Читать книгу Страшный Новый Год - - Страница 2

Морозы пришли сразу. Пробрались в бревенчатые срубы, под овчины и одежду. Очаги не справлялись. Две семьи просто не проснулись утром – холод забрал своё. Из лихолесья на окраине стали выходить звери. Ушедшие к проруби люди уже не возвращались.

Жители одинокой деревеньки собрались в доме старосты Хвата.

– Надо идти к соседям, просить защиты: одежду, еду, кров.

Все мрачно посмотрели на Лихобора. Этот вдовец жил на самой окраине и имел больше остальных причин бояться за свою жизнь.

– Не дойдём, – хмурый, как осенняя туча, староста сказал горькую правду. – Двести вёрст по такой стуже, по окраине Лихолесья – верная смерть.

– Не ждать же здесь смерти от зверья и мороза! – выкрикнул Лихослав, самый молодой охотник деревни.

– Просто ждать не будем, – старик Хват тяжело поднялся со скамьи, опираясь на посох. – Все переселимся в большой гостинный терем. Будем оберегать друг друга. Поодиночке не выходим. На охоту – артелью не меньше пяти человек. Боги с нами.

Народ одобрительно зашумел. Хоть что-то.

Напуганные люди стали расходиться по домам, собирать вещи. Через сутки все расположились в большом доме. Он пустовал, и его называли «гостинным», хотя из гостей – только волки и зимние ветра.

Но уже на следующую ночь мороз забрал ещё двоих. Болезненный подросток Неждан был найден окоченевшим, хотя заснул недалеко от очага. Над людьми повисли безнадёжность и страх. В следующую ночь не проснулась Гранислава, хотя укрывалась добротной овчиной.

Всем стало ясно: это не просто мороз. У них поселилась смерть. Смерть от холода.

– Хват, – Лихобор вместе с остальными сидел вокруг очага. – Белый Дед просит подношение.

Никто ничего не сказал, но чувствовалось, что Лихобора молчаливо поддерживают. Если начинало происходить что-то странное и страшное – это был чёткий знак. Нужна жертва. Причём не простая, а та, которую больше всего не хочется приносить. И мужчинам и женщинам. На эту роль подходила только одна. Дочь Хвата Снежана – юная добрая девушка. Никто никогда не слышал от неё плохого слова, она со всеми была приветлива и весела. Гордость всей деревни. Самый любимый всеми житель, с кем меньше всего хотелось расставаться. Идеальное подношение.

– Лихобор, ты забываешься! – Рука Хвата потянулась к посоху.

Потянулась и остановилась. Лихобор был прав. Это был долг Хвата как старосты – пожертвовать самым ценным. По щекам старика потекли слёзы. Да, он принимал на себя груз главы деревни, но не подозревал, что он будет настолько тяжёл.

– Отец, всё хорошо, – наконец-то люди посмотрели на Снежану, на которую с начала этого страшного разговора стыдились даже бросить взгляд. – Я согласна.

Она, произнесшая это, действительно была готова принести себя в жертву ради остальных.

Женщины и дети тихо заплакали. Но это был единственный выход.

Наутро охотники отвели девушку к священному дереву в лесной чаще. Высокие стволы вокруг поднимались до неба, закрывая хмурое солнце за серым небом. Долговязый охотник Варижора достал верёвку, чтобы привязать девушку к дереву, и чуть не полетел в сугроб от оплеухи рыбака Звяги, статью и размерами похожего на медведя.

– Волчья сыть! – рявкнул Звяга. – Она похожа на ту, кто попытается сбежать? Она же сама согласилась!

Смущенный Варижора убрал веревку.

– Сколько мне здесь быть? – голос девушки чуть дрогнул.

– До утра, – мрачно сказал Лихобор.

Ночь в этом ледяном лесу без огня и укрытия пережить было невозможно.

Охотники оставили девушку и пошли обратно в деревню. Звяга перед уходом с поляны священного дуба оглянулся. Снежана сидела прямо на снегу, поджав ноги. На снегу так сидеть было нельзя – верная смерть от холода. Надо было найти пенёк или набросать веток. Но девушке, похоже, было всё равно.

Эта ночь в деревне была тревожной. Никто не спал, все вслушивались в вой ветра и волков. Когда утро пришло, охотники отправились к священному дереву. Там никого не было. Если Снежана не вышла к деревне, то путь в любом другом направлении без огнива и припасов был смертельным.

Охотники постояли и собирались уже уходить, но тут Хват сдавленно произнёс:

– Варижора, не можешь прочесть следы?

Утренний снегопад практически скрыл все следы, но такой опытный охотник, как Варижора, всё равно мог что-нибудь понять.

Охотник присел на корточки.

– Она сидела около дерева. – Варижора чуть сместился в сторону. – Потом встала.

– Побежала? – Звяга даже затаил дыхание.

– Нет, она будто переминалась с ноги на ногу. Потом отпечатки пяток стали глубже, она словно облокотилась спиной о ствол.

– И всё? – Хват от волнения чуть не сломал свой посох, стиснув его в руках.

Всё это было очень странно. Человек на таком морозе либо переминается с ноги на ногу, либо прыгает, либо идёт, либо греется у костра, но не стоит вот так, опершись спиной о ствол, рискуя замёрзнуть.

– Да, – Варижора опять присел. – Она совершенно не двигается, будто… будто…

– Ну, что? – почти выкрикнул Лихослав.

– Будто внимательно смотрит на что-то.

– Увидела волка? – высказал очевидную мысль Звяга.

Варижора осмотрелся:

– Нет, следов зверей нет совсем.

Мужчины переглянулись. Это тоже было очень странно. Одинокий путник в лесу обязательно привлёк бы рысь, волка или медведя.

– Она медленно пошла к краю поляны, – неожиданно продолжил Варижора.

Он шёл по едва видимому даже ему следу. Не доходя до края поляны несколько шагов, он остановился.

– Ну? – не выдержал Хват.

– След исчез.

– Как?

– Просто исчез.

Все удивлённо посмотрели на Варижору. Он и сам выглядел растерянным.

– Она, что, взлетела? – дрогнувшим голосом спросил Лихослав.

– Не знаю… – Варижора огляделся. – Или взлетела, или…

– Что? – староста Хват дрожал от волнения и горя.

– Или её подняли.

Все онемели от изумления. Варижора быстро продолжил:

– Вот здесь и здесь сломаны нижние ветки вековой сосны. Надлом идёт снизу вверх, будто их сломала некая восходящая сила.

Тем временем ветер усилился и постепенно превращался в снежный буран. Пора было возвращаться в деревню. Охотники побрели обратно в смешанных чувствах. Никто из них не знал, что и думать. Хват посмотрел в сторону священного дуба последний раз. Белый вихрь уже почти не позволял ничего разглядеть, но на какое-то мгновение ему показалось, будто он увидел вдалеке фигуру высокого мужчины в белых одеждах с длинной белой бородой и рядом с ним хрупкую девичью фигурку, очертаниями похожую на его дочку Снежану. Его Снежана, или – как он её ласково называл – Снегурушка.