Читать книгу Последняя Ева - - Страница 5

Нас собрали в главном зале жилого комплекса. Высокие белые стены безучастно взирали на происходящее. Евы и валлы сидели на коленях, опустив головы. В помещении царила тишина, изредка нарушаемая тихими всхлипами тех, кому досталось больше всех. Толпа больше напоминала свору оборванок, чем генетически усовершенствованных дев, готовых нести свою миссию в большой мир. Помятая униформа, растрёпанные волосы, царапины и синяки на лицах. Я с ужасом смотрела на эту картину. Мне и в голову не приходило, что подобное возможно в нашей скинии.

Эдем 5 славился покорностью и выдающимися показателями своих подопечных. Мы – лучшие из лучших, тщательно отобранные для элиты. Но, глядя на разворачивающийся хаос, я не могла думать ни о чём, кроме одного: что станет с нашей репутацией, если об этом узнают за пределами скинии? Если весть дойдёт до Содомара?

В ожидании наказания нас заставили сидеть на коленях и читать заповеди. От неудобной позы всё тело ныло. Хотелось поменять положение, но над нами нависал дрон, фиксировавший каждое движение. Я украдкой посмотрела на соседок. Ева 104 сидела неподвижно, уставившись в пустоту. Выглядела она не лучшим образом: засохшая кровь на губах и подбородке – в драке ей разбили нос. Регенерация восстановила ткани за минуты, но тёмно-розовые разводы на рубахе остались. Валле 73 повезло больше – она спряталась под стол и отделалась лишь комками засохшей каши в волосах.

В зал вошли кураторы с учёными. Последним шёл мистер Пейн. Он встал позади женщин. Я встретилась взглядом с мисс Хилл. По её испуганному выражению стало ясно: наказание будет суровым.

В прошлом подобные инциденты уже случались. Коллективные наказания усмиряли пыл, а за отдельные проступки карали индивидуально. Но на сей раз ситуация вышла из-под контроля. Коллективной расправы не избежать, и я морально готовилась к суткам в молитвенном зале.

– По итогам совещания, – заговорила мисс Оушен, – мы решили, что в преддверии Посвящения коллективное наказание нецелесообразно.

– Однако по данным с камер дрона на кухне мы выявили зачинщиц. Они понесут индивидуальное наказание, а их рейтинг будет понижен на пять позиций. – Женщина достала планшет. – Ева 04-А, Ева 04-Б, Ева 104. Проследуйте за мистером Пейном.В зале повеяло облегчением, но её следующие слова заставили сердце остановиться:

– Я никуда не пойду! Я жертва! И моя сестра тоже!Одна из близняшек вскочила. – Это нечестно! Это она меня ударила! Она указала на Еву 104, но та продолжала смотреть перед собой, не реагируя. – Евы, проследуйте за мной, – твёрдо сказал мистер Пейн, выходя вперёд.

– Ева 04-А и Ева 04-Б, тоже, – не отступал мистер Пейн.Ева 104 наконец вышла из оцепенения и поднялась. Я отодвинулась, давая ей пройти.

Мы в ужасе наблюдали, как в зал вошли солдаты и силой поволокли близняшек. Их крики эхом разносились по коридору, пока их не скрыла дверь в конце коридора.

С этими словами кураторы удалились.Когда воцарилась тишина, мисс Оушен продолжила: – Возвращайтесь в жилые отсеки. Каждая из вас обязана вслух прочитать все заповеди 108 раз. Процесс будет записываться и отслеживаться.

Вернувшись в бокс, я без сил рухнула на кровать. Тело ломило, будто это я дралась с евками, хотя мне повезло – отделалась парой тычков и падений. Свалка в столовой вымотала настолько, что не хотелось ничего. Остальные евы уже сидели на коленях перед кроватями с планшетами, тихо бормоча заповеди. Зная, что нас не выпустят, пока не выполним наказание, я присоединилась к ним.

Панель над кроватью засветилась, началась запись. Мне не требовался планшет – я знала заповеди наизусть. Ещё в детстве мисс Хилл научила меня методу для запоминания.

– Эй, Семнашка, – голос одной из соседок вернул меня к реальности. – Ты все заповеди понимаешь?

– Но… – щёки девушки покрылись румянцем. – Ты никогда не хотела их изменить?Я оторвалась от камеры и повернулась к Еве 085. Милая девушка, как и все в нашем блоке. Мисс Хилл называла нас Солнышками за светлые волосы, напоминавшие ей о временах, когда солнце было ласковым. – Конечно, они простые. А ты нет? – Н-нет… Понимаю, – смутилась она. – Просто… некоторые кажутся несправедливыми. – Почему? Каждая заповедь наполняет наши сердца любовью и очищает от скверны.

