Читать книгу Белая кровь - - Страница 1

Очарование и мерзость. Именно такие слова приходили на ум посетителям таверны «Бурый лис», когда они смотрели сквозь пыльные окна на улицу. За окном шел затяжной дождь, который в этих местах редко прекращался дольше чем на пару часов.

Очаровательным называли тяжелые свинцовые облака, придававшие небу грозный и хмурый вид, свежесть и прохладу капель с небес, и особый запах, который так и манит выбежать на улицу и начать танцевать среди луж.

Мерзким была чавкающая грязь, промозглость и унылый серый пейзаж, который иногда закрывала едва заметная дымка тумана. И еще один запах. Правда этот был уже в домах. В таверне он тоже был. Пахло сыростью и плесенью.

Очередной порыв ветра рассеял низко стелющийся туман и из белой дымки вынырнула фигура высокого мужчины в сером плаще. Он шел быстрым размашистым шагом, словно куда-то торопился.

Дверь с натужным скрипом откинулась в сторону и с грохотом ударилась об стену. Хозяин таверны не позаботился о стопоре.

Вошедший мужчина поморщился, рывком дернул дверь к себе и толкнул. Новый грохот. Теперь взгляды всех присутствующих были обеспечены незнакомцу. Мужчина словно этого и добивался, он ухмыльнулся левым уголком губ и уверенно зашагал к барной стойке.

Несколько заинтересовавшихся постояльцев таверны двинулись за новым гостем.

Незнакомец откинул капюшон и положил руку на стол. Внимание присутствующих тут же привлекли его коричневые перчатки из тонко выделанной кожи и кольцо на указательном пальце правой руки. Массивное стальное кольцо, накладкой для которого служил искусно сделанный скарабей.

– Ты из жуков, парень? – хозяин таверны пригляделся к посетителю. Молодой, хотя среди жуков почти все молодые, они долго не живут… Волосы для его породы необычные: волнистые, почти кудрявые, коротко подстриженные и на удивление чистые, хотя представители его «профессии» не тяготели к нормальным условиям жизни. В целом посетитель выглядел очень опрятно и ухоженно. «Значит недавно среди жуков», – про себя сделал вывод хозяин таверны и многозначительно улыбнулся незнакомцу.

– Скарабей, – привычно поправил посетитель. Его серые глаза дернулись, он осматривал помещение.

– Покупаешь информацию? – хозяин таверны зевнул, во рту у него не хватало зубов.

Мужчина убрал руку со стойки. – Покупаю. Интересуют все аномальные места в округе.

– А ты ему руины посоветуй, – встрял в разговор один из подошедших за незнакомцем. Лохматый, с цепким взглядом из-под кустистых бровей. – Туда никто не суется, точно найдешь че-нибудь.

– Да, место гиблое, да и искажения там видывали, – часто закивал еще один мужик.

– Раз гиблое, значит умирали там? – незнакомец повернулся к лохматому.

– А то! Руины то не простые, это храм был у белокровных, они тама своей богине бледножопой поклонялись. С тех пор он и проклят. Судачат, что белокровные до сих пор там сидят, вот и вырезают тех, кто сунется.

Незнакомец покачал головой. – Проклятья интересуют магов, а не скарабеев.

– А ты не спеши с выводами, парень, – хозяин таверны перестал ковыряться пальцем в зубах и навалился грудью на стойку. – Аномальное поле накрыло эти руины после Катаклизма, так что нет там белокровных. Искажения бы их всех переубивали. Они, а не проклятье, кокнули мародеров, да и жуков, что лезли там поживиться.

Незнакомец удивлённо вскинул брови. – Были скарабеи, что не вышли из руин?

– Полно, говорят же тебе: гиблое место.

– Это уже интересно. – Посетитель полез в заплечный мешок и положил на стойку потрепанную карту. Лохматый привстал на носочки, чтобы выглянуть из-за плеча незнакомца. На карте художник детально отразил окрестности Лереи.

– Так мы в энтих картах не шибко то понимаем, – чересчур быстро пробормотал лохматый.

Незнакомец даже не посмотрел на него. – Сколько? – льдистый взгляд серых глаз не сходил с хозяина таверны.

– Тысяча серсов.

– Недёшево. – Рука мужчины исчезла под плащом, чтобы появиться с кошелем. Незнакомец отсчитал десять серебряных монет достоинством в сто серсов каждая.

Но хозяин таверны не торопился брать деньги. – Как тебя звать?

– Зачем тебе? – мужчина прищурился.

– Ваши иногда заходят и опрашивают людей из местных. Ищут пропавших из твоей гильдии. Типа список ведут. Зал славы они его называют. – Мужчины вокруг загоготали.

– Да, слышал о таком. Я Вир. Не местный, с Восточного континента.

– Далеко от портов ты забрался, восточник.

– Место?

– Здесь, – хозяин таверны обвел пальцем довольно значительную область на карте.

Посетитель потер подбородок. – А точнее?

– Точнее тебе никто не скажет, никто здравомыслящий туда не сунется. А кто сунулся, уже ничего не скажет.

– Не совсем так, – внезапно заговорил лохматый. Кое-кто мог бы тебе помочь…

Вир обернулся, но ничего не сказал.

– У меня есть один белокровный, который может тебе подойти.

Посетитель нахмурился. – Мне не нужны белокровные.

– Возьми его, – быстро заговорил лохматый. Раз руины когда-то принадлежали им, может он чем и поможет. А я давно хотел продать одного из этих вонючих уродцев.

– Я приплыл на ваш континент не так давно, и у меня нет ненависти к ним. Не думаю, что мне хватит жесткости справиться с белокровным.

– Зря ты так думаешь. Сейчас посмотришь товар и не сможешь отказаться. Привыкай, восточник, у нас без белокровного раба жить не в почете.

– Притащи сюда этого говнюка, – крикнул лохматый бородатому спутнику. Тот быстро взбежал по лестнице и через минуту, за цепь, стащил на первый этаж и толкнул на пол одного из белокровных.

Вир подошел.

Внешне чужак вполне себе похож на человека: две руки, две ноги, только более худой, хотя возможно здесь его и не докармливали. Заостренные скулы, узкий подбородок. И мертвенно-бледная кожа. Обычно, когда у человека такая бледная кожа, через нее проступают вены. Здесь же ни единого сосудика. Белая алебастровая кожа и неестественно бледные губы.

Вир присел на корточки возле белокровного.

Белки глаз насыщенно белые, настолько, что казалось сияли от белизны. Радужка ярко-оранжевая и вся пронизана множество красных прожилок, что сближало глаза чужака с язычками пламени.

Белокровный смотрел дерзко и молчал.

– Как твое имя? – негромко спросил Вир.

Белокровный не пошевелился, а люди вокруг захохотали.

