Читать книгу Воспоминания о будущем - - Страница 3

– Значит, они следят за нами, – Михаил нервно барабанил пальцами по столу. – Как думаешь, сколько они знают?

Елена тщательно осмотрела лабораторию на предмет жучков, но ничего не нашла. – Не знаю. Но факт в том, что "ТехноХронос" проявил интерес к нашей находке слишком быстро. И этот Ковальский…

– Что с ним?

– Имя кажется знакомым, – Елена потерла виски. – Не могу вспомнить, где я его слышала.

Она подошла к компьютеру и быстро загуглила "Александр Ковальский ТехноХронос". На экране появилось фото уверенного мужчины лет пятидесяти с проницательными темными глазами и идеально подстриженной бородой.

– Вот он, – Елена вчитывалась в биографию. – Бывший физик, работал в ЦЕРН, затем основал "ТехноХронос" шесть лет назад. Компания специализируется на "инновационных энергетических решениях" и "прорывных материалах". Довольно расплывчато.

– Классическая формулировка для тех, кто не хочет раскрывать, чем реально занимается, – заметил Михаил.

Елена вздохнула и повернулась к пирамиде. – Давай вернемся к расшифровке. Я хочу понять, что эта штука пытается нам сказать, до того как мы решим, что делать с предложением "ТехноХроноса".

Михаил кивнул и вернулся к компьютеру. – Я установил программу для анализа символов. Если мы сможем идентифицировать ключевые паттерны и их взаимосвязи…

Он не закончил фразу, потому что пирамида внезапно засветилась. Символы на ее поверхности начали меняться, перетекая один в другой.

– Она снова активировалась, – прошептала Елена, медленно подходя к артефакту.

– Не трогай ее, – предупредил Михаил.

Но Елена уже протянула руку. Ее пальцы легко коснулись поверхности, и в тот же момент пирамида взлетела, зависнув в воздухе. Вокруг нее развернулась голограмма – но не полноценная трехмерная проекция, как раньше, а серия символов, похожая на текст, который непрерывно менялся.

– Это похоже на… интерфейс, – пробормотал Михаил. – Будто она пытается найти подходящий способ коммуникации.

Символы продолжали меняться, пока наконец не стабилизировались. Теперь они выглядели более структурированными – ряды знаков, организованные в то, что напоминало абзацы.

– Невероятно, – Михаил быстро делал снимки экрана, записывая каждую перемену. – Это однозначно коммуникация.

– Но что она говорит? – Елена не отрывала взгляд от меняющихся символов.

Михаил хмурился, анализируя последовательности. – Если мои предположения верны… – он быстро печатал на ноутбуке, сверяясь с программой анализа. – Это что-то вроде… инструкции? Или сообщения.

– Можешь расшифровать? – Елена затаила дыхание.

– Не полностью, но некоторые паттерны начинают обретать смысл, – Михаил указал на экран. – Смотри, этот символ постоянно повторяется в начале каждого "абзаца". Возможно, это указатель или маркер.

Он напряженно работал, переводя взгляд с голограммы на экран компьютера и обратно. – Подожди-ка… – внезапно произнес он. – Я понял. Они не статичны. Они реагируют на нас!

– Что?

– Когда я делаю определенное движение или издаю звук, некоторые символы меняются. Это интерактивный интерфейс, который пытается настроиться на пользователя.

Елена потрясенно смотрела, как Михаил поднял руку, и часть символов действительно изменилась.

– Попробуй что-нибудь спросить, – предложил он.

– У него? У артефакта? – Елена выглядела скептичной.

– Да, любой вопрос. Посмотрим, как оно отреагирует.

Елена глубоко вздохнула. – Что ты такое? – четко спросила она, глядя на парящую пирамиду.

Символы мгновенно перестроились, образуя новую последовательность. Одновременно пирамида начала испускать тихий гудящий звук.

– Оно отвечает! – воскликнул Михаил. – Дай мне минуту…

Он лихорадочно работал с программой, пытаясь расшифровать новый набор символов. Спустя несколько минут он откинулся на спинку стула.

– Это невероятно сложно, но я начинаю улавливать закономерности. Если я правильно понимаю, оно сказало… – он сверился с экраном, – что-то вроде "хранитель сообщения" или "посланник".

– Посланник? От кого?

Елена задала этот вопрос пирамиде, и символы снова изменились.

Михаил изучал новую последовательность. – Это сложнее… что-то о "тех, кто видел" и "будущее время". Синтаксис очень непривычный.

– Спроси его прямо, – предложила Елена. – Ты из будущего?

Михаил перевел вопрос, используя те символы, которые уже идентифицировал, и голограмма мгновенно ответила новой последовательностью.

– Боже мой, – прошептал Михаил, глядя на результаты анализа. – Оно ответило утвердительно. По крайней мере, так интерпретирует программа.

Елена почувствовала, как по спине пробежал холодок. – Спроси, зачем оно здесь.

Михаил ввел вопрос, и пирамида снова изменила символы. На этот раз последовательность была длиннее и сложнее.

– Это займет время, – сказал Михаил, запуская расширенный анализ. – Но предварительно… что-то о "предотвращении", "катастрофе" и "изменении последовательности".

Программа обрабатывала данные несколько минут, пока наконец не выдала более полный перевод.

– "Предотвратить катастрофу, изменить последовательность событий, остановить проект", – прочитал Михаил. – И еще что-то о "точке невозврата" и "2033 годе".

– Точка невозврата в 2033 году? – Елена нахмурилась. – Именно тогда голограмма показала первую катастрофу. И именно тогда "ТехноХронос" планирует запустить свой экспериментальный реактор.

– Слишком много совпадений, – пробормотал Михаил.

Елена смотрела на парящую пирамиду, осознавая невероятность ситуации. – Если это правда… если этот артефакт действительно отправлен из будущего, чтобы предотвратить какую-то катастрофу, связанную с "ТехноХроносом"…

– Это звучит безумно, – покачал головой Михаил. – Но факты… они складываются в слишком стройную картину.

Он задал пирамиде еще один вопрос: – Кто отправил тебя?

Новая последовательность символов появилась в воздухе, и программа начала анализ.

– "Выжившие", – наконец перевел Михаил. – "Последние выжившие после… цепной реакции"? Это очень приблизительный перевод.

– Цепная реакция, – повторила Елена. – Как при ядерном взрыве? Или это метафора?

– Неясно. Синтаксис очень сложный, а наш перевод несовершенен.

Елена подошла ближе к голограмме. – Спроси его, есть ли другие артефакты.

Михаил перевел вопрос, и пирамида ответила новой последовательностью.

– "Пять посланников, пять локаций, пять ключей", – перевел Михаил. – И координаты… те же самые точки, что показывала голограмма!

– Сибирь, Исландия, Австралия, Перу и Центральная Африка, – вспомнила Елена. – В каждом месте спрятан такой же артефакт?

– Похоже на то. И все вместе они составляют какое-то сообщение или инструкцию.

Елена начала ходить по комнате, пытаясь осмыслить полученную информацию. – Итак, если я правильно понимаю, кто-то из будущего отправил пять артефактов в прошлое – в наше время – чтобы предотвратить катастрофу, связанную с проектом "ТехноХроноса". Катастрофу, которая, судя по всему, имеет глобальные последствия.

– И первый эпизод этой катастрофы должен произойти в 2033 году, – добавил Михаил. – Совпадающем с запуском их экспериментального реактора.

– Именно. И теперь "ТехноХронос" заинтересован в нашей находке, – Елена остановилась. – Что если они уже нашли другие артефакты? Что если именно поэтому они так быстро узнали о нашем?

– Возможно, – кивнул Михаил. – Но если артефакт отправлен, чтобы предотвратить их проект, почему бы им просто не… ну знаешь, не уничтожить его?

– Хороший вопрос, – Елена подошла к пирамиде. – Спроси его, почему они не могут уничтожить артефакты.

После перевода вопроса и появления ответа Михаил озадаченно изучал символы. – Что-то о "квантовой связи" и "темпоральной стабильности". И… "только все вместе"? Я не уверен, но похоже, отдельные артефакты невозможно уничтожить или они как-то связаны между собой.

– Это объясняет, почему "ТехноХронос" так хочет заполучить наш, – сказала Елена. – Возможно, все пять артефактов должны быть собраны вместе для активации какого-то механизма.