– Спасибо, Семнашка! – хором откликнулись девушки.Вопрос удивил меня. Не зная, что ответить, я подошла к ней с планшетом. Ева 085 тоже моя подруга. Но мы не так часто общались, потому что учились в разных классах и виделись только в жилом боксе. – Объясни, что тебя смущает? Я помогу разобраться. К нам подсела Ева 051, собрав золотистые волосы в высокий хвост. – Я тоже послушаю. Всё равно нас не скоро выпустят. – Хорошо, – кивнула я. – Но потом выполним наказание. Договорились?

– Все. Каждый грех опасен, и нет среди них главного – все могут сбить нас с пути Истинной Жены.Я устроилась поудобнее на полу и начала: – В Кодексе семь заповедей. Все они – о смертных грехах, что отравляют нас. Мы должны изучить их, чтобы оставаться чистыми для служения господам. – Мой голос звучал тихо. – О чём первая заповедь? – О зависти, – ответила Ева 085. – Не держи в сердце своём Зависти к воле и свободе Господина. – Верно. А остальные? – О гордыне, унынии, лени, любопытстве, гневе и похоти. – Какой грех самый страшный для нас? Девушки замешкались, переглянулись. – Похоть? – неуверенно сказала Ева 051. – Разве только похоть отравляет умы и тела? Они потупили взоры.

Увлекшись беседой, я не заметила, как пролетело время. Закончив обсуждение, мы разошлись по кроватям.

Читая заповеди, я пыталась отогнать тяжёлые мысли, но, закончив, осталась с ними наедине. Страх за Еву 104 медленно пожирал меня изнутри. Индивидуальные наказания варьировались в зависимости от тяжести проступка. Прокручивая в голове худшие варианты, я не находила себе места. Хотелось вырваться из бокса и узнать, что с подругой.

– З-зачем?Ева 085 и Ева 051 тихо перешёптывались на своих кроватях. Я предпочитала не вмешиваться, погружаясь в уныние. – Поговаривают, что солнечные стали слишком часто приближаться к скиниям. Ужасно, не правда ли? – Голос Евы 051 вырвал меня из раздумий. – Да. Мне Скай тоже об рассказывал. – Кто такой Скай? – мой вопрос заставил их вздрогнуть. – Прости, мы думали, ты спишь, – виновато сказала Ева 051. – Мы разбудили тебя? Я проигнорировала её слова. Присев на край постели, стала изучать её смущённое лицо. Что-то в её взгляде насторожило меня. – Кто такой Скай? Твой партнёр для сессий? – Д-да. – Но у тебя был другой. Я не знала, что ты меняла партнёра. Девушка заёрзала, убирая пряди волос с лица. От её реакции во мне закипело странное раздражение. – Так нельзя! Разве мисс Хилл разрешила? – Не нападай на неё, – вступилась Ева 085. – Скай мой партнёр. Мы поменялись.

– Вы понимаете, что все сессии архивируются и анализируются Верховными Матерями? Если узнают о подмене, это ударит по вашим рейтингам! – Я вскочила и заходила по боксу. – Вы с ума сошли? Почему все стали такими странными с тех пор, как нам разрешили выбирать партнёров? Что с вами не так?Теперь смущалась Ева 085. Видя, как две девушки краснеют и мнутся, я злилась всё сильнее.

– Говорите, что происходит! – не выдержала я.Я окинула их тяжёлым взглядом. Они сидели, потупившись, их позы выражали покорность, но загадочные полуулыбки говорили о чём-то, чего мне не понять.

– Скоро мы покинем Эдем 5, и вся жизнь сведётся к служению господам. Мы обязаны рожать, забыв о своей воле. Никто не знает, какими они окажутся. Сможем ли мы общаться с кем-то ещё? Или навсегда забудем, что такое настоящий разговор? – Она тараторила, щёки пылали, в глазах искрился озорной огонёк. – Я хочу в последние дни свободы говорить с мужчиной, который рассказывает о мире. Хочу чувствовать не долг, а лёгкость. Я уговорила Еву 085 поменяться. Скай… он добрый, умный. Он рассказывает о вещах, которые нам никогда не увидеть.Ева 051 резко поднялась. – Потому что нам нравится общаться с ними! Мы поменялись, потому что хотели этого! Как ты не понимаешь? Она шагнула ко мне, и в её взгляде было нечто нечитаемое.

