Читать книгу Песчаный разлом - - Страница 2

Мальчик не смыкал глаз все ночное время, голова была не в себе от постоянных качек. Небо начало постепенно светлеть, и он стал различать силуэты, люди спали, накрывали лица руками, закрываясь своей и чужой одеждой. Его маленький приятель лежал, не подавая признаков жизни, мальчику даже приходилось прислушиваться к его дыханию. Многочисленные прозрачные бутылки с яркими этикетками, которые были разбросаны в каждых пустых уголках, их тихий стеклянный звук не прекращался до сих пор.

Он огляделся, когда впервые увидел светлый маленький участок суши. Он первым из всех наблюдал их спасительный оазис, среди однотонной глади блестящей воды. Мальчик всеми силами всматривался вбок, раскачивая и направляя лодку именно в нужное направление; вновь опустив и намочив свою ногу, которую сводило от холода, он поднял шум, который даже разбудил некоторых людей. Он поднимал волны, но лодка лишь немного сменяла курс, он не останавливался и продолжал, почти все его тело было за бортом, он держался, руки впивались и впитывали в себя острые неровные участки. Не жалея сил, он продолжал уже под вновь возобновившийся детский плачь и вой. Он еще раз посмотрел на лодку, люди лишь нелепо перебирали своими руками и ногами, они мотали головами, которые упирались в ящики. Дети хотели внимания, поднялся тот самый вой, напомнивший ему о том злополучном вечере и корабле с бесконечными всплесками воды около него.

Изрядно обессиленный, с кровавыми руками, он облокотился на борт, видя, что его усилия дали небольшой результат, он уже видел тот зеленый покров, который возвышался над белой и слегка голубой полосой берега. Он снова искал место для ног, чтобы дать им отдохнуть и расслабиться. Теперь лодку несли волны, они маленькими толчками направляли ее прямо к самому острову, воодушевленный и радостный, мальчик был горд; его усилия теперь отчетливо наблюдались и были полностью оправданы.

Он привстал, лодка начала постепенно карябать и перебирать собой песок и что-то плотное, вскоре она и вовсе повязла, и остановилась. Ноги мальчика вступили в воду и были поглощены мягким песком, после долгого круиза и частых качек, они теперь стояли ровно. После очередной небольшой волны, лодка почти полностью покосилась на один бок, выплюнув из себя несколько коробок и бутылок, люди все так же не приходили в себя, а их дети, уже уставшие от истерик, все еще находили силы облокачиваться на обездвиженные тела или держаться за коробки, чтобы не выпасть вслед за ними.

Он первым ступил на сушу после непродолжительного перебирания все меньшей и меньшей воды. Мальчик наконец мог избавиться от мокрой обуви, вода полилась по ноге, стекая по пятке и пальцам; сами ступни ощутили невероятную свободу. Горячий песок согревал ноги, от которых начала отходить и вздуваться тонкая белая кожа. От избытка чувств, он чуть ли не с жадностью загребал песок руками и кидал его вглубь берега, пока не услышал новые звуки, от которых было уже успел отвыкнуть. Птицы щебетали, пролетая низко над деревьями целыми стаями, они перебирались с ветки на ветку, видимо ища для себя вкусные плоды.

Глухим ударом упал человек, одной рукой он держался за все что мог, его рука заняла очень неудобное и неправдоподобное положение сверху, словно существовала отдельно от тела; из другой его руки вырвалась бутылка и пролила на песок остаток своего содержимого. Тонкая темная и слегка белая полоска берега отразилась в глазах и заставила зажмуриться.

Чувствуя легкий голод и желая наконец узнать содержимое всех тех ящиков, которые занимали почти все драгоценное и спасительное пространство, мальчик поплелся к шлюпке. Своими ослабленными руками, он принимал на себя всю тяжесть, и с грохотом валил ее на песок. Размякший и потрепанный, ящик легко поддался, его тонкая крышка сломалась от легкого усилия. Мальчик жадно разорвал остаток надежно прибитых углов, в надежде увидеть съедобное, как на его глаза попало узкое горлышко, еще одно, очередные бутылки. Мальчик, не веря, отстранился прочь и, снова взявшись за новый, с таким же большим усилием, он еле как перевалил дребезжащий ящик за борт. То же самое. Он в ярости раскидал все оставшиеся бутылки по берегу, от сильного пинка, ящик улетел прочь; оставшиеся бутылки в нем еще долгое время, с дребезгом воротились из стороны в сторону, и через некоторое время, наконец выкатились на песок.

Места в маленькой лодке становилось все больше и больше, мальчик все выкидывал и выкидывал коробки на белый песок, каждый раз ворочаясь и вздрагивая от резких движений нетрезвых пассажиров. Некоторые из них, привставая и не понимая ничего, выкрикивали невнятные фразы и благополучно занимали более удобное пространство.

Лишь когда последняя коробка была раскрыта, у мальчика набухли глаза, его соленые как вода слезы, проскальзывая по щекам, стекали и пропадали среди мокрого от волн песка. Непроизвольно из его рта вырвался небрежный крик, который эхом разразился среди деревьев.

Маленькие любопытные дети, вставая и всматриваясь вдаль, наблюдали посреди голубых волн ту самую наваленную гору. Ненароком пиная бутылки под своими ногами, они стали выбираться наружу. Плачь и недовольные всхлипы раздавались теперь почти около него самого, маленькая группа детей уже расплелась по берегу, некоторые расположились у лодки, усаживаясь на пустые ящики и смотря на наступающие волны.

Немного сбросив порыв эмоций, он побрел сквозь все препятствия, снова впитывая взглядом те редкие силуэты людей. Когда он подошел ближе, спасенный им мальчик лежал наполовину в воде, в нескольких шагах от тени шлюпки. Его маленькое неподвижное тело лишь слегка возвышалось над отголосками неспешных и теплых волн. Он смотрел вдаль, сторонясь всех тех, кто тоже выбрался или еще только выбирался на берег. Более плотные люди, с опухшими лицами и даже синяками, неспеша переваливались через борт и руками щупали мягкий, но устойчивый песок. Из их уст даже сейчас не последовало ничего человеческого, нельзя было разобрать даже часть того, что они себе шептали под ухо. Он отвел взгляд в сторону и обратился к мальчику.