Читать книгу Вампир на полную ставку - - Страница 2

Будильник на телефоне звонил уже полчаса. Я еле открыла глаза и выключила его. Медленно я поднялась и приняла сидячее положение, бёдра сильно горели, поэтому поспешила встать с кровати.

“Аппетита нет, может, перекушу уже на работе.”

Натянув на себя свитер с высоким воротником, чтобы скрыть следы этой ночи, и надев джинсы с ботинками, на ходу я накинула на себя коричневое пальто и выбежала в подъезд. Быстро спустившись с третьего этажа, я снова не смогла не обратить внимание на граффити на стенах. Переехав в этот дом три месяца назад, я не думала об этой мазне на стенах подъезда, единственное, что меня волновало тогда – дешёвая аренда. Позже, к своему несчастью, я поняла, что это тараканы так знатно занизили аренду.

Дорога до больницы была недолгой, но я снова проспала и, скорее всего, опоздаю на работу, за что могу получить выговор.

Рабочий день медсестры в городской больнице – это как стирка в стиральной машине на высокой скорости отжима. В конце рабочего дня чувствуешь себя выжатым и высохшим: раздача лекарств, забор крови, заполнение бесконечных карт, сопровождение пациентов на процедуры и многое другое. Руки сами знали, что делать, пока голова витала где-то между воспоминаниями о сегодняшней ночи и мыслями о предстоящей вечерней подработке. За восемь часов я по полной выложилась эмоционально, так, я успела порадоваться за выписанного пациента после операции по вырезанию аппендицита, утереть слезы пожилой женщине после укола и мысленно послать в космос десятого за день мужчину, который требовал к себе внимания, потому что у него насморк или температура 37, 5 °С. Обычный день.

Попивая противный кофе из автомата, я наблюдала, как по коридору важной походкой расхаживал Сантери. Рыжий, высокий, с идеально сидящим на нём белым халатом, он не шел – он шествовал. Всего за четыре года он проделал головокружительный путь от санитара до заместителя главного врача. Все им восхищались: такой молодой, а такой амбициозный и целеустремленный.

Я же видела в нем другое – надменность. Его медные глаза, которые, как я слышала от сотрудников, которые работают тут давно, когда-то казались выцветшими и потерянными, теперь горели холодным огнем карьериста. Он никогда не замечал меня, обычную медсестру, хотя сам когда-то был санитаром. В его мире я была функцией, винтиком в системе, которую он так успешно оптимизировал. Он не видел в нас, сестрах и санитарах, коллег. Мы были для него расходным материалом, частью отчетности, которую нужно правильно подать. Его волновали только цифры, показатели эффективности и, конечно, его собственная зарплата и статус. Иногда мне казалось, что он не дышит, потому что не может никогда расслабиться.

Вечером, впопыхах переодевшись после смены, я уже бежала на автобус, направляясь в другой мир – мир богатства и тихой, пахнущей дорогим парфюмом, роскоши. Семья Березовских-Величко, в доме которой я подрабатывала домработницей, владела, как я знала из обрывков разговоров, недвижимостью по всей стране и за рубежом. У них была целая компания по аренде квартир. И была одна странность – они почти всегда жили ночью, а днем отсыпались. Я редко видела, чтобы они чем-то занимались именно днем.

Сегодня мне нужно было прибраться в комнате Алексея, младшего сына, которому впрочем было уже двадцать три года, он был всего на один год младше меня. Мне сказали, что он уехал по делам в другой город. Я тихо вошла в его комнату, но, оказалось, она была не пуста. Алексей полулежал на кровати, уткнувшись в ноутбук. Он поднял на меня взгляд, и в его глазах вспыхнула искорка интереса.

– Катя, – мягко произнес он, откладывая ноутбук в сторону. – А я думал, это привидение какое-то ходит по особняку так бесшумно.

– Простите, Алексей, мне сказали, что вы уехали. Я потом зайду, – я сделала шаг назад.

– Ничего, ничего, проходи. Работа не ждет, я знаю, – он улыбнулся обаятельной хищной улыбкой. Его взгляд скользнул по мне с ног до головы, он посмотрел на мою одежду и на тряпки и ведро с водой у меня в руках. – Знаешь, тебе очень идет эта униформа. Скромность – это, конечно, мило, но на тебе даже мешок для картошки смотрелся бы шикарно.

Мои щеки запылали. Я потупила взгляд.

– Спасибо за комплимент, но у меня много работы. Я только что вспомнила, что мне срочно нужно на кухню, – я попыталась говорить твердо, но голос прозвучал слабее, чем хотелось.

– Вечно ты куда-то спешишь, – он томно вздохнул, поднялся с кровати и подошел ко мне совсем близко. От него всегда веяло какой-то опасностью. – Может, передохнешь немного? Со мной. У нас тут скучно, а ты… ты как лучик солнца в нашей вечной ночи.

Его пальцы легонько коснулись моей руки, в которой я держала ведро с водой. По спине пробежали мурашки – не от восторга, а от тревоги.

– Алексей, правда, мне надо… На кухне ждут, – я отступила к двери, чувствуя, как сердце колотится очень быстро, он как будто это знал. – Хорошего вечера.

Я почти выбежала из комнаты, оставив его с загадочной улыбкой на губах.

“Лучик солнца в вечной ночи. Ну конечно. Что за подкат такой?” – подумала я.

Придя в себя, я отправилась на кухню, надо было почистить картошку, и только после этого Надежда Игоревна, главная по персоналу, отправила меня в библиотеку убрать там пыль.

Дверь в библиотеку была приоткрыта, что показалось странным, так как обычно она пустовала. Я узнала низкий, бархатный голос Галины, матери Алексея, а также его собственный.

“Что-то сегодня мне нигде не дадут прибраться.” – заворчала я про себя.

Однако, вместо того, чтобы уйти по другим делам, коих всегда в этом большом особняке было много, и вернуться позже, я прислушалась к разговору сына и матери – любопытство всё-таки взяло верх.

– …новый лот в Сочи, Леша, нужно лично съездить, – говорила Галина. Несмотря на свой возраст, она выглядела поразительно молодо, будто время для нее остановилось лет тридцать назад. Она выглядела почти как моя ровесница.

– Я знаю, мама. Но здесь тоже нужен глаз да глаз. Мне кажется, что в нашем городе завелся такой же как мы, надо это проверить.

– Кажется? Мне теперь отложить покупку только потому, что тебе кажется? – легкий, холодный смешок Галины заставил меня похолодеть. – Ладно, давай обсудим это позже, я уже очень голодна.

Только сейчас я поняла, что в библиотеке находится третий человек. Она молча сидела на роскошной банкетке из дорогой древесины и с бархатной зеленой обивкой, поэтому её присутствие было незаметным, словно она была предметом интерьера. Красивая, молодая, с длинными светлыми волосами, девушка смотрела в одну точку и не двигалась, пока ее не позвала хозяйка семейства Березовских-Величко.

– Вероника! – Галина распахнула объятия. – Иди к нам, дорогая.

Девушка безвольно подошла. И тогда случилось нечто, от чего кровь застыла в жилах. Галина и Алексей, их движения были так быстры, что глаза уловили лишь мелькание. Они склонились над шеей девушки, и по библиотеке разнеслось тихое, влажное чавканье. Я видела, как плоть Вероники начала сморщиваться и усыхать, словно плод на солнце. Ее кожа стала серой и пергаментной, волосы поседели и начали выпадать. Через несколько секунд от живой девушки осталась лишь обтянутая кожей мумия, которую Алексей с отвращением оттолкнул ногой.

– Фу, они всегда такие мерзкие, когда мы с ними заканчиваем. – произнес Алексей.

– Молчи, мальчик, – огрызнулась Галина. – Можно было уже давно привыкнуть.

Мой желудок сжался в тугой узел. Я отшатнулась от двери, прижав ладонь ко рту, чтобы не закричать. Мир поплыл перед глазами.

Я бежала по коридору, не разбирая дороги, с одной лишь мыслью в голове: нужно выбраться отсюда. Прямо сейчас. Пока они не почуяли мой страх. Пока я не стала их следующей едой.