– Вы… Это ересь, – с трудом выговорила я. – Если мисс Хилл…Её слова били, словно плети. Я отшатнулась, будто от физической боли.

– Она всё подстроила? Мисс Хилл…И до меня дошло. Наш куратор всегда присутствовала на сессиях. Значит, она знала и покрывала это. Если обман длился так долго…

– У неё упал сахар, вызывайте мисс Хилл! – это было последнее, что я услышала, прежде чем мир поглотила тьма.На лице Евы 051 отразилась паника. Она бросилась ко мне, подхватив, когда я пошатнулась. Голова резко закружилась, во рту пересохло.

– Очнулась, – послышался голос мисс Хилл.Тихий гул аппаратов вывел меня из забытья. Яркий свет ударил в глаза, и я, щурясь, простонала.

– Вижу твой испуг, Солнышко. – Она ласково погладила мои волосы. – Не переживай. Скачок сахара не повлияет на рейтинг. Ты не виновата. Ты не ела больше двенадцати часов. Я учту это в отчёте.Я повернула голову, став рассматривать женщину. В своём сером костюме и белом халате она выглядела спокойной.

С трудом разлепив пересохшие губы, я беззвучно поблагодарила её. Потом закрыла глаза и отвернулась. Тело охватила усталость, и я снова провалилась в сон.

– Скоро созреют апельсины, – тихо произнесла незнакомка. – Пришло время Солнцу напомнить о своей силе.Лёгкий ветерок обдувал лицо, трепля длинные волосы. Он взметнул подол серебристого платья, обнажив щиколотки. Ноги утопали в тёплом песке. Бесконечное небо сияло над головой, словно не таяло угрозы. Женщина смотрела вдаль, будто искала что-то в морских волнах.

Она резко развернулась ко мне. Не успела я и глазом моргнуть, как женщина оказалась прямо передо мной и с силой толкнула в грудь. Земля ушла из-под ног, и я полетела вниз, в нарастающую тьму.

Резкое падение вырвало меня из сна. Я распахнула глаза, ощутив давление внутри. Накатила паника, тело покрылось липким потом. Я попыталась встать, но ноги запутались в одеяле, и я с грохотом рухнула на пол.

Удар о холодный пол привёл меня в чувство. Я подскочила, опасаясь, что мисс Хилл видела моё падение, но в медотсеке никого не было. Походив по помещению, вернулась к кровати. Следовало ждать возвращения куратора, но чем дольше тянулось время, тем яснее становилось: никто не знает о моём пробуждении. Я посмотрела на панель сканера – можно было нажать и оповестить, но что-то удерживало меня.

Взгляд упал на дверь. К удивлению, она была приоткрыта. Странно, что мисс Хилл не заперла её. В окне царила темнота – значит, комендантский час. Мне не полагалось выходить без разрешения.

Что с ней?В голову снова полезли тревожные мысли о Еве 104.

Её понизили в рейтинге и назначили наказание, но какое? Неизвестность сковывала сердце льдом. Её могли отправить в камеру депривации для подавления агрессии. Процедура не особо опасна, но нарушала ментальное состояние, и на восстановление уходили недели. А времени до Посвящения нет. Если она его пропустит, её могут изъять из репродуктивного цикла.

Мурашки побежали по коже. Ноги сами понесли меня к двери. Я замешкалась на секунду, затем открыла её и заглянула в тускло освещённый коридор.

Вокруг стояла мёртвая тишина.

Крадучись, как ночной зверёк, я направилась к камерам депривации в восточном крыле. Сердце бешено колотилось, во рту пересохло, в глазах снова поплыло. Но я шла, зная, что дело не в недомогании – это страх. Он гнал меня вперёд, хотя всё внутри кричало вернуться и спрятаться.

Я не знала, чем смогу помочь, но во мне горело желание увидеть Еву 104. Хотелось убедиться в своей догадке. Но внутри горел огонек, что она уже вернулась в жилой бокс и отделалась каким-нибудь легким наказанием по типу чистки картофеля на кухне.

Спускаясь по лестнице в нижний уровень, я услышала шаги. Растерявшись, рванула обратно в коридор и спряталась за углом. Через мгновение донёсся тихий разговор.

Я выглянула из-за угла и облегчённо выдохнула, увидев Еву 104. Она шаталась, с трудом передвигая ногами. Она держалась за руку мужчины, который шел рядом. Это оказался тот самый незнакомец из сада. В тусклом свете получилось рассмотреть его привлекательное лицо, тёмно-карие глаза, полные тепла и заботы. То, как он держал девушку, говорило о глубокой привязанности.

Они остановились, Ева 104 пошатнулась, и он взял её на руки. Она обвила положила бледные ладони на его плечи.

Сердце разрывалось. С одной стороны, хотелось выбежать и крикнуть, чтобы он не смел прикасаться к ней, нарушая завет невинности. С другой – внутри разливалось тепло от этой картины. Я никогда не видела столько любви в мужских глазах.

– Конечно, моё солнце.О, Великая Мать, что мне делать? – Элиас, – прошептала Ева 104. – Мне душно. Я хочу уйти отсюда. – В сад? – мягко спросил мужчина. – Нет… Я хочу выбраться из скинии. С тобой. Он поцеловал её между бровей и прижал к груди. – Скоро, Аврора… Очень скоро. – Надеюсь… А пока… в сад?

Они скрылись в коридоре.

Мир раскололся надвое. Я застыла, не в силах пошевелиться. Ева 104 и Элиас скрылись из виду, их шаги затихли в тишине и растворились окончательно. Я должна была бежать за ними, остановить это безумие.

А что это на самом деле?Но в голове вспыхнул единственный вопрос:

Ересь. Нарушение священных законов. Предательство миссии, возложенной на её плечи.

Она – еретичка…

Словно невидимая плеть хлестнула меня по сознанию. Внутри всё прояснилось, освободившись от хаоса.

Я не должна покрывать подругу. Ева 104 совершает эти поступки по своей воле. Я не обязана нести за них ответственность.

Не мой.Это её грех.

Всю жизнь мы с Евой 104 были полными противоположностями. Она – вспыльчивая и упрямая не желающая быть послушной, а я чтила все заповеди и мечтала стать Истинной Женой. Из-за этого между нами часто вспыхивали конфликты.

Но я любила Четверочку. Она всегда оставалась моей самой близкой подругой. Однако в последний год с ней стало твориться что-то непонятное. Впервые за много лет она перестала делиться со мной переживаниями – сколько бы я ни пыталась завести разговор.

Я надеялась, что в конце концов она доверится мне. Но то, что мне довелось увидеть ночью, прячась в кустах, а теперь и это… Я не хотела впутываться во что-то странное и подозрительное.

Я чиста. Я верна пути Истинной Жены. Моя миссия – спасти человечество, слиться с волей господина и дать ему познать счастье отцовства.

Сделав шаг назад, я развернулась и побрела прочь, босые ноги шлёпали по холодному полу. Мне нужно было вернуться в медотсек и дождаться мисс Хилл.

И в голове кружилась мысль: всё должно идти своим чередом.

День проходил как обычно: утренняя молитва, завтрак в пищеблоке. Вернувшись ночью в медотсек, я не дождалась мисс Хилл и уснула. Утром учёная проверила моё состояние и отпустила в жилой блок с лёгким вздохом облегчения. На этот раз, сидя за столом с Валлой 73, я не проронила ни слова. Ночь далась тяжело, меня преследовали кошмары. На утреннем сканировании я получила за сон всего три балла, из-за чего настроение окончательно испортилось. Теперь предстояло ждать вечерней инвентаризации, чтобы наконец поговорить с мисс Хилл.

После занятий по репродукции нужно было идти на спортивное поле – сегодня у нас усиленная физподготовка. Но тело никак не хотело просыпаться, а мысль о том, что мне снова придется влачиться позади всех, тоже не добавляла энтузиазма.

Дорога шла вдоль Серебряного озера, затем через главный сад, где росли цветы, выращенные самими евами и валлами. Занятия по ботанике являлись не обязательными, но мы почти все их посещали.

Проходя через густой, ароматный сад, я не сразу услышала чужие голоса. Выйдя к небольшому фонтану, вымощенному красивым цветным камнем, я заметила мисс Хилл. Рядом с ней стояла Валла 73.

Заметив меня боковым зрением, она оторвалась от своего занятия и широко улыбнулась. На ее щеке оставалось пятно от машинного масла, а в руке блестела отвертка. Вслед за ней ко мне повернулась и мисс Хилл. В своем сером рабочем халате, в котором она трудилась в саду или теплице, она казалась еще старше. Волосы, как всегда, были заплетены в тугую косу.

