Читать книгу Хроники Бездны: Исток - - Страница 2

Холод бетонного пола пронизывал даже сквозь куртку. Даниил проснулся от собственного дрожания и сухости во рту. Первое, что он заметил – это полное отсутствие боли. Он приподнялся, осторожно коснувшись груди. Кожа была гладкой: ни следа ожогов, ни синяков. Даже царапины затянулись. Только слабое свечение под кожей напоминало, что всё это – не сон.

– Ну и скорость регенерации… – пробормотал он, пытаясь нащупать пульс. Сердце билось ровно, но с каждым ударом по телу расходились волны – отголоски работы ядра.

Он поднялся, прошёлся по складу. За ржавыми контейнерами, где он вчера укрылся, теперь были следы чужих ботинок: видимо, ночью кто-то заглядывал, но не нашёл его. Углы темнели от масла, в воздухе висел сладковатый запах пыли и металла. Снаружи город уже просыпался: сирены, трамваи, утренние гудки.

Ядро реагировало на каждый звук лёгкой внутренней вибрацией. В какой-то момент Даня остановился – на секунду показалось, что где-то вдалеке он слышит… Эхо. Не звук и не радиоволну – словно далёкий, пульсирующий зов, отголосок того выброса, что породил его. Где-то там, на месте лаборатории.

Он присел, вытер пот с висков.

– Если я слышу это, то и они, вероятно, могут услышать меня, – сказал он себе тихо. – Надо уходить.

Первое место, которое пришло в голову, – квартира Максима. Старый друг, айтишник, с которым он когда-то работал вместе в ЛПКИ, пока того не уволили за «излишнюю инициативу». У Макса всегда был нюх на неприятности и квартира-бункер – бронированная дверь, зашторенные окна, антивирусы даже на чайнике.

Даня накинул капюшон, проверил улицу. Камеры везде, но город огромен. Главное – не попадаться.

Он шёл по переулкам, избегая перекрёстков. На экранах остановок крутили новости: «Правительство заявило об успешном локализованном инциденте на юге столицы. Пострадавших нет».

Слово «локализованном» прозвучало особенно цинично.

В транспорте – шёпот. Люди обсуждали свет в небе, странные отключения связи, слухи о «новом оружии». Даня молчал, смотрел в пол, чувствуя, как ядро внутри сжимается от напряжения.

Через пару часов он добрался до нужного района – типичный старый жилой квартал, где сигнал камер давно барахлит. Макс жил на седьмом этаже, в углу дома, где царил вечный полумрак и запах пыли.

Даня постучал трижды – пауза – дважды. Старый условный ритм, придуманный ими на случай проблем.

– Кто там? – голос за дверью настороженный, будто через фильтр.

– Доставка из "Гелиоса", – ответил Даня с усмешкой.

Три секунды тишины. Потом – лязг замков, тихий вдох.

– Чёрт… Даня?!

Дверь распахнулась. Максим стоял в майке и трениках; волосы растрёпаны, глаза – квадратные.

– Ты… живой?! – в шоке сказал Максим.

– Пока да. Можно войти?

Макс отступил, пропуская. В квартире – привычный бардак: провода, старые мониторы, кофейные кружки. Даня снял капюшон. Максим сразу заметил – кожа чистая, глаза чуть светятся, зрачки странно расширены.

– Что с тобой сделали? – выдохнул он. – Ты выглядишь как после ядерной терапии.

– Потом. Не здесь. Просто… мне нужен тайм-аут.

Макс кивнул.

– Ладно. Диван в твоём распоряжении. Только не умирай на нём, ладно? Он у меня один.

Даня впервые за сутки позволил себе улыбнуться.

– Не обещаю, но постараюсь.

Макс захлопнул за собой дверь, повернул замки и привычным движением заклеил глазок изолентой. В коридоре горела тусклая лампа, а воздух пах пылью и холодным металлом.

