Читать книгу Лаура. Королева ледяной страны - - Страница 3

Около двух недель понадобилось кораблю из Сардонии чтобы пересечь Рубиновое море и войти в воды Ледонии. Лаура каждый день прогуливалась по палубе, раздумывая исключительно о своей горькой участи. И вот, в последний день путешествия она увидела на горизонте город Брандт – столицу и крупный порт Ледонии. Парусники кораблей на пристани и крыши домов были еще скрыты белым туманом, однако их очертания вполне можно было разглядеть. Глядя в этот туман, Лаура вновь прокручивала в голове одни и те, же мысли, неизменные с первого дня путешествия. Как бы ей заставить этого наглого тирана прекратить махать мечом направо и налево, особенно в сторону Сардонии. И как бы сделать так, чтобы ее не стошнило от необходимости выходить за него замуж.

С приближением к берегам Ледонии заметно изменилась погода. Снег шел уже второй раз за утро, в воде плавали толстые льдины и качались на волнах, а в воздухе витал колючий морозец. Лаура, выросшая на севере, в Чарсфилде, была привычная к холодной погоде и даже ощутила ностальгию по детству. Однако, прожив много времени в Руфирусе, где снег почти всегда таял, едва коснувшись земли, успела привыкнуть к тамошнему приятному климату и теперь замерзла за считанные минуты. Она не успела подумать об этом, потому что к ней на палубу вышел Юрвин.

– Тебя встретит на пристани специально назначенный человек и отвезет во дворец. Не волнуйся, он говорит по-сардонски. Поэтому проблем не возникнет.

Лаура с удивлением обернулась на него.

– Разве ты не поедешь со мной?

Она почему-то ожидала, что Юрвин вместе с ней проделает этот тяжелый путь до конца. Но оказалось, что даже это утешение ей не светит.

– Нет. Корабль отплывает обратно через час после прибытия. А я хочу поскорее вернуться домой.

«Я тоже хочу домой» – с грустью подумала Лаура, но почему-то при слове «дом» ей представился Таэро, король и королева, Тали, Ричард, Делия и Вейрон…. Странно, что теперь она охотно была готова вернуться туда, откуда так долго порывалась бежать.

– Полагаю, нам нужно попрощаться. – сказала Лаура, глядя на море.

– Да. – согласился юноша, ему все еще было неудобно от того, как он поступил с ней – Спасибо тебе, что ничего не сказала Флюрит.

Лаура слабо улыбнулась.

– А тебе спасибо, что позаботился о моем гардеробе. А то пришлось бы знакомиться с этим ледонским тираном в старых вещах.

Она говорила с иронией, но ей было вовсе не весело. Столь же серьезным был и Юрвин.

– На самом деле это малая часть из того, что я мог сделать для тебя. Мне жаль, что так все получилось… Извини меня.

Эти слова точно разбудили в Лауре все чувства, которые она скрывала. Осознание того, что Юрвину далеко не все равно, упало как снег на голову. Она посмотрела на него с прежней надеждой. Как будто он все еще может заметить ее. Но он даже не взглянул на нее. А если взглянул, что не увидел. Его лицо выражало лишь одно желание – убраться отсюда как можно скорее и забыть обо всем. И все же какое это было красивое лицо… Какое родное и до боли знакомое. Лаура поймала себя на мысли, что может быть поэтому он и нравится ей, что именно с ним у нее связаны самые лучшие и теплые воспоминания ее детства. «Но я же никогда больше его не увижу…» – с тоской подумала она и это привело ее в ужас.

– Юрвин! – сказала она, только чтобы заставить его взгляд остановиться на себе. И тогда их глаза встретились.

На палубе не было других пассажиров, все были заняты сборами. За бортом весело плескались волны, а в небе приветливо кричали чайки. Лаура и Юрвин вдвоем, а рядом только море. Через несколько минут они расстанутся навсегда. Чем не романтичный момент? «Поцеловать бы его сейчас. И пусть думает, что хочет» – смело подумала Лаура. Наверное, только ужасная грусть заставила ее допустить подобную глупую мысль. И вдруг ей стало неприятно. Вот так вот взять и отдать свой первый поцелуй человеку, который влюблен в другую, который сознательно выбрал другую, а не ее, который растоптал ее чувства, ее доверие и в упор ее не замечает уже много лет. Нет, это уже слишком даже для ее печального настроения.

– Ты думаешь сейчас о Флюрит? – вдруг спросила Лаура, не опуская глаз.

– Я думаю о ней постоянно. И о том, что теперь мы сможем уехать из Сардонии и зажить мирно и спокойно. – признался Юрвин.

– Понятно.

Лаура отбросила все прежние мысли. Она решила, что на этом следует закончить ее историю любви и больше к ней не возвращаться. И как только она может быть такой глупой? Он давно сделал свой выбор и нет смысла спорить с этим выбором. «Я забуду его чего бы мне это не стоило – решила она. – Да и разве это будет сложно, при том, что я его больше не увижу? Прощай, Юрвин. Навсегда прощай». Она отвернулась и стала смотреть на волны.

Корабль причалил, и взору Лауры предстали высокие парусники на пристани и стройные ряды домов на берегу. Город встречал ее снегом и инеем на каменной брусчатке и стенах зданий. Точно погода здесь ничего и не слышала о наступившей весне. Даже, когда Лаура спускалась по трапу, тот оказался скользким ото льда и пришлось сильнее ухватиться за руку Юрвина, чтобы не упасть. Однако, оказавшись на земле, она сейчас же убрала руку. Больше она не позволяла себе предаваться бессмысленным романтическим мечтам.

– Где меня должны встретить? – спросила она, оглядываясь по сторонам.

Это был глупый вопрос, потому что в отдалении, ближе к дороге и людной улице, уже стояла карета. И эта карета была такая вычурная, что явно предназначалась для кого-то особенного, а не для обычного путешественника, каких десятки на пристани. Да и кроме того, она была единственная. Лаура и Юрвин направились к ней. Да, карета была странного вида. Лаура в такой никогда раньше не ездила. Вместо того чтобы быть прямоугольной, она была скорее круглой, а на месте колес красовались странные полу изогнутые дуги, наподобие лыж. Возле экипажа их ожидал незнакомый человек в странных одеждах. Хотя, для такой погоды, его многослойный костюм, отделанный мехом, и такая же меховая шапка с пером может были и к месту.

– Господин Ульв. – Юрвин наклонил голову в знак приветствия и обратился к Лауре. – Принцесса, разрешите представить вам господина Ульва. Он переводчик и служит королю Сигвальду во время приемов иностранных послов.

– Добрый день. – поздоровалась Лаура без особого энтузиазма. Хотя ее провожатый выглядел вполне дружелюбно, улыбался и напоминал ученого или профессора, потому что носил круглые очки.

– Добрый день, ваше высочество. Мне чрезвычайно приятно познакомиться с вами.

Про себя Лаура отметила, что этот человек действительно очень хорошо говорит на сардонском и ведет себя довольно вежливо для жителя страны-захватчика.

– Ну что ж, мне пора. Доверяю вам принцессу, господин Ульв. Всего доброго.

Лаура в последний раз взглянула на Юрвина.

– Прощай, Юрвин. Я не держу на тебя зла – произнесла она.

– Удачи тебе, Лори. – ответил тот, видимо пытаясь напоследок вести себя более приветливо, чем раньше.

– Не называй меня так. – возразила Лаура. Сейчас ей менее всего было нужно его дружелюбие. Пусть уж лучше он будет холоден как лед, чем назовет ее по имени, как раньше.

Юрвин же принял ее слова за приступ гордости, которые у нее бывали когда-то, и в очередной раз убедился, что Лаура ничуть не изменилась. Осталась все такой же избалованной и бесцеремонной особой, которая хочет, чтобы все в жизни было только по ее желанию.

– До свидания, ваше высочество. – сказал он более официально.

Лаура закрыла глаза, чтобы не смотреть на него и спряталась в карете. Дело сделано. Флюрит и Юрвин спасены и свободны. Осталось помочь Торису.

Лаура ехала в карете вместе с господином Ульвом и смотрела в окно на заснеженную улицу. Наверное, будь у нее хорошее настроение, этот человек стал бы прекрасной компанией в пути. Ведь он с большим воодушевлением и без остановки рассказывал ей разные факты из жизни города, то и дело обращал ее внимание на разные здания, мимо которых они проезжали и в подробностях излагал их историю и назначение. Но Лаура была не в настроении. И могла только слушать и временами улыбаться уголками губ и говорить:

– Надо же. Как это интересно.

Город оказался большим, так что ехали они долго, и выслушать Лаура успела многое. Но мало из этого запомнила. Уже через пятнадцать минут ее разум вновь заполнился лишь одним – мыслями о будущей встрече и будущей свадьбе. О Юрвине она не позволяла себе думать.

– Долго ли нам еще ехать? – поинтересовалась Лаура, когда ей показалось, что дорога их никак не кончается.

Господин Ульв выглянул в окно.

– Нет, совсем не долго. Скоро будем на месте, принцесса.

– Хорошо.

– Вы верно замерзли.

– Нет, я в порядке, благодарю. – сказала Лаура, хотя от холода не чувствовала ног.

– Вот, закутайтесь получше.

Господин Ульв снял свой теплый меховой плащ и накрыл им сидящую напротив Лауру по самую шею.

– Мы здесь привычные к морозам, а вам лучше поберечь себя.

– Вообще-то я сама тоже с севера. – сказала Лаура, – Но спасибо. А как же вы, не замерзните?

Мужчина махнул рукой и улыбнулся.

– Сейчас весна, вот я не чувствую холода. А кроме того его величество приказал оберегать вас. Нельзя же позволить, чтобы наша будущая королева замерзла и простудилась в первый же день.

Лучше бы он этого не говорил. Лаура, готовая было отвлечься от грустных мыслей, вновь погрузилась в молчаливую печаль. «Что же за человек этот король… – думала она. – И как мне расценивать его заботу? Как насмешку или как дань вежливости?».

Через несколько минут непрерывной езды внимание Лауры привлек громкий шум с улицы. Шумела толпа. И шумела не очень-то довольными голосами. Лаура с любопытством выглянула наружу.

– Что там такое? – спросила она.

К ее удивлению господин Ульв попросил ее вернуться на место и плотнее задернул занавеску.

– Ничего особенного, принцесса. Лучше взгляните на вон ту красивую улицу. Он указал на противоположное окно. – Знаете ли эти дома построены в стиле…

– Но там какая-то толпа. – перебила его Лаура, упрямо отодвигая занавеску и выглядывая наружу. – А еще помост, стража с оружием. Ой, а это что?

На помосте Лаура увидела виселицу, хотя о ее назначении и не догадывалась.

– Не смотрите, ваше высочество. Это всего лишь казнь. – остановил ее господин Ульв.

– Казнь? – переспросила Лаура. – Но что случилось? Неужели кто-то совершил преступление?

На самом деле и в Чарсфилде и в Таэро Лаура не часто слышала о публичных казнях, для нее подобное событие было признаком какого-то вопиющего нарушения закона.

– Да, принцесса. Прошу вас, закройте занавеску.

Лаура сама не знала, отчего ей так интересно все это. Видимо она искала любой повод, чтобы только отвлечься от своих переживаний, поэтому она и не думала умерить любопытство.

– Там кого-то вывели на помост. Не разглядеть. Остановите! – крикнула она кучеру.

Карета скрипнула на снегу и замерла.

– Это же мальчик. – удивилась Лаура, увидев на помосте бледного мальчишку лет двенадцати со связанными руками. – В чем его обвиняют?

Кажется, господин Ульв не испытывал особого удовольствия от обсуждения этой темы. Скорее, он чувствовал неудобство. Но делать нечего, пришлось ответить.

– Он позволил себе нелицеприятно высказаться о нашем короле, его величестве Сигвальде. А злые шутки подобного рода строго запрещены.

Лаура была немало удивлена такому обвинению.

– Хотите сказать он неудачно пошутил? И что теперь с ним сделают?

– Его повесят, принцесса.

– Повесят это значит…

– Казнят. – пояснил переводчик.

Лицо Лауры побледнело.

– Вы это серьезно?

– Поедем дальше, ваше высочество. Вам незачем на это смотреть.

– Нет, постойте. Лучше выйдите со мной на улицу.

Лаура решительно распахнула дверцу кареты и быстрым шагом направилась к толпе. Она сама до конца не осознавала отчего ее так волнует судьба какого-то там незнакомого мальчика, и все-таки вся эта ситуация с казнью казалась ей нелепой и она просто не могла позволить этому случиться. А будучи сейчас здесь в статусе невесты, пусть и формально, она чувствовала свою власть. Толпа расступалась перед ней, точно понимая, что перед ними какая-то важная барышня. Лаура уверенно шла вперед, а господин Ульв едва успел догнать ее. На его лице читалось сильное беспокойство. В это время человек со свитком в руках громко зачитывал приговор, а бледный мальчик с петлей на шее напоминал своим видом мертвеца, до того он был напуган происходящим. Из толпы слышались испуганные и взволнованные перешептывания. Лаура остановилась напротив высокого военного в железе доспехов и меховом плаще, на которого она могла смотреть не иначе, как снизу вверх. Мужчина создавал впечатление кого-то вроде начальника здесь. Однако она сохранила уверенное и гордое выражение лица и махнула рукой в сторону господина Ульва.

– Переведите мои слова. – сказала она и уверенно обратилась к военному. – В чем обвиняют этого ребенка?

Господин Ульв, сдерживая волнение под строгим взглядом военного представил ему принцессу Лауру, невесту его величества, и передал ее слова. После этого мужчина ожидаемо поклонился и выражение его лица при виде знатной особы немного смягчилось.

– Он нарушил закон, запрещающий отзываться неуважительно о нашем короле, принцесса. – объяснил он.

Лаура продолжила переговоры при помощи господина Ульва.

– Нельзя ли простить бедного ребенка на этот раз? Я уверена, что он и без того достаточно наказан. Посмотрите, как он напуган.

Военный замотал головой.

– Мы не имеем права поступать самовольно, вопреки указу его величества, принцесса. Закон есть закон.

– И что же он такого сказал? – с интересом спросила Лаура. – Пусть мне приведут этого мальчика, я хочу поговорить с ним.

Военный задумался в нерешительности.

– Я не могу остановить казнь, принцесса.

– Я и не прошу вас останавливать ее. Мне нужно всего несколько минут. А убить несчастного ребенка ваш палач непременно успеет. Выполните мою просьбу, господин. Как никак я невеста короля Сигвальда. И смею претендовать на выполнение моих требований.

– Хорошо, ваше высочество. Если вы так желаете.

– Принцесса, не стоит вам это все затевать. Прошу вас, вернемся в карету. – тихо произнес господин Ульв, когда один из стражников стал подниматься по лестнице на деревянный помост. Лаура проигнорировала сказанное.

Через несколько минут мальчика стащили с помоста вниз и толкнули по направлению к Лауре. Он смотрел на незнакомую ему даму в красивых одеждах выпученными глазами и не понимал что происходит. Лаура заставила себя улыбнуться, чтобы выглядеть более дружелюбно и обратилась к ребенку.

– Скажи мне, мальчик, что ты такого плохого сказал про короля Сигвальда, что за это тебе так досталось? Не бойся, расскажи мне все как есть.

Она ожидала перевода ее слов со стороны господина Ульва. Но каково было ее удивление, когда мальчик посмотрел на нее почти безжизненным от ужаса взглядом и ответил на чистом сардонском:

– Я не хотел, чтобы так оно вышло. Теперь моя мать будет все время плакать. А я всего только сказал то, что все и так думают.

Лаура с удивлением уставилась на него.

– Ты из Сардонии? – спросила она.

– Был из Сардонии. Пока нас не захватили с севера. Теперь они диктуют свои порядки.

– Вероятно, мальчик родом из сардонских провинций Ледонии, захваченных в ходе войны. – пояснил господин Ульв, наклонившись к уху принцессы.

– Да, понимаю – сказала Лаура и вновь обратилась к мальчику. – Мне очень жаль, что с тобой случилась такая беда. Я бы очень хотела помочь тебе и твоей матери. Прошу тебя, повтори для меня то, что ты сказал про короля. Я хочу услышать, что это была за шутка такая.

Те из присутствующих, кто мог понимать по-сардонски, неодобрительно зашептались. Лаура терпеливо ожидала ответа, не думая ни о ком.

Наконец мальчик более уверенно взглянул на нее и произнес решительно:

– Я сказал, что ледонский король надутый индюк, потому что только и желает, что всеми вокруг командовать.

Это звучало так искренне и непринужденно, что Лаура не смогла сдержать улыбку. Ситуация была не подходящая для веселья, но она вдруг задергалась, уголки ее губ инстинктивно поднялись, смех, который она пыталась сдержать вырвался наружу. Она смеялась громко и звонко, так что практически все услышали. Никто не посмел остановить ее, но всем сделалось не по себе. Когда же Лаура успокоилась и все же придала лицу более серьезное выражение, то вновь обратилась к высокому военному.

– Господин, и это по вашему оскорбление короля?

– Конечно, принцесса.

– Кто вам это сказал?

–То что мальчик сказал это другим детям на улице услышал гвардеец во время уличного патруля. Он-то и арестовал его.

«Отлично» – подумала Лаура и улыбнулась.

– Так вот, что я хочу вам сказать. Мальчик вовсе не хотел нарушать закон. Он ничего дурного не сделал. Видите ли, у нас в Сардонии, «надутым индюком» называют только того человека, которого действительно уважают и чьи поступки внушают благоговейный страх. Вероятно, сила армии его величества так впечатлила его, что он не смог подобрать более подходящих слов. А недопонимание произошло лишь из-за различия наших культур и языков.

При этих словах глаза ребенка сделались еще более круглыми, но он ничего не сказал. Не менее удивлены были и военные и господин Ульв и слушатели из многочисленной толпы.

– Вы уверены в этом, принцесса? – переспросил ее высокий военный. – Это, конечно, в корне меняет дело.

– Уверена ли я? Если вы хотите, я могу обсудить этот вопрос с его величеством сегодня же. Я как раз направляюсь сейчас во дворец. И уж он-то не поставит моих слов под сомнение.

– Да-да, принцесса. Разумеется, вы правы. Вам лучше известны нравы Сардонии и то, как там принято выражаться. В таком случае, мальчика нужно сейчас же освободить. И подготовить официальную бумагу о помиловании.

Ближайшая толпа изумленно ахнула. С испуганного ребенка сняли вину. На руках его разрезали веревки. Но мальчик все еще стоял на месте, не двигаясь и не осознавая полностью своего чудесного избавления. В этот же миг какая-то женщина в легких для зимы одеждах и с заплаканным лицом растолкала людей, подбежала к Лауре, буквально бросилась к ней в ноги и схватилась за подол ее платья.

– Ах, госпожа! Как вы добры! Вы спасли жизнь моему младшему сыну! Вы просто ангел! Я никогда не забуду вашей доброты!

И она попеременно плакала и осыпала Лауру благодарностями. Лаура смутилась.

– Ну полно вам. Поднимитесь скорее. Помогите ей кто-нибудь.

Женщину подняли с земли, а мальчик сейчас же бросился к ней и накрепко стиснул мать в объятиях.

– Благодарю вас, господин. – сказала Лаура военному. Тот поклонился в ответ, все еще чувствуя себя неудобно от всей этой странной ситуации.

С чувством выполненного долга, Лаура наконец-то собралась уходить. Она еще раз посмотрела на мать и сына и кивнула им.

– Прощайте, – сказала она. А после улыбнулась и наклонилась к мальчику.

– В следующий раз думай, что говоришь. – шепнула она.

После чего развернулась и неторопливым степенным шагом направилась обратно к экипажу. Теперь уж спешить было некуда. Господин Ульв, чувствуя невероятное облегчение от того, что ничего страшного не произошло, направился за ней и открыл ей дверцу кареты. Лаура краем уха услышала, как с ее уходом толпа заголосила.

– Да здравствует принцесса Сардонии!

– Долгих лет нашей принцессе!

Стража кое-как пыталась утихомирить людей. Но удалось им это только после нескольких громких восклицаний. Карета Лауры двинулась дальше, принцесса улыбалась радостной улыбкой, отодвинув свою грусть на второй план, а господин Ульв достал платок и принялся вытирать пот.

– Признаться, вы очень напугали меня, принцесса. Пожалуйста, больше так не делайте, как бы у нас с вами не было неприятностей от необдуманных поступков.

– Я ничего страшного и не сделала. Разве можно было позволить, чтобы бедного мальчишку убили из-за глупой шутки? И зря вы переживаете о последствиях. За мои действия вы не в ответе. А я не подчиненная вашего короля, чтобы мне бояться его гнева.

– Принцесса, на вашем месте я был бы осторожен. Его величество бывает очень суров в своем гневе.

– Да уж, я заметила. – сказала Лаура, вспоминая нелепый закон, запрещающий шутить. Да если бы у них в Сардонии ввели такой закон, ей бы отрубали голову чуть ли не каждый день вплоть до самого шестнадцатилетия.

