Читать книгу Древние - - Страница 6

Тайны прошлого. Новая ученица

В обычный школьный день завуч вместе с классным руководителем Людмилой Николаевной привели в 8 «Г» новую ученицу.

– Ребята, познакомьтесь – Марго, – представила новенькую Людмила Николаевна. – Прошу вас быть дружелюбными и помочь ей освоиться.

Марго медленно прошла вдоль классной доски, и вдруг её взгляд замер на одном из учеников. Марго, увидев Рамана, остановилась в полном оцепенении. В её глазах вспыхнул огонь – смесь ярости, боли и невысказанных слов. Она сжала кулаки, едва сдерживая порыв наброситься на него прямо здесь, в классе, на глазах у всех. Но, собрав всю волю в кулак, прошла по ряду и молча села за парту, которую указала Людмила Николаевна.

Весь урок они не отрывали друг от друга взглядов. В воздухе висело напряжение – невидимое, но ощутимое, словно натянутая струна. Раман пытался прочесть в её глазах хоть каплю прежнего тепла, но видел лишь холодную сталь обиды. Марго же, казалось, готова была испепелить его взглядом.

Когда настала большая перемена и все убежали в школьный буфет, и класс опустел, Марго больше не могла сдерживаться. Она резко вскочила со своего места и, приблизившись к Раману, выкрикнула:

– Ты! Как ты можешь спокойно сидеть здесь, будто ничего не было?!

Раман вскочил. В его голосе звучала смесь отчаяния и усталости:

Марго, успокойся. Когда это закончится? Я не видел тебя столько лет!

– ¡Tú mataste a mi esposo! (Ты убил моего мужа!) – выкрикнула она по испански, и её голос дрогнул. – Sabía que te encontraría. (Я знала, что найду тебя.)

Разговор шёл на повышенных тонах, их слова, произнесённые на двух языках, переплетались в хаотичный, но пронзительный диалог.

– Je ne suis pas coupable, – твёрдо ответил Раман по французски. – Ton mari s’est jeté sur moi. Je me suis défendu, c’est tout. (Я не виноват. Твой муж набросился на меня. Я защищался, вот и всё.)

– Ты убил его! – повторила Марго по испански, её глаза наполнились слезами.

– ¡Ya te he pedido perdón tantas veces! (Я уже столько раз просил прощения!)

– Что я могу ещё сделать? – прошептал Раман, опуская взгляд.

– Je t’aime depuis des siècles. Tu es ma femme. (Я люблю тебя уже много столетий. Ты – моя жена.)

– Ты убил моего брата! – внезапно выкрикнула Марго, и её голос сорвался.

Раман замер, словно поражённый молнией.

– Я не знал, – прошептал он.

– Il a tiré sur moi. Que pouvais je faire? Je me suis défendu. Vous étiez plus nombreux… Je défendais le général. (Он стрелял в меня. Что я мог сделать? Я защищался. Вас было больше, Я защищал генерала.)

В классе повисла тяжёлая тишина. Слова повисли в воздухе, словно осколки разбитого зеркала – острые, болезненные, необратимые. Марго закрыла лицо руками, её плечи дрожали. Раман стоял неподвижно, сжимая кулаки, будто пытаясь удержать, внутри бурю чувств.

Вмешательство Милы

Людмила Николаевна, задержавшаяся в учительской с проверкой тетрадей, услышала громкие голоса из пустующего класса и насторожилась. Приоткрыв дверь, она замерла на пороге, не решаясь войти.

Фразы на французском и испанском звучали резко, эмоционально – словно осколки стекла в тишине опустевшей школы. Учительница уловила лишь отдельные слова: «esposo» («муж»), «mataste» («ты убил»), «perdón» («прощение»). Сердце сжалось: перед ней разворачивалась драма.

Она шагнула внутрь, стараясь не шуметь. Оба – и Марго, и Раман – даже не заметили её появления. Девушка плакала, сжимая кулаки, а парень стоял неподвижно, будто каменный.

– Что здесь происходит?! – в проёме стояла Людмила Николаевна. Её лицо выражало искреннее недоумение. – Вы, почему не в буфете? И почему кричите?

Марго обернулась – в её глазах читалась ярость.

– Это вас не касается!

– Меня как раз касается! – повысила голос Людмила Николаевна. – Я отвечаю за порядок в этом классе. А теперь объясните: что случилось?

Роман медленно поднял глаза:

– Мы… просто не поняли друг друга.

– Не поняли?! – Марго резко повернулась к нему. – Ты серьёзно?

Людмила Николаевна подняла руку:

– Стоп. Давайте без эмоций. Объясните спокойно, в чём причина конфликта.

– Причина в прошлом, – тихо сказала Марго. – В очень далёком прошлом.

– Марго, Раман… – тихо, но твёрдо произнесла Людмила Николаевна, подходя ближе, давайте разберёмся.

Марго резко обернулась, её глаза пылали:

– Это не ваше дело, учительница! Здесь нечего разбираться!

В тот момент, когда напряжение в классе достигло предела, дверь тихо приоткрылась. На пороге стояла Мила. Её взгляд мгновенно охватил всю сцену: дрожащую от гнева Марго, бледного Рамана, настороженную Людмилу Николаевну.

Марго (шёпотом):– Мама…

– Hija, por favor, cálmate. Es hora de aclarar todo. – сказала Мила по‑испански. – (Доченька, пожалуйста, успокойся. Пришло время всё прояснить.).

Мила (обращаясь к Раману, но глядя на Марго, на испанском):

– Sabes que ella no ha dormido en tres noches, pensando que podrías aparecer. (Ты знаешь, что она не спала три ночи подряд, думая, что ты можешь появиться.)

Раман (с горечью, по русский):

– А вы думаете, я спал спокойно? Каждый день с тех пор…

Марго (резко, на испанском):

– ¡No te atrevas a hablar de eso! ¡Tú lo mataste! ¡A mi esposo! ¡A mi hermano! (Не смей говорить об этом! Ты убил их! Моего мужа! Моего брата!)

В классе повисла оглушительная тишина. Даже Людмила Николаевна невольно задержала дыхание.

Марго (шёпотом, срывающимся голосом, на испанском):

– Tú… tú no podías saberlo. (Ты… ты не могла этого знать.)

Мила (приближаясь к дочери, на испанском):

– Lo sé todo. Porque esa noche estuve allí. En la sombra. Vi cómo intentabas salvarlos a los dos. Cómo suplicabas a Roman que se detuviera. (Я знаю всё. Потому что в ту ночь я была там. В тени. Я видела, как ты пыталась спасти их обоих.

Раман (ошеломлённо, по русски):

– Вы… вы были там? Но почему не остановили нас?

Мила (вздыхая, на испанском):

– Porque no era mi batalla. Era vuestra tragedia compartida. Y cada uno de ustedes llevaba su parte de culpa y dolor. Pero ahora… (Потому что это была не моя битва. Это была ваша общая трагедия. И каждый из вас нёс свою часть вины и боли. Но теперь…)

Она взяла Марго за руку.

Мила (на испанском):

– Ahora es tiempo de dejar de enterraros en el pasado. (Теперь пора перестать хоронить себя в прошлом.)

Марго (слёзы катятся по щекам, на испанском):

– ¿Cómo? ¿Cómo puedo perdonar? (Как? Как я могу простить?)

Мила (обнимая дочь, на испанском):

– No necesitas perdonar. Necesitas aprender a vivir. Con ese dolor. Con ese recuerdo. Pero no en él. (Не нужно прощать. Нужно научиться жить. С этой болью. С этим воспоминанием. Но не в нём.)