– Проходи, – сказал он, кивая в сторону комнаты. – Только обувь не снимай: пол у меня как на складе.

Даня шагнул внутрь. Комната выглядела так, будто в ней жили провода: мониторы, приборы, какой-то старый осциллограф, к которому был подключен чайник. На столе мерцал экран, и на нём, без звука, крутились заголовки: «Воронка над городом», «Теракт в СИК-1?», «Следов радиации не обнаружено».

Всё смешалось в поток абсурда, где каждая новость противоречила предыдущей.

Макс с раздражением щёлкал пультом.

– Все каналы, как под копирку. Никто не знает, что реально произошло. То ли метеорит, то ли новый коллайдер утонул под землёй. А теперь этот "взрыв"в СИК-1. Слишком много совпадений.

Даня сидел на подоконнике, глядя на туман над крышами.

– Совпадения бывают.

– Не такие, – ответил Макс. – Сначала ЛПКИ, потом НИИ-10, теперь СИК-1. Все три объекта единого ведомства. Ты же там работал, Даня. Не делай вид, что не видишь связи.

– Видеть – это одно, лезть – другое.

Макс усмехнулся.

– Да ты вечно так. Я, мол, вне игры, просто мимо проходил. Но по тебе видно, что ты в самом эпицентре событий.

Даня промолчал. Ему хотелось сказать всё, выложить – про побег, про Смирнова, про ядро, которое теперь дышит в груди. Но он видел, как Макс щёлкает пальцами, нервно потирая виски. Тянуть его туда – значит подставить и его.

– Мне просто нужно немного тишины, – сказал он. – Пару дней. Потом уйду.

Макс нахмурился, но кивнул.

– Окей. Только не жди, что я буду сидеть, сложа руки. Всё это чересчур странно.

Он вернулся к ноутбуку, открыл браузер. Лента новостей гудела: «Ответственность за теракт взяла на себя неизвестная группировка», «Воронка над столицей – визуальный эффект, утверждают эксперты».

Даня слушал, не глядя.

Когда он очнулся на складе, где прятался, – был выброс. Сильный, короткий, будто воздух сам дрожал. И теперь новости про взрыв в СИК-1. Слишком близко по времени, слишком похоже по ощущениям.

– Макс, – тихо сказал он. – Пробей СИК-1. Хочу посмотреть, кто там работает.

– Ты же сам сказал: не лезть.

– Просто глянь. Мне нужно кое-что проверить.

Макс вздохнул, но набрал запрос. На официальном сайте была стандартная страница с унылой серой шапкой, эмблемой ведомства и списком сотрудников.

Он прокручивал, пока Даня не поднялся и не подошёл ближе.

На одном из фото – девушка с короткими волосами и внимательными глазами.

Элина Воробьёва. Старший инженер лаборатории реактивных систем.

Даня выдохнул.

– Она была у нас в ЛПКИ. Мы делали совместный проект.

– И?

– Если кто-то и знает, что на самом деле произошло – то это она.

Макс обернулся.

– И ты собираешься просто… прийти к ней?

– Нет. Просто подождать. После смены.

– Это же самоубийство. После трёх взрывов весь город в перехватах и фильтрах.

– Знаю. Но если не пойму, что случилось, – не спрячусь нигде.

Макс долго смотрел на него, потом устало сказал:

– Ладно. Только не тащи сюда хвост. И не светися.

– Постараюсь.

Он снова взглянул на фото Элины.

Утро началось с тишины и запаха вчерашнего кофе. Макс сидел за ноутбуком, залипая в новостные ленты и закрытые базы.

На экране мелькали те же заголовки: «Теракт в СИК-1», «Воронка над столицей», «Неопознанный энергетический выброс».

– Все версии противоречат друг другу, – пробормотал он. – Но кое-что можно склеить.

Он повернул ноутбук к Дане. – Нашёл служебный адрес СИК-1 и внутренние метки пропусков. По логам видно: Элина Воробьёва выходит со смены в 23:20.

Даня кивнул. – А где она живёт?

– Старый дом у промзоны. Судя по платёжке за интернет, третья квартира. Не самый удачный район.

Макс откинулся на спинку стула.

– Ты уверен, что хочешь туда идти? Её наверняка пасут.

– Уверен. Мне нужно понять, что произошло в СИК-1.

Остаток дня они провели в тишине. Макс время от времени проверял ленты, а Даня сидел у окна, глядя на город. Мир жил своей жизнью, но под поверхностью всё дрожало, будто ток в проводах стал слишком сильным.

Когда солнце скатилось за панельные крыши, он натянул капюшон и сказал:

– Пора.

Макс только кивнул. – Если что, у меня запасной вход через подвал. Возвращайся не через парадную.

Даня вышел.

Дверь закрылась за ним с тихим щелчком. Даня замер на лестничной площадке, давая глазам привыкнуть к полумраку. Воздух пах старым деревом и сыростью – знакомый запах детства, который теперь казался ему чужим.

Он спустился по лестнице, прислушиваясь к эху своих шагов. Ядро в груди отозвалось лёгкой пульсацией – словно предупреждая об опасности. На улице уже сгущались сумерки, и в этом была своя выгода – тени становились длиннее, люди спешили по домам, не обращая внимания на одинокую фигуру в капюшоне.

Дорога до промзоны заняла больше часа. Он шёл пешком, избегая общественного транспорта – слишком много камер, слишком много глаз. По пути ядро несколько раз дёргалось странными импульсами, будто чувствуя что-то знакомое.

Район, где жила Элина, оказался таким же, как описывал Макс. Старые пятиэтажки, покосившиеся гаражи, разбитые дороги. Даня занял позицию в заброшенном павильоне напротив её дома. Отсюда открывался хороший вид на подъезд.

Время тянулось мучительно медленно. Он проверял часы каждые пять минут, чувствуя, как напряжение нарастает. Что, если Элина уже не та? Что, если она работает с ними? Что, если это ловушка?

В 23:50 из-за угла дома показалась женщина в тёмном пальто. Это была Элина. Она шла быстро и не оглядываясь, с планшетом под мышкой.

Даня подождал, пока она пройдёт половину пути, а потом вышел из укрытия.

– Элина, – тихо окликнул он, поравнявшись с ней.

Она вздрогнула, отшатнулась. Глаза расширились от узнавания и ужаса.

– Волков? Ты… ты жив? Тебя же везде ищут!

– Нам нужно поговорить, – он старался говорить спокойно, но внутри всё сжалось в комок.

Элина оглянулась по сторонам, секунду колебалась, затем резко кивнула.

– Быстро заходи.

Поднявшись на свой этаж, девушка быстро впустила Даню и закрыла дверь на все замки.

Квартира оказалась такой, какой он и ожидал – минимализм, порядок, книги по физике на полках, ни одного лишнего предмета. И ни одного намёка на то, что здесь живёт ещё кто-то кроме неё.

– Ты понимаешь, что натворил? – Элина сбросила пальто и повернулась к нему. Глаза горели смесью страха и гнева.

– Тебя везде ищут! После побега из НИИ-10 по всем каналам…

– Почему ты с ними? – перебил он, – Что за бред про теракт в СИК-1?

Элина тяжело вздохнула, провела рукой по лицу. В её движениях была усталость, которую не скрыть.

– Это был не теракт, – тихо сказала она. – Ядра не выдержали.

Она подошла к столу, налила воды в стакан. Рука дрожала.

– Двое оперантов одновременно потеряли контроль во время эксперимента. Энергия Эхо вошла в резонанс.

Она посмотрела на него, и в её глазах была настоящая боль.

– Четырнадцать человек погибло, включая самих оперантов. Их просто… разорвало изнутри.

Даня почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он вспомнил свою вспышку в НИИ-10 – ту силу, что отбросила охранников. И представил, что будет, если такая энергия выйдет из-под контроля.

