Читать книгу Город без адресов - - Страница 11

2.1. Ручной Якорь

Ночь в D-994 определялась не по отсутствию солнца, а по звуку.

Днем город гудел. Миллионы тонн, скользящих по Гриду Смещения, создавали низкочастотный, всепроникающий гул, который въедался в кости. Ночью, когда город входил в фазу «Ночного Стазиса» и замирал до утреннего аудита, D-994 начинал говорить.

Здание стонало.

Это был не тот ровный гул Грида, к которому привык Каэль за десятилетия работы инженером. Это был стон старого, уставшего металла. Звук пыли, оседающей на поверхностях, которые не двигались годами. Звук его собственного дыхания, казавшийся оглушительным в этой мертвой тишине.

Каэль Ренн сидел на полу, прислонившись спиной к гудящему, теплому металлическому шкафу. Это была его работа. Его проклятие. Его якорь.

«03:40», – прошептал он, глядя на старые аналоговые часы с фосфорными стрелками. «Время кормить зверя».

Он поднялся, его суставы щелкнули. В отличие от Элары, чей мир был залит мягким светом, комната Каэля была освещена тусклым, колеблющимся желтым светом старой керосиновой лампы. Она отбрасывала на стены уродливые, пляшущие тени.

«Зверь» – это то, что Элара видела на своих сканерах как «неподвижный тепловой источник». Это был массив химических батарей – архаичная, опасная и чудовищно неэффективная система, которую Каэль спас со свалки. Она была его жизнью.

В мире, где энергия передавалась по воздуху, эти батареи были единственным, что Грид не мог отследить. Но они требовали ручной зарядки.

Он натянул толстые резиновые перчатки, взял два медных кабеля и приготовился. Каждую ночь, ровно в 03:40, он должен был вручную переключить главный силовой кабель (тот самый, что вел в Изнанку) с систем жизнеобеспечения на зарядку батарей.

В этот момент D-994 «умирал».

Он замкнул контакты.

Свет керосиновой лампы погас. Рециркулятор воздуха, издававший тихое шипение, замолчал. Теплый гул шкафа, к которому он прислонялся, прекратился.

Комната погрузилась в абсолютную, первобытную темноту и тишину.

И в этот момент Каэль всегда чувствовал это.

Давление.

Когда D-994 был запитан, он использовал энергию «Якорного Кода» (о существовании которого он только догадывался, но принципы которого понимал как инженер), чтобы имитировать легкий «дрейф». Он не стоял на месте – это было бы самоубийством. Он двигался хаотично, со скоростью 0,8 км/ч, как пьяный, отбившийся от стаи. Для Грида он был «помехой», «шумом».

Но когда Каэль отключал питание, D-994 замирал. По-настоящему.

И тогда Грид чувствовал его.

Это было похоже на то, как если бы он был камнем в быстрой реке. Пока он кувыркался, он был частью потока. Но стоило ему замереть, как вся мощь течения наваливалась на него.

Каэль стоял в темноте, его зубы вибрировали от невидимого давления Грида Смещения, пытавшегося сдвинуть его с места. Миллионы магнитов под ним требовали, чтобы он подчинился.

Двигайся. Двигайся. Двигайся.

Это был беззвучный приказ, который транслировался через металл, через бетон, через его кости. D-994 был песчинкой, остановившей гигантский механизм. И механизм давил.

Он слышал, как скрипели балки. Как стекло в окне дрожало, готовое лопнуть. Он вцепился в медные кабели, его мышцы окаменели. Он был не просто инженером, он был моряком, державшим шкот во время шторма.

Десять секунд. Пятнадцать.

Давление достигло пика. Грид посылал пробные, силовые импульсы, пытаясь принудительно «схватить» непокорный блок. Каэль чувствовал, как пол под ногами вибрировал в рваном, немеханическом ритме.

Нет, – подумал он, обращаясь не к Эларе, не к АРКА, а к самому городу. – Только не это. Только не ее.

Двадцать секунд.

Он больше не мог. Он разомкнул контакты.

С оглушительным гудением системы D-994 снова ожили. Зашипел рециркулятор. Керосиновая лампа (которая на самом деле была светодиодной, замаскированной под старину) моргнула и зажглась. И снова начался спасительный, хаотичный дрейф.

Каэль упал на колени, тяжело дыша. Пот катился по его лицу, смешиваясь с грязью.

«03:41», – прошептал он, глядя на часы. Одна минута в аду. Каждую ночь.

2.2. Сердце Дома

«Зверь» был накормлен. Но теперь нужно было разбудить «Сердце».

Он прошел в соседнюю комнату – ту, что на тепловых сканерах Элары выглядела как неподвижный силуэт. Это была детская.

Здесь не было мебели. Все пространство от пола до потолка занимали стойки. Старые, аналоговые серверные стойки, которые Каэль по частям перетащил из Изнанки. Мигающие индикаторы, катушечные накопители, пучки толстых, покрытых тканевой оплеткой кабелей. Это и был второй, постоянный источник тепла.

Это было Сердце D-994.

Каэль подошел к главному терминалу – нелепому, громоздкому устройству с выпуклым монохромным экраном. Он щелкнул тумблером.

Раздался низкий, мелодичный гул, и катушки на накопителях медленно, как просыпающийся динозавр, пришли в движение.

Это был не АРКА. Это был «Страж». Так называла его мать Элары в своих записях. До-Гридовая аналоговая система управления зданием. Она не была «умной». Она не могла рассчитать эффективность Грида. Но она могла делать то, на что АРКА был неспособен: она могла чувствовать физический мир.

Она управляла очисткой воды. Она знала, когда в фильтрах накапливалась ржавчина. Она чувствовала давление ветра на стены.

И она была полностью, на сто процентов, «офлайн».

«Доброе утро, Страж», – пробормотал Каэль.

Зеленыый курсор мигнул на экране, подтверждая загрузку. Каэль не был уверен, был ли «Страж» настоящим ИИ или просто очень сложной программой. Но ему нравилось думать, что у него есть союзник.

Это Сердце было тем, что активировало «Якорный Код». Это оно управляло хаотичным дрейфом. Каэль был лишь его механиком, его «руками». Он доставал энергию, а «Страж» обеспечивал их выживание.

Он был хранителем не просто здания. Он был хранителем аналоговой души.

2.3. Утренний Обход

Утро Каэля начиналось не с кофе, а с паранойи.

Он не доверял цифровым датчикам. Он доверял пыли.

Он медленно обошел первый этаж, внимательно осматривая подоконники. Он специально оставлял тонкий слой пыли у оконных рам. Если бы кто-то пытался проникнуть, пыль была бы нарушена.

Чисто.

Он проверил «слухачи» – простые медицинские стетоскопы, которые он прижал к несущим балкам, – чтобы слушать вибрации Грида.

Гул был другим.

Обычно это был ровный, безразличный гул океана. Сегодня в нем чувствовался… фокус. Как будто сотни маленьких дронов кружили вокруг них, чуть дальше зоны слышимости.

Он замер, прижав стетоскоп к холодному металлу.

Там… кто-то есть.

Его подозрения последних дней подтвердились. Его не просто «заметили» как системную ошибку. Его «нашли».

Он подошел к главному окну – тому самому, которое Элара держала под максимальным увеличением. Стекло было покрыто многолетней грязью, и только маленький, протертый им пятачок позволял видеть внешний мир.

Он прижался лбом к стеклу и посмотрел вниз.