– Или для полной передачи сообщения, – добавил Михаил.

Елена вдруг почувствовала странное головокружение. Ситуация казалась абсурдной – они общались с посланием из будущего, которое предупреждало о глобальной катастрофе. Это выходило за рамки всего ее научного мировоззрения.

– Миша, как думаешь, – тихо спросила она, – мы можем верить тому, что оно говорит? Что если это какая-то хитроумная мистификация?

– Честно? Не знаю, – Михаил потер глаза. – Но материал пирамиды, технология голограммы, сложность коммуникационного интерфейса… все это выходит за пределы наших текущих возможностей. Если это мистификация, то созданная кем-то с технологией, намного опережающей нашу.

– Что почти так же невероятно, как послание из будущего, – закончила Елена.

В этот момент в дверь лаборатории постучали. Пирамида мгновенно прекратила проецировать голограмму и мягко опустилась на стол, став неотличимой от обычного металлического предмета.

Елена быстро накрыла ее тканью и кивнула Михаилу. Тот закрыл программу и пошел открывать дверь.

На пороге стоял профессор Карпов. Его обычно спокойное лицо выражало тревогу. – Елена, у нас проблемы, – сказал он без предисловий, входя и закрывая за собой дверь. – Ко мне только что приходили люди из "ТехноХроноса" и какой-то правительственной структуры. Они требуют передать им артефакт для "изучения в интересах национальной безопасности".

– Что? – воскликнула Елена. – Они не могут просто прийти и забрать нашу находку!

– Технически могут, – мрачно сказал профессор. – У них есть соответствующие документы. Я оттянул время, но завтра утром они вернутся с официальным предписанием.

– Но это незаконно! – возмутился Михаил. – Артефакт принадлежит университету!

– Боюсь, что в данном случае законность – растяжимое понятие, – вздохнул профессор. – Они намекнули, что речь идет о технологии двойного назначения с потенциальной угрозой безопасности.

Елена и Михаил обменялись взглядами.

– Валентин Сергеевич, – медленно сказала Елена, – мы кое-что выяснили об артефакте. И это… сложно объяснить.

Она сделала глубокий вдох и начала рассказывать профессору обо всем – о голограммах, о послании из будущего, о предупреждении катастрофы, связанной с "ТехноХроносом". По мере ее рассказа лицо профессора становилось все более недоверчивым.

– Елена, – наконец сказал он, – ты понимаешь, как это звучит?

– Понимаю, – кивнула она. – Я бы сама не поверила, если бы не видела все собственными глазами.

– Мы можем показать вам, – предложил Михаил. – Пирамида интерактивна. Она отвечает на вопросы.

Профессор покачал головой. – Даже если все, что вы говорите – правда, это только подтверждает, что артефакт потенциально опасен. И если о нем узнают военные или корпорации…

– Уже узнали, – перебила Елена. – "ТехноХронос" каким-то образом отслеживал нашу экспедицию с самого начала.

– Тем более, – профессор выглядел обеспокоенным. – Вы ввязались в нечто гораздо более серьезное, чем обычное археологическое открытие.

– И что нам делать? – спросил Михаил. – Просто отдать артефакт тем, кого он предупреждает как виновников будущей катастрофы?

Профессор долго молчал, явно обдумывая ситуацию. – У вас есть до завтрашнего утра, – наконец сказал он. – Что бы вы ни решили делать, делайте быстро. Я могу обеспечить вам несколько часов форы, прежде чем они поймут, что происходит.

Елена удивленно посмотрела на него. – Вы предлагаете нам… украсть артефакт?

– Я ничего не предлагаю, – покачал головой профессор. – Я просто говорю, что если вы верите в то, что рассказали мне, возможно, некоторые правила стоит нарушить. В конце концов, речь идет о потенциальном будущем человечества.

С этими словами он направился к двери. – И Елена, – обернулся он, – будь осторожна. Чем бы ни был этот артефакт, он явно привлек внимание очень могущественных людей.

Когда дверь за профессором закрылась, Елена и Михаил переглянулись. – Что будем делать? – спросил Михаил.

Елена подошла к пирамиде и сняла ткань. Артефакт лежал неподвижно, ничем не выдавая своей необычной природы.