Они проехали еще одну короткую улицу и Лаура спросила, вспомнив о чем-то важном:

– Этот мальчик был родом с захваченных Ледонией сардонских территорий. Интересно, как он оказался в столице.

Господин Ульв подумал прежде чем ответить.

– Многие люди из провинций перебираются в Ледонию в поисках работы и более комфортной жизни. – осторожно сказал он.

– Вероятно, жизнь в провинциях не слишком хороша – продолжила Лаура. – Хотя это странно. Те земли, о которых вы говорили раньше были довольно богатыми. Это вам не южные окрестности Чарсфилда, где из-за отсутствия урожая и работы страдает и торговля и ремесло. Захваченные Ледонией земли некогда процветали. Значит сейчас это не так?

– Вероятно, да, принцесса.

«Значит, Ледония захватила, а затем ограбила наши северные провинции – заключила Лаура. – По всей видимости, людям это не слишком нравится. И этот мальчик тому подтверждение. А сколько еще наверное недовольных на захваченных территориях… И всем им не нравится, что ими правит ледонский король и распоряжается их богатствами».

– Скажите, в стране есть внутренние конфликты? – спросила Лаура.

Господин Ульв смутился еще больше, чем после первого вопроса.

– Н-нет, никаких внутриполитических разногласий в Ледонии не бывает. – наконец ответил он.

Лаура внимательно на него посмотрела.

– Будьте честны со мной, я ведь будущая королева.

– Ну хорошо. – нехотя согласился мужчина. – Иногда представители захваченных земель проявляют недовольство… в некоторой степени.

– И в каких масштабах? Дело доходило до вооруженных столкновений?

– Иногда…

– Понятно.

«Так вот для чего еще ему нужна королева родом из Сардонии. – думала Лаура. – Хочет задобрить свои провинции. Мол, смотрите, вами будет править дочь вашего сардонского короля. Поэтому перестаньте проявлять недовольство и склонитесь».

Карета сделала большой поворот и заехала в ворота дворцового парка. Ворота со скрипом закрылись. Лаура выглянула наружу и увидела высокий каменный замок, не отличавшийся большим изяществом, но имеющий очень величественный вид. Здесь не было скульптуры или росписей. Только серые каменные стены, покрытые льдом и высокие башни, подымающиеся в самое небо.

Вся тоска, которую прятала Лаура, возвратилась на прежнее место. Вот она здесь, в этом громадном холодном дворце, чтобы принести себя в жертву. Какое удачное начало дня, нечего сказать. Господин Ульв что-то там говорил про архитектуру, про историю здания, про знаменитых мастеров-архитекторов. А Лаура сидела, понурив голову и ничего не слышала. Как ей хотелось волшебным образом оказаться сейчас в Руфирусе. В прежнем Руфирусе, до большого скандала. Хотелось кататься верхом вместе с Вейроном, болтать с Тали, помириться с Ричардом и вновь послушать его забавные мореходские выражения, поучить Делию придворному этикету, посоветоваться с ее величеством о чем-нибудь важном. И поблагодарить короля Актеона за все внимание, оказанное ей при дворе. Или хотя бы переместиться в Сардонию, убедиться, что с братом ее все в порядке и что он уже не ненавидит ее так, как прежде. Но нет. Она здесь, в чужой холодной (буквально и фигурально) стране. С чуждыми ей правилами и порядками. И единственная ее надежда на успех это важный разговор с незнакомым ей королем, по всей видимости, самодуром и тираном или около того.

Лаура нехотя вышла из кареты и огляделась. Вокруг был только снег, изредка проблескивали ветви парковых деревьев и серыми пятнами выделялись стены.

– Я провожу вас, принцесса. – сказал господин Ульв. – Его величество в это время обыкновенно на совещании королевского совета. Думаю вам лучше сейчас отдохнуть с дороги. Вы встретитесь с его величеством чуть позже.

Лаура нашла эту идею прекрасной, не очень-то ей хотелось вообще встречаться с этим «величеством».

Они вошли внутрь и Лаура была удивлена величием обстановки и скупостью внутреннего убранства. Высокие потолки, арочные своды, украшения в виде гобеленов, скрещенных мечей, рыцарских лат и оленьих рогов. Они выглядели внушительно. Но отчего то не в ходу были здесь искусные росписи и разноцветные занавесы, так привычные ей с детства. Надо сказать, стиль, в котором построен был дворец в Таэро мало чем отличался от стиля резиденции в Чарсфилде. Все там было изящно и богато украшено лепниной, скульптурой и росписями. Только в Руфирусе все же были более тонкие стены, более ажурные своды и перегородки, а также обилие тонких воздушных занавесок на каждом углу. А в Чарсфилде главным украшением дворца были массивные колонны с рисунками. И все же все это было Лауре привычно и понятно. А вот стиль строгости и лаконичности выглядел для нее чужим. Все здесь казалось ей каким-то квадратным и неуютным, не хватало цвета, красок, живых растений, как в Руфирусе. Зато освещение было что надо. Из-за сверкающего снега в окна бил такой яркий свет, что никакие канделябры не нужны. Надо признаться, высокие потолки, покрытые мозаикой и старинные гобелены, вышитые золотом все же произвели на Лауру некоторое впечатление и она засмотрелась на них, пока поднималась по огромной лестнице и шла по не менее огромному коридору. Спустя какое-то время господин Ульв попросил ее остановиться. К ним приближалась какая-то женщина, судя по виду – служанка или экономка.

– Здесь я оставлю вас, принцесса. В ваши покои вас проводит Батильда. Она, правда, не говорит по-сардонски, но я уверен, что вы сможете с ней объясниться при необходимости.

Лаура с беспокойством посмотрела на своего спутника. С этим человеком она познакомилась меньше часа назад, а ей уже не хотелось, чтобы он уходил. Как-никак хоть кто-то знакомый, да еще и прекрасно владеющий ее языком. Однако она смирилась с неизбежным и улыбнулась на прощание.

– Благодарю вас, господин Ульв, что сопровождали меня и помогали с переводом. Вы очень добры.

Господин Ульв поклонился.

– Желаю вам всего наилучшего, принцесса.

Он удалился, а Лаура в растерянности обернулась на женщину в форменном платье прислуги. Та жестом указала ей следовать за ней, и Лаура последовала.

Наверное, из всех дворцовых комнат для нее выбрали максимально уютную, так подумала Лаура. Покои создавали впечатление, будто кто-то намеренно старался украсить их как можно больше. Сквозь многочисленные гобелены, едва просвечивали серые стены, на окнах, дверях, у полога кровати висели красивые розовые занавески, которые значительно освежали комнату. Все углы комнаты, диваны, кресла, стулья и подоконники были покрыты розовыми подушками. И на все поверхностях, на которых только можно, красовались мраморные статуэтки. Покои представляли собой не очень большое помещение, иначе его трудно было бы отапливать. Но здесь было все необходимое. Несколько комнат, отделенных друг от друга дверями и занавесками: гостиная и по совместительству столовая мягким диваном и деревянным лакированным столом, спальня с высокой, кроватью и розовым пологом, ванная комната, где не было привычной ванной. Когда Лаура туда вошла, то увидела, что там есть большое квадратное углубление в полу, выстланное разноцветной плиткой. «Видимо туда наливают воду и купаются там вместо ванной» – подумала Лаура и это показалось ей очень даже удобным. В таком широком пространстве можно и с головой окунуться в горячую воду, а она так замерзла с дороги, что только горячая вода могла ее спасти.

Пошло несколько часов, пока Лаура сделала все, что полагается делать после долгого и утомительного путешествия. Не смогла она только заснуть. Она отказалась от предложенных ей служанкой нарядов и надела свое платье, привезенное ею из Сардонии. В нем она чувствовала себя лучше, чем в чужих и непонятных ледонских платьях с их странными пестрыми цветами, от которых кололо глаза, и неизменным мехом на плечах. Однако ее наряд напоминал ей о Юрвине, но Лаура старалась забыть об этом. Она на удивление без труда объяснила служанкам как именно нужно уложить ее волосы. Глядя на себя в зеркало, Лаура невольно вспомнила о материнском медальоне. Тот вновь был рядом с ней, как единственная вещь во всем мире, способная утешить ее. Он блестел на ее шее и придавал ей смелости в ожидании своей судьбы. Часы пробили три. За Лаурой зашла все та же женщина, что провожала ее в комнату и вновь позвала ее следовать за ней.

– Его величество освободился? – предположила Лаура, но после вспомнила, что ее все равно никто не понимает, и просто молча пошла в след за служанкой. Та долго водила ее по широким холодным коридорам, пока они не достигли высокой и массивной двери красного цвета. Кажется, дверь была не только из красного дерева, но и украшена крупными рубинами. Лакей распахнул дверь, Лаура медленно вошла. Ее взору предстал огромный зал, увенчанный колоннами по бокам. А в центре возвышалось ни что иное, как королевский трон все из того же красного дерева и с красными бархатными подушками на нем. Однако ни на троне ни в зале, по видимому никого не было. Лаура обернулась на дверь. Та уже была закрыта. «Отлично, теперь я стою одна посреди какого-то громадного и холодного зала и буду стоять здесь пока не замерзну». Ветер, гуляющий по залу и зловещая тишина производили на Лауру гнетущее впечатление. Она не совсем понимала, что происходит, боялась будущего и сожалела о прошлом. Она была целиком предоставлена самой себе, своим переживаниям и грусти. И ни один человек в целом мире не мог помочь ей. Никого не было рядом. Совершенно никого. «Что ж, настало время справиться со всеми трудностями самостоятельно – подбодрила себя Лаура. – Здесь некому помочь мне, некому посоветовать и никто не подставит дружеское плечо в трудную минуту. Но, в конце концов, не зря же я принцесса Сардонии. Я покажу, что могу не только на балах танцевать, но и принести пользу своей стране. Хоть раз в жизни. А если у меня не получится, то я утешу себя тем, что пыталась сделать как лучше». На этой оптимистичной ноте Лаура услышала тяжелые шаги. Чьи-то каблуки сапог громко ударялись о каменный пол. Сердце Лауры упало. Но затем она взяла себя в руки и с максимально равнодушным видом уставилась на дверь. Вот шаги остановились, тяжелая дверь открылась, и вошел незнакомец в красивом камзоле, расшитом драгоценными камнями. Незнакомец был очень даже молод, на вид не старше Юрвина да и выглядел он совсем не страшным, скорее наоборот. Это был очень красивый молодой человек. В первую минуту Лаура даже залюбовалась и забыла, что ждет здесь короля-тирана. У него были чудесные светлые волосы до плеч, красивое лицо со светлой кожей и голубые глаза, сверкающие как снег. Сверкал и весь его облик. Фиолетовый камзол с узорами и вышивкой из драгоценных камней. Плащ отделанный блестящим черным мехом. Ах да, на голове его красовалась золотая корона, украшенная крупными фиолетовыми алмазами. «И это тот самый страшный ледонский король, которого все боятся?» – опомнившись, подумала Лаура. Незнакомец вошел, взглянул на нее, приветствовал ее кивком головы и сразу же сказал что-то непонятное на незнакомом ей языке. Лаура только сделала реверанс и продолжала смотреть на незнакомца.

– Ах да, вы же не понимаете по-нашему. – небрежно заметил тот, махнув рукой. На этот раз он заговорил на сардонском.

Он прошел мимо нее и к ее удивлению, поднялся на возвышение и сел на трон. Оттуда он смотрел на нее сверху вниз. Она, конечно, предпочла бы говорить на равных. Но что поделаешь, быть может в Ледонии так принято…

– Рада познакомиться, ваше величество. – выдавила из себя Лаура. Естественно, никакой радости она не испытывала. Но не могла же она сказать: «У моего брата большие проблемы и мне позарез нужна ваша армия». Хотя, это было бы честно.

К ее удивлению молодой король позволил себе саркастически улыбнуться.

– Можно подумать у вас был выбор, принцесса Лаура. Но я тоже рад вашему визиту.

Лаура вспомнила, что до того, как она согласилась ехать в Ледонию, ее вообще-то похитили из Таэро и силой увезли оттуда с намерением отправить сюда. При этой мысли ее самоуверенность пострадала, однако она придала своему лицу еще больше королевского достоинства, сильнее выпрямилась и решила перейти от наигранной вежливости напрямую к серьезному разговору.

– По правде говоря выбор был, ваше величество. – не без гордости сказала она. – Я поговорила с одним человеком, уверена, вы понимаете, о ком я. И после этого разговора согласилась приехать сюда. Иначе этого бы ни случилось.

Так она обозначила, что не позволит ставить под сомнение ее право выбора.

– У меня есть к вам важное дело, ваше величество. Только ради этого я здесь.

После этих слов выражение лица молодого человека сменилось с саркастического на заинтересованное.

– У вас дело ко мне? И какое же?

Лаура быстро собралась с духом. От этого зависела судьба ее брата и всей страны.

– Вы ведете войну с моим братом и его союзниками. И потому я не могу выйти за вас, как вы того желаете. Но если вы сохраните нейтралитет, то я соглашусь. Вы должны понимать, почему я это говорю. И не можете осуждать меня за мои слова.

Надо сказать, ее требования не мало удивили короля Сигвальда. Он то думал, что получил принцессу Сардонии со всеми землями и привилегиями, и уж никак он не ждал, что девушка, которая чуть ли не силой была привезена сюда еще и станет ставить ему условия. Это казалось странным и любопытным одновременно. Однако в его планы никакие уступки не входили. И пока он молчал, Лаура затаила дыхание. Наконец, ледонский король заговорил. Ради этого часа Лаура приехала сюда. Сейчас все решится.

– Я разумеется, не осуждаю вас, ваше высочество. И даже понимаю в какой-то степени. Однако поймите и вы меня. Я управляю страной. И я решаю как лучше поступать моей армии – воевать или же нет. И никто другой не будет влиять на это решение. Вы приехали сюда, чтобы стать королевой, а не военным министром. И мои войны, ровно как и мои союзники вас не касаются. На этом данный вопрос считаю решенным.

Лаура так и вросла ногами в пол. Она просто перестала чувствовать ноги и вообще чувствовать что-либо в своем теле. «Вот так вот просто? – подумала она. – Взял и отказался? Так все было напрасно? Это значит, что я свободна…». Однако она не дала себе как следует порадоваться. Совесть требовала, чтобы она предприняла еще одну попытку переговоров. А уж если не получиться, то только тогда разворачивалась и бежала от сюда, довольная и с чувством выполненного долга.

– Подумайте, ваше величество. Я вовсе не собираюсь вмешиваться в ваши дела. Но я настроена серьезно и не хочу создавать себе неудобства. А мне неудобен тот факт, что вы ведете войну против моего брата. Я не союзник господина Раймона, и вы это знаете. Так почему я должна терпеть подобное?

– Уважаемая принцесса, приехав сюда, вы должны были понимать, что я не изменю в одночасье всю внешнюю политику государства, не изменю соглашениям, подписанным с нынешним правительством Сардонии и не изменю данному слову. Для этого мало ваших красивых глаз и вашего упрямого требования.

Лаура вспыхнула. Он считает, что она настолько глупа, что совершенно ничего не понимает в политике. Но кое-что она все-таки понимает! И она ответила резко и уверенно, хотя старалась быть вежливой:

– Я не имею чести полагать, ваше величество, что вы решили заключить со мной брак только ради «моих красивых глаз» как вы выразились или моей чудной улыбки, или еще каких-нибудь внешних особенностей. Я знаю, зачем вам мои земли и догадываюсь для чего вам мой титул. И именно поэтому я говорю с вами, ставя вам условия. Надеюсь, на этот раз мы друг друга поняли.

Король Сигвальд подумал, что для первой красавицы континента Лаура неплохо владеет ситуацией и решил перестать считать ее глупой смазливой девчонкой. Но все же он не собирался ей проигрывать. Он вообще никому в этой жизни не собирался проигрывать.

– Это делает вам честь, принцесса, если вы так хорошо все понимаете. – примирительно сказал он. – Однако мои слова остаются в силе. Я не стану уступать. Надеюсь, и вы меня тоже поняли.

«Ну что ж, это конец» – подумала Лаура. Надо сказать, она испытала даже облегчение. Да еще какое. Она тут собиралась принести себя в жертву ради брата, а этот «надутый индюк» попросту не дал ей этого сделать. Ну и спасибо ему большое. Лаура сдержала радостную улыбку, сдержала выдох облегчения и сохранила непоколебимость голоса.

– В таком случае, наши пути расходятся, ваше величество. Я хочу вернуться домой. – произнесла она.

Король, что удивительно, встал со своего высокого трона, спустился с возвышения и остановился неподалеку от Лауры. Лицо его выражало доброжелательность, как будто она сказала что-то приятное, а не послала его куда подальше. По видимому ее слова его ничуть не задели, не расстроили и не обидели. Неплохо для самовлюбленного тирана. Лаура оставалась на месте, требовательно глядя на собеседника, а тот спокойно сказал:

– И вы приехали, полагая поставить мне выгодное для себя условие, а в случае его невыполнения намеревались вернуться домой. Так ведь, ваше высочество?

– Именно. – подтвердила Лаура.

– Очень хитрый ход с вашей стороны, надо признаться.

Лаура не понимала, был ли это комплемент, упрек или еще что-то и поэтому промолчала. Она подумала, что король спустился вниз для того, чтобы дать приказ об экипаже. Другого объяснения у нее не было, и она терпеливо ждала, когда же он позовет лакея. А он почему-то не звал, а вместо этого задавал ей дурацкие вопросы:

– Надеюсь, вам понравилась ваша комната?

– Да. – непонимающе отозвалась Лаура.

– Она показалась вам удобной?

– Да, конечно.

– Наша экономка очень старалась, чтобы устроить все как можно лучше. Видите ли, дворец очень старый и с уютом у нас бывают проблемы. Но если постараться, то все можно решить.

Лаура в очередной раз поймала себя на мысли, что ничего не понимает.

– В каком крыле вас поселили? – спросил король.

– Я точно не знаю… – неуверенно отвечала Лаура. – Но мои окна выходят на лужайку, а вдалеке деревья.

– Значит в восточном крыле. А какой этаж?

– Кажется, третий или четвертый.

– Да, это действительно самый удобный вариант для вас. В комнате два камина, поэтому там довольно тепло. Смею надеяться, что вы смогли хорошенько согреться с дороги.

– Так и есть, ваше величество…

«Может, он что-то не так понял – подумала про себя Лаура. – Я сказала, что хочу домой, а не что хочу остаться погостить». То что король не слишком хорошо понимает по-сардонски – это единственное, что теперь могла подумать Лаура.

– Я бы хотела… – начала она, но была перебита.

– Идемте посмотрим на ваши апартаменты. Я хочу лично убедиться, что там все сделали удобно и со вкусом. Мне очень даже интересно взглянуть.

– Ваше величество, когда я смогу уехать? – напрямую спросила Лаура.

– Какая бестактность, принцесса. Несколько минут вас сильно не задержат, поэтому, будьте добры, выполните мою просьбу.

Тогда Лаура поняла, что ее слова были поняты правильно и о причинах такого странного поведения короля оставалось только догадываться. «Быть может, в Ледонии все так себя ведут. Трудно понять людей из другой страны» – только и могла подумать она.

– Хорошо, если это так важно. – согласилась Лаура, сделала реверанс и направилась к двери. Король Сигвальд пошел за ней.

Они молча проходили те же широкие коридоры, по которым ранее шла Лаура в сопровождении служанки, за ними по пятам следовали два стражника. И что-то во всем этом было такое странное и зловещее, что Лаура начала немного беспокоиться. «Не нравится мне все это – подумала она. – Как то странно и непонятно…». Вот они остановились напротив ее двери, лакей раскрыл ее. Лаура прошла внутрь и огляделась, не зная точно, что именно здесь хочет увидеть этот человек. Она прошла вглубь комнаты, а король Сигвальд остался стоять почти у самого порога и тоже огляделся по сторонам.

– Кажется, очень мило. – заметил он. – Вам все нравится?

– Да, ваше величество.

– Если бы вы занимались планировкой сами, то сделали бы также?

Лаура еще раз огляделась. Милые розовые подушки и занавески действительно нравились ей, да и вся комната в целом тоже. Однако ощущение полнейшего непонимания не давало ей как следует сосредоточиться.

– Я сделала бы также, ваше величество. Только… Я добавила бы лишний ковер вон там, а кресла перенесла бы к камину.

– Разумная мысль, скажите об этом прислуге.

– Но…

– Я надеюсь, что мы завтра вновь встретимся, поговорим более конструктивно и сумеем понять друг друга лучше. А сейчас прошу меня извинить. Дела государственные.

С этими словами он развернулся и переступил порог, направляясь обратно в коридор. Лаура, стоявшая в это время гораздо дальше от выхода, шагнула вперед, чтобы догнать его и возразить, но тут дверь со скрипом захлопнулась, а в замке зашевелился ключ. Услышав это, Лаура ахнула от испуга, подбежала к двери и с силой дернула ручку. Было поздно, дверь уже была заперта. Лаура в полнейшем недоумении и ярости принялась бить по ней кулаками, что было сил.

– Эй, откройте! Что это значит?! Сейчас же выпустите меня! Как вы смеете! – она кричала все это, но тщетно. Дверь не поддавалась, а снаружи никто не отвечал.

Без сил и в полном оцепенении Лаура развернулась, прижалась спиной к двери и опустилась на пол.

– Я в ловушке… – прошептала она. – Как такое возможно? Как он мог так обойтись со мной, принцессой Сардонии? Этого никак не должно было произойти… Я даже и не думала, что такое возможно. А что если я что-то сделала не так? Что же теперь будет… Если здесь казнят за простую шутку, то что ждет того, кто был невежлив с королем. – ее всерьез напугала эта мысль, однако Лаура сразу успокоила себя – Нет, он сказал, что хочет поговорить еще раз. Это значит, что он попросту попытается разубедить меня. А я в очередной раз буду настаивать на своем. И тогда ему придется меня отпустить. Да-да, все так и будет.

Лаура еще раз безрезультатно дернула дверную ручку.

– Вот же мерзавец. – заключила она. – Ведь знает, что за меня некому заступиться. Торис не придет в Бранд со своим войском, оно ему нужно для войны с захватчиком, и Восточный Руфирус не развяжет войну из-за потерянной невесты. Как низко с его стороны вести себя так.

Лаура в очередной раз оглядела комнату. Чужие стены давили на нее не меньше запертой двери и заставляли действительно чувствовать себя как в ловушке. Она не знала, что ей делать теперь. Тянулись часы, а к ней никто не заходил. Лаура слонялась из стороны в сторону. Она ничего не могла делать, ни о чем не могла думать, кроме как о ситуации, в которой оказалась.

– Как же я просчиталась… Как же не предвидела такого исхода… – шептала она самой себе. – Но мне бы и в голову не пришло, что кто-то способен на подобное. Какое оскорбление. Какая ужасная наглость.

За окном начало темнеть. Лаура стояла около камина и смотрела на догорающий огонь. Слуги не приходили, поэтому вскоре она сама взяла свечу и зажгла ее от каминного пламени. С наступлением вечера вся комната полностью погрузилась во тьму. Стало еще более неуютно и тревожно, чем было раньше. Последние искры светились в камине. Лаура взяла свечу, поставила ее на тумбочку рядом с кроватью, села и завернулась в одеяло. Она не стала переодеваться в рубашку и ложиться спать. Какой там сон, она не знала, как пережить все происходящее с ней. Так она и просидела много часов подряд сначала при тусклом пламени свечи, а после в кромешной тьме, прислушиваясь к каждому шороху. Когда начало светать, ей стало спокойнее, и она на секунду прилегла. Она не помнила, как заснула, но ее разбудил звук, с которым служанка выгребала из камина золу. Лаура быстро вскочила и вышла в гостиную.

– Мне нужно выйти отсюда, открой дверь. Сейчас же! – выпалила она.

Девушка выпрямилась и посмотрела на принцессу круглыми от испуга глазами.

– Ты же меня не понимаешь… – вспомнила Лаура.

Тогда она подошла к двери и еще раз дернула ручку. Дверь не открылась. «Значит, ее кто-то открывает снаружи» – подумала Лаура. Она разочарованно вздохнула и вернулась обратно в спальню. Когда к ней пришли другие служанки, Лаура убедилась, что ни одна из них не говорит ни по-сардонски ни по-руфийски. И никакими силами у нее не получилось объяснить, что ей нужно, чтобы открыли дверь. Хотя, может, они и поняли ее, но выполнять категорически отказывались, только кланялись, качали головой и что-то повторяли на ледонском.

Лаура устала. Волнения и бессонная ночь давали о себе знать. Она решила, что не будет пытаться выйти отсюда до тех пор пока не переговорит с королем. И пусть он только попробует вновь обойтись с ней неуважительно. Она его задушит собственными руками. Она привела себя в порядок, позавтракала и стала ожидать посыльного от его величества.

После завтрака никто не пришел. Днем тоже. Лаура забеспокоилась. Все-таки сидеть целый день в одиночестве или в окружении людей, которые не способны тебя понимать, было не очень приятно. Она продолжала ждать. Вот кончился обед. Кстати, традиционные блюда Ледонии показались ей очень интересными. Это в основном были морепродукты. Да не какая-нибудь обычная рыба, а всякие странные существа с клешнями и щупальцами. По началу Лаура брезговала есть непонятно что. Но любопытство взяло свое, и она вскоре очень даже оценила ледонскую кухню. Она всегда хотела есть, когда сильно волновалась о чем-то. И, может быть, поэтому за обедом смогла осилить огромного жаренного омара в сливочном соусе, две порции салата с креветками, улитки, салат из мидий и рыбного филе, вареный картофель с зеленью и мороженое, много мороженого. Но вот и обед прошел, а посыльного все не было. Лаура сидела на диване в гостиной и занималась только тем, что трогала пальцем бархатную обивку и ненавидела весь мир вокруг. И вот в тот час, когда она уже совсем задумалась, послышалось шевеление ключа в замке. Лаура вскочила со своего места и уставилась на дверь. Та медленно отворилась, и на пороге показался ни кто иной, как его величество собственной персоной. В этот момент Лаура почувствовала, что хочет сорвать с этого самодовольного мерзавца его красивую золотую корону и раздавить ее ногами. Но пришлось сдержать себя.

– Добрый день, принцесса. Прошу меня извинить, что не смог навестить вас раньше. Меня задержали важные дела, сами понимаете.

Он говорил так, будто они хорошие друзья. А между тем взгляд Лауры плохо скрывал ее намерения по поводу короны. Но она умела сдерживать свои чувства и на этот раз воспользовалась этим умением. Проглотив всю свою ярость, она произнесла с осуждением, но спокойно:

– Как вы могли позволить себе запереть меня? Я принцесса Сардонии. Мои предки – титулованные королевские особы. Мой отец король, мой брат также король, чтобы там Раймон не думал. Я не принадлежу к числу ваших подданных и я не ваша собственность, которую можно закрыть в сундуке или шкатулке. Я не потерплю к себе подобного отношения. Никогда и ни при каких обстоятельствах.

– Прошу вас, присядьте, принцесса. – ответил на это молодой человек.

У Лауры не было никакого желания вести беседу сидя, как будто между ними хорошие и непринужденные отношения.

– Нет, я предпочту стоять. – ответила она.

– Хорошо. Тогда выслушайте меня стоя. Я вовсе не намерен был обижать вас. Не будем ссориться. И поговорим о нашем вчерашнем разногласии.

Лаура с любопытством смотрела на него. И почему этот человек все время ставит ее в тупик своими словами? На этот раз Сигвальд не остался у порога, а немного прошел вперед. Лаура же оставалась на месте, подле дивана. «Неужели он передумал и все-таки сохранит нейтралитет?» – подумала она. Она не знала даже что хуже – его согласие или отказ. Ей сейчас безумно хотелось оказаться как можно дальше отсюда.

– Вы подумали над моими словами, ваше величество? – спросила она.

Король смотрел на нее серьезным уверенным взглядом.

– На самом деле, я ожидал, что это вы подумаете над моими словами, принцесса.

