Читать книгу Евангелие от спирали - - Страница 3

Я проснулся с ощущением, что ночь не закончилась, а просто сменила декорации.

Будильник звонил уже третий раз. Я выключил его ладонью, не открывая глаз, и несколько секунд пытался понять, кто я, какой сегодня день и почему в голове крутится фраза: «Жизнь любит начинать с прямых линий».

На потолке ничего не было написано. Это обнадёжило.

Я полежал ещё чуть-чуть, пока телефон не напомнил о себе уведомлениями.

Работа, сообщения, какие‑то акции, рекламные письма.

Среди всего этого – маленькая иконка мессенджера, того самого, где ночью пришла ссылка.

Я не стал её открывать.

Я и так помнил, как выглядит этот текст.

Тело действовало автоматически: душ, кухня, кофе, одежда, ключи со стола.

Руки делали своё, а где‑то в глубине уже начался привычный внутренний монолог: что я опять лёг поздно, что надо «брать себя в руки», что так прожить ещё лет десять – и всё, никаких шансов что‑то поменять.

Интересно, сколько раз я это уже себе говорил.

Сотню? Тысячу?

В маршрутке было душно, как будто воздух тоже не выспался.

Люди стояли слишком близко друг к другу, каждый в своей маленькой вселенной из наушников, экранов и усталых лиц.

Я смотрел в окно и пытался не думать о спиралях, линиях и прочей ночной философии.

У светофора маршрутка дёрнулась и остановилась.

На тротуаре стояла девушка и говорила кому‑то в телефон:

– Нет, я так больше не могу. Всё, в этот раз точно никогда.

Слово «никогда» ударило как ложкой по краю стакана.

Гулко и слишком знакомо.

Я отвернулся. Совпадение. Люди постоянно говорят «никогда».

Иногда даже верят в это целых два дня.

У офиса меня встретил привычный запах: кофе, кондиционер и лёгкий отчаянный фон, который не поставишь в список ароматов.

Коллеги уже сидели по местам, кто‑то листал новости, кто‑то делал вид, что работает.

– Ты чего такой? – спросил Артём через стол. – Не спал?

– Фильм смотрел, – сказал я. Это было проще, чем объяснять, что я всю ночь читал странный текст, спорил с ним в голове и делал скриншоты, как подросток цитат из пабликов.

– Опять свой артхаус? – фыркнул он. – Неудивительно, что ты потом на работу смотришь как на наказание.

Я пожал плечами и включил компьютер.

Почта открылась как всегда – потоком задач, писем, просьб, напоминаний.

Сверху, среди всего этого, лежало письмо от руководителя с темой: «Нужно обсудить. Сегодня».

Я не стал его открывать. Сначала кофе.

Пока вода заливалась в бумажный стакан, я поймал себя на том, что мысленно уже пишу.

«Сегодня утром я узнал, что спираль может пахнуть офисом и разогретым пластиком. Она не выглядит мистически. Она выглядит как ещё один понедельник».

Я остановился.

Это было бы неплохое начало для записи.

Если бы я вёл дневник.

На кухне кто‑то обсуждал очередной сериал.

– Такое ощущение, что я это уже видел, – сказал один из коллег. – Они просто переодели тех же персонажей.

Я машинально повернул голову.

Фраза болезненно легла поверх вчерашнего чтения.

То, что казалось метафорой про жизнь, вдруг стало отзываться в случайном разговоре о сериале.

Может, я просто перенастроил фильтры восприятия.

Когда читаешь про спирали, начинаешь видеть их везде, как люди, которые купили красную машину и внезапно замечают только красные машины.

Я вернулся за стол, открыл письмо от начальника.

Ничего особенного: план, сроки, пара вопросов, которые на самом деле были не вопросами, а «сейчас ты скажешь да».

Дальше всё шло по привычному сценарию.

Я отвечал клиентам, исправлял документы, менял местами абзацы, чтобы текст выглядел «живее».

Писал вежливые фразы, которые давно уже ничего не значили ни для меня, ни для тех, кто их читал.

В какой‑то момент я поймал себя на том, что делаю паузу в письме и вместо делового оборота пишу: «Жизнь не любит прямых линий».

Руки сами.

Сознание догнало на полуслове.

Я стёр фразу и вернул стандартный шаблон.

К обеду голова гудела так, будто по внутренней поверхности черепа кто‑то тихо стучал ложкой.

Я вышел на улицу, купил что‑то горячее в ближайшем кафе и сел у окна.

На стекле остался отпечаток моей ладони – я придержал дверь для старушки и машинально опёрся.

Я смотрел на расплывшийся след пальцев и думал о том, сколько таких же отпечатков я уже оставил в своей жизни.

Тех, которые не видны, но всё ещё там.

Наверное, именно в этот момент я окончательно понял, что просто «забыть» тот ночной текст не получится.

После обеда я открыл новый файл.

Назвал его просто: «Тетрадь».

Без дат, без пафоса, без «дневника духовного пути», от которого меня заранее передёргивало.

Написал первую строку:

«Мне переслали текст, который ведёт себя так, будто знает меня лучше, чем я сам. Это бесит».

Потом добавил вторую:

«Если спираль и правда существует, я хочу хотя бы один раз посмотреть на неё трезво».

Я долго сидел над этими двумя предложениями и чувствовал себя глупо.

Как ребёнок, который разговаривает с воображаемым другом, только воображаемый друг на этот раз умеет писать цельные абзацы.

Телефон завибрировал.

Сообщение от того самого человека, который ночью прислал мне ссылку:

«Прочитал?»

Я уставился на экран.

Так и хотелось ответить что‑нибудь вроде «ерунда», «секта», «скучно».

Чтобы не показывать, что текст попал, зацепил, оставил след.

«Да», – написал я.

Через минуту пришёл ещё один вопрос:

«Нашёл что‑нибудь своё?»

Я посмотрел на открытую «Тетрадь» и на крошечный мигающий курсор в конце второй строки.

На стекло с отпечатком ладони.

На людей за окном, переходящих дорогу по привычному маршруту.

«Пока только свои повторы», – ответил я.

Ответа не последовало.

Вечером, уже дома, я снова открыл тот ночной текст.

Пальцы сами пролистали к месту, на котором сознание «зацепилось» сильнее всего.

«То, что кажется повтором, часто и есть шанс.

То, что кажется “опять это”, – момент, когда жизнь тихо спрашивает:

“Теперь ты видишь меня? Или опять смотришь сквозь?”»

Я перечитал эти строки несколько раз.

Потом вернулся к «Тетради» и дописал:

«На всякий случай: если это действительно шанс, я хочу хотя бы один раз не проморгать».

Так закончился день, в котором ничего особенного не произошло.

Кроме того, что я впервые всерьёз задумался:

а вдруг мои «никогда» просто аккуратно сложены в спираль, которая ждёт, когда я соглашусь посмотреть на неё ближе.