Читать книгу Судьбоносный зооуголок, или Как потроллить троллей - - Страница 3

Самую вершину горы увенчивало огромное плато, со всех сторон окруженное неприступными скалами. Суеверный ужас веками удерживал жителей деревни Корсо-дель-Торо от путешествия на вершину Зеленого Мыса, к плато Откровения. Еще их далекие предки были напуганы до полусмерти, увидев за перевалом многометровых существ, отдаленно напоминающих диких обезьян. Люди назвали их горными троллями. Эти существа жили очень долго – до трехсот лет, и хотя с людьми сосуществовали мирно, но страх перед непохожими и, явно сильными, соседями заставлял местных жителей держаться подальше от мест обитания исконных владельцев плато Откровения.

Правда, периодически представители церкви пытались призвать народ на борьбу с порождениями нечистого, к коим за устрашающую лохматую внешность однозначно были отнесены эти непонятные существа. Каждая проверка от кардинала Валенсии приезжала со строжайшим указом искоренить нечисть на подвластной Святой Матери Церкви территории. Однако, удивительное дело – лично посмотрев через подзорную трубу на эту самую нечисть, святые отцы мягко сползали с темы силовой операции и рекомендовали местному капеллану просто молиться за свою паству и раз в месяц окроплять святой водой границы людских поселений. И здесь не стоит ставить под сомнение храбрость святых отцов, а следует воздать дань их благоразумию.

Сейчас плато Откровения населяла небольшая семья горных троллей: отец семейства – тролль Фарх с троллихой Лафизой и двумя тролльчатами-погодками – Борком и Фиурой. По человеческим меркам родителям было около сорока пяти, старшему Борку – шесть, а младшей Фиуре – пять лет. Кроме фантастически высокого роста, их отличали рыжая кожа, страшные длинные клыки, человеческая мимика и незамысловатая одежда. Тело горных троллей покрывала негустая рыжая растительность, переходящая в длинные гривы на голове. Борк, как и отец, носил набедренную повязку и короткий жилет из кожи горного тура, сшитые заботливой Лафизой. Сама она, как и дочка, была облачена в довольно-таки элегантную тунику из антилопьей кожи. Жили они весьма замкнуто. Лишь изредка наведывались в гости и принимали у себя троллье семейство с близлежащего Горного Мыса.

Тролли были очень осторожными и неуловимыми существами. Для охоты им вполне хватало плато Откровения. К подножию горы, в царство людей тролли выбирались крайне редко и предпочитали с ними не встречаться и не напоминать лишний раз о себе. Эти встречи были столь редкими, что людская память о них передавалась, в основном, только в легендах и сказках, обрастая с каждым пересказом все более фантастическими подробностями. У троллей были основания избегать человеческого общества. Они не хотели, чтобы их необычный внешний вид и образ жизни приводили к панике и попыткам со стороны людей вторгнуться в место обитания хозяев гор – бестолкового кровопролития они очень не одобряли, а людская глупость была им хорошо известна.

Семейство Фарха было почти уверено, что никто из людей не рискнет подняться на плато Откровения, потому что в их душах живет тот священный ужас перед горными троллями, который испытали много веков назад первые поселенцы Зеленого Мыса, основавшие у его подножия деревню.

Несомненной достопримечательностью бухты Благословенной была растущая здесь высоченная Указательная Сосна, история волшебного появления которой передавалась от деда к внукам. На этой многовековой сосне, которая, казалось, подпирала своей верхушкой небо, висела таинственная табличка, бывшая некогда относительно невысоко над землей, а по мере роста дерева унесенная ввысь. На табличке значилось: «Пеший или конный, старый или молодой, мужчина или женщина – да будет известно вам: что бы то ни было и кто бы то ни был, стоит им только появиться на расстоянии в четверть высоты этой сосны от начала ее корней, тут же станет нераздельной собственностью могущественного горного тролля Чакмара Великого. Да будет так во веки веков!»

