Читать книгу Добрулики - - Страница 2

У Белагини

После встречи с Синемэей Аргос не полетел обратно на службу. Крылья сами понесли его к знакомому дому, расположившемуся на склоне холма, словно выросшему из него.

Он застал Белагиню на кухне. Она стояла у стола, густо обсыпанного мукой, и ловкими движениями лап с розовыми подушечками залепляла края пирожка. От неё валил пар, пахло вареным картофелем, лесными грибами и чем-то сладковато-ягодным. Пританцовывая на месте, она напевала себе под нос, а её пушистые уши в такт мелодии подрагивали. Сидевший подле пышнохвостый Элиас, улучив момент, метнулся к столу и попытался стащить кусочек теста. Белагиня, заметив это, быстро убрала тарелку из-под носа Элиаса:

– Ах ты, мошенник! – рассмеялась она и тут же заметила в дверном проёме тень. – Аргос!

Она отряхнула лапки, оставив на полу облачко белой пыли, и стремительно подбежала к грифону. Её большие, круглые глаза внимательно осмотрели его.

– Жив, цел! – прошептала она и осторожно, почти с благоговением, провела тыльной стороной ладони по его боку, по тому месту, где вчера зияла ужасная рана. Шерсть была густой и ровной. – Ни шрама, ни царапинки… Это же чистейшей воды волшебство.

– Белагиня, это же ты меня исцелила, – смущённо пробормотал Аргос, перебирая когтистыми пальцами на передней лапе.

– Я и говорю – волшебство! – она звонко засмеялась, и Элиас радостно зацокал коготками по полу.

Белагиня отошла к очагу, сняла кастрюльку с плиты и поставила её на деревянную подставку.

– Прогуляемся? Сегодня лес особенно красив.

– Ты говоришь так каждый раз, – Аргос наклонил голову, его взгляд стал вопросительным.

– Потому что каждый раз он открывается по-новому. Идём!

Она накинула на плечи лёгкий плащ и вышла, не дожидаясь ответа. Аргос, взмахнув крыльями, последовал за ней, обходя низкий дверной проём.

Лес и вправду был прекрасен. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь шатёр из тёмной хвои, превращались в золотистые столпы, в которых кружились мириады пылинок. Белагиня шла вперёд, касаясь лапой замшелых стволов, сбрасывая с папоротников тяжёлые капли росы. Она дышала глубоко и ровно, и казалось, её дыхание сливалось с шёпотом крон. Здесь царило умиротворение, которое обволакивало, как тёплое покрывало.

Внезапно она остановилась возле старого, полузаросшего мхом поваленного дерева.

– Что там произошло, Аргос?

Грифон тяжко опустился рядом, его перья слегка взъерошились.

– Не знаю. Я не встречал такого раньше. Тьма, что пожирает саму себя, но от этого становится только сильнее.

Белагиня сгребла лапками мягкий мох с бревна и уселась. Её движения были усталыми.

– Это была сама Тьма, Аргос. Источник. Я видела его в Чаше. Миры, которые он обратил в прах… Храбрых, что пали, пытаясь остановить его. И это – только начало.

Она говорила тихо, но каждое слово падало, как камень. Аргос прикрыл глаза.

– Зачем ему понадобилось нападать именно на меня?

– Ты знаешь правду, – голос Белагини стал твёрдым. – О зарождении Света. О том, как зажигаются миры.

Аргос замер. Даже его крылья перестали шелестеть.

– Но зачем Тьме эти знания?

– Потому что это – ключ, Аргос, – она сжала свои мохнатые лапки в кулаки, так что побелели подушечки. – Ключ к сердцевине бытия. К первопричине.

– И… нашего мира? – в голосе грифона, всегда такого уверенного, прозвучала тонкая, ледяная трещина страха.

– Нашего – в первую очередь.

Белагиня выглядела не просто уставшей – опустошённой. Силы, с которой она пекла пирожки и смеялась, будто не осталось. Она сидела, сгорбившись, уставившись в землю. Аргос, помедлив, тихо спросил:

– Это начало новой войны?

Белагиня резко встряхнула головой, и её белоснежные волосы рассыпались по плечам.

– Нет. Это продолжение старой. И мы… мы проигрываем.

Сказав это, она вскочила, словно её ударило током. В её движениях не осталось и следа усталости – только стальная решимость. Она почти побежала к источнику, что бил из-под корней старого дуба возле её дома. Достала из складок плаща Чашу – простую, каменную. Подставила под струю, и вода сама устремилась внутрь, наполняя сосуд тихим, мелодичным звоном.

С Чашей, излучающей лёгкое сияние, Белагиня зашагала в самую чащу. Аргос шёл следом, сбивая крыльями ветви.

– Белагиня, я с тобой!

– Нет! – она обернулась, и в её глазах горел непривычный для него огонь. – В то измерение путь есть только у меня. Другим хода нет.

Она подошла к двум елям-великанам, чьи стволы переплелись у основания. Не колеблясь, она выплеснула воду из Чаши в узкий промежуток между ними.

Вода не упала. Она повисла в воздухе, закрутилась, превратившись в сверкающую, уходящую вглубь воронку. В её глубине мерцали чужие звёзды и плясали тени неведомых форм. Белагиня, не оглядываясь, шагнула в эту сияющую пустоту. И исчезла.

Воронка схлопнулась с тихим вздохом, оставив лишь влажный след на коре и запах озона.