Читать книгу Влюбиться в Калининграде - - Страница 7

Мама дома уже, конечно, все знала: ей позвонили коллеги из школы. Она была готова устроить вечеринку с тортом и шариками, настолько она гордилась дочерью. Инесса Васильевна не забыла упомянуть и один несчастный балл, которого не хватило до сотни, но в общем и целом, такой счастливой Аня ее не видела, кажется… никогда.

Была ли счастлива и довольна собой Аня? Скорее нет, чем да. Она ожидала от себя результата не ниже девяноста баллов, она была в себе уверена. Значило ли это, что подсознательно она хотела полететь в Калининград?..

Когда поздравления утихли и Аня осталась наедине со своими мыслями, она поняла, что теперь просто обязана воплотить их общую с Соней мечту в жизнь. Ради себя, ради Сони, ради того приложения, которое Соня мечтала «допилить». Это было бесплатное приложение психологической поддержки, в котором человек общался с ботом-помощником. Но это должен был быть не обычный бот, а бот, который бы использовал советы реальных людей. Девочки даже запустили в интернет формы сбора обратной связи для советов и были удивлены, как много пользователей откликнулось. У них уже было около пятисот советов, триста из которых действительно можно было использовать в приложении.

Аня долго не могла уснуть и думала о том, что делать дальше. Она снова написала Соне, но это сообщение сильно отличалось от предыдущих.

«Я подумала о том, что бы ты мне сказала… поэтому я полечу в Калининград. Устроюсь официанткой на лето, накоплю денег на билет и на первое время. Надену покерфейс, чтобы мама ничего не заподозрила. Она сказала слово «Бауманка» сегодня примерно раз тридцать. Видела в магазине твоего папу. Он все так же крут, можешь не переживать. Я не верю в знаки, я не верю в магию, да и в существование души я тоже никогда не верила. Но теперь мне хочется в это верить. Иначе куда ты делась? Если ты за мной следишь, то, пожалуйста, сильно не угорай и не кринжуй, ок? Только… помоги запустить апку. Я буду стараться. Обещаю».

Инесса Васильевна была рада, что дочь стала активнее, а на ее лице «появился цвет жизни». И все потому, что с утра Аня попросила ее поговорить с тетей Олей о работе в кафе. Старшеклассники работали там каждое лето, поэтому никаких проблем не возникло. На всякий случай Инесса Васильевна сделала нотариально заверенное разрешительное письмо.

Аня собрала всю волю в кулак. Она работала в кафе по десять часов пять дней в неделю, а по выходным старалась проводить время с Кириллом и Кристиной, Сониной сестрой. Кристине очень не хватало Сони, поэтому Аня уделяла ей внимание даже чаще, чем родному брату. Кроме того, младшие так сильно друг друга не любили, что Кристина забывала о Соне, стоило Кириллу начать ее доставать. Поэтому совместное времяпрепровождение было полезным для всех них.

Единственным, что не давало Ане всецело решиться на отъезд, был Кирилл. Она ощущала на себе ответственность за него и не знала, как он отнесется к тому, что ему придется остаться дома с мамой. Тем более ему ничего нельзя было говорить – вместо языка у мальчика был самый настоящий пропеллер. Он обидится, когда Аня уедет, и точно расскажет все маме, если она поделится новостью с братом.

Когда Аня узнала, что в сумме набрала двести девяносто четыре проходных балла, в Москву ее пригласила старшая сестра. Информатика принесла Ане сто баллов, чему она, впрочем, не удивилась. Ей больше не хотелось думать об экзаменах.

Таня жила в столице уже семь лет, с тех пор как поступила учиться на менеджмент. Теперь она работала в крупной организации, снимала квартиру в спальном районе вместе с парнем и копила на ипотеку. Таня спровадила Антона к родителям и решила провести выходные с Аней. Они сходили на ВДНХ, погуляли по Авиапарку, посидели в кафе. На правах старшей сестры Таня купила Ане пару футболок и новый рюкзак, вместо потрепанного школьного. Эти магазины были не из тех, в которых Аню обычно одевала мама, а на ступеньку, а то и две, выше. Но Таня была счастлива побаловать младшую. Она бы хотела сделать для нее больше, но, к сожалению, пока не могла. В ответ Аня угостила сестру кофе на заработанные в кафе деньги. Таня чуть не расплакалась, ведь для нее Аня оставалась десятилетним ребенком.

Вечер воскресенья они провели дома за просмотром «Теории большого взрыва», поеданием роллов, чипсов и погружением в воспоминания. Но Таня не могла не заметить, что сестра что-то не договаривала.

– Колись.

Аня посмотрела на Таню с недоумением.

– Я же вижу, что ты вроде бы здесь, а вроде бы и нет. Как будто что-то вычисляешь. Это связано с Бауманкой?

Тане удалось прочитать все, что было написано у Ани на лице. Миссия «Покерфейс» была провалена.

– Погоди! Ты поступаешь не в Бауманку? – Таня отложила деревянные палочки.

– Только маме не говори! Иначе она меня не пустит. – Аня положила в рот ролл побольше, чтобы как можно дольше не отвечать на расспросы сестры.

– Конечно не пустит. А куда? Реально не скажешь? Ну не в другую же страну? Аня, блин!

– Я не скажу, потому что ты можешь проболтаться. Не специально, но ведь можешь. И тогда мне капец! Я уже подала документы в вуз, который мы выбрали вместе с Соней. Коплю деньги на билет, жду результатов приемной комиссии.

Когда речь зашла про Соню, ролл с лососем показался Ане резиновым, и она тоже отложила палочки.

– А если тебе не дадут общагу, что ты будешь делать? Где будешь жить? Это же другой город! – Таня запаниковала, будто Аня уезжала уже завтра.

– Да не парься ты раньше времени. Буду решать проблемы по мере поступления. Все окей.

– Ну-у-у… выглядишь ты и правда на удивление спокойно. Я бы даже сказала самоуверенно. А когда ты сможешь сказать, куда едешь?

– Когда получу диплом, – ответила Аня без ноты сарказма в голосе.

– Не шути так, ясно? Мать успокоится через пару месяцев. Наверное… но тебе придется сказать, куда ты поехала. А то ее еще удар хватит. Божечки, моя сестренка будет одна в чужом городе! Жесть какая. Ладно… ты никогда не лезла в неприятности, так что… все будет хорошо. Звони мне почаще и, если нужны будут деньги, сразу говори! На еду всегда скину, голодной не ходи. Я все это знаю, сама проходила. Ела бичпакеты, травила тараканов в общаге… А потом мы с подругой не выдержали и сняли однушку-студию. Она была нереально маленькая, но в чистом доме и со своей душевой. Мы продолжали жрать макароны и пухнуть от них, зато накупили всяких штуковин для уюта и радовались жизни. Эх, было же время! – Глядя на то, с каким теплом сестра вспоминала свои студенческие годы, Аня задумалась. Неужели ей тоже будет тяжело? Неужели она тоже будет вспоминать об этом времени через несколько лет с теплом, несмотря на все?

Раньше Аня не рассуждала о том, какой будет студенческая жизнь. Какая разница, если рядом подруга. Так далеко она не заглядывала, хотя и была главной по планированию. Но теперь Соня не могла сказать, что все будет офигенно. Теперь Аня боялась неизвестности.