– Руководство решило списать всё на теракт, – продолжила Элина. – Меньше вопросов, проще объяснить. А мы… мы стали заложниками этой лжи».

– А ты? – Даня смотрел на неё пристально.

–Почему продолжаешь с ними работать?

Элина медленно подняла руку. Капля воды из стакана отделилась и зависла в воздухе, затем начала плавно танцевать между её пальцами, принимая причудливые формы.

– У меня тоже есть ядро, – тихо сказала она.– Манипуляция жидкостями.

Капля вернулась в стакан без единого всплеска.

– Я в СИК-1, потому что могу защищать таких как мы изнутри. Если бы не я…» Она замолчала, но он понял.

Она показала ему документы на столе – графики, схемы, научные отчёты. Из них Даня узнал некоторые интересные моменты. Например энергию, которую теперь чувствовал парень, учёные назвали – Эхо, а людей, кто так же как и он получил ядро, назвали – операнты. У каждого операнта была своя предрасположенность к определённому воздействию на материю, с помощью Эхо-энергии. Ещё, они смогли создать устройство для подавления энергии Эхо в оперантах, в целях безопасности. Эти устройства работали на определённой площади. Парня очень удивило, что они за такой короткий срок успели проделать такое количество работы, Ничего похожего на военные разработки он не заметил.

– Мы ищем способы контролировать способности. Надо понять всё и изо всех сил постараться помочь людям.

Даня молчал, обдумывая всё полученную информацию. Риск был огромен, но альтернатива – бесконечное бегство.

–Приходи добровольно—, – тихо сказала Элина. – Под мою опеку. Бегать бессмысленно: у них детекторы по всему городу. Я обеспечу тебе безопасность.

Он посмотрел ей в глаза – уставшие, но честные и кивнул.

– Ладно. Но при первом подозрении – я уйду.

Вечер в квартире Элины постепенно обрёл подобие нормальности. Она принесла Дане чистую одежду – спортивные штаны и футболку, которые оказались впору его изменившейся фигуре.

–Можешь остаться до утра, – сказала она, разогревая ужин на маленькой кухне.

– Утром будет безопаснее двигаться.

За столом атмосфера постепенно разряжалась. Говорили о ЛПКИ, общих знакомых, о том, как изменилась жизнь после аварии.

– Ты изменился с той аварии, – заметила Элина, наблюдая, как он легко управляется с ножом и вилкой. – Стал… другим. Движения стали точнее, увереннее. Даня пожал плечами.

– А твоё ядро? Как ты научилась его контролировать?

–Практика, – она улыбнулась, и это впервые сделало её лицо моложе. – И понимание, что сила – это инструмент, а не оружие.

После ужина Элина достала из шкафа постельное бельё. «Диван раскладывается. В ванной чистое полотенце».

Она протянула ему подушку и простыни. Когда их пальцы случайно соприкоснулись, произошло нечто странное.

Резкая пульсация в груди – будто ядро дёрнулось изнутри. Ощущение щелчка, как будто в сознании открылся новый файл. В ядре появилось что-то новое. Если до этого энергия в ядре ощущалась равномерно, то сейчас появилось уплотнение. Он вдруг почувствовал воду – всю воду вокруг. В трубах за стеной, в кране на кухне, даже влажность в воздухе стала осязаемой, как продолжение его собственного тела.

Он отдёрнул руку, будто обжёгшись.

– Что это было?

Элина настороженно посмотрела на него.

– Ты что-то почувствовал?

– Просто показалось, – соврал он, ещё не понимая, что произошло.

Элина изучала его несколько секунд, затем тихо сказала: – Интересно… – А в её глазах мелькнул научный интерес.

Ночью Даня не мог уснуть. Лёжа на раскладном диване, он чувствовал, как уплотнение в ядре продолжает обрабатываться и формироваться во что-то вроде шаблона или скорее матрицы. Вода в трубах теперь ощущалась как пульсирующие жилы, он мог мысленно проследить всю водопроводную систему квартиры.

