Читать книгу Клуб трех демонов. Проклятье Морганы - - Страница 4

Найти артефакт? Казалось бы, чего проще! Есть кольцо, которое способно найти иголку в стоге сена – и это уже проверено неоднократно. Достаточно взять карту, маятник и настроиться.

Так или примерно так думал Странник, разложив перед собой все необходимое. Но ни через пять минут, ни через час он так и не добился от маятника никакого вразумительного ответа. Маятник стоял как вкопанный. А это означало или то, что артефакта в природе не существует, или все-таки для Перстня есть определенные скрытые области, в которые он не может заглянуть.

Первую версию маг отмел как несостоятельную – сомнительно, чтобы Армадель искал то, чего нет и быть не может. Тем более что такой персонаж, как Моргана, если верить авторитетной энциклопедии и менее авторитетным справочникам, действительно существовала.

Могущественная колдунья, представительница древнего рода, сестра Короля Артура и многое-многое другое. Так что предполагать, что ее нет, или точнее – не было, равно как и ее останков, не стоило. Вывод напрашивался сам собой – кто-то хорошо скрывает тот факт, что он обладает этими останками.

Впрочем, это вполне укладывалось и в запрос Князя Ада – тот, скорее всего, нашел бы искомый артефакт сам, если бы все было видимо и прозрачно. Но то, что артефакт-череп существует, совершенно не говорит о том, что его можно найти. Или все-таки возможно?

Маг встал из-за стола, сняв перстень с руки. Что от него толку, если нет возможности сформулировать задачу?

Проходя мимо камина, он подкинул в него дров и подошел к окну. Снег пушистыми хлопьями ложился на мостовую, укутывал в пушистые одежды деревья, маскировал машины и другие предметы, стоящие на улице…

Стоп! Маскировал…

Маг всмотрелся в контуры машин, которые прекрасно угадывались за толстым слоем снега и за счет размеров, и за счет очертаний, и даже потому, что, несмотря на все усилия, снег не мог скрыть колес, которые буквально выдавали запорошенные снегом предметы. Маскировка…

Тот, кто прячет или маскирует, вынужден помнить исходные данные предмета. Никто не будет класть предмет в маленькую коробочку, если ему нужна большая – предмет просто не уместится. И крайне редко кто кладет маленький предмет в большую коробку – в этом нет прямого смысла, если только его не добавили потом, при помощи рассуждений и определенного плана. Но это скорее исключение, нежели правило.

Итак. Кто-то решил спрятать определенный артефакт.

Он сокроет форму, вид, качество. Но, сокрыв все это, он повторит изначальные контуры предмета, который прячет.

Повторит не полностью, скрывая часть значимых для него признаков. Но часть признаков оставит на виду, просто посчитав их незначительными. Значит, нужно искать контуры, которые содержат определенные признаки. Часть будет скрыта, но часть останется. И да, будет не один, и даже не десяток предметов, обладающих такими признаками. Но потом, по перекликающимся данным, сортировку можно продолжить.

Маг с нетерпением вернулся к столу и надел кольцо, пропустив через него маятник. Представив образ черепа – а это было не трудно, – он представил себе то, как бы он спрятал предмет: как сокрыл или во что положил его, чтобы скрыть от посторонних глаз.

Когда образ, не вполне четкий, но достаточно явственный, возник в его голове, он прислонил палец к перстню и дал команду. Расположив маятник над картой, он начал ждать отклика, и его предположения полностью оправдались.

Да, маятник вел себя не так, как обычно. Его поведение можно сравнить с походкой слепого, который бредет вперед, используя свою трость. Эта походка была неуверенной, осторожной. Но это была походка – колебания маятника, а значит, успех!

Маятник, вначале неуверенно, но затем все четче и четче начал реагировать на определенную энергию. Конечно, говорить о том, что он нашел «нужное», пока не приходилось.

Но он явно что-то нашел.

Итак. Вначале определимся с городом – не так уж и далеко от того места, где жил маг. Теперь, имея город, можно уточнить и место в нем. Как и планировалось… Вернее, как ожидалось, – это было кладбище. Ну а где еще хранить или прятать артефакты? Получалось, что это вполне могло быть кладбище, которое использовали для хранения невостребованных артефактов – во всяком случае, так в свое время ему описывал Фоель.

Впрочем, какая разница? Он не претендовал на сам артефакт – его задачей было найти место и убедиться в том, что это действительно оно. Первая часть была завершена.

Осталось завершить вторую – проверить наличие искомого предмета.

Маг встал и начал собираться – три дня, срок немалый.

Но уже прошли почти сутки. Дорога туда и обратно, проверка на месте – времени было впритык.

Он не любил ездить за рулем. Вернее, он не часто это делал, поскольку это было просто не нужно. Но сейчас, когда место и обстоятельства диктовали свои правила, он сам сел за руль и направился через ночь туда, куда ему указал маятник.

Фары выхватывали дорогу, скрывая все, что происходило по сторонам. Чем-то напоминает зайца, который попал в световое пятно впереди машины и не может из него вырваться. Так и маг, несмотря на то, что световое пятно вроде как подчинялось ему, двигался вдоль него, не имея возможности свернуть куда бы то ни было.

Навигатор, в отличие от неуверенного или сомневающегося маятника, уверенно и непоколебимо довел его до входа на старое кладбище, расположенное на заброшенной окраине небольшого городка. Все так, как было сказано в инструкции. Впрочем, иного варианта просто не было – памятуя рассказ Фоеля, именно такие места служили в качестве схронов для артефактов.

Пришло время доставать маятник и настраиваться на поиск.

Маг вышел из машины и понял, что одет слишком тепло. Несмотря на то, что он отъехал всего несколько сотен километров на юг, это значительно изменило погоду. Теперь вокруг была ранняя весна, и его меховая шуба и выглядела немного странно, и ощущалась избыточно теплой.

Оставив шубу в машине, он направился внутрь кладбища, зайдя через небольшую калитку, располагавшуюся тут же при въезде. Калитка была настежь и явно демонстрировала доступность этого места – здесь уже ничего никому не нужно. Ничего, кроме одной очень важной детали, за которой он и приехал.

То, что открылось ему за каменной оградой, вызвало некоторую оторопь. В глуши, вдали от основных строений города, располагавшегося неподалеку, он готов был увидеть обычное кладбище. Возможно, со своими тонкостями и изысками, которыми обладают все кладбища – вы просто не увидите двух одинаковых мест скорби. Но в целом места обычные и, можно сказать, прогнозируемые. Но тут его взору открылось то, что принято называть Некрополем. Это слово само всплыло в памяти без каких-либо усилий.

Да, скажете вы, некрополь и кладбище – суть одно и то же, и с этим можно согласиться. Но если кладбище создано для того, чтобы хранить и помнить, то некрополь, этот и любой другой, созданы для того чтобы помнить, а затем уже хранить.

И куда прикажете мне идти? – мысленно спросил он то ли у кладбища, как бы взывая к Хранителю, то ли у маятника, который должен был вести его вперед.

И если первый не откликнулся на его зов – видимо, на кладбище просто не было Хранителя, то маятник уверенно повел его через ряды памятников, фундаментальных надгробий, монументов, обелисков и еще множества архитектурных решений, которые были представлены в этом месте.

Через несколько сот шагов ему открылся вид, который еще больше его поразил – в центре кладбища стоял античный храм. Да, он покосился и значительно просел под землю. Но тем не менее это была копия какого-то древнего греческого храма, увенчанная колоннами, портиками и прочими украшениями. Даже на входе в это строение стояла статуя, которая буквально завораживала.

Статуя – мужчина, держащий овальный щит. Часть его тела, туловище и голова, были идеально прорисованы и прописаны. Магу даже показалось, что в них еще сохранилась жизнь, какой бы она ни была. Но другая часть, или другая половина, представляла собой кусок плохо обработанного камня. Думается, по замыслу автора, в композиции есть некая двойственность. То ли это процесс трансформации – от изящного к грубому, то ли наоборот.

Но с учетом того, что это все-таки было кладбище, к выводам был ближе второй вариант – изящество жизни постепенно тускнеет, превращаясь в грубую форму, которая тоже перестанет содержать хоть какие-то следы живого участия в своем творении.

Маг обогнул фигуру, чтобы попасть внутрь этого сооружения. Дверь, не столь изящная, как памятник при входе, представляла собой две деревянные покосившиеся створки. А судя по крепежам и ржавым болтам, которые её удерживали, её здесь вообще не должно было быть. Видимо, кто-то решил добавить не столь изящную, но вполне действенную преграду, скрывающую внутренности Храма от посторонних глаз.

Створки со скрипом подались, открыв проход и вид на лестницу, ведущую глубоко вниз. Именно там, судя по реакции маятника, находилось то, что нужно магу.

Аккуратно ступая, маг постепенно привыкал к полумраку, царившему на лестнице. Он не догадался взять фонарик и попробовал сориентироваться так – может, повезет, и будет не так темно?

И действительно, ему повезло. Белый камень, возможно мрамор, создавал некоторое подобие подсветки, позволяя видеть не сами предметы целиком, но их очертания и контуры. Этот образ прекрасно сочетался с его запросом – он искал нечто, что обладает контурами и очертаниями, но при этом не позволяет рассмотреть себя во всех деталях.

Спустившись вниз, он оказался в большой камере или зале, заставленной множеством каменных гробов. Это была усыпальница, и скорее всего, она принадлежