Читать книгу Книга 2: «Цена молчания» (The Price of Silence) - - Страница 7

Две недели после ареста Воронова. Лея сидит в кафе на окраине и ждёт встречи, которой не хотела. Игорь сказал: «Последняя зачистка операции». Но она чувствует – это что-то другое.

За окном октябрь красит листья в золото. Обычные люди торопятся по делам, не подозревая о подземном мире, который она помогла разрушить.

Виктория выписалась из больницы неделю назад. Переехала в другой город, сменила имя. «Хочу забыть».

Лея забыть не может. Особенно Настю.

Девятнадцать лет, первый курс института. Два месяца в системе – и что-то сломалось безвозвратно. Лея нашла её слишком поздно. В больнице, после попытки самоубийства. Настя выжила, но в глазах ничего не осталось. Ни страха, ни надежды. Пустота.

Перед отъездом к родителям Настя лежала в постели. Взгляд пустой. Лея держала её за руку.

– Лея…

Голос тихий. Почти шёпот.

– Если бы кто-то пришёл…

Пауза. Дыхание прерывистое.

– На месяц раньше…

Не закончила. Слишком больно.

Лея сжала руку сильнее:

– Я нашла тебя. Ты выживешь.

Настя покачала головой. Медленно.

– Не про меня. Про других. Которых найдут… через месяц. Через два.

Пауза.

– Для них… уже поздно.

Где-то сейчас другие Насти. У которых ещё есть этот месяц. Эта неделя. Этот день.

В кафе входит женщина лет сорока пяти. Элегантная, уверенная, пронзительные глаза. Оглядывает зал, замечает Лею, подходит.

– Лея Вега?

– Да.

– Вероника. Могу?

Лея кивает.

Женщина садится, не ждёт ответа. Привыкла принимать решения.

– Игорь не придёт. Попросил меня.

– Почему не сам?

– Наблюдение. Внутренняя служба проверяет утечки после операции. Встречаться с вами – риск.

Пауза. Вероника не уточняет «для кого риск». Для Игоря или для Леи?

– А вы кто?

– Координатор межрегиональных операций. Три года с Игорем.

Не «работаю», а «с Игорем». Личная связь, не просто служебная.

– Он доверяет?

– Достаточно, чтобы отправить к вам.

Подтекст: «Но не полностью. Никому не доверяет полностью».

Лея оценивает – спокойная, прямая, без лишних эмоций. Профессионал. Или очень хороший актёр.

– Слушаю.

Планшет на столе. Вероника не достаёт – он уже лежит. Подготовлена заранее.

Фотографии девушек, документы, схемы.

– После вашей операции многие сети рассыпались.

Пауза.

– Появились новые. Более осторожные.

Не «жестокие» – «осторожные». Оценка профессионала, не эмоция жертвы.

Лея листает. Молодые лица, испуганные глаза, знакомые браслеты.

– Что предлагаете?

– Внедрение. Изнутри собрать доказательства.

– Как в прошлый раз?

Вероника смотрит прямо. Не отводит взгляд.

– Сложнее.

Одно слово. Но голос говорит больше: «Намного сложнее. Возможно, смертельно».

Переключает планшет. Красивая женщина с холодными глазами.

– Виолетта Стрельцова. Бывший врач. Десять лет назад перешла на нелегал. Самая технологически продвинутая сеть в Европе.

– Технологически?

– Импланты нового поколения. Полный контроль. Эмоции, память, сознание.

Вероника не перечисляет функции. Не нужно. «Полный контроль» говорит всё.

Холод в животе.

– Что мне делать?

– Стать одной из них. Получить доверие. Добраться до сервера.

– Имплант.

Не вопрос. Констатация.

– Возможно.

Пауза. Вероника не врёт. Не говорит «маловероятно» или «только в крайнем случае». Честность хуже лжи.

– Безумие.

– Возможно.

Повторяет слово. Не соглашается, не опровергает. Нейтральность – тоже манипуляция.

– У Стрельцовой двести девушек. Через год – тысяча.

Цифры. Вероника оперирует цифрами, не эмоциями. Профессионал до конца.

Лея представляет сотню Насть. Каждая с пустыми глазами. Каждая думает: «Если бы на месяц раньше».

Теперь у неё шанс прийти вовремя. Для двухсот.

– Если откажусь?

– Найдём другого.

Пауза. Вероника добавляет:

– Менее подготовленного. Шансы ниже.

Классическая манипуляция. Эффективная.

– Сколько времени?

– До завтра.

– Немного.

Вероника не отвечает. Подтекст: «Времени всегда мало. Жертв всегда много».

– Стрельцова готовит что-то крупное. Через месяц.

Не уточняет что. Не знает или не может сказать?

– Каждый день промедления – новые жертвы.

Встаёт. Разговор окончен. Не Лея решает – Вероника уже решила за неё.

Лея остаётся с кофе и тяжёлыми мыслями.

Вечером идёт домой пешком. Смеркается. Неоновые вывески зажигаются. Красный. Синий. Зелёный.

Город красив. Особенно ночью. Свет отражается в лужах. Создаёт иллюзию глубины. Бесконечности.

Но Лея знает правду. Под красотой – ловушки. Системы. Сети.

Неон мигает. Приглашает. Обещает.

Лжёт.

На светофоре рядом девушка с кулоном – таким же, как носила сама месяц назад. Их глаза встречаются. В глазах незнакомки пустота.

Такая же, как у Насти.

Дома телевизор. Вечерние новости. Репортаж о пропавших. Одна фотография задерживается дольше.

«Анна Ларина, 20 лет. Пропала три недели назад».

Лея смотрит. Если не согласится, Анну не спасут. Как Настю.

Руки дрожат. В животе холод.

Ритуал: четыре счёта вдох, четыре выдох.

Кира научила три года назад. Тогда Лея только начинала работать под прикрытием. Первое задание. Страх парализовал.

«Когда страшно – дыши. Медленно. Считай. Четыре вдох. Четыре выдох. Разум возвращается. Контроль тоже».

Лея дышит. Считает. Один. Два. Три. Четыре.

Страх отступает. Не уходит. Но становится управляемым.

Телефон. Набирает Веронику.

– Согласна.

– Отлично. Встреча через час.

Не «хорошо», не «спасибо» – «отлично». Вероника получила то, что хотела. Манипуляция сработала.

Адрес – заброшенный склад. Временный штаб. Компьютеры, карты, фотографии. Вероника и трое мужчин.

– Алексей – техспециалист. Михаил – оперативник. Дмитрий – связь с правоохранителями.

Алексей кивает, не отрываясь от экрана. Михаил оценивает взглядом. Дмитрий молчит.

– А Игорь?

– Координирует из центра. Эта операция уровнем выше.

Не объясняет почему. Подтекст: «Слишком опасно, чтобы он светился».

Алексей показывает схему.

– Организация Стрельцовой: три уровня. Вербовка, установка имплантов, управление.

– На каком мне нужно?

– На втором. Там сервер.

– Как попасть?

– Через первый. Завербуют. Потом, если покажешь способности, переведут.

– Какие способности?

Алексей смотрит на Веронику. Она отвечает:

– Управление людьми. Безжалостность. Лояльность.

Три слова. Каждое – приговор.

Лея понимает – придётся стать хищником.

– А имплант?

– Устройство блокировки. Миниатюрное, под кожу. Блокирует большинство сигналов.

Алексей добавляет:

– Но не все.

Пауза. Никто не уточняет, какие именно. Лея не спрашивает. Лучше не знать заранее.

Михаил подходит.

– Лея, честно. Эта операция опаснее. Если раскроют – не сможем помочь. Ты будешь одна.

Не «мы постараемся помочь» – «не сможем». Прямота без утешения.

– Понимаю.

– Уверена?

Думает о Насте. О девушке с пустыми глазами. О двухстах женщинах.

– Уверена.

– Тогда начинаем. Две недели.

Вероника протягивает конверт.

– Легенда. Анна Косарева – хореограф из Самары, двадцать четыре. Адрес студии. Понедельник, десять утра.

– Кто ждёт?

– Максим Громов. Управляющий. Первый контакт. Осторожен, умён, видит насквозь.

Не «будь осторожна» – «видит насквозь». Предупреждение серьёзнее.

– Что сказать?

– Кодовую фразу: «Мне посоветовала студию Виктория Белова».

– Кто такая?

– Вымышленная. Но имя в их базе.

Лея берёт конверт. Внутри паспорт, права, фотографии.

– Две недели изучаешь легенду. Становишься Анной. Забываешь Лею.

– Как забыть?

Вероника смотрит долго. В глазах что-то похожее на сочувствие. Но только похожее.

– Никак.

Пауза.

– Просто притворяйся.