– У этих тварей нет имен. Мы его называем вонючка, говнюк или бледный. Ты можешь звать его как захочешь.

Скарабей посмотрел на волосы чужака. Насколько он слышал, среди белокровных у всех без исключения белые волосы. Но в их культуре принято красить шевелюру в самые разные оттенки. Этот же видимо давно жил среди людей, и они не позволили ему окрасить волосы, которые сейчас были серыми от грязи.

Взгляд Вира зацепился за уши белокровного. Необычные. Верхушка уха заостренная, а к низу шли словно маленькие острые ступеньки из хрящей. Мочек не было.

Вир посмотрел на человека, который держал в руке конец цепи. – Сколько?

– Три тысячи серсов.

– За такую цену здесь можно взять хорошую лошадь.

– И в отличие от этой твари с лошадью можно хотя бы поговорить, – рассмеялся бородатый.

Лохматый зло посмотрел на своего спутника и начал нахваливать «товар»:

– Лошадь не пойдет с тобой в руины и не поможет тебе понять, что к чему. А этот говнюк, я уверен, сможет. Он часто болтает на своем языке. Вроде как поет ихние песни и перечисляет сказания. Ну мне так говорил один из захожих волшебников, которому я пытался его продать.

– Мне не нужен раб. – Вир отвернулся.

– Не отказывайся так сразу, жук, – внезапно вмешался трактирщик. – Я живу в этой деревне много лет и знаю этого белокровного. Он толковый, пригодиться. Может будь он у других жуков, тогда и они бы вернулись живыми.

Вир закусил нижнюю губу, а потом повернулся к белокровному и повторил вопрос: – Как твое имя?

Белокровный поднял взгляд, но ничего не ответил.

– Он не понимает? – скарабей посмотрел на лохматого.

– Ещё как понимает. Сызмальства среди людей. Его лет в семь поймали. Просто гордый, бледная жопа! – лохматый пнул белокровного, тот ответил на это угрюмым взглядом.

Вир почувствовал, как в груди словно сдавило. Он громко выдохнул носом. – Я возьму его.

– Верный выбор, жук! Говорят, они хорошо плавают, только этот давно не видел воды. Деньги вперед!

Скарабей высыпал монеты на стойку и отсчитал из горки нужную сумму. Всего несколько серебряных кругляшей вернулись обратно в изрядно похудевший кошель.

Лохматый вложил край цепи в руки Вира, а затем долго шарился по карманам, пытаясь отыскать ключ от ошейника. Еле-еле у него это получилось. – Пошел! Он пнул белокровного и тот нехотя перебрался к ногам скарабея.

Лохматый попробовал монету на зуб. – Он немного буйный, смотри осторожнее с ним, жук. Несколько раз пытался сбежать. Я бы отрезал ему уши, но без ушей берут хуже.

Скарабей хмыкнул. – Мог бы сказать сразу.

– Тогда бы ты его не взял, – пожал плечами лохматый.

– Наоборот, так он мне нравится больше. – Вир вставил ключ в замок ошейника и с трудом повернул. Очевидно, им давно не пользовались.

Белокровный ошарашено потер шею.

Когда они покидали таверну, их сопровождали взгляды каждого прохожего. Еще долго в поселке будут обсуждать как пришел скарабей и выкупил единственного белокровного и как тот шел без ошейника. Две фигуры растворились в пелене легкого тумана на главном тракте.

Приближение аномальной зоны Вир определил безошибочно. Воздух изменился, из него резко пропали все запахи, а во рту появился неприятный металлический привкус. Вир инстинктивно сглотнул, пытаясь избавиться от привкуса, хотя знал, что это бесполезно. Белокровный рядом засуетился, и даже сделал несколько шагов назад.

– Если бы было куда бежать, то давно бы сбежал, я прав? – Вир похлопал белокровного по плечу. – Если эти руины и правда ваш храм, думаю тебе будет интересно посмотреть на святые места.

Белокровный безэмоционально посмотрел на скарабея, но попыток отступить больше не совершал.

После начала аномальной зоны, быстрый и размашистый характер движения Вира резко поменялся. Теперь он шел осторожно, до боли всматриваясь в воздух и под ноги. Иногда он останавливался, поднимал камень и бросал вперёд.

Белокровный тоже изменил свое поведение. Периодически он подходил к деревьям и прижимался к ним головой, а затем чертил камнем какие-то знаки. На попытки Вира добиться объяснений, он отвечал молчанием.

Скарабей махнул рукой, решив, что это странные обычаи белокровных.

Едва начало смеркаться, Вир скомандовал привал. Они разместились у ручья, который стекал в небольшой овраг. Прежде, чем прикоснуться к воде, Вир покидал в воду камни и потыкал в ручей палкой. Водные искажения встречаются редко, но чем Рарс не шутит…

К вечеру дождь наконец-то закончился. Просмоленный плащ скарабея достойно перенес эту встречу, чего нельзя было сказать об обносках белокровного, который промок насквозь.

– Вы, конечно, воду любите, – Вир начал рыться в заплечном мешке, – но мокрому спать никому на пользу не пойдет.

Скарабей достал белую рубаху с объёмными рукавами и завязками на шее и аккуратно сложенные штаны из дерюги. – Переоденься, а старье выбрось. Я пока костер разведу.

Быстро вечерело, и в поисках топлива для костра Виру пришлось спуститься на дно оврага, где росло множество деревьев. Именно среди них он и встретил первое искажение.

Эту аномалию называли Перекрученное Зазеркалие. Хотя редко кто из скарабеев стал бы звать искажение полным именем, слишком много для них чести. Издалека она была незаметна, но когда человек оказывался на расстоянии около метра от нее, чтобы приглядеться, то замечал, что в воздухе то и дело появляются перевернутые отражения далеких кустиков. А деревце, стоящее позади этой аномалии, вдруг оказалось отражено впереди, да еще и вверх ногами.

Зеркальные грани аномалии постоянно сталкивались, резко расходились в сторону, мелькали, перекручивались. Тем не менее заметить их можно было только при свете солнца, и именно отражение заката помогло Виру определить искажение.

Трава зашуршала и перед скарабеем выскочил заяц. Увидев Вира, косой испуганно рванул в сторону и попал в аномалию. В ту же секунду его тело, а вернее части его тела, отразились в каждой из граней, затем эти грани закружились, проникли она в другую и перекрученное тело кролика вылетело из искажения и упало на траву, обдав все вокруг мелким облаком крови. Короткого взгляда на мертвого зайца было достаточно понять, что из этой аномалии невозможно выйти живым. Лапа зайца торчала из его же головы.

Вир покидал камни, определяя границы искажения. Одиночная.

Скарабей собрал ветки и взобрался обратно. Белокровный уже переоделся и смотрел на землю, избегая встречаться взглядом с Виром. Это было что-то новое в его поведении. На земле позади белокровного был начерчен тот же знак, что и на деревьях.

Вир сложил ветки и полез во внутренний карман сумки. Развести огонь обычным способом после дождя было практически невозможно, поэтому скарабей извлек оранжевый шарик примерно с мизинец в диаметре, внутри которого то и дело появлялись яркие всполохи. Белокровный удивленно посмотрел на предмет в руках Вира.

– Это артефакт, – ответил скарабей на невысказанный вопрос. – Один из первых, что я нашел. Но просто так он не заработает.

Вир положил шарик около веток и стянул перчатку с левой руки. Пальцы на его руках были исколоты. Скарабей снял с бедра перевязь с мечом, в ножнах которого был небольшой кармашек, из него Вир извлек короткий нож. Мужчина сжал зубы и сделал короткий прокол на безымянном пальце, рядом с еще не до конца зажившим. Несколько капель крови упало на шарик и его тут же охватило пламя, которое мгновенно перекинулось на шалаш из веток, словно это была не сырая древесина, а сушенная трава.

– Сейчас кровь испарится и артефакт перестанет гореть. А вот если его искупать в человеческой крови, то можно и дом спалить. Даже под водой. А главное ничем не потушишь этот шар.

Вскоре уже разгорелся костер и Вир занялся разделкой зайца, погибшего в Зазеркалии. Разделывать его было неприятно, многие органы внутри поменялись местами, скарабей выбрал более-менее пригодные куски мяса, а остальное выбросил.

Белокровный, не отрываясь, смотрел в пламя. Вир заметил, что его губы шевелятся.

Когда мясо было готово, скарабей протянул половину белокровному. Тот удивленно посмотрел на Вира, взял мясо и начал быстро есть. Было видно, что он старается не терять достоинства, но голод пересиливал и белокровный глотал большими кусками. «Да его похоже давно не кормили», – запоздало сообразил Вир, грудь снова сдавило, и он отвернулся к костру, принимаясь за свою порцию.

После ужина настало время готовиться ко сну. Скарабей предусмотрительно набрал в овражке веток и для этого. В другие дни Вир лёг бы на покрывало из мешковины, но теперь его пришлось отдать белокровному, а самому лечь, просто завернувшись в плащ. Сон быстро сморил скарабея.

Когда Вир открыл глаза, то был готов, что больше не увидит белокровного. Но он сидел у давно потухших угольков и рассматривал артефакт.

– Мы называем его Слеза огня, довольно полезная вещь, поэтому я его не продал. – Вир поднял уже остывший шарик и спрятал в сумке. Нужно двигаться дальше, мы идем приблизительно к центру той области, что указал хозяин таверны.

Вир собрал вещи и уже собирался идти, когда внезапно услышал:

– Дельф. – Голос был негромкий и с небольшим присвистом.

Скарабей быстро обернулся.

Белокровный стоял и смотрел Виру прямо в глаза. – Ты спрашивал мое имя. Меня зовут Дельф.

Вир кивнул. – Спасибо. Я ценю твое доверие.

Белокровный промолчал.

Скарабей уже собирался продолжить путь, но его заставил обернуться тот же голос с присвистом. – Мы идем не туда.

Теперь скарабей шел вслед за белокровным, лишь изредка опережая его, чтобы отвести от очередного искажения. По пути они встретили еще несколько Зазеркалий, которые аккуратно обошли с большим запасом, а в одном месте они встретили сразу три аномалии, которые поблескивали танцующими гранями на небольшом расстоянии друг от друга.

– Так откуда ты знаешь путь, Дельф?

Белокровный остановился и сдвинул брови. – Я… Я не знаю… Но есть… Как же на вашем языке… С-связь? Да, подходит. Я чувствую связь… С этим местом.

Вир покачал головой. – Западный континент никогда не перестанет меня удивлять.

Белокровный поднял палку и начал чертить на земле знак, похожий на те, что он оставлял до этого на деревьях. При этом он старался прочертить поглубже, так что на мокрой земле оставались широкие рытвины с измочаленными краями.

Скарабей удивленно округлил глаза. – Зачем это?

– Охранные знаки. Помогают нашему народу бороться со страхом перед этими противоестественными порождениями человеческой магии. – Белокровный кивнул на Зазеркалие, которое сверкало всего в нескольких десятков шагов от них.

Вир понимающе кивнул. – Я тоже нервничаю, когда рядом с ними.

На лицо скарабея упало несколько капель. Вир со вздохом посмотрел на серое небо, поежился от промозглого ветра и продолжил путь.

Местность была изрыта оврагами. То и дело приходилось спускаться или подниматься, из-за чего шли очень медленно, да и Вир то и дело бросал вперед камушки, пытаясь определить наличие искажений.

Приближение к руинам скарабей опознал мгновенно. В одном из оврагов они увидели огромные, вкопанные в землю гранитные плиты, поросшие мхом, потрескавшиеся и оплетенные цепкой лозой.

Этот овраг отличался от остальных, изумрудно-зеленый, он поражал буйством трав, деревьев и той самой лозы, что оплела не только камни, но и вообще все, до чего смогла добраться в этом овраге, создав настоящее зеленое густое море, которое еще и покрылось капельками дождя.

– Придется прорубаться. – Вир извлек меч и принялся за работу.

Дельф стоял сзади, следя за действиями скарабея. Неожиданно он спросил: – Артефакты работают от человеческой крови, верно?

Вир остановился и утер пот со лба. – Некоторые. Некоторые требуют другого.

Дельф сдвинул брови. – Например?

Скарабей пожал плечами. – Много чего. Например, можно напитать магией. Попадался один, который активировался водой. Но самые распространенные работают от человеческой крови, да.

Дельф замолчал, а затем нерешительно продолжил: – А кровь сейе?

Вир сощурил глаза. – С-сейе?

Белокровный неопределенно повел рукой. – Так называется мой народ.

– А как переводится? – Вир с интересом следил за лицом Дельфа.

Белокровный сентиментально поднял глаза вверх и коснулся сердца. – Любящие.

– Звучит красиво, – хмыкнул скарабей. – Ничего не могу сказать про вашу кровь. Ты вообще первый бело… сейе, что встретился мне. Кровь животных точно не подходит, в этом я уже убедился давно. Возможно некоторые можно активировать только вашей кровью, но нельзя человеческой, артефактов много и мало кто в них разбирается.

Но Дельфа не удовлетворил такой ответ. – А ты?

Вир почесал переносицу. – Я их нахожу и продаю. Некоторые использую. Изучаю только, чтобы узнать полезные свойства.

Дельф шагнул ближе. – А зачем тебе этим заниматься? Ради денег?