– Мы должны узнать больше, – решительно сказала она. – Задать правильные вопросы. И, возможно, найти остальные артефакты, прежде чем это сделает "ТехноХронос".

– Ты хочешь начать гонку за инопланетными технологиями против международной корпорации и правительственных структур? – скептически спросил Михаил.

– Не инопланетными, а из будущего, – поправила Елена. – И да, если это необходимо для предотвращения глобальной катастрофы.

Она активировала пирамиду, и та снова взлетела, проецируя голограмму. – Спроси у нее, как нам найти другие артефакты.

Михаил перевел вопрос, и пирамида ответила серией сложных символов.

– Здесь координаты, – сказал он после анализа. – Точные координаты всех пяти локаций. И еще что-то… "следуй за светом"?

– "Следуй за светом"? – повторила Елена. – Что это значит?

– Не знаю. Может быть, подсказка, как найти артефакты на месте?

Елена задумалась. – Ближайшая локация – Исландия. Мы могли бы начать с нее.

– Ты серьезно собираешься лететь в Исландию? – Михаил выглядел обеспокоенным. – А как же университет? Твоя работа?

– А как же будущее человечества? – парировала Елена. – Если то, что показал артефакт – правда, у нас может не быть выбора.

Михаил долго смотрел на нее, затем кивнул. – Ладно. Я с тобой. Но как мы вывезем пирамиду из лаборатории? За нами наверняка следят.

Елена улыбнулась. – У меня есть идея. Но нам понадобится помощь профессора.

Поздней ночью, когда университетский кампус практически опустел, небольшой грузовик въехал на служебную парковку. Из кабины вышел человек в форме курьера и направился к задней двери лаборатории, где его ждал профессор Карпов.

– Все готово? – спросил курьер, и профессор кивнул.

– Груз упакован и ждет. Но помни, Елена, у вас мало времени. К утру они поймут, что происходит.

Елена сняла кепку курьера, освобождая темные волосы, собранные в тугой пучок. – Спасибо, Валентин Сергеевич. Я знаю, чем вы рискуете.

– Просто будь осторожна, – он крепко сжал ее плечо. – И держи меня в курсе.

Через несколько минут Елена вынесла небольшой ящик и загрузила его в машину. Внутри, надежно упакованная в специальный контейнер, лежала пирамида.

– Михаил ждет в аэропорту, – сказал профессор. – Билеты забронированы на вымышленные имена. Документы найдешь в бардачке.

– А как же капсула? – спросила Елена. – Она все еще в хранилище.

– О ней не беспокойся. Я распорядился перевезти ее в более надежное место. Сейчас важнее, чтобы вы с пирамидой оказались подальше отсюда.

Елена кивнула, еще раз поблагодарила профессора и села за руль. Через минуту грузовик выехал с территории университета и влился в ночной поток машин.

Елена ехала осторожно, стараясь не привлекать внимания. Она чувствовала, как адреналин пульсирует в венах. Еще неделю назад она была уважаемым археологом, ведущим размеренную академическую жизнь. Теперь она стала беглянкой, похитившей артефакт и преследуемой могущественной корпорацией.

Внезапно в зеркале заднего вида мелькнули фары машины, слишком быстро нагоняющей грузовик. Елена напряглась, сжимая руль. Черный внедорожник без опознавательных знаков приблизился почти вплотную.

– Черт, – пробормотала она. – Так быстро?

Она прибавила скорость, пытаясь оторваться, но внедорожник не отставал. Затем он резко вырулил на соседнюю полосу и поравнялся с грузовиком. В тонированных стеклах Елена не могла разглядеть водителя.

Внезапно внедорожник начал смещаться в сторону грузовика, явно пытаясь прижать его к обочине. Елена крутанула руль, уходя от столкновения, но маневр привел к заносу на мокром от недавнего дождя асфальте.

Грузовик занесло, и на долю секунды Елена потеряла контроль над машиной. Этого хватило, чтобы внедорожник прижал грузовик к разделительному ограждению. Раздался скрежет металла, посыпались искры.

Елена отчаянно пыталась выровнять машину, но грузовик уже вращался, скользя по мокрому асфальту. В последний момент она увидела, как внедорожник резко тормозит, а затем наступила темнота.