Читать книгу Ледяная Галатея для снежного дракона - - Страница 5

Я бы замерла, даже если бы сохранила способность двигаться. Голос не звучал угрожающе или осуждающе, и все же леденил саму душу.

– Я велел поцеловать, а затем отогреть. И вот она здесь. Ледяная, – теперь в голосе Арктики слышался упрек.

Инатан не возражал. Стоял, гордо вздернув подбородок и поджав губы. Я видела, что его раздражает упрек, но и спорить с божеством он не решается.

– Или ты хотел спросить, как это сделать? Полагаешь, что раз ты мой потомок, то и ответы тебе положены на золотом блюде? – продолжал тем временем Бог, кажется входя в своеобразный кураж. – Но твоя просьба была слишком наглой. К тому же, исполнить ее теперь в силах только ты сам. Так что иди, и не возвращайтесь, пока не выполните приказ. А чтобы стало теплее, знайте: если до ночи перемены года Галатея не согреется, то весной она растает. Навсегда.

Голос Бога Мороза отгрохотал и в зале повисла удручающая тишина. Разве что гул лавины еще несколько мгновений стоял в ушах. Но когда исчез и он, мне стало страшно.

Растаю? Это не тоже самое, что быть разбитой. Разбить – раз и все. А таять – это медленно и мучительно. Отчего то я знала, что таяние будет похоже на долгую агонию, которая способна мучить меня несколько месяцев.

Я видела Инатана лишь боковым зрением, но и этого хватило, чтобы понять, что и он в шоке от услышанного. И что моего таяния он кажется не хочет.

Что же это было за желание такое, если за него будет расплачиваться не он, а я?

– Жену себе что ли загадал? Абсолютно покорную, – пробормотала я. Собственный голос в тишине показался едва ли не столь же грохочущим, как голос Мороза.

Инатан вздрогнул, будто от пощечины.

– Не обольщайся. Загадывал бы жену, назвал бы параметры поконкретнее: скромность, покладистость и нежность стояли бы на первом месте, – проворчал он, отворачиваясь от статуи.

Я тут же прикусила язык. Хорошая ли идея злить его теперь, когда лишь от него зависит, сумею ли я пережить местную весну? Ему ведь Мороз ничем не угрожал. И королю ничего не стоит оставить все как есть: поиграть с ростовой куклой пару месяцев, а потом оставить ее посреди поляны, под теплым весенним солнышком.

При мысли о такой смерти мне стало еще холоднее. Нет же, не может быть! Неужели от меня вообще ничего не зависит?

Но если так, почему наказание предназначено мне? Может, я все же могу что-то сделать?

Пока я размышляла, мы с Инатаном уже вышли из зала. Я немного привыкла к тому, что вовсе себя не контролирую, и теперь могла полностью отдаться на волю мыслей: о теле-то все равно думать не надо.

И что же в моих силах? Втереться к нему в доверие? Как-то задобрить? Влюбить в себя, в конце концов?

Стоило взглянуть на непреклонное лицо, как стало понятно: влюбить точно не получится.

Стать для него другом? Но не похоже, что ему нужны друзья. Он совершенный правитель и совершенный творец. Его обожают подданные, так что и без меня найдется много людей, готовых поддержать его и осыпать комплиментами.

Да и потом… готова ли я пойти на такой обман, предать свою гордость ради того, чтобы сохранить жизнь? В подлинности которой я даже до сих пор не уверена.

Тем временем мы вернулись в ту комнату, в которой беседовали раньше. Только теперь я заметила, что она разделена на две условные половины: одна, в которой я уже была, с большими окнами. Другая, отделенная от первой арками и плотными синими шторами, таила в уютном полумраке пушистый белый ковер, массивную мебель, которая даже выглядела мягкой как облака, и большой камин.

– Попробуем самое очевидное, – сказал Инатан, когда я с опаской посмотрела на дрова.

– Я думала, вы здесь не пользуетесь огнем, – растерянно пробормотала я, наблюдая, как король берет в руки огниво.

– С чего бы? Кроме тебя здесь нет ледяных существ, – не оглядываясь, ответил он.

Я бы поспорила, но вместо этого лишь наблюдала за ловкими движениями короля. Надо же, и прислугу не позвал: лично старается для моей раздражающей персоны.

Спустя минуту комнату наполнял совершенно нормальный теплый свет, легкий запах горящей древесины. И наверное тепло. Но я его не чувствовала: мерзкий холод все таки же обнимал меня промозглой тканью старой куртки.

Повинуясь воле Инатана, я подошла ближе к огню. И все еще – ничего.

– Что-нибудь чувствуешь? – король осматривал меня очень внимательно. Ждал, что я начну таять прямо сейчас и избавлю его от необходимости терпеть мое общество еще несколько месяцев?

– Ничего, – со странной мстительной радостью ответила я.

Мороз сказал, что его желание непростое, и очевидно обычного камина будет мало, чтобы его исполнить. Каким бы оно ни было.

– Вообще? – недоверчиво уточнил он.

На самом деле я мерзла. Чем ближе к огню – тем сильнее. Или мерзла от близости Инатана, власть которого надо мной пугала до гипотетической дрожи.

– Вообще, – вопреки собственным ощущениям подтвердила я. – Так что за желание ты загадал, что из-за него бог задал тебе такую задачу?

– Это уже неважно, – вздохнул Инатан, опускаясь в кресло и попутно не забывая усадить меня в соседнее. – Кажется, Мороз подшутил над моей нелепой просьбой.

– Так это была еще и нелепая просьба? Отлично, теперь мне будет еще веселее из-за нее умирать! – не сдержалась я.

На самом деле страх проникал все глубже в сердце тысячами ледяных игл. Но я не хотела показывать его. Если сделаю это, буду выглядеть как бесхарактерная плакса. И все станет только хуже.

– Еще раз спрашиваю, ты что-нибудь чувствуешь? – вместо ответа продолжал допытываться Инатан.

Да у меня целое северное сияние ощущений! Страх, холод, безнадежность, бессилие – я никогда в жизни не чувствовала себя так отвратительно! Но если начну жаловаться, что это изменит?

– Ничего, – лишь процедила я. И получила в ответ раздраженный вздох.

– Если Мороз сказал, что тебя можно отогреть, значит это реально. Пусть и сложно, – Инатан вдруг поднялся и я морально приготовилась, что сейчас поднимет и меня, но он подхватил с ближайшего дивана мягкий плед и набросил мне на плечи.

Его ладони коснулись моего тела через плотную ткань, но кроме их веса я ничего не ощутила. Я ожидала, что он вернется в кресло, но король продолжал придерживать плед руками.

– А сейчас? – спросил он с затаенной надеждой.

– Ничего, даже не щекотно. Хотя в прошлой жизни всегда страдала от раздражительной кожи, – уже спокойнее ответила я.

– А от раздражительного характера не страдала? – уточнил он, все же возвращаясь в кресло.

– Нет. От него страдали другие, – парировала выпад я, все еще силясь ощутить хоть что-то кроме мерзкого холода. И с отчаянием признавая, что это бесполезно.

Инатан хмыкнул. Похоже, мой ответ ему понравился. Еще несколько секунд он разглядывал меня, будто видел впервые, а потом вдруг заявил:

– Уже закат, нам обоим надо поспать, если ты конечно можешь. Завтра подумаем еще.

Только после его слов я осознала, что в самом деле устала. Не телом, но умом так точно. Но каким образом, а главное где он предлагает мне спать?

Прода от 09.12

Словно в ответ на мои мысли Инатан повернулся и посмотрел на меня как-то странно. По-новому. Не сказала бы, что в его взгляде заметила пошлость или желание, но в них мелькнул что-то такое, что не сочеталось с его всегда равнодушным лицом.

– Я бы предложил свою постель… – медленно начал он. – Даже любопытно проверить, как изменилась анатомия статуи с тех пор, как в ней поселилась живая душа.

Что?! Вот же… слов приличных не подобрать! Нет, он напросится, я точно ему петь буду. С выражением, трое суток подряд. И пусть разбивает, лишь бы не слышать ничего подобного.

– Смотри не отморозь себе чего-нибудь, пока будешь проверять, – огрызнулась я и лишь потом заметила, что перешла на “ты”.

Как бы я не храбрилась, понимала: если ему захочется осуществить этот нехитрый план, я и сделать-то ничего не смогу. Закричать разве что, но сомневаюсь, что кто-то из подданных Инатана ворвется в его спальню, чтобы героически меня спасти.

– Ладно, ладно, – не знаю, что он там заметил на моем неподвижном лице, но улыбался крайне жизнерадостно, – если возражаешь, оставим этот метод тебя согреть на крайний случай.

Невыносимый!

– Лучше уж и дальше буду мерзнуть, – процедила я, наконец поняв, что он просто шутил.

А мне вот не смешно. Представил бы себя на моем месте!

– Значит, тебе все-таки холодно, – сделал неожиданный вывод Король.

Надо быть поосторожнее со словами. Сейчас оговорка незначительная, но кто знает, что произойдет в будущем. В этом мире речь – мое единственное оружие, и обращаться с ней впредь надо бережно.

– Мне нормально, – поспешила заверить я, но судя по скептической улыбке короля, прозвучало неубедительно. – Так где я буду спать?

– Здесь, – он кивнул на дверь, которая пряталась за еще одной портьерой. – Это гостевая спальня. Надеюсь, тебе здесь будет удобно.

Нет, ну он продолжает издеваться! Какое “удобно”? Я ведь даже пошевелиться не могу. Может, даже веки сомкнуть не получится. Я что-то не помню, чтобы моргнула хоть раз за все время, что провела здесь.

Не дожидаясь от меня ответа, Инатан встал и мы направились к спальне. Ситуация казалась все более и более абсурдной, когда он открыл дверь, пропуская меня внутрь, и я, повинуясь его воле, шагнула в полумрак просторной комнаты.

Так же, как и в гостиной, одну ее часть золотило закатными лучами солнце, другая скрывалась в уютном полумраке. Именно в нем стояла просторная кровать, на которой и пятерым было бы вполне вольготно. Впрочем, какая мне разница, насколько она широкая? Даже руки ведь не раскинуть.

Я думала, что Инатан просто оставит меня на перинах, как надоевшую куклу. И честное слово, осталась бы вполне довольна таким исходом. Однако мое тело остановилось посреди комнаты. Король оставался за моей спиной, но я слышала, что он приблизился.

Когда его рука коснулась моих волос, все тело будто обдало порывом колючего ветра. Я даже порадовалась, что не могу вздрогнуть и выдать страх.

– Что вы делаете? – только и оставалось поинтересоваться мне.

– Хочу распустить твои волосы, – спокойно пояснил он.

– Зачем?

– Тебе будет неудобно лежать с косой, – ответил он так спокойно, будто наш разговор нормальный. Будто все происходящее нормально.

А может, для него и в самом деле так? Может, он себе вообще на каждый местный Новый Год ростовую куклу у Деда Мороза заказывает? А как надоест – сразу ее под весеннее солнце.

– Что скажут ваши подданные, если узнают, что по вечерам вы играете в куклы? – хмыкнула я, чувствуя, что он не просто распускает волосы, но и перебирает пряди пальцами.

– Ничего. Я достаточно сделал для страны, чтобы ее жители простили мне мелкую блажь, – Инатан отвечал уверенно, но его рука дрогнула и он дернул меня за прядь. Не больно, но ощутимо.

Значит, вот твое слабое место, снежный король: репутация! Отлично… Только попробуй еще раз мне угрожать, и стоит нам вместе оказаться среди твоих подданных, как я всем расскажу о твоих наклонностях фетишиста!

Я ощутила, как его пальцы перебирают пряди волос, как он развязывает бант белой ленты. Плетение и так было довольно слабым, но когда белые волосы в беспорядке упали на плечи, голове все же стало немного легче.

– Даже не вздумай, – после долгой паузы вдруг сказал Инатан.

– Что? – попыталась закосить под дурочку я.

– Очернять меня в глазах подданных.

– А если посмею, то что? Разобъешь? Но от этого у твоих людей не случится внезапной амнезии.

– Запру в комнате до тех пор, пока не дашь слово, что не будешь этого делать. Изводи меня, как твоей душе угодно, но обещай, что не будешь говорить обо мне вообще ничего, – потребовал он.

– Обещаю, – улыбнулась я.

Инатан, кажется, немного расслабился, но я продолжила:

– Изводить тебя так, как моей душе угодно.

Вместо ответа король запустил ладонь в мои волосы. Я чувствовала кожей его холодное прикосновение и невольно вздохнула, когда он сжал пальцы и едва ощутимо дернул меня назад.

Будь я хозяйкой собственного тела, и не заметила бы этого, но корпус неустойчивой статуи начал заваливаться.

На долю мгновения у меня перехватило дыхание от страха. Я падала как деревянная доска, не в силах остановить инерцию движения. И даже после того, как ощутила, что уперлась спиной в грудь короля, несколько мгновений не могла вдохнуть.

– Совсем с ума сошел?! – крикнула и осеклась, поняв, что намека толще он дать не мог.

Или я молчу, или мне здесь не место.

Как же бесит!

– Не собиралась я ничего никому рассказывать. Тем более, что и рассказывать нечего, – проворчала я, чувствуя на языке горечь поражения.

А так хотелось хоть немного его поддеть. Хоть на миг почувствовать, что я на что-то в этом мире влияю. Но увы, я по-прежнему не властна даже моргнуть.

– Все-таки хочешь жить, – удовлетворенно констатировал Король.

Да кто ж не хочет? Пусть даже и так странно.

Инатан позволил мне вернуться в вертикальное положение, а потом отбросил с кровати одеяло.

– Разве это не работа горничных? – спросила я без капли ехидства. Меня действительно удивляло, что сам Его Величество, несущий пургу, так со мной возится. Может ему правда в куклы нравится играть? Иначе откуда такой опыт?

– Горничных. Но я не хочу ждать, пока придет Николь, – ничуть не смутившись, ответил Инатан.

К счастью, снимать с меня платье он не стал. Я улеглась на кровать прямо в нем, только туфли сбросила. Его Величество накрыл меня тяжелым одеялом и я осталась лежать на спине с вытянутыми вдоль тела руками. В позе трупа. Но смущенная до невозможности. Хорошо что краснеть не умею, иначе бы лицо уже превратилось в помидор.

Как же все это странно.

Ни слова больше не говоря, Инатан ушел, а я осталась в полумраке и тишине.

Самое время подумать обо всем, что случилось, но мысли испарились, оставив после себя только странную усталость. Какое-то время я любовалась бликами, которые плясали на полу под цветными стеклами, и сама не заметила, как заснула.

Утро началось со странного голоса Николь.

– Миледи Галатея… ваши волосы… – растерянно пробормотала она.

И я открыла глаза.

___________________

В своем telegram-канале Змееяд | волшебный серпентарий (read_zmeeyad) публикую визуалы персонажей и новости о выходе глав. Сегодня там появились арты с Галатеей и небольшая анкета персонажа. Можете перейти и набросать ей огонечков, чтобы растаяла быстрее)