Читать книгу Красный флаг. Как распознать абьюз и сделать первые шаги к исцелению от невидимого насилия - - Страница 6

Россия, Кемерово

3 сентября 2012 – середина 2015 года

Мне восемнадцать. Я подошла к зданию университета, где проведу следующие четыре года своей жизни и оставлю половину своего времени. Со вздохом поднялась по серому крыльцу и зашла внутрь. В холле царил полумрак, коридоры были выкрашены бледно-желтой краской, пахло старыми книгами и пылью. Заглянула в расписание: факультет истории и международных отношений. Первая пара на четвертом этаже. Поток студентов прошел мимо – каждый из них выглядел занятым, спешащим, но при этом отстраненным. Я оглянулась на них, а потом направилась к лестнице. Свет едва пробивался сквозь небольшие окна, пытаясь осветить тусклые пролеты.

В конце длинного коридора собралась группа студентов. Больше половины – девушки. Парни стояли в стороне, их совсем немного. Слышны были разговоры: кажется, обсуждали политику Америки.

Я подошла ближе и заметила двух парней. Один худой и высокий, с выгоревшими на солнце волосами. Его улыбка притягивала внимание – не столько из-за доброжелательности, сколько из-за странной, почти механической натянутости. Второй – полная противоположность: невысокий, с черными кудряшками и в очках с внушительными линзами, которые увеличивали его глаза до размеров блюдец. Оба парня выглядели так, будто их вытащили из какого-то черно-белого фильма про советских студентов.

– Я Лиля. Мы будем вместе учиться, – сказала я, прерывая их разговор.

На мгновение они замерли в недоумении. Казалось, не привыкли, чтобы к ним подходила девушка. Они переглянулись, потом по их лицам проскользнула улыбка. Низкий, первым очнувшись, протянул руку.

– Марк. А это Лев, – произнес он, кивая в сторону высокого.

Я пожала руку Марка. Он энергично потряс моей кистью в разные стороны, будто мы разыгрываем сценку из комедийного шоу. Его рука холодная и маленькая. Я приподняла одну бровь, давая понять, что приветствие уже затянулось. Марк залился хохотом и отпустил мою ладонь.

Лев, не сказав ни слова, тоже протянул мне руку и пронзительно посмотрел мне в глаза. Я сразу оценила контраст их рукопожатий. Моя хрупкая рука утонула в большой теплой ладони Льва. Обволакивающая нежность прильнула к груди, но я не придала новому чувству значения.

С Марком мы быстро нашли общий язык. За первый месяц нашего знакомства я узнала о нем больше, чем о некоторых друзьях за годы. Он был болтливым, веселым, но порой немного назойливым. Тем не менее его присутствие скрашивало унылые университетские будни. Каждый день он встречал меня у входа в университет, угощал шоколадками и фруктами, рассказывал какие-то нелепые истории из своей жизни.

Лев, напротив, оставался лишь тенью: его загадочная большая фигура маячила рядом, словно наблюдая за всем происходящим. Он говорил мало, его слова – точные и сухие, будто выверенные заранее. Никаких лишних деталей, никакой личной информации. Я почти ничего о нем не знала, кроме того, что он родом из Новосибирска, живет в студенческом общежитии, любит историю, еще больше – учиться. Ему трудно отказывать людям, я часто думала: хороший ли он или только хочет таким казаться? Друзей, кроме меня и Марка, у него не было.

За три года обучения я почти ничего о нем не узнала. Запомнила только наше знакомство и еще пару незначительных моментов.

Вот, например, один из них.

Однажды я пришла в университет с опухшими глазами. Накануне я поссорилась со своим парнем, Артёмом. Из-за какой-то ерунды, но все ощущалось как катастрофа. Марк заметил мое состояние – не теряя времени, начал расспрашивать:

– А давно вы встречаетесь?

– Со школы, с девятого класса, – всхлипывая, отвечала я.

– Прям хороший парень?

– Самый лучший. – Я вытирала слезы тыльной стороной ладони. – Знаешь, мы так похожи, нас даже иногда называют братом и сестрой. – Вспомнив об этом, я снова залилась слезами.

Марк наклонился ко мне, его лицо вдруг стало серьезным, но голос все равно оставался легким, почти веселым:

– Лиля, да не убивайся ты так! Я уверен, что вы сегодня же помиритесь!

– Угу, – отозвалась я.

Марк подбадривал меня, но вскоре понял, что слова не помогают. Тогда он торжественно заявил:

– Лиль, ну и зачем тебе Артём? Вон смотри, у нас какой Лёвчик есть! – И подтолкнул меня прямо ко Льву, который как раз оказался рядом.