Много столетий минуло с тех пор, но до недавнего времени на указанном от сосны расстоянии никто из поселенцев, пришедших на Зеленый Мыс, не решался строить жилье и вести хозяйство – так велика была сила волшебного текста, вырезанного на самшитовой табличке. И лишь недавно семейства Марео и Амедао, видя пустующую землю, решили обосноваться совсем рядом с Указательной Сосной, которую селяне называли сосной горных троллей. Бароны совместно возвели здесь охотничий домик, в котором можно было отдохнуть от летней жары после развлечений на природе – охоты или пикника.

Жить в домике постоянно не планировалось из-за недостаточно роскошного убранства, не соответствующего высоким баронским титулам, но вот провести одну-две ночи – вполне. Правда, случалось такое редко – все-таки суеверный страх перед таинственными троллями был свойственен даже образованным дворянам. А уж с каким трудом удалось набрать прислугу! Только общими усилиями глав обоих семейств и разрешением на добычу по косуле в год удалось уговорить жителей деревни раз в неделю отправлять троих крестьянок для поддержания порядка в доме. Правда, по истечении трех лет все немного успокоились и уже достаточно пренебрежительно относились к возможности встречи с необычными существами.

– Да зачем мы им сдались?! – отмахивался сеньор Марео от осторожных предупреждений падре Симона.

– Что они забыли тут, внизу?! – поддерживал друга сеньор Амедао.

И до недавнего времени все было именно так. Но, как говорится, все течет, все изменяется.

Следует заметить, что глава местного тролльего семейства имел весьма интересное хобби – он любил коллекционировать животных. Наблюдать за их повадками, играми, охотой или схватками за территорию было для почтенного тролля лучшим развлечением и отдыхом. И на настоящий момент Фарх совместно с детьми приручил многих обитателей бухты Благословенной. Древесная белка Чау-чак, серны, горные козлы и пиренейская выхухоль Фань-бань были украшением зоологической коллекции Фарха. Вот только не хватало в ней забавных высокоразвитых зверушек, населявших деревню у подножия горы. Челолюды – как их называли еще древние предки горных троллей – долбили деревянные корыта, на которых выходили в море и ловили рыбу на приманку, привязанную к тонким длинным веревкам. Такой способ ловли был чужд горным троллям, которые для рыбалки использовали плетенки из стеблей крапивы, забрасывая их в воду горного озера с бамбуковых плотов.

Размышлял о неполноте своей коллекции глава троллиного семейства долго. С одной стороны, ему не хотелось связываться с этими мелкими шумными существами. Он еще помнил дедушкины рассказы о первых столкновениях троллей с челолюдами и их упорстве в попытках выжить горных великанов с облюбованного ими места. А уж когда дедушка в гневе от прерванного послеобеденного сна сгоряча прибил пару десятков особенно ретивых, то о спокойном любовании окружающим миром можно было смело забыть. Эти людишки лезли из-за каждого ствола дерева и камня, тыкали своими смешными острыми палочками в дубовую шкуру троллей, а еще кричали и выли какие-то колдовские заклинания, размахивая крестообразными штуковинами. Правда, ничего из этого на обитателей плато Откровения не действовало, но нервы выматывало знатно. Именно тогда дедушка и совершил колдовской обряд защиты места обитания своей семьи и посадил ту самую сосну, магия которой исправно работала до сих пор, останавливая каждого, не относящегося к породе горных троллей на приличном расстоянии от их места жительства.

С другой стороны, как любому коллекционеру, ему хотелось иметь в своем зооуголке по-настоящему редких обитателей. А недовольство местных людишек? Ну, покричат и забудут. В конце концов, еще неизвестно, где лучше живется – у него на огромном плато на всем готовом или в этих мелких домишках там внизу. В общем, решение было принято.