Скарабей нахмурился и ничего не ответил, сосредоточившись на рубке цепких ветвей, чьи густые плети словно тянулись к ним.

Ударяя в очередной раз, Вир заметил, что сок лозы, который попал на его плащ, оставлял в грубой ткани то ли рытвины, то ли прожоги.

– Не нравится мне это… Жгучий сок что ли… – Скарабей остановился. – Ты уверен, что нам вперед?

Белокровный неопределённо повел руками. – Связь сложно уловить… Мы идем в верном направлении, но точнее сказать сложно…

Вир рубанул ближайшую лозу и понял, что встретился с очередным искажением, потому что ветка зашевелилась и начала оплетать меч. Скарабей мгновенно ринулся назад, вырывая клинок. – Стой! Дальше идти нельзя.

– Но я чувствую, что нам нужно вперед, – возразил Дельф.

Вир покачал головой. – Придется искать обходной путь, потому что я не смогу определить, насколько далеко пролегают границы этого искажения. Пошли наверх.

Цепляясь за края гранитных плит, они вылезли на вершину оврага. Все пространство земляной ложбины было заполнено настоящим буйством зелени.

– Ты встречал такое искажение раньше? – спросил белокровный.

Вир почесал затылок. – Нет, никогда.

Дельф опустил уголки губ вниз. –Ты не очень опытный?

Скарабей рассмеялся. – Каждая аномальная зона уникальна. Некоторые искажения встречаются только в одном месте.

Вир махнул рукой. – Пошли по краю, рано или поздно мы выйдем к тому месту, через который мы сможем перебраться на ту сторону.

Они двинулись на восток. Но пройти им удалось всего несколько шагов.

Вир первым услышал подозрительный шелест листвы. Его рука легла на рукоять меча.

Дельф замотал головой, но ничего не увидел. А затем они услышали непонятный звук: то ли рык, то ли свист, то ли шипение… А затем, прямо из зарослей оврага выскочил огромный мутант. Когда-то он был медведем, но под воздействием магии потерял шерсть, покрылся блестящей, переливающейся всеми цветами радуги чешуей, отрастил огромные саблевидные когти, а между его зубов то и дело проскакивал длинный и узкий раздвоенный язык.

Желтые глаза с вертикальными зрачками не сулили ничего хорошего.

Волна мурашек побежала по телу Вира, похолодело в ногах. Скарабей нервно сорвал зубами перчатку с руки и нырнул ею под плащ, выхватив из потайного кармашка черный шар. Он мало чем отличался от Слезы огня, но был настолько черным, что казалось поглощал свет.

Медленно, чтобы не спровоцировать чешуемедведя, Вир извлек меч из ножен и положил лезвие на руку, сжимающую шар. Чешуемедведь попеременно поднял и опустил передние лапы, а затем начал приближаться. Скарабей едва заметно потянул лезвие на себя и из крепко сжатой левой руки начала капать кровь. Мутант почувствовал запах крови и бросился вперед.

Казалось, Вир просто исчез. Дельф никогда не видел такой скорости раньше. Силуэт скарабея смазывался, он двигался быстрыми едва заметными скачками, но чешуемедведь тоже оказался безумно проворным, он припал к земле, резкими движениями тела ушел в сторону от удара Вира, уполз влево словно извивающаяся змея, а потом подпрыгнул и рассек когтями воздух прямо перед собой.

Дельфу показалось, что это удар в пустоту, но чешуемедведь просто просчитал, где окажется Вир.

Тихий вскрик и скарабей осел на землю. Рукав левой руки быстро пропитался кровью, а плащ в районе плеча повис разорванными лохмотьями. Рука Вира разжалась и черный шарик, весь в крови, выкатился в пыль.

Чешуемедведь припал передней частью тела к земле и побежал на скарабея.

Вир перевалился на пятую точку и выставил перед собой меч.

– Ну давай, уродец. Я все равно смогу забрать тебя с собой.

Скарабей не видел, как Дельф прошмыгнул за его спиной и схватил черный шарик.

Чешуемедведь безошибочно определил, где опасности больше и сменил траекторию движения, устремляясь к Дельфу и набирая скорость. В этом-то и была его ошибка.

Вир дождался, когда мутант окажется рядом и, вложив в удар вес всего тела, вонзил меч под чешую монстра.

Чешуемедведь взревел, налетел на Вира, оттолкнул скарабея в сторону, прыгнул на Дельфа, но белокровный легко ушел от атаки, удивляясь тому, что сделал с ним шар. Неизвестная энергия проникла внутрь него, он чувствовал, что медведь движется медленнее, а Вир вообще словно замер на месте. Казалось, что каждая частичка его тела сама стремится броситься вперед. Он бежал так, что мерещилось как вот-вот сможет оторваться от земли и полететь, но Дельф вовремя себя осадил, подбежал к Виру, и тот без всяких колебаний передал меч.

Дельф вышел один на один с чешуемедведем.

Раненный мутант соображал гораздо хуже. Он присвистывал и ревел, припадал к земле, метался во все стороны, но поймать быстрого Дельфа не мог.

Выждав нужный момент, Дельф, окрыленный силой артефакта, подпрыгнул, приземлился на спину монстра и вонзил меч глубоко в холку. Чешуемедведь в последний раз взревел и обрушился всем телом на землю.

Белокровный неловко спрыгнул и упал на колени. Он выронил меч и артефакт, обхватил мутанта руками и прижался лбом к его телу.

– Ты чего? – Вир заскрипел зубами и зажал рану рукой.

– Сейе стараются не убивать, это не ради пропитания. Именно поэтому, вы и смогли одолеть мой народ, – с горечью в голосе сказал Дельф.

– Странно. А как же ради спасения жизни? Ты ведь убил мутанта, чтобы спастись. – Вир решил снять плащ и получше рассмотреть рану. Три глубоких пореза, которые сочились темно-алой кровью. – Дерьмо, – выругался Вир.

Сейе встал от трупа мутанта. – Чтобы спасти тебя. Ты другой. Не такой как остальные. И я не совсем как все сейе. Я слишком долго жил среди вашего народа.

Дельф подошел к Виру и помог сделать тугую повязку.

– Зашить бы, – скарабей вздохнул. – Жалко нет Изумрудного глаза, он бы вмиг раны затянул.

Дельф опять опустил уголки губ. – Еще один артефакт?

Вир почесал веко. – Редкий и дорогой. Мечта многих.

Закончив с перевязкой, они подошли к чешуемедведю. Скарабей достал нож и несколькими уверенными движениями отрезал уши мутанта.

Дельф скривился. – Зачем эта варварская жестокость?!

– Увидишь, – Вир загадочно улыбнулся.

Овраг кончился, они пошли по-другому его краю, и вскоре повернули на север. Здесь деревьев становилось все больше, а вскоре начался настоящий лес. Его мрачность только усиливалась пасмурным небом. К счастью, чувства Дельфа усилились и вели их к цели.

Первым из чащи показалась высокая толстая белая колонна, которая когда-то служила постаментом для статуи белокровной девушки с луком. Сейчас ее скульптура без головы валялась у основания колоны, оплетенная цепкой лозой. Рядом переливались два Зазеркалия.

– Ваша богиня?

– Аеп-шаш нокр хеонэ, – Дельф говорил тихо и почтительно. Быстроногая мать леса. Ее очень почитали среди моего народа.

– Значит руины и правда храм. Не переживай, мы не оскверним это место. Просто посмотрим, не образовались ли тут артефакты.

Лицо сейе замерло, а глаза сузились. Но он ни сказал ни слова.

Вход в подземелье оказался прямо за колонной. Это была белая арка с выщерблинами, которая скрывала за собой лестницу с узкими ступеньками, её перекрывали несколько упавших тонких колон. А прямо поверх них блестело ещё одно Зазеркалие.

Дельф нахмурился. – Это проблема.

Однако Вир был на удивление спокоен. – Это значит, что незнающий человек не пройдет, и шанс найти артефакты выше. Я сразу заметил, что тут обилие Зазеркалий и догадался, что нас ждут узкие проходы. Смотри и учись, мой бледный друг.

Скарабей кинул одно ухо чешуемедведя в аномалию, та резко закружилась, отражая кусочки уха в своих гранях, а Вир прыгнул вперёд и без всяких проблем пролетел прямо сквозь искажение. Через мгновение кусочки уха посыпались у его ног.

– Зазеркалие сильнее реагирует на плоть. Поэтому срабатывает дольше. И в момент ее активации, она абсолютно безвредна. Теперь твоя очередь, – Вир перекинул сверху над аномалией второе ухо.

Когда скарабей и белокровный скрылись в недрах подземелья, кусты зашевелились и к входу подошло несколько человек. Среди них был лохматый из трактира и его бородатый спутник. Сейчас они были в кольчугах и все при оружии. Рядом стояло еще трое вооруженных головорезов.

Лохматый криво улыбнулся. – Спасибо за открытый секрет, жучок.

Внутри подземелье было разительно иным. Вход был выложен белым камнем, но внутри стены, пол и потолок были украшены панелями из непонятного материала, текстура которого больше всего напоминала дерево, с желтыми прожилками. Вир коснулся стены рукой. Шероховатая приятная поверхность, холодная, но абсолютно сухая. – Неужели это дерево?

Тишину нарушил свистящий голос: – Это нёр – стальное дерево.

Дельф почти благоговейно провел рукой по стене. – Очень редкое и дорогое, оно растет в глубинах Лесного моря.

Вир удивленно сдвинул брови. – Дерево, которое растет под водой?

Дельф пристально посмотрел на Вира и быстро заморгал. – Нет же, сейе так называют лес, что растет посередине континента.

– Да, неловко, – Вир почесал затылок здоровой рукой.

Дельф же продолжил своим свистящим голосом: – Нёр не впитывает воду, никогда не гниет, раньше из него строили подводные дома сейе и храмы. Теперь же вряд ли кто помнит искусство обработки этого великого древа.

– Оно очень красивое. – Вир говорил с искреннем сочувствием. – Возможно еще будет время, когда сейе снова будут строить храмы из стального дерева.

Дельф ничего не ответил, только продолжал держать руку на стене, его губы беззвучно шевелились.

Вир посмотрел в глубины храма. Света от полузаваленного входа было немного, косые лучи солнца исчезали во тьме длинного коридора, подсвечивая хаотичный танец пыли. Вир достал из рюкзака еще один шар: на этот раз светло-бежевый, матовый.

Манипуляций с ножом не понадобилось. Вир просто аккуратно потер шар о повязку на плече, пропитанную кровью. Кровавые разводы быстро исчезли на матовой поверхности, а шар начал светиться. Свет был неяркий, распространялся недалеко, но вполне хватало, чтобы видеть, что происходит под ногами.

Вир махнул рукой Дельфу и они зашагали вглубь подземного храма.

Скарабей решил рассказать об артефакте, чтобы не идти в тишине:

– Это Лунная ночь. Если налить побольше крови, свет будет ярче и будет гаснуть медленнее. Если поддержать его пару часов в ведре крови, свет будет напоминать маленькое солнце. Наверное. Я не пробовал.

– Как-то это мерзко, – Дельф чисто по-человечески передернул плечами. – А какие еще магические шары у тебя есть?

– Артефакты, – поправил белокровного Вир. – Кроме Слезы огня и Черного ветра, который я применил против чешуемедведя, только этот. Кстати, если вдруг не заметил, все шары одинакового размера. Я еще не встречал ни одного, который бы отличался хоть на волос.

Дельф потер зубчатые края уха. – А почему ты выбрал именно такие артефакты?

Вир пожал плечами. – Не все из них одинаковы полезны. Некоторые откровенно вредны. А большинство просто выгоднее продать, чем использовать.

Когда Дельф услышал последнюю реплику скарабея, тот тут же повернул голову. – Значит, ты здесь исключительно из-за денег?

Вир вздохнул. – Нет… Вернее не только… Когда-нибудь я тебе расскажу, обещаю.

– Когда? – Дельф проявлял неожиданную настойчивость в этом вопросе.

Вир оглянулся на сейе. – Когда начну тебе больше доверять.

Дельф опустил уголки губ. – Ты снял ошейник, дал свою одежду, не приковываешь меня по ночам. Разве это не доверие?

Вир улыбнулся. – Нет конечно. Я понимаю, что ты не убьешь меня ночью, а если убежишь: я не буду особо грустить. Для меня ты не раб, а интересный и загадочный спутник. Но доверить личные вопросы другому… эээ… существу, здесь нужно особое доверие. Я бы назвал это дружбой.

– Дружба? – Дельф даже остановился от удивления и опустил уголки губ. – Человек и сейе не могут быть друзьями.

Вир хотел пожать плечами, но резкая боль под повязкой заставила его сжать зубы и замереть на месте. – Не думаю, что это прямо невозможное явление. Может быть, мы еще увидим его в этом мире. Или сами ими станем. Я же говорил: когда-то начну тебе доверять. Рано или поздно это случится.

Дельф покачал головой. – У меня не было друзей. Может были когда-то давно… но я плохо помню…

Коридор закончился, и они начали спускаться ниже, по ступенькам из того же драгоценного дерева. Мягкий свет артефакта выхватывал из темноты крепежи для ламп, которые сейчас пустовали.

Вир почувствовал неловкость и решил сменить тему: – А почему храм под землей?

Дельф поджал губы. – Есть одна песня о Быстроногой матери леса. Я…не смогу спеть её на вашем языке… Поэтому просто расскажу:

«Еще когда звезды были молодыми, а сейе и люди не появились, Быстроногая мать леса стремительно мчалась среди Лесного моря, которое тогда покрывало весь континент. Она охраняла деревья, сбивая из своего золотого лука молнии, грозившие поджечь ее любимые творения, она прогоняла хищников, которые в кровожадной ярости решили убить больше животных, чем им нужно для пропитания и забирала к себе детенышей, которые потеряли своих родителей.

Мать леса была мудрой и благородной и под ее защитой лес процветал. Но это вызвало зависть Аеп-хиит нека одра – Покровителя ночных гроз, непутевого сына Бога неба. И обрушил он в одну из ночей на Лесное море град молний, подобных которому не было со дня сотворения мира. Аеп-шаш нокр хеонэ побежала изо всех сил, хватая и перенося детей своего леса за пределы пожара, но огонь распространялся со всех сторон и даже она, прозванная быстроногой, не поспевала спасти всех. И тогда она натянула свой лук, и стрела пробила землю, открывая длинный проход в подземные глубины. Все животные побежали туда, а мать леса закрыла своим телом проход, не позволив огню и дыму проникнуть внутрь. После того пожара все животные выжили, а обгоревшая мать леса повела их за собой к новому дому.

Но от тех ран она не отправилась, с каждым днем богиня слабела и словно таяла, пока полностью не исчезла, растворившись среди деревьев. Но её дух не исчез, он живет в каждом древе, в каждой травинке и в каждом лесном звере, которых породил этот лес. И придет время, когда Лесному морю снова будет грозить опасность и Быстроногая мать леса вернется, чтобы взять свой лук и защитить своих детей. И в память о подземелье, где спаслись лесные дети, мы строим храмы в честь Быстроногой матери леса под землей».

Последние слова Дельф говорил, когда они уже спустились и стояли внутри большого зала, в центре которого было что-то наподобие алтаря из белого камня, на нём лежал то ли позолоченный, то ли золотой лук.

– Удивительно, что мы не встретили ни единого искажения на всем пути, – пробормотал Вир. – История очень интересная, Дельф. И многое объясняет. А лук, вон тот, прямиком из этой истории?

Дельф покачал головой. – Это первый храм, посвященный Быстроногой матери леса, в который я попал. Может просто олицетворение мощи нашей богини…

Договорить Дельф не успел.

Из тьмы позади них вылетел арбалетный болт и глухим щелчком воткнулся в стену над головой Вира.

Горячая волна испуга пробежала по венам скарабея, и Вир крутанулся на месте, хватая с пояса меч.

Плечо отозвалось дикой болью, и скарабей тихо застонал сквозь зубы, встряхивая головой, стараясь побороть пелену перед глазами. Лунная ночь упала на пол, ее свет почти померк.

К Виру приближалось пять человек, двоих из которых он безошибочно узнал: это были те мужчины, что продали ему Дельфа. Все пятеро были в кольчугах, при топорах, в руках у одного арбалет, который он сейчас перезаряжал.

– Что вам нужно?! – прорычал Вир, стараясь не показывать, что ему больно.

– То же что и тебе, жучок, – рассмеялся лохматый мужчина. – Артефакт новый, желательно дорогой. Но и лук ихней богини заберем.

– Теперь понятно, почему другие скарабеи не вернулись из этих руин, – Вир завел раненную руку за спину и показал Дельфу на заплечный мешок, где лежал Черный ветер, а затем рывком сорвал его с себя и отбросил в сторону сейе.

Бородатый хмыкнул. – Мы их не убивали, ты просто первый кто дошел. Видимо остальные жуки были еще глупее тебя.

Где-то на краю разума скарабея закралась новая тревога: «А что убило других?». Но Вир отмел эту мысль, доверять словам разбойников было нельзя. Скарабей вытянул острие клинка в сторону врагов. – Я дорого продам свою жизнь.

– Не глупи, – сказал лохматый, без тени страха. – Ты один и ранен, а нас пятеро. Лучше отдай все что у тебя есть, помоги найти новый артефакт, и мы возьмем тебя в команду.

– В команду? – Вир едва сдержал смех.

Разбойник осклабился. – Будешь помогать нам искать новые артефакты. Расскажешь, как проходить другие искажения. А как разбогатеем, отпустим тебя.

– Какие вы щедрые… – Вир краем глаза поискал Дельфа, про которого словно забыли сельские разбойники. Сейе не было видно, но заплечный мешок скарабея лежал развязанный.

– Если не хочешь, то сдохнешь прямо здесь, у капища бледножопых! – крикнул разбойник с арбалетом.

– Окружайте его, парни! – лохматый у них явно был за главного.

Разбойники подняли топоры и начали обходить Вира сбоку.

Скарабей быстро пятился, пытаясь краем глаз выискать Дельфа. Его нигде не было. «Не мог же он сбежать?» – мелькнула мысль у скарабея и в этот момент на его голову опустилось что-то тяжелое.

Это была яркая вспышка боли, резко пронзившая всю голову, в глазах потемнело и Вир почувствовал, как подкосились ноги. Через секунду он сполз на пол, а меч из ослабевшей руки тут же кто-то выхватил.

– Молодец, поганка, сработано, как и договаривались! – захохотал бородатый.

Вир с трудом сфокусировал взгляд слева от себя. Сейе стоял там, в руках у него блестел клинок.

Скарабей с трудом разлепил губы: – За что?

Лохматый ухмыльнулся. – Ты же не думал, жук, что купил верность моего раба вместе с его телом? Он служил мне целых десять лет и предан только мне. Вообще, жучок, из белокровных получаются лучшие рабы, поверь мне, ни один человек не будет так стараться ради господина, а у этих какие-то свои примитивные понятия о чести. – Бандит перевел взгляд на сейе. – Отдай мне его меч, поганка!

Дельф пошел в сторону мужчин, положив клинок себе на левую руку, в которой он что-то сжимал. Через несколько шагов его силуэт стал размытым и сейе стремительно бросился за спину арбалетчика. Разбойники не успели среагировать. Клинок вышел из груди арбалетчика, натянув острием кольца кольчуги.

– Рарс его побери! – заорали разбойники.

Вир вынужден был отдать им должное, мужчины не растерялись. Они бросились спина к спине выставив топоры вперед.

Тем временем силуэт Дельфа скользнул к заплечному мешку Вира. С его левой руки капала белая жидкость, похожая на густое молоко.

– Проклятый предатель! – глаза бородатого покраснели от ярости. – Как ты посмел поднять руку на нас! Я засуну рукоять этого топора в твою глотку!

Дельф присел около мешка. А через мгновение все погрузилось во тьму.

