Читать книгу Одна вторая - - Страница 14

Утром следующего дня от Никиты приходит сообщение, что он меня уже ждёт. Осторожно заглядываю в нашу комнату, убеждаюсь, что Аня ещё не готова, быстро надеваю кроссовки, кричу из коридора: «Я ушла. До вечера!» и выскальзываю в подъезд.

Бегу по ступенькам вниз, чтобы не дожидаться лифт рядом с квартирой. Разогнавшись, набрасываюсь на Никиту и повисаю как коала.

– Привет, – смеётся он. – Не помню, чтобы кто-нибудь был так рад меня видеть.

– Седлай Мустанг и поехали скорее.

– Мой верный конь к Вашим услугам, миледи, – подыгрывает Никита. Он держит меня так, чтобы я не свалилась, и несёт к машине. – Куда едем?

– Погуляем в том поле, – предлагаю я.

Сейчас мне хочется снова почувствовать это хорошее одиночество, побыть подальше от всех остальных.

– Выполню любое желание прекрасной дамы.

Никита заводит машину, и мы уезжаем за город. Находим в багажнике плед, расстилаем его на земле, примяв высокую траву. Сегодня тепло, но плотные серые тучи закрывают собой всё небо. Мы лежим на спине и разглядываем их, пока редкие крупные капли не падают на нас. Как только мы собираем плед, дождь обрушивается стеной.

Пока едем домой, от влажных прилипших джинсов я успеваю продрогнуть. Никита дает мне свою одежду и отправляет в душ. Я замечаю улыбку, которую он пытается скрыть, увидев меня в своих вещах. Горячий чай уже ждёт на столе, за окном барабанит дождь, и от этого кажется, что уютнее этого места сейчас просто невозможно представить.

Мне хочется проводить с Никитой каждую минуту. В этой квартире, в нашем поле, да где угодно, лишь бы он был рядом. Мы так и делаем – все его выходные становятся нашими днями, а иногда он заезжает ко мне после работы, чтобы хотя бы пятнадцать минут поцеловаться в машине.

Вот только с каждым разом мне становится всё труднее отвоёвывать для нас время – Аня злится из-за того, как часто ей теперь приходится быть одной.

– Ты вообще заметила, как превратилась в одну из тех девчонок, над которыми мы всегда смеялись? «Ой, у меня появился парень, и я сразу забыла, что кроме него и другая жизнь существует», – кривляется она.

– Чушь, – отрицаю я, сжимая кулаки, но внутри разливается разъедающее чувство вины.

– Ага. Он тебя позовёт, ты сразу всё бросаешь и послушно бежишь к нему.

– А что плохого в том, что я хочу провести с ним время?

– То, что кроме этого тебя уже больше ничего не интересует. Смотри не отупей там вконец.

Она смотрит на меня, как на предательницу, и именно ей я себя и ощущаю, но всё равно ухожу к Никите, потому что отказаться у меня не хватит сил. Но даже рядом с ним, когда ничего больше не имеет значения, обида сестры не даёт мне покоя.

– Твои друзья не обижаются, что ты всё свободное время проводишь со мной? – спрашиваю его я.

– Обижаются, конечно, – подтверждает Никита. – Но разве я могу с этим что-то сделать?

От того, что он хочет этого так же сильно, как и я, становится так приятно, что я прижимаюсь к нему и крепко обнимаю.

– Хочешь меня придушить? – кряхтит он.

– Аня считает, что я перестала интересоваться другими вещами. Мало общаюсь с ней и с друзьями.

– А ты всегда её слушаешь?

Я отпускаю Никиту и отхожу к окну. Пожимаю плечами.

– Она же моя старшая сестра.

– Старшая – это типа она на две минуты раньше родилась? – уточняет Никита.

– На восемь.

– Яна, только не говори, что ты серьёзно.

– Серьёзно, но дело не только в этом, – подтверждаю я. Провожу пальцами по листьям Элиаса, чтобы собраться с мыслями и попытаться объяснить Никите всё так, чтобы он понял. – Аня раньше меня научилась ходить, раньше начала говорить, первая стала читать и писать. Я всегда и во всём была второй. Так что получается, что она старшая.

– Главное то, что думаешь ты, а не она. И не важно, кого вы считаете старшим, – он разворачивает меня к себе и приподнимает подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза. – Хорошо?

Я киваю.

– Чем хочешь заняться сегодня? – спрашивает Никита.

– Нам надо искупать Элиаса, – говорю я.

– Ты же в курсе, что Элиас – растение, а не ребёнок? Он даже не щенок, чтобы его купать.

– В природе все растения попадают под дождь, так что это нормально. А у него все листья в пыли, ему трудно дышать.

– Трудно дышать? – усмехается Никита. – Яна, мы всё ещё говорим про растение.

Я поднимаю Элиаса с подоконника и несу в ванную.

– Ладно. Слой пыли на листьях затрудняет процессы газообмена и фотосинтеза. Такое объяснение тебя устраивает?

– То есть Элиасу трудно дышать?

– Именно. Открой мне дверь.

Никита подчиняется и пропускает меня вместе с горшком в ванную и спрашивает:

– Что мне делать?

Я прошу его держать душ и поливать, пока я аккуратно протираю каждый листик. После банной процедуры Элиас выглядит свежим и блестящим, как никогда раньше.