Читать книгу Последователь королевы - - Страница 7

– Послушай, оставь это дело судмедэкспертам. – просила его Лиза, поднимаясь вслед за ним по лестнице.

– А когда они приедут? – в ответ спросил Павел, остановившись и повернувшись на месте. – Через 5 часов? Шесть? Когда они приедут, убийца может уже улизнуть, а так его можно найти по свежим следам. Не найдём – так поможем следствию.

С этими словами, он вновь вернулся в кабинет. Перешагнув через тело, Павел направился к столу, на котором могли быть хоть какие- то улики. Первым делом, он решил проверить бумаги, на которых, стоило на них только взглянуть, были либо медицинские заключения, либо какая- то бухгалтерская документация. Подняв глаза, он увидел, что Лиза продолжает за ним наблюдать.

– Можешь подойти? – спросил Павел, после чего, стоило бывшей приблизиться к столу, протянул заключения. – Можешь рассказать, что они означают?

– Хм… – протянула девушка, разглядывая листки. – Обычные анализы. Кровь… Биохимия… Флюра… Одна анализы.

– И что они говорят?

– Только то, что Альберт абсолютно… Подожди! – прокричала она, взглянув на последний листок. Павел, удивлённый её реакцией, также заглянул в последний анализ.

– Онкомаркеры? Что это?

– Анализ на рак. – сказала Лиза, вчитываясь в строки. – Похоже, у Альберта был выявлен рак месяц назад. Лейкемия, это на мозг и кровь. – объяснила Павлу девушка. – Так что, можно сказать, ему повезло, что его убил цианид.

– Ты так считаешь? – произнёс Павел, после чего посмотрел на тело. – А так и не скажешь, что у него рак. Неужто костюм это скрывал? Может, он нас собрал здесь, что бы рассказать об этом?

– На него не похоже. – произнесла Лиза. – Он бы рассказал об этом Юле, своей новой любовнице. ДА кому- либо, с кем он в последнее время спит.

– Любовница? – с недоверием спросил Павел, посмотрев на девушку. – А ты откуда знаешь?

– Забыл, он в универе был тем ещё сердцеедом. Менял девушек раз в два- три месяца, пока не встретил Юлю. Мог вернуться к старому, когда развелись.

Она подняла фотографию и, взглянув на неё, едва не выронила её. Портрет бывшей жены Альберта был разбит, трещины шли так, словно кто- то ударил по фотографии кулаком. Она взглянула на Павла, который рассматривал трещины, словно они могли что- нибудь сказать.

– Как тебе теория? Кто- то узнал, что его жена мутит с Альбертом, нашёл его и отравил.

– И как она объясняет беспорядок в кабинете? Да и вряд ли Альберт стал пить вино, видя, что фотография разбита?

– Ты права. – признал Павел, после чего нашёл в своей теории новую несостыковку. – К тому же, он бутылку унёс с собой в кабинет. Она всё это время была в гостиной, мы бы увидели бы неизвестного. Получается, что бутылку отравили между тем, как он ушёл и разбитием стекла. Сколько это?

– 15- 20 минут. – произнесла Лиза.

– Не слышала, он из своего кабинета не выходил?

– Нет. – произнесла Лиза. – К тому же, я слышала, как он разговаривал по телефону с кем- то. Ничего из его бубнежа не поняла.

– Получается, отравить бутылку должны были у него на виду… – произнёс Павел, после чего заметил неприметную, сливающуюся со стеной дверь. – Спальня.

Павел открыл дверь и очутился в крохотной спальне, в которой была только двуспальная кровать, комоды с каждой стороны, шкаф и телевизор на противоположной стене. В воздухе висели ароматы табака, причём не первой свежести. Он сразу направился к кровати и заметил, что нижняя половина была смята, словно на ней кто- то сидел.

– Так, – произнёс Павел, после чего повернулся к Лизе, которая собиралась войти в спальню. – Стой там. Предположим, убийца сидел здесь, на кровати, ожидая, когда войдёт жертва. Она открывает дверь и усаживается за стол… Нет, не то. Он не входил из кабинета, а значит не получилось бы ввести яд. Как же было? Давай, активируй свои серые клеточки!

– А ты ящики проверял?

Ну конечно, ящики стола! Как же он мог о них забыть?! Павел вылетел из комнаты и уже собирался проверить их, как заметил под самим столом какой- то тёмный элемент одежды. Взявшись за него, Павел вытащил из- под стола чёрную кожаную перчатку, похожая была и у убийцы.

– Бинго. – произнёс Павел, после чего аккуратно положил её на стол. – А вот и подсказка. Перчатка толстая, на внутренней стороне наверняка остались частицы пота. – на всякий случай, он понюхал перчатку и его едва не вырвало, ибо запах был таким сильным, будто человек уже давно не менял одежду, и та полностью пропиталась потом. – Это точно перчатка убийцы.

– Уверен?

– Да. Видимо, когда началось действие цианида, Альберт схватился за руку неизвестного. Неизвестный потянул руку на себя, и в руке Альберта осталась перчатка, которую он выбросил.

– Почему же он тогда не забрал её?

– Видимо, убийца посчитал, что потасовка была слишком громкой, и сюда кто- то идёт. Что бы не терять времени, он выбил окно и выпрыгнул наружу.

– Осталось только понять, кто она.

– Вообще- то он, но мне нравится ход твоих мыслей. – произнёс Павел. – Выпрыгнувший силуэт точно был мужским.

Впав в размышления, Павел начал копаться в ящиках стола, в которых было великое множество всего. Таблетки, бухгалтерские справки, сломанная канцелярия (в основном карандаши), и даже журнал Плэйбой. Решив заглянуть под последнее, мужчина обнаружил маленькую записную книжку, обтянутую чёрной кожей и таким же ремешком. Очевидно, это должен быть его личный дневник. Он положил его рядом с перчаткой и, открыв, осознал горе. Несколько страниц было с силой вырвано из книжечки, из- за чего остальные едва не выпадывали со шва.

– И кто в наше время ведёт личные дневники?

– Только те, кому есть что скрывать. Писатели там, сценаристы, чиновники. – произнёс Павел, вчитываясь в даты. – В основном, записи давние. Подожди.

Он сравнил два соседних листка и заметил, что разница между ними составляет 4 года, а более свежая запись была сделана полтора месяца назад. С удивлением от такого поворота, он начал вчитываться в записанные косым почерком слова.

19 апреля

Давно я ничего не записывал в дневнике, особенно после того «фиаско» с моей компанией. За эти годы многое изменилось. Я перестал доверять людям, видеться с бывшими коллегами и так далее, но это не главное. К сожалению, моя жена ушла от меня спустя месяц после «Фиаско», не выдержав моих перемен. Тогда я впервые напился и очнулся только через неделю в больнице.

Но дело не в этом. Сегодня я обнаружил у порога письмо. Часть его была напечатана на печатной машинке, а другая часть была склеена из букв, вырезанных их разных журналов. В содержании говорилось, что он или она знает о моей причастности к тому «Фиаско». Меня это возмутило. Долгие годы, я хранил эту тайну ото всех, но кто- то докопался до истины. Но как? Об истинном положении дел знали только я и «зачёркнуто ручкой», а он не выдал бы меня. Так ведь?

3 мая

Ладно письма, они идут на растопку дров, но сегодня они мне позвонили, и в этот раз я без понятия, кто он. Голос определённо мужской, но у меня возникло ощущение, что он искажался именно что в процессе нашего разговора. Не записью, в процессе. И этот голос рассказал в каком бедственном положении была моя компания, когда провалилась сделка с испанцами, и что единственным выходом было её банкротство, а единственным способом сделать это было через суд. Если он знает такие подробности, то он точно кто- то из верхних слоёв, ибо простые рабочие не знали о реальном положении дел.

Из другого, с каждым днём мне становится всё хуже и хуже. Сколько не ем, всё теряю и теряю вес. Мне всё тяжелее выполнять привычные дела, постоянно клонит в сон. Завтра отправлюсь к врачу.

4 мая

Рак. У меня чёртов рак.

Жизнь кончена, врачи говорят, что шансы на выздоровление минимальны. И я пишу эти строки, снова напиваясь и не отказывая в мере, во второй раз в своей жизни. Телефон разрывается от звонков от этого неизвестного. Ну и наплевать. Раз мне осталось жить недолго, по меркам того, сколько прожил, попытаюсь сыграть на их правилах и, найдя лазейку, переиграть их.

Да, так, пожалуй, и сделаю. Возьму следующий звонок, поговорю, запишу наш разговор и отправлю знакомому человеку. Он знает людей, которые могут помочь ему, то есть мне, не задав лишних вопросов. Он меня тогда не подвёл, не подведёт и сейчас.

Блин, какое всё- таки вкусное пиво. Надо будет купить пару ящиков. Уходить в последний закат, так на всех тяжких.

20 мая

Они догадались. Позвонили ни свет ни заря и начали разговор с криков. Они сказали, что узнали, кому я переправлял все свои записи.. Только вот откуда? Он – свой человек, справился тихо и аккуратно тогда, должен был справиться и сейчас! Неужели у них есть связи повыше, чем у него?

И да, пока я не забыл. Вымогатель не один. Он отходил переговорить, и я услышал в трубку женский голос. Он был чистым, без искажений. Его будет намного легче распознать, тем более подозреваемых- женщин у меня намного меньше. Человека два вроде.

Голова снова болит. Вся моя жизнь теперь таблетный марафон – успей выпить, прежде чем симптомы вонзят в тебя свои мечи. Ещё одна таблетка, и голова снова станет сонной, но зато боль пройдёт.

27 мая

Они прислали мне финальный ультиматум. Я должен пригласить своих бывших одногруппников к себе и во всём признаться. К тому же, моё расследование зашло в тупик. Товарищ подвёл, пришлось обратиться к тому, кого ни он, ни вымогатели точно не ожидают. Я рассказал ей про рак, рассказал и про всю эту ситуацию. Она точно сможет мне помочь, ибо «зачёркнуто ручкой», а это мы держим в тайне ото всех в этом мире.

И вот она мне помогла. Никто с моей работы с этим не связан. Кроме того, к ним никто не обращался с вопросами об моём участии в «фиаско». Значит, это…

Нет! Не может быть! Я ему доверился, а он… Но может, это они из него вытрясли всю информацию? Надо проверить.

1 июня

Я всё понял. Все мои теории на надежду оказались пустышками. Он во всём виноват, а значит, надо рассматривать его окружение.

Я принял окончательное решение. Если до этого, я пригласил парочку одногруппников, включая Юлю, так, на всякий пожарный, то теперь точно нужно пригласить всех, ибо…

Следующая страница была вырвана из книги, но и добытой информации хватило сполна. Очевидно, под фиаско, Альберт имел ввиду банкротство, о чём он сам писал, вот только, что то в этом деле было нечистым, и в этом также участвовал Альберт, ибо его шантажировали этим фиаско. Он мог просто согласиться с их условиями, но, узнав про рак, решил переиграть их и, видимо, докопался до истины, и за это его убил…

Убили! Убийц было несколько! Минимум двое, раз столько было шантажистов. С этими мыслями, Павел посмотрел на перчатку и, вспомнив про собак, ударил себя по лбу.

– Вот я идиот! – произнёс Павел, после чего, схватив перчатку, выбежал из квартиры, оставив Лизу наедине с телом.