Поначалу Вир решил, что сознание покинуло его, но глаза привыкли к темноте и скарабей понял, что испарились последние остатки крови с Лунной ночи.

Теперь единственным источником света был факел в руке одного из разбойников. Но его света едва хватало чтобы осветить небольшое пространство вокруг бандитов. Тени от факелы заканчивали свою пляску у края ног Вира, а Дельф и вовсе полностью скрылся во тьме.

– Выходи бледный трус! – завопил бородатый.

Вир тем временем осторожно пододвинул левую ногу ближе к себе. Ладонь скользнула за голенище сапога и пальцы сжались вокруг холодного металла метательного кинжала.

В этот момент тьму разогнал объятый огнем шар и Дельф тут же метнул его в сторону разбойников. Тот врезался в одного из них и упал на пол, но его спину уже охватило пламя.

Разбойники как один отпрыгнули в сторону от огня и растерянно закружились.

Мгновение спустя один из них уже осел на пол, его шею пробил мечом Дельф. Горящий разбойник упал спиной на пол, пытаясь потушить огонь и на его лицо опустился меч сейе, который продолжал сжимать в руке Черный ветер.

Но Дельф замешкался, пока поднимал меч и в ту же секунду в него всем телом врезался бородатый и опрокинул на пол. Лохматый тут же наступил на руку с мечом. Силуэт сейе размазался и несколько раз безуспешно дёрнулся в сторону. Черный ветер давал скорость, но не силу.

Бородатый замахнулся топором, а потом дернулся всем телом и упал, заставив лохматого отпрыгнуть в сторону. Дельф этим тут же воспользовался и пронзил живот лохматого, пригвоздив его тело к деревянной стене. Оглянувшись, сейе увидел, что из затылка бородатого торчал метательный нож Вира.

Вир дополз до стены и уперся спиной. – Скажи, пожалуйста, что это просто твой план… – скарабей был без оружия и понимал, что ему не справится с Дельфом, у которого меч и Черный ветер в руках.

Лохматый тяжело дышал и пытался вытянуть меч из себя. Дельф вытащил метательный кинжал из бородатого и одним броском закончил страдания разбойника.

– Я правда предатель, скарабей. – Дельф устало опустился на корточки и с отвращением отбросил меч в сторону. – Только предал я не их, а тебя. Помнишь те знаки на деревьях? Именно благодаря им они нашли безопасный путь сюда.

Вир устало прикрыл глаза. – Зачем? Ведь тебе было плохо у них.

– Они давно хотели поживиться сокровищами Аеп-шаш нокр хеонэ. А здесь находится ее священный лук. – Сейе подошел к алтарю. – Я бы давно мог убить их всех во сне. Но честь сейе запрещала мне это сделать. Здесь, в этих священных стенах, правда на моей стороне. Ради защиты храма сейе могут убивать даже разумных созданий.

Белокровный забрал лук. – Теперь я буду охранять это сокровище.

Вир кашлянул. – А почему ты сразу все не рассказал? Было бы проще, если бы я знал твой план.

Дельф безэмоционально посмотрел на Вира. – Ты тоже был частью моего плана.

Скарабей ощутил холод в ногах от слов сейе. – Ты убьешь меня?

Дельф покачал головой. – Нет… Я думал, что тебя, как и другими движет алчность… Но ты сказал есть другая причина. Я не знаю какая, но по твоему взгляду видно, что значительная. Поэтому я не буду вредить тебе.

Вир с трудом встал, опираясь на стену. – А если бы разбойники не решили бы продать тебя мне? Как бы тогда ты смог осуществить свой план?

Дельф впервые за долгое время улыбнулся, открыв заостренные края зубов. – Этого не могло быть, потому что именно я предложил им дождаться очередного скарабея и пройти вместе с ним и отметить путь. Проблема была в том, что ты мог не захотеть меня купить. К счастью, тот трактирщик смог тебя уговорить.

Вир по стене дошел до мертвого лохматого разбойника и здоровой рукой вырвал меч из стены, позволив телу осесть на пол.

– А ты не боялся, что я сгину среди аномалий как другие скарабеи, а заодно и тебя утяну за собой?

Дельф махнул рукой. – Все лучше, чем прозябать в рабстве. Сейе не бояться за свою жизнь. Только за жизнь других. Да и погибли те скарабеи, я думаю, не от искажений.

Вир кивнул, он тоже не мог в такое поверить. Не таким уж и сложным для прохождения было это аномальное поле. – Тогда от чего?

Дельф загадочно посмотрел на скарабея. – От кого. От Терены.

Вир нахмурился. – Это еще кто?

Словно в ответ на вопрос, пол и потолок задрожали, а затем из тьмы за алтарем появилось огромная ящероподобная голова, нос и макушка которой были увенчаны костяными гребнями разной длины и покрыты синей чешуёй. Вдоль длинной пасти монстра то и дело вспыхивали струйки пламени насыщенно-синего цвета.

Вир в ужасе вжался в стену. – Дракон, – безошибочно определил он.

Дельф стоял невозмутимо. Терена вознесла голову над алтарем, а затем неожиданно уронила ее рядом. Дракон тяжело дышал.

Только сейчас, когда первая хватка ужаса спала, Вир разглядел, что дракон был в ужасном состоянии. Он был худым, даже изможденным, его опавшие бока то и дело тяжело вздымались.

– Откуда здесь дракон? И как ты узнал про нее? – у Вира заплетался язык от шока.

– Прочел в летописях сейе. Это не очередной храм Быстроногой матери леса. Это первый храм. Возведенный на месте той пещеры, где когда-то прятались звери Лесного моря. Тогда оно покрывало весь континент и здесь все произошло. До сих пор это место хранит великую магию Аеп-шаш нокр хеонэ. И именно этой магией решила воспользоваться волшебница Терена, когда маги людей творили Катаклизм.

Дракон неожиданно подняла голову и выдохнула волну воздуха, которая едва не сбила Вира с ног.

– Проклятые белокровные… Откуда мне было знать, что они так будут бороться за храм давно забытой богини… – голос у дракона был женский, высокий и чистый, без всякой хрипоты и шепелявости, которую так любят придавать им барды и сказители.

У скарабея расширились глаза. – Ты говоришь… Говорящие драконы такая редкость…

– Мои собратья одичали. Говорят только Изначальные. – дракон с грустью посмотрела на Вира.

Дельф тем временем решил закончить рассказ:

– Воины сейе задержали ее здесь. Она не успела покинуть подземелье, когда произошла Катастрофа. Открытый источник магии обратил ее в дракона синего пламени, навсегда заперев в узких подземельях, а мои собратья в ужасе бежали, оставив храм в запустении.

Вир кивнул. – Понятно почему именно здесь сформировалась аномальная зона.

– Я никогда не раскрывала крыльев и никогда не поднималась в воздух, – огромный глаз Терены увлажнился. – Зачем быть драконом если ты не можешь летать?

– Это, конечно, грустно. Но у меня другой вопрос. Ты убила скарабеев? – спросил Вир, набираясь храбрости.

Влага пропала из змеиных глаз. – Они хотели забрать мои яйца. Как и многие люди еще до появления Ордена скарабеев. Сначала я не понимала, зачем им это, ведь в них не может быть зародыша, но потом я заставила одного из них рассказать. Так и узнала, что, если напитать яйцо дракона магией и поместить в аномалию, может образоваться новый артефакт. Я экспериментировала и уничтожала свои же яйца в аномалиях, до которых могла добраться. Но ни один из них так и не помог мне выбраться из этого места.

Это многое проясняло для Вира, но еще одна вещь оставалась ему непонятной. – А… Как же голод?

– Я использовала магию этого источника, чтобы поддерживать жизнь. Но из-за отсутствия пищи я все равно очень слаба. Хорошо, что хоть иногда ко мне заходят такие как вы. И белокровных я давно не ела, – морда дракона повернулась в сторону Дельфа.

Вир тяжело выдохнул. – А трупов этих пятерых тебе не хватит? Мы не собираемся похищать твои яйца.

Мысли скарабея тем временем метались: «Если со всех сил броситься к лестнице? Нет, драконы слишком быстро выдыхают пламя. Можно попробовать победить ее, но не с моей раной… А Дельф вообще застыл как истукан… У него то с Черным ветром есть шансы…».

– Их хватит чтобы утолить голод. А вы останетесь на запас. Я сохраню ваши тела с помощью магии. – Дракон подняла голову и сквозь ее зубы начали с усилием вырываться все новые и новые струйки синего пламени.

– Стой! – Вир поднял руки. – А что, если я предложу тебе сделку?

– Какую? – Дракон перестала нагнетать пламя и тут же опустила голову на пол рядом с алтарем. По ее глазам было видно, как тяжело ей даются простейшие движения.

«Думай, Вир. Думай!» – скарабея бросило в пот. Вир мог предложить только одно, что могло перевесить ценность еды для дракона. – Мы поможем выбраться тебе из подземелья.

Дракон издала звук, похожий на булькающий смех. – Как? Всей мощи моей магии, усиленной источником, не хватило, чтобы обрушить эти своды. Я взрывала артефакты, но чары белокровной богини оказались сильнее.

Впервые за долгое время подал голос Дельф. – Они выдержали пламя бога грома… Вир, как бы я ни хотел сохранить жизнь – и свою, и твою, – то, что ты предлагаешь, нереально.

– Реально, – Вир уже все придумал. – Ты же знаешь про телепортацию, Терена?

Дракон фыркнула. – Не просто знаю, а именно я когда-то разрабатывала процесс телепортации между континентами. Но я не могу делать пассы этими когтями, мне доступна только чистая стихийная магия и ни один из современных недочародеев не сможет телепортировать такой большой объект.

– Есть такой артефакт – Око портала. Ему под силу телепортировать любой объект. Он очень редкий, но существует. Если ты отпустишь нас, то я дам тебе клятву Каранаста, что вернусь либо с ним, либо тебе на съедение.

Терена молча смотрела на него несколько секунд. – Удивлена, что ты знаешь про клятву Каранаста, скарабей.

– В Ордене хорошо учат.

– Терена шумно выдохнула ноздрями. – Тогда ты, наверное, знаешь, что, если нарушишь эту клятву, твое тело сгорит заживо?

Вир кивнул. – У меня не так много выбора.

– Лучше быть сожранным заживо, чем погибнуть в пламени Каранаста. Не существует большей боли ни в одном из миров.

Вир кивнул. – Поэтому эти клятвы нерушимы.

Терена приподняла голову и снова с грохотом опустила, подняв клубы пыли. – Хорошо, скарабей, но у меня есть два условия. Белокровный тоже примет эту клятву. И вы поклянетесь найти этот артефакт в течение года и никому не будете говорить ничего, что связано с этим подземельем.

Вир, не раздумывая, кивнул, а затем обернулся к Дельфу: – Выбора нет…

Белокровный пожал плечами, но спорить не стал.

Терена довольно прищурила глаза. Вставайте вместе передо мной.

Дельф и Вир подошли ближе к гигантской морде дракона. Терена приоткрыла пасть и узкий длинный поток пламени заструился по воздуху окружая их.

– Дельф, повторяй за мной, – шепнул Вир. – Слово мое – заклинание…

Вир замолчал, чтобы удостовериться, что Дельф повторяет.

– Слово мое – карающий меч… Клянусь силой стихий, что вокруг меня и во мне… Клянусь, что найду Око портала в течение года и вернусь в этот храм, чтобы освободить Терену… Клянусь, что никто не узнает от меня ничего, что так или иначе связано с этим храмом… Да сбудется!

Едва Вир и Дельф произнесли клятву, потоки пламени вокруг них закрутились с новой силой, а затем сжались, неминуемо грозя сжечь человека и сейе. Вир даже зажмурил глаза от неожиданности… Но, когда он их открыл, от синего пламени не осталось и следа.

Дракон встала во весь рост, чувствовалось, что поток магии, который прошел через Терену придал ей сил. – Клятва свершилась, скарабей. Последствия тебе известны.

– Да, – кивнул Вир. – Тогда мы пойдем?

– Подождите. – Терена медленно повернулась и, махнув им огромным хвостом, скрылась во мгле. С исчезновением синих струек пламени изо рта дракона, пропали и последние остатки света, не считая догорающего факела на полу.

– Дельф, будь добр, поищи Лунную ночь, – устало попросил скарабей.

Сейчас, когда волна страха схлынула, сильно навалилась усталость, и Виру до головной боли хотелось спать, а еще очень ныло плечо и вся левая рука вместе с ним.

– Может пойдем, – прошептал Дельф.

– Подожди немного… Не стоит гневить такого древнего дракона…

Терена вернулась где-то через минуту, своими чешуйчатыми губами она на удивление нежно держала шар молочного цвета, внутри которого клубился туман. Дракон положила шар к ногам Вира и его спутника.

– Один из последних созданных мною артефактов. У меня не получилось активировать его ни своей кровью, ни силой магией. Я не знаю, что за свойства, но уверена, что такой артефакт можно продать…

Вир с удивлением поднял шар. Теплый, и довольно тяжелый. Держал скарабей его осторожно, осматривая со всех сторон.

– Никогда не находил новый артефакт, который еще никто не знает… Это удивительно. Благодарю тебя, Терена.

– Жду вас в течение года, – Терена широко зевнула. – А сейчас быстро уходите из храма, я безумно голодна.