчаянием хотел добиться одобрения герцогини, что уже не скрывал этого.

Макс инстинктивно отказывался следовать его примеру. Герцогиня уже решила для себя, что он ни на что не годен и принимать правильные решения не способен. Если капитан, который явно нравился ей больше, позволит герцогине сесть ему на шею, тогда она станет думать, что и Макс поддается дрессировке.

Только Макс не из тех, кто позволяет им манипулировать, дергать, как куклу, за ниточки.

Но, возможно, – кто знает?.. – есть шанс избавиться от таких ниточек раз и навсегда.

Любимый плут

Подняться наверх