Коротко кивнув, я взглянула на дрона, которого они разобрали. В последнее время техника выходила из строя слишком часто. Содомар присылал оборудование и детали, но этого едва хватало, поэтому ремонтом постоянно занимались сами ученые.– Как дела, дорогая? – поинтересовалась женщина, когда я подошла ближе.

Мне нравилось, что Валла 73 увлеченно помогала. С самого детства подругу манило всё, связанное с техникой. Сначала к ее увлечению относились с подозрением, но мисс Хилл вступилась за девочку, когда та тайком разобрала и собрала служебного дрона. Мисс Оушен требовала отправить десятилетнюю валлу в камеру депривации, чтобы подавить «ненужное» любопытство. Но старшая ученая разглядела в этом настоящий талант. С тех пор она сама занималась с Валлой 73, обучая ее основам электроники. Теперь она часто помогала ученым чинить технику. Ее планшет, улучшенный и доработанный, разительно отличался от наших стандартных.

Меня всегда переполняла гордость за подругу – ее гибкий ум и врожденный талант приносили реальную пользу скинии. И было немного жаль, что после Посвящения ей, скорее всего, не удастся продолжать занятия – ей предстоит служить господам.

Все это время я сидела у фонтана и наблюдала за ними. До занятий оставалось еще много времени, и торчать на спортивном поле одной не хотелось. Так что я составила им компанию, подавая из ящика нужные инструменты.– В последнее время техника стала выходить из строя подозрительно часто, – пробурчала Валла 73, закончив возиться с платой.

– Потому что в Содомаре техника тоже нужна, – она подняла на меня глаза, защелкивая крышку на панели дрона. – Материалов не хватает. Город растет с колоссальной скоростью. Иногда чем-то приходится жертвовать ради общего процветания. – Наконец она встала с колен, отряхнув халат. – Хорошо еще, что очистительные системы в порядке и мы под защитой куполов. Эдем 5 – скиния небольшая, в других, возможно, еще сложнее. И не забывайте, у нас есть ботанические лаборатории – они наше главное достояние.– Почему Содомар так редко поставляет нужное? – спросила я, повернувшись к мисс Хилл. Ученая вытерла со лба выбившиеся волосы.

– Обязательно, мисс Хилл! – радостно отозвалась та.Я попыталась поднять ящик с инструментами, но лишь тихо крякнула, едва не грохнув его на землю. От падения меня спасла Валла 73, которая ловко подхватила груз. – Спасибо тебе большое за помощь, – тепло сказала мисс Хилл. – У тебя поистине хирургическая точность. Ты умеешь вычислить проблему и решить ее. Щеки Валлы 73 мило порозовели. – Да что вы! Это всего лишь рабочий дрон. И все благодаря вашим урокам. Мисс Хилл подмигнула ей, нежно погладив по руке. В ее глазах читалась искренняя благодарность. – Вы мои драгоценные девочки, – сказала она. – Вы невероятно умные, и я горжусь вами. Валла 73, я надеюсь, твои господа будут к тебе добры.

Я боролась с собой всю ночь, запрещая себе думать о подруге, но тревога взяла верх. Мисс Хилл, заметив мое волнение, положила руку мне на плечо.На миг в сердце что-то кольнуло, но стоило моему взгляду встретиться с взглядом ученой, как по щекам разлился румянец, а на душе стало тепло и светло. – Ева 104 в порядке? – не выдержала я.

Я закусила губу. Мне так хотелось увидеть Четверочку, но вряд ли мисс Хилл на это согласится.– Не переживай, дорогая. Ева 104 справится, – мягко сказала она. – У нее вторая стадия депривации. Думаю, скоро ее отпустят.

Депривация – процедура неприятная. Мне везло: за все восемнадцать лет я ни разу не попадала в камеру. А вот Ева 104 со своим конфликтным характером бывала там не раз. Сама процедура безболезненна, но последствия… тошнота, головокружение, слабость и апатия – могли длиться от недели до нескольких месяцев в зависимости от уровня депривации. И сейчас, я подозревала, Четверочке придется особенно несладко.

Мисс Хилл вскоре удалилась, оставив нас одних. Мы с Валлой 73 устроились на траве у фонтана, наслаждаясь теплом искусственного солнца. Я лежала, всматриваясь в голубые панели, имитировавшие небо. Иногда по ним проплывали электронные облака – если не всматриваться, они были совсем как настоящие.

Какое небо на самом деле, мы знали лишь по видеозаписям. Настоящего небосвода мне видеть не доводилось. После того как Валла 73 как-то рассказала про звездопад, я до сих пор гадала: видела ли она настоящее небо или это была всего лишь еще одна красивая симуляция. Ходили слухи, что после полуночи экраны купола на короткое время отключают для подзарядки, и тогда открывался вид на настоящее небо. Вот только нам, из-за комендантского часа, никогда не удавалось этого увидеть.

Я повернула голову, разглядывая подругу. В своей розовой униформе она напоминала милую фею. Ее смуглая кожа казалась такой бархатистой, а черные вьющиеся волосы и пухлые губы были так к лицу. Интересно, если ее генетика подобрана для определенной семьи, то как выглядят ее господа? Такие же темнокожие? Меня всегда поражало, насколько разнообразны люди.– Как думаешь, у нас все будет хорошо в Содомаре? – вопрос Валлы 73 вывел меня из раздумий.

– Я тоже.– Думаю, да, – наконец ответила я, снова посмотрев в небо. – Я даже немного волнуюсь, – она взяла меня за руку.

На самом деле я не столько волновалась, сколько боялась перемен. Мы никогда не покидали свой купол. И хотя нам много рассказывали о жизни в Содомаре, покидать свой маленький рай не хотелось. Я делилась этими переживаниями с мисс Хилл, и она уверяла меня, что это нормально. Но внутри точил червячок сомнения.

Сердце сжалось от этих слов. Мысль о том, что придется навсегда расстаться с подругами, пугала. Но такова наша миссия. Мы должны смириться с тем, что жизнь изменится раз и навсегда после вживления биочипа.– Жаль, что после Посвящения мы уже не увидимся, – задумчиво сказала Валла после долгого молчания.

Искренняя улыбка Валлы 73 согрела меня. Я сжала ее ладонь и улыбнулась в ответ. Валлам после Посвящения предстояло сразу разъехаться по семьям, которым они принадлежали. В какой-то степени им даже повезло. А нам, евам, предстояло еще побороться за место под солнцем. Пусть мы и из Эдема, готовящего девушек для элиты, нас сначала отправят в Элизиум – или, как его еще называли, Дом Ев. Там мы должны провести месяц перед аукционом, где любому из элиты предстояло выбрать понравившуюся девушку. Первыми всегда забирали из лучшей пятерки. Поэтому все так стремились поднять свой рейтинг.– Знаешь, я очень надеюсь, что ты встретишь доброго господина и будешь счастлива.

– Конечно справимся! – она снова улыбнулась. – Другого пути у нас и нет.Когда планшет напомнил, что до занятий осталось пять минут, я поднялась с травы, в последний раз окинув взглядом любимый сад. – Все будет хорошо, Валла 73. Мы справимся со своей миссией. Она потянулась, громко зевнув.

Мы разошлись у выхода из сада: я – на тренировку, она – на курсы по материнству.

Погода в Эдем -5 всегда оставалась теплой и мягкой. Воздух был наполнен озоном от очистительных систем, смешанным с ароматом цветущих деревьев. Мне нравилось это место, и я боялась, что смена обстановки плохо скажется на моем состоянии. Конечно, многие из нас попадут в семьи, живущие на нулевом уровне Содомара, где тоже есть сады. Но смогу ли я наслаждаться ими так же, как здесь?

Отдохнув в саду и поболтав с Валлой, я почувствовала прилив сил, и тренировка далась не так тяжело, хотя к концу тело ныло от усталости, и я мечтала о душе.

Стоя под струями теплой воды в душевой, я размышляла о будущем. Посвящение уже совсем скоро. Всю жизнь нас готовили стать Истинными Женами и пойти по пути Великой Матери. Я всегда верила, что это единственно верный путь. Но теперь что-то сжималось внутри при одной мысли о поступках Евы 104.

Ее мысли всегда были слишком вольными. Она могла запросто пропустить занятие или не слушать учителей. Дралась редко, но скандалила часто. Она открыто могла выражать свои мысли, из-за чего попадала в неприятности. Однако то, что творилось в последнее время, пугало меня до ужаса. С одной стороны, я по-прежнему любила подругу. С другой – меня страшила мысль, что ее поведение может отразиться и на мне.

Мысль о том, что я не пошла за ней той ночью, заставляла изнывать от стыда и страха. Я могла выйти, поддержать ее, поговорить, остановить. Или, в конце концов, сообщить ученым о ее самовольной вылазке. Но я ничего не сделала.

Скажется ли мое бездействие на судьбе Евы 104?