На следующий день, в это замечательное майское утро, пока Лафиза собирала на бахче арбузы, Фарх играл с детьми в загонялки возле озера Уединенного на живописной лужайке, заросшей высокими пальмами и покрытой причудливым узором природных камней. Камни образовали подобие лабиринта, и, согласно правилам игры, нужно было при помощи бревна загонять округлый камень в извилистые ходы так, чтобы он продвинулся как можно дальше. Побеждал тот, кто быстрее протолкнет камень через весь лабиринт. Для измерения времени служили песочные часы, привязанные к стволу ближайшей финиковой пальмы. На лужайке царило настоящее веселье, и до слуха Лафизы доносились восторженные рыки ее мужа и детей:

– Почему у Борка получается так ловко запуливать камни? Я тоже так хочу, – жаловалась отцу Фиура.

– Косолапым здесь не место, – поддразнивал сестру Борк.

– А ты зато не умеешь нюхать незабудки так, как я, – обиженно отвечала Фиура.

В доказательство своих слов юная троллиха, сорвав пару кустов шиповника, сунула этот своеобразный букет брату в нос, заставив расчихаться от попавших в ноздри шмелей и пчел.

– Ах ты, мелкая вредина! – завопил Борк, у которого действительно не получалось так складывать широкие ноздри, чтобы безбоязненно наслаждаться запахами растений.

– Дети, не ссорьтесь, а лучше смотрите внимательно, как правильно держать локоть. – Фарх ловко взмахнул бревном, и камень, катясь по лабиринту, выписал замысловатую кривую.

– Ура, наш папа самый ловкий! – радостно завопили дети, но моментально забыли про игру, увидев выползающего из озера водяного змея, который, свернувшись радужными кольцами, стал греться на солнце.

– Папа, смотри, Арбагон приполз! – закричала Фиура, указывая в сторону озера. – Ведь он тоже из нашего зооуголка, раз с удовольствием ест рыбу, которой ты его угощаешь?

– Конечно, Фиурочка! – отец с нежностью посмотрел на дочь – вот кто в полной мере разделял его интерес к коллекционированию редких животных.

Сын больше интересовался охотой и спортом, хотя и любил иногда повозиться с обитателями зооуголка.

– Мы уже прикормили дикую кошку, паука-шерстопряда, – подтверждая размышления Фарха, стал перечислять Борк. – У нас обедают и длинношерстный топотун-шиншилла, и красномордые агамы, и даже павлины.

Теперь и мальчик удостоился гордого отцовского взора.

– Борк, ты забыл – еще водяная свинья все время наведывается к нам за огурцами. Ей очень нравятся наши сочные, сладкие огурчики! – напомнила брату Фиура.

«Так вот почему Лафиза не досчиталась вчера в бочке квашеных огурцов, – задумчиво прикинул Фарх. – Но любовь к животным все же лучше, чем сохранность овощей». А вслух сказал:

– Однако не забывайте, проказники, что папа тоже любит квашеные огурчики, – и с этими словами огромный горный тролль, который, казалось, мог разломить пополам скалу, необычайно ласково потрепал по плечам своих любимых деток, которые поеживались от удовольствия, видя улыбку и чувствуя любовь отца.

Лафиза сейчас снова бы начала читать ему лекцию о том, что он совсем избаловал детей, но, к счастью, она в этот момент ничего не слышала и продолжала размышлять о тайне исчезновения зимних запасов из закрытой бочки.

– Жаль, что в нашем зооуголке нет челолюдов, – заметил Фарх, желая подготовить свою семью к задуманному им сюрпризу. – Эти животные самые умные из всех, что нам известны. Они, как и мы, строят хижины, мастерят серпы и плуги, даже ткут себе одежду! Вчера я закончил конструировать подзорную трубу для наблюдения за ними. Хотите увидеть, кто из них поселится в нашем зооуголке?

– Ой, хотим, хотим! – хором закричали Борк с Фиурой.

– Тогда пойдемте на смотровую площадку, – пригласил Фарх.