Лев поймал меня в свои объятия, и я плакала, уткнувшись в его грудь. Он ничего не говорил, а просто гладил меня по голове под шуточки Марка. Я растворилась в этом тепле, в этих спокойных руках. Время исчезло. Все вокруг стало мягким, безмятежным. С Артёмом мы помирились на следующий день, и жизнь снова вошла в привычную колею. Этот момент я забыла. Или почти забыла.

Еще одно воспоминание о Льве относится к концу третьего курса. Лев куда-то пропал, не приходил на занятия. Поначалу я не замечала его отсутствия, но чувствовала необъяснимую пустоту, которая не давала покоя. Марк сказал, что Лев в больнице с воспалением легких. Я пыталась отмахнуться от беспокойства, но оно вцепилось в мои мысли.

День, когда Лев зашел в аудиторию после больничного, я отчетливо помню. Он сильно похудел, был почти прозрачный. Но его глаза остались прежними. Когда я увидела Льва, внутри меня как будто расцвели ромашки, все встало на свои места, пустота внутри исчезла.

– Рада тебя видеть, Лев! – сказала, я улыбаясь.

– Я тоже, – ответил он.

В его голосе была теплая нотка, как будто я вернулась к чему-то родному и забытому. Я протянула Льву палочку Twix. Одну – ему, другую – мне. Мы о чем-то болтали, я почувствовала рядом с ним спокойствие.

С этого дня Лев начал занимать все больше места в моей жизни, но все это происходило настолько постепенно, что я даже не замечала этого. Он всегда был где-то рядом, молча поддерживал, иногда делал что-то совершенно неожиданное, например на физкультуре предложил:

– Хочешь поиграть в волейбол на моих плечах?

Я рассмеялась, но согласилась. Сидеть на его плечах, чувствуя, как он уверенно удерживает меня, было странно, но одновременно удивительно правильно.

После физкультуры в женской раздевалке перешептывались одногруппницы. Говорили обо мне. Я притаилась за углом, чтобы меня не рассекретили, и прислушалась.

– Да у нее окружение из парней, с нами она даже поговорить не остановится, – сказала одна.

– Она просто беспомощная дура, – с насмешкой добавила другая. – Интересно, что Марк и Лев в ней нашли?

Последовал неразборчивый ответ, и компания прыснула от смеха.

– Она строит милую мордашку, а пацанам разве много надо? Хорошо бы ее проучить! – произнесла третья с явной злобой.

– Знаете, девочки, – перебила четвертая, которая явно устала от обсуждений и хотела сменить тему, – нам тоже нужны парни-друзья. Это статус. Почему только Кауфман находится в окружении парней?

– Да! Да! А как же мы? Мы должны составить план, – подхватили остальные.

Я набралась смелости и вошла в раздевалку. Разговоры умолкли, пространство погрузилось в тишину. Много раз приходилось слышать, что женский коллектив – это змеиное логово, но когда ты у женского коллектива отнимаешь мужчин – становишься врагом номер один. Таким врагом стала я.

Быстро переодевшись, я выбежала из раздевалки в коридор, где меня уже ждал Марк.

– Наши девчонки хотят меня проучить. Я слышала, они что-то затевают, – пожаловалась я Марку.

– Ничего удивительного, – хмыкнул Марк. – Они считают тебя высокомерной стервой. Я такие сплетни слышал, да.

– Господи, Марк… Я живу свою жизнь и никого не трогаю.

– Этого уже достаточно, – усмехнулся Марк, потом добавил: – Не бойся, я с тобой.

– Они негодуют, потому что я дружу с парнями, – отметила я.

– А им кто мешает с нами дружить?

– Тут дело не в парнях вовсе, девчонки меня просто на дух не переносят. – Я беспомощно вздохнула.

– Но может, тебе стоит проявить к ним немного дружелюбия? – Марк растянул губы в вопросительной улыбке.

– Не хочу я с ними дружить, если они болтают гадости за моей спиной, – выдавила я.

– Лиль, да дружить с ними тебя никто не просит. Ты же знаешь, что людям свойственно следовать предрассудкам без оснований. Они завидуют такой уверенной красотке, как ты. Унижая тебя, они получают удовольствие. Это для них как котику сметанка.

