Читать книгу Погружаясь во тьму - - Страница 2

С каждым днём майские ночи становились короче и теплее. Воздух в комнате был свеж и наполнен ароматом сирени. Казалось, что нет атмосферы, более располагающей к работе, чем эта, но я уже больше часа сидел перед ноутбуком, глядя в тёмный экран.

В голове было много мыслей, но ни одна из них не была связана со сценарием, который мне следовало писать вот уже вторую неделю. Я думал о жизни. О своей жизни.

Полгода назад моя привычная жизнь перестала существовать. Всё началось с малого: головокружение, кровь из носа и ухудшение зрения. Первая мысль была: «Я переутомился». Тогда, перед Новым годом, навалилось куча всего: два проекта, праздничные хлопоты, подготовка к приезду родителей и продажа машины. Казалось, день отдыха – и всё придёт в норму. Но и после замедления бешеного ритма жизни состояние не улучшилось. И вот он – поход к врачу. Дальше всё происходило стремительно: обследования, анализы, госпитализация. Выводы врачей обрушились на меня, как приговор: неизлечимая болезнь. Каждая минута могла стать последней. Это знание словно выжгло из меня желание жить, лишило сна и аппетита. Я перестал чувствовать вкус еды, цвета казались блеклыми, а звуки – приглушенными. Мир сузился до четырех стен моей комнаты и ожидания неминуемого конца.

Встав из-за стола, я подошёл к окну.

«Нужно выпить кофе». С этой мыслью я включил чайник и тут же подумал о Марии. Вспомнил, как каждое утро она заваривала для нас кофе. Вспомнил её запах, глаза и голос. После того, как она ушла, из квартиры как будто бы вместе с ней ушли жизнь и энергия.

Я взял телефон и посмотрел на время.

«Чёрт!»

На часах было половина третьего ночи. Ещё одна ночь впустую. Остальное время до рассвета прошло за курением и кофе.

«Продуктивно», – подумал я с кривой ухмылкой и отправился спать.

Проснувшись в обед, я еле нашёл в себе силы встать с кровати. Ещё один «прекрасный» день. Абсолютно не заботясь о своём внешнем виде, я вышел из дома и пошёл в кофейню через дорогу. Она открылась недавно, сразу после того, как я попал в больницу. Почему-то мне показалось это знаком. Приходить в «Свон» было приятно. Место ещё не стало популярным, и поэтому посетителей было не так много.

Зайдя в кофейню, я не торопясь подошёл к бару. За кассой стоял Герман. Мой приятель. Он как раз заканчивал обслуживать девушку.

– Привет, Герман, – подавая руку, сказал я.

– Добрый день. Ты сегодня поздно. Тебе как обычно?

Я утвердительно кивнул. Пара минут – и стакан кофе уже стоял передо мной.

– Чёрный, как моя душа, – с усталой улыбкой попытался пошутить я. Герман улыбнулся в ответ.

– Ну как сценарий? Получилось написать хоть что-то?

– Ну конечно. Название. – Мы оба рассмеялись.

– Всё получится, просто нужно поймать правильное настроение.

– Дело не в настроении. Я постоянно думаю. И эти мысли не дают мне сделать ни шагу.

– Ты о своей болезни? – осторожно спросил он.

– Нет. Скорее о том, во что она превратила мою жизнь.

– Ты жив. Не это ли главное?

– Психолог из тебя такой же плохой, как и бариста, – засмеялся я. Он посмеялся в ответ.

Мы проговорили ещё около получаса, пока в «Свон» не зашла шумная компания подростков. Шутя, смеясь и дурачась, они прошли за самый большой стол. Их было человек пять-шесть. Я не считал. Меня это не интересовало. Я смотрел на них и не понимал, что я чувствую? Тоску? Зависть? Или осуждение? А если я их осуждаю, то почему? Потому что они могут веселиться? Потому что их жизнь бьёт ключом?

С этими мыслями я вышел на улицу и достал сигарету.

«Медленная приятная смерть». Так я думал о сигаретах.

Я вернулся в квартиру. Кофе немного взбодрил меня. Я посмотрел на мешки с мусором на кухне, пачку не вскрытых писем на столе, грязные чашки после выпитого кофе, которые были повсюду. Такой же бардак, как и в моей голове. Я подошёл к столу, на котором стоял ноутбук. О чём же написать? В начале работы у меня было несколько идей, но чем дольше я раздумывал над каждой из них, тем больше мне казалось, что они все отвратительны. Да, именно отвратительны. Я думал, что у такого человека, как я, идеи рождаются соответствующие.

Я рухнул на кровать и смотрел то в потолок, то на ноутбук, который угнетал меня ещё сильнее видом чёрного экрана. Остаток дня так и прошёл, лёжа в кровати. Я вспомнил день выписки. Это последнее, что я помнил отчётливо о времени своей болезни. Тот день был холодный. Мы приехали домой на такси. В квартире пахло едой, какой – я не помню. Помню лицо Марии. Уставшее. Бледное. С огромными синяками под глазами от бессонных ночей. Удивительно то, что я почти не помню ничего из происходящего тогда, но отчётливо помню заботу и самоотверженность Маши, с которой она тогда боролась за нас двоих.

Когда на улице окончательно потемнело, пришло время для очередной попытки взяться за работу. Сев за компьютер, я подумал, что хорошо бы было в такой тёмный период жизни написать что-то светлое и доброе. Может, это снова поможет мне вернуться в колею жизни? Эта мысль меня приободрила. Я начал что-то печатать, больше на автомате, неосознанно. Так за пару часов мне удалось написать двадцать страниц. Мне казалось, это удачей. Я не совсем понимал, что написал. Начав перечитывать и дойдя до середины, ко мне пришло осознание, что текст сухой и безжизненный. Герои, вышедшие из-под моего пера, были картонными. Мне захотелось закричать от бессилия, но вместо крика из глаз моих полились слёзы. Время растворилось в этих слезах. Чем дольше я рыдал, тем паршивее мне становилось. Я чувствовал презрение к самому себе. Почти в темноте, ослеплённый слезами, я с трудом добрался до кровати. Не знаю, сколько времени я плакал, но в какой-то момент последние силы покинули меня, и я провалился в сон.