Тогда Лаура поняла, что упрямее ледонского посла только сам король Ледонии. Как же трудно с ним разговаривать.

– Я сказала вам свое решение. – ответила она. – И более ничего не добавлю.

– Очень жаль. Тогда хотя бы позвольте преподнести вам это.

Он подошел ближе и поставил на стол небольшую красную коробочку, а затем открыл крышку. Внутри оказалась симпатичная цепочка, усыпанная сверкающими камнями. Можно было предполагать, что это браслет. Но Лауру подобная щедрость ничуть не впечатлила и даже показалась ей неуместной. Она отвернулась и холодно произнесла:

– Нет, благодарю. Единственное, чего я сейчас хочу – это покинуть страну. И подарки в данном случае излишни.

«Если это и правда ледонские нравы, то я их совсем не понимаю» – подумала она. Король поспешил с ней не согласиться и даже вынул сверкающий браслет из коробочки и самостоятельно застегнул его на ее запястье. Лаура выдернула свою руку и начала быстро расстегивать замок на цепочке.

– Оставьте, вам очень идет. – сказал король.

Цепочка не поддавалась и Лаура опустила руку. Она разозлилась и расстроилась и не знала, как заставить этого человека оставить ее в покое.

– Меня нельзя купить. – сказала она. – Поэтому ваши любезности напрасны.

К ее удивлению король Сигвальд рассмеялся. А она-то думала, что ее уже ни что не удивит. Он как ни в чем не бывало уселся в кресло и выражение лица его говорило только о дружелюбии и веселье.

– Как вы могли подумать такое. – произнес он с сарказмом. – Я уверен, что купить можно что угодно и кого угодно в зависимости от того, сколько ты готов заплатить. Однако цена принцессы Сардонии намного больше, чем глупая безделушка с бриллиантами. Не много не мало, трон ее брата.

Лаура нехотя тоже села. Было бы глупо стоять и дальше, когда ее собеседник сидит. Ей стало вдруг неловко, ведь он был прав. Приехав сюда со своими требованиями, она как раз и показала, что готова обменять свою руку на нечто более ценное. Она отвела недовольный взгляд в сторону. А он продолжал:

– Такую цену я не готов заплатить. И потому я вовсе не собирался «покупать вас», как вы выразились. Это всего лишь был приветственный подарок. В честь нашей помолвки.

Лаура покраснела от возмущения и недоумения.

– О чем вы? – невольно спросила она. – Мы, кажется, уже все обсудили.

– Да. И я объяснил вам не раз, что не изменю своего решения в отношении союзников. Мои дела в политике вас не касаются. Однако я не намерен проигрывать. Вы верно заметили, что Ледония никогда не проигрывает войн. Так и сейчас этого не случится. Все будет так, как я решил, чтобы вы там себе не придумали.

Лаура была просто в шоке. И откуда только берется такая наглость? Такая ужасно упрямая манера поведения сравнима только… с ее собственной. Вот только у нее нет королевства и сильной армии. Но решать конфликты она любит точно так же, как этот человек. Удивительное совпадение. Тем временем ледонский король продолжил говорить:

– Конечно, против вашей воли нас не поженят. Но я смею надеяться, что вы вскоре согласитесь.

– Вы что же будете угрожать мне? – спросила Лаура.

Она не удивилась бы даже этому. Однако его величество поспешил возразить:

– Нет, что вы, принцесса… Я всего лишь хочу переубедить вас. Я уверен, что вы измените свое решение.

– Никогда. – отрезала Лаура.

Она встала и решительно направилась к выходу. Король проводил ее равнодушным взглядом. Лаура дернула ручку двери, та послушно открылась. На пороге показались две высокие фигуры стражников в латах, которые стояли спиной к двери и полностью закрывали собой выход. Лаура раздраженно вздохнула и захлопнула дверь. А после посмотрела на молодого человека в кресле.

– Вы что, издеваетесь? – спросила она, не выдерживая подобной наглости.

– Я предупредил вас, что в моей стране, а уж тем более в моем замке все будет так, как я сказал. – с равнодушием заметил король.

– Но какое отношение я имею к вашей стране? Вы не можете руководить моими действиями.

Король с вызовом посмотрел на нее.

– Вы ошибаетесь, принцесса. Разве я вами руковожу? Разве я позволил себе хоть один приказ по отношению к вам?

Это было так нагло, абсурдно и в то же время так справедливо, что Лаура теряла всю свою уверенность.

– Вы не отдаете приказов, ваше величество. Но вы и не оставляете мне выбора.

– Выбор всегда есть. В вашем случае – согласиться со мной сейчас или подождать и согласиться позже.

Нет, все-таки Лаура не выдержала. Она крепко сцепила руки и проговорила так спокойно, как только могла:

– Мой отец воевал с вами. Мой брат воевал. Вся моя страна воевала. И я повоюю тоже. Посмотрим, кто выиграет. Может в войне вам равных нет, но на меня же вы не пойдете с мечом. Поэтому шансы у нас равные. А теперь прошу меня извинить. – сказала Лаура нарочито вежливым тоном. – Я осмелюсь прервать нашу аудиенцию, потому что не желаю больше разговаривать.

Она гордой походкой пересекла гостиную, резко раскрыла дверь в спальню, зашла туда и захлопнула за собой дверь. После этого она еще подперла ручку двери стулом, чтобы уж наверняка спрятаться от надоедливого посетителя.

Надо сказать, король Сигвальд даже удивился такой выходке. Столько сопротивления своей воле он еще не встречал. «И с чего эта сардонская принцесса такая наглая? – подумал он. – Как будто за ней стоит войско в двадцать тысяч людей». Однако у него не возникало ни единого сомнения, что в скором времени Лаура сдастся, поэтому он ни разу даже не забеспокоился. Он только встал, подошел к двери и слегка постучал по ней костяшками пальцев.

– Уходите! – крикнула Лаура с той стороны.

– Я всего лишь хотел сказать, что намерен составить вам компанию за ужином. Поэтому ждите меня к семи. Вы можете сами выбрать блюда и сервировку, я пришлю вам человека, ответственного за это. А запираться от моего общества не советую. Моя стража при необходимости отлично ломает двери.

Лаура в очередной раз не на шутку испугалась.

– До встречи, ваше высочество.

После этого она услышала звонкие удаляющиеся шаги и выдохнула от облегчения. «Уж лучше целый день провести одной, чем в обществе этого негодяя и наглеца – подумала она и села на стул, приставленный к двери – Все были правы на его счет. Все, кто говорил, что король Ледонии самовлюбленный тиран и самодур. Ледония вечно хочет всеми командовать и теперь ясно почему. Невыносимый, ужасный человек… А ведь красотой его природа не обделила. Когда то я думала, что мой идеал – это блондин с голубыми глазами. Но нет, такой идеал мне точно не нужен. Странно, что природа одаривает привлекательной внешностью человека, характер которого прямо противоположен. И все-таки что мне теперь делать?». Лаура сидела, обхватив голову руками. Теперь она не знала, что ей делать, еще больше, чем прежде. Если раньше хоть какой-то выход виделся ей вдали, то в настоящий момент все померкло.