Он вложил бревно для игры в загонялки в чехол, а рядом примостил каменный шар. К пещере троллей вела выложенная камнями тропинка, по бокам обрамленная коридором из пышно цветущей земляной груши. Весело смеясь и переговариваясь, Фарх с детьми не торопясь побрели к дому.

По каменной винтовой лестнице они поднялись на самый верх пещеры, где была оборудована смотровая площадка. Здесь стояла подзорная труба.

– Но сначала я открою вам тайну нашего рода, – загадочно пообещал Фарх.

У мгновенно притихших Борка и Фиуры от любопытства загорелись глаза. Фарх повернул огромную, словно ствол баобаба, подзорную трубу в нужном направлении и повращал колесо настройки. Первой прильнула к окуляру Фиура и увидела самшитовую табличку, прикрепленную к стволу сосны. Затаив дыхание, она стала медленно читать то, что на ней было написано. Когда она дочитала до конца, Фарх пояснил:

– Мой дедушка в третьем колене, дети мои, был могущественным чародеем. Его звали Чакмар Великий. Со своей семьей он жил здесь же, за кольцом Великих Верховых Скал, на плато Откровения. Когда окрестные земли стали заселяться челолюдами, он посадил у подножия Зеленого Мыса Указательную Сосну. На первых порах он даже рыхлил вокруг нее землю и поливал ее. А потом, когда деревце подросло, повесил на ствол украшенную замысловатым орнаментом табличку, на которой была вырезана надпись на высокогорном троллите, языке горных троллей. Но волшебная надпись становилась понятной каждому, собравшемуся ее прочитать. Вот Фиура уже прочитала, очередь за Борком.

Борк, сопя, прильнул к окуляру подзорной трубы:

– Я уже прочитал всю надпись, я читаю гораздо быстрее Фиуры!

– Я тоже научусь быстро читать! – от обиды со слезами в голосе отвечала сестра. – А вот ты никогда не научишься с такими лапищами так ловко вытаскивать огурцы из бочки, как я!

И это была болезненная обжигающая правда – лапа Борка не пролезала в ту дырочку, которую им удалось проковырять в каменной бочке, чтобы таскать оттуда огурцы для водяной свиньи!

– Вот вечно этим девчонкам везет больше! – теперь обида звучала уже в голосе сына.

– Не ссорьтесь, дети мои. Посмотрите лучше, на каких челолюдов указала Сосна Горных Троллей, – предложил Фарх, меняя направление подзорной трубы.

Дети друг за другом, взглянув в трубу, увидели парня и девушку, стоящих на крыльце симпатичного домика с башенками.

– Скоро они поселятся в нашем зооуголке! – провозгласил Фарх.

– Вот это здорово! – заголосили от восторга дети. – Теперь топотун-шиншилла не будет скучать!

Нам неизвестно, обладала ли такой непоколебимой силой древняя сосна прапрапрадедушки горных троллей, или же грозный Фарх просто решил порадовать новой сказкой Борка и Фиуру накануне пополнения домашнего зооуголка новыми, небывалыми обитателями. Как бы то ни было, но отец семейства твердо решил вечером наведаться в деревушку Корсо-дель-Торо именно за этими челолюдами.

Фарх собирался обстоятельно, как на охоту. Нельзя было упустить никаких деталей предстоящего похода. Как уже было сказано – тролли были разумными и осторожными существами, и при всей своей силе лезть открыто на рожон глава тролльего семейства не собирался. Своим покоем он очень дорожил, а уж покоем своей супруги – тем более. При всей своей доброте Лафиза была дамой вспыльчивой и могла закатить супругу грандиозный скандал, если по его вине ее будут отвлекать от заготовок на зиму какие-то мелкие, но громкие людишки. И так она уже насторожилась из-за ополовиненной бочки огурцов, того и гляди вся драгоценная коллекция Фарха впадет в немилость!

Поэтому подготовка и еще раз подготовка. Чтобы и коллекция пополнилась, и любимая жена была спокойна.