– Что со мной происходит? – думал он, глядя в потолок. – Это нормально – чувствовать чужую способность?

Из комнаты Элины доносился тихий стук клавиатуры – она тоже не спала. Даня ощущал её беспокойство как лёгкую рябь на поверхности своей новой «водной» чувствительности.

Утром за завтраком царило неловкое молчание. Элина подавала кофе, и он видел, как она украдкой изучает его.

–Ты хорошо спал? – спросила она наконец.

–Как обычно, – соврал он.

Когда они допивали кофе, Элина сказала: «Сегодня в СИК приезжает комиссия. Будет много посторонних – хороший момент, чтобы тебя провести».

Даня кивнул, чувствуя, как новая способность отзывается на её слова. Капля кофе на дне её чашки вибрировала в такт пульсу. Оба понимали – что-то между ними изменилось. И это что-то могло быть как спасением, так и новой угрозой.

Утро в городе встретило их серым небом и моросящим дождём. Даня стоял у окна в квартире Элины, наблюдая, как капли стекают по стеклу. Новая способность странно отзывалась на дождь – он чувствовал каждую каплю как лёгкое эхо, будто всё городское пространство было пронизано невидимыми водными путями.

– Готов? – Элина появилась в дверях, уже в строгом костюме и с планшетом в руках.

– Будешь моим новым ассистентом из московского филиала, – и протянула папку с новыми документами.

Даня кивнул, беря папку и надевая предложенную ей спортивную куртку. Одежда сидела на нём идеально, хотя и была куплена не для него. Ещё одно напоминание о том, как его тело изменилось.

По дороге к метро он молчал, погружённый в новые ощущения. Влажность воздуха стала для него осязаемой – он чувствовал, как водяные пары окутывают город, как дождь проникает в почву, стекает в ливнёвки. Это было одновременно пугающе и захватывающе.

Когда они вышли на станции близ СИК-1, здание предстало перед ними частично разрушенным. Верхние этажи были покрыты строительными лесами, часть фасада отсутствовала, заменённая временными конструкциями.

–Не бойся, – тихо сказала Элина, заметив его напряжение.

– Подавители настроены на определённые частоты. Ты пройдёшь.

У главного входа их встретили усиленные посты охраны. Каждый посетитель проходил через сканеры и детекторы. Когда подошла их очередь, Элина уверенно шагнула вперёд.

«Доктор Воробьёва, отдел адаптационных исследований», – она показала пропуск. – «А это мой новый ассистент из московского филиала».

Охранник, крупный мужчина с безразличным лицом, посмотрел на Даню. «Документы?»

Даня с замиранием сердца протянул подготовленный Элиной временный пропуск. Охранник провёл его через сканер, изучая показания детектора.

«Проходите», – наконец сказал он, возвращая документы.

Когда они миновали КПП, Даня почувствовал, как подавители сжимают его ядро, пытаясь заглушить энергию. Но произошло странное – вместо того чтобы ослабнуть, ядро адаптировалось, найдя обходные пути. Новая водная матрица замерла, но не исчезла, словно ждала своего часа.

Лифт медленно спускался на нижние уровни. Элина стояла рядом, её плечо почти касалось его.

–Добро пожаловать в новую реальность, Даниил, – тихо сказала она.

Когда двери лифта открылись, перед ними предстал коридор с повреждёнными, но работающими лабораториями. Учёные в белых халатах спешили по своим делам, техники чинили оборудование. В воздухе витал запах озона и свежей краски.

Даня сделал шаг вперёд. Ядро в груди спокойно пульсировало, уже привыкая к давлению подавителей. Новая матрица тихо ждала, предлагая свою силу.

–Хорошо, Элина, – подумал он, оглядывая повреждённый, но функционирующий комплекс. – Посмотрим, что из этого выйдет.