Читать книгу Просодия в стилизации текста - Группа авторов - Страница 2

Предисловие

Оглавление

Некоторые ключевые понятия теории текста

Предлагаемая монография посвящена изучению интонационного оформления современной английской сценической речи в сопоставлении с речью спонтанной, посредством которой осуществляется обычное, бытовое общение людей – носителей английского языка. Фактическим материалом анализа служат, с одной стороны, видеоспектакли и художественные видеофильмы, а с другой – звукозапись актов живого общения (спонтанные выступления информантов по предложенной тематике).

В качестве непосредственного предмета анализа избрана диктема в своем первозданном звуковом воплощении. Диктема – элементарная тематическая и стилеоформленная единица текста, формируемая предложениями. Актуальность такого подхода к изучению текста вытекает из того, что ничто иное как диктема является изначальным строительным материалом для текста, будучи его молекулой. Диктема – это микротекстовое образование со своим зачином, разработкой, исходом, вместе с соответствующими градациями интенсивности, сюжетными взлетами и падениями, информационными выделениями, логическими сбоями и выравниваниями и всем тем, что делает речь речью, – но речью элементарного объема, а потому легко обозримой и фиксируемой.

Любая теоретико-исследовательская работа выполняется на некотором понятийном основании. Само собою понятно, что чем более четко определено основание исследования и его принципиальные предпосылки, чем более последовательно эти предпосылки применяются в ходе эксперимента и толкования данных эксперимента, тем продуктивнее и убедительнее представляются результаты всего исследования. Ключевыми понятиями настоящей работы являются, прежде всего, сами понятия текста, просодии и стилизации, указанные в ее заглавии, а вместе с ними такие общие понятия, как интонация, стиль, фоностиль, жанр, монологическая и диалогическая речь. Рассмотрим эти понятия в рабочих и возможно более ясных формулировках, нацеленных на использование в актуальных контекстах проводимых нами наблюдений. Это рассмотрение представляется особенно важным на фоне массы разночтений в толкованиях понятий, которые (толкования) мы не можем оставить неотмеченными при обработке соответствующих фактов изучаемого материала.

Начнем с понятия текста, находящегося в самой гуще теоретических дискуссий. Главными лексикулами лексемы «текст» (лексикула – словоупотребление в обобщенном варианте значения, «лексико-семантический вариант») являются следующие четыре: 1) текст как письменно представленная речь; 2) текст как разворачивающаяся речь в обоих воплощениях – и письменном, и устном; 3) текст как целое речевое произведение; 4) текст как речь, отражающая некоторую тему. Сама речь, фигурирующая в приведенных определениях, понимается нами как последовательность мыслей, выраженных языком.

Из приведенных определений текста существенными для нашего исследования являются третье и четвертое, образующие, по сути, единое широкое определение. С точки зрения строгости выделения предмета предпочтение следует отдать четвертому определению: оно является более актуальным в том отношении, что допускает существование текста как такового не только в законченном, но также и в незаконченном виде. В самом деле, если некоторое произведение осталось незаконченным (автор решил его не заканчивать или каким-либо образом утерял возможность его закончить) или оно является еще не законченным, находясь в стадии создания, – так что же, оно не достойно называться «текстом»? Как видим, если из четырех определений выбрать только одно, существенное для нас, то это будет именно четвертое определение – четвертая лексикула: текст есть тематически выделенная речь как письменная, так и устная.

На этом этапе дефиниционного рассуждения повторяем данное выше определение диктемы. Диктема – элементарная тематическая и стилеоформленная единица текста, формируемая предложениями. Перефразируем это определение в терминах структуры и функций: диктема – элементарная сегментная единица текста, формируемая предложениями и выполняющая четыре основные знаковые функции: ситуативную номинацию, обобщенную предикацию, смысловую тематизацию, коммуникативно-адаптивную стилизацию. Уточняющие определения можно продолжать до бесконечности, соблюдая единственное и незыблемое условие: определение должно удовлетворять своему назначению строгого выделения (опознавания) предмета по существенному признаку. Это условие требует от определения четкости, ясности (недвусмысленности) и компактности. Несоблюдение хотя бы одного из приведенных требований делает определение негодным.

Теперь определим просодию. Учтем при этом, что базой определения просодии должна служить интонация, которая по внутреннему толкованию термина обозначает тон (звучание) голоса и его движение в процессе произнесения речи, то есть в процессе устного речеобразования. Итак, мы явочным порядком определили интонацию. Следовательно, определение просодии должно идти по линии ограничения содержания понятия интонации. Даем это ограничительное определение:

Просодия есть голосовое звучание высказывания в категориально существенных параметрах. Этими параметрами служат мелодия в фиксированных признаках, ритм в фиксированных признаках, интенсивность, темп, тембр – все в фиксированных признаках. Перечень параметров остается открытым для последующих исследований. В качестве цельного элементарного высказывания, в рамках которого выделяется просодия (просодическая модель) в единстве всех своих конститутивных признаков, как показывает проведенное исследование, оказывается диктема.

Определим стиль и стилизацию. Основные лексикулы лексемы стиля: 1) совокупность характеристик текста, определяющих его выразительность (при толковании выразительности как впечатляющей силы); 2) совокупность характеристик любого рукотворного предмета, определяющих его впечатляющую силу (ср. стиль интерьера, стиль прически, стиль одежды и т. д.); 3) совокупность характеристик некоторой деятельности (ср. стиль поведения, стиль руководства, стиль производства и т. д.); 4) совокупность характеристик рода и вида искусства разных отраслей (стиль трагедии, стиль летописи, стиль пейзажа, стиль камерной музыкальной пьесы и т. д.).

Из четырех приведенных типических лексикул рассматриваемой лексемы мы выбираем первую как существенную для нашего анализа. Что касается четвертой – совокупность характеристик разновидности искусства, то она вторгается в компетенцию жанра и может быть оценена как широкое понятие стиля. Именно в этом качестве выступает понятие стиля в терминологической номинации «функциональный стиль», которое в точности соответствует терминологической номинации «жанр». Стиль как таковой – выразительная характеристика текста, жанр – целеполагающая характеристика текста.

Что касается стилизации, то по внутреннему определению понятия это формирование стилистического своеобразия чего бы то ни было (см. вышеприведенные четыре лексикулы стиля), но для нас, непосредственных исследователей, это формирование выразительных характеристик текста. А поскольку текст мыслится нами в диктемном расчленении, то мы подчеркиваем, что элементарной единицей стилизации текста служит диктема как микротематическое высказывание, стилизованное (снабженное стилистическими характеристиками) по определению.

Определение понятия фоностиль (как и фоностилизация) прямо и непосредственно вытекает из определений, приведенных и рассмотренных выше. Фоностиль есть жанрово определенный стиль звучания текста. Соответственно, фоностилизация есть формирование такого звучания.

В заключение нашего дефиниционного рассуждения остановимся на понятиях монологической и диалогической речи.

В соотношении монологической и диалогической речи сложнейшим образом скрестились диалектически противопоставленные аспекты. Это соотношение само может служить живой иллюстрацией языковой диалектики как таковой. У нас нет возможности детально анализировать указанное соотношение; для начала укажем на главное ее противоречие: речь производится лишь одним говорящим, то есть единой языковой личностью, а общение предполагает как минимум две личности, причем их реплики составляют единую последовательность мыслей, распределенных между вызовами и отзывами. Следующее противоречие: все коммуниканты в акте общения говорят на одном языке, но каждый из коммуникантов фактически употребляет как средство общения свой собственный язык-идиолект, не являющийся идентичным (поскольку он индивидуален) языкам-идиолектам прочих коммуникантов. Еще одно противоречие: между репликами устанавливаются единосистемные семантико-синтаксические связи, которые надстраиваются над контактом разных языков-идиолектов. И еще следующее противоречие: диалог предполагает общение двух и более коммуникантов, а в реальных текстах, художественных и нехудожественных, представлена диалогическая речь, сформированная одним единственным говорящим (то есть автором произведения, который, впрочем, может быть и коллективным – но выступающим в виде «единого источника текста»). Спрашивается – это диалог или монолог?

Перечисление диалектических узлов указанного соотношения можно продолжать и продолжать, как, впрочем, и давать их убедительное разрешение, действующее для ушей, которые слышат. Но в этой связке противоречий есть одно звено, которое затрагивает нас, исследователей стилизующей просодии текста, с особой силой вызова. Это противоречие касается не столько системы языка, сколько ее интерпретации. А состоит оно в том, что вся речь по весьма модному современному утверждению объявляется существенно диалогической, безотносительно к тому, является ли она формально монологом или диалогом. Диалогична якобы любая речь постольку, поскольку непременно к кому-то обращена и, следовательно, рассчитана на реальную или воображаемую реакцию.

Здоровый аспект указанного утверждения, в целом несостоятельного, заключается в том, что оно порождает продуктивную мысль. А эта мысль приходит к выводу, что в отмеченном утверждении неоправданно смешиваются две принципиально различных характеристики речи. Первая характеристика – по присутствующим сторонам общения: одностороннее общение (один говорящий в сторону слушающего) – монолог, двустороннее общение (два и более участников общения последовательно говорящих то в одну, то в другую сторону) – диалог. Разумных разночтений этой формулировки не существует и не может существовать. Вторая характеристика – по направлению адресации речи. Эта характеристика исходит из того, что речь всегда адресована – либо внешнему слушающему или читающему, либо внутреннему слушающему или читающему, то есть себе самому. Исходя же из истины языковой личности как носителя идиолекта, мы видим, что реально речь ведется лишь одним говорящим, с этой точки зрения представляя собой не диалог, а монолог. И это с совершенной четкостью раскрывается в диктемном строе текста: диктема существенно является принадлежностью монолога, и в принципе не может в ходе диалога быть расчлененной на две единицы («полуединицы») вне транспозиционного употребления; иными словами, реплики диалога строятся лишь цельными диктемами, собираемыми актом общения в диалогические единства.

Таким образом, сама действительность языка толкает авторов к тому, чтобы подвергнуть просодико-диктемному анализу именно монологический текст, органически отвечающий собственному, единоличностному действию идиолекта как первичного воплощения системы языка во всей ее конкретности.


М. Я. Блох

Просодия в стилизации текста

Подняться наверх