Не обращать внимания на насмешки одногруппниц было задачей со звездочкой, но я старалась. В конце концов, дальше косых взглядов и перешептываний дело не заходило. Я была под пристальным надзором девушек: если приходила в облегающем платье, была с новой прической или говорила в коридоре с парнями – любое мое действие не оставалось без ехидного замечания. Публичные выступления были моей слабой стороной, а для них – настоящим праздником. Сердце бешено билось в груди, когда очередь доходила до меня, я старалась скрыть свою нерешительность, но все замечали, как я дрожу и борюсь со своим страхом. Одногруппницы самодовольно улыбались, сплетничали и кивали, демонстрируя свое превосходство. Я чувствовала себя жалкой, держалась только благодаря поддержке Марка и Льва.

Университет казался мне каким-то чужим и непонятным миром. Каждый новый день лишь укреплял мои сомнения, что учеба на историческом факультете – это не мое. Занятия казались унылыми, я будто теряла кусочек души с каждой прослушанной лекцией. Мои мысли путались, словно разбросанные кусочки пазла, а я не могла понять, как складывать их в единое целое. Но одно было ясно: я должна найти в себе силы продержаться. Еще один учебный год до окончания университета – и я буду свободна.

Комментарий психолога

С первых строк знакомства с героиней можно заметить несколько важных деталей – важных именно в психологическом контексте. Они станут нашей отправной точкой, призмой, которая позволит глубже понять дальнейшие события. Я буду обращать внимание на то, что важно для осознавания этой истории мне как психологу и каждому, кто хочет разобраться в механизмах зависимости.

Я отмечаю, что Лиля не особенно заинтересована в учебе. «Где проведу следующие четыре года своей жизни и оставлю половину своего времени» – так она видит свое пребывание в вузе. Если человек не вкладывает собственный интерес в то, чем занимается, будь то учеба, работа или любая другая деятельность, то он не может опираться на свою жизнь. В нее не вложена собственная энергия, она не наполнена личным смыслом. А значит, велик соблазн заменить эту пустующую жизнь чем-то гораздо более ярким, впечатляющим и волнующим. Люди, не имеющие твердой опоры в своей деятельности и интересах, входят в группу риска зависимых отношений.

Первое же действие героини – выбрать общение с парнями. Хотя на факультете в основном девушки, к ним она равнодушна и пренебрежительна, они недолюбливают ее в ответ. В этом нет ничего предосудительного, но неспособность строить отношения с коллективом своего пола – одна из характерологических особенностей людей, которые потенциально могут быть кандидатами в зависимые или абьюзивные[1] отношения. Это, разумеется, не гарантия, но звоночек. Вся поддержка и опора Лили в группе держится на заверениях Марка, что она лучше их, а те просто завидуют, – только это ее утешает. Но у девушки нет собственной опоры на уважение и статус в группе, на умение решать конфликты, вступать в конкуренцию и коалицию. Это делает ее самооценку хрупкой и уязвимой: убери из этой картинки мужскую поддержку – и что останется?

Следующий момент, на котором я хочу сделать акцент: чувства ко Льву возникают у Лили моментально, буквально с первого рукопожатия, но они не осознаются. Она лишь чувствует пустоту в его отсутствие, а в его объятиях – нежность, которую списывает на другое. Это сразу вызывает любопытство: откуда такие чувства к человеку, о котором она за три года толком ничего не узнала и с которым у нее нет отношений? У меня, разумеется, уже родилась гипотеза, но я не стану лишать вас удовольствия самим размышлять над сюжетом, пока его тайны еще не раскрыты.

Загадочная фигура Льва привлекает героиню своей неопределенностью. Это особенно наглядно на фоне Марка – открытого, приветливого, типичного хорошего парня, который не вызывает у Лили совершенно никакого интереса. А вот Лев – интрига, темная лошадка, классический вампир поп-культуры. Отстраненный, холодный и безразличный. Его образ создает неопределенность, «вакуум» в отношениях с ним, а это всегда соблазнительное место для наших проекций. Психика не терпит пустоты, она обязательно заполнит ее содержанием – реальным или воображаемым. Именно проекции становятся основой для нездоровых[2] отношений.

Красный флаг № 1: Вы привязываетесь или испытываете чувства к человеку, о котором у вас слишком мало информации, а в вашей собственной жизни недостаточно опор.

Упражнение на психологические опоры

Если у вас уже есть опыт зависимых отношений или вы подозреваете, что склонны в них попадать, проверьте себя на наличие психологических опор. Составьте список всего важного в вашей жизни, в чем вы искренне заинтересованы, с чем у вас есть прочные связи. Это могут быть любимая работа и интересная вам учеба, друзья, семья, близкие отношения, проекты, волонтерство, творчество – все, что дает вам ощущение устойчивости. Если в вашей жизни только одна-две опоры, а особенно если это отношения с одним человеком, задумайтесь об укреплении других опор вашего существования: это убережет вас от попадания в зависимость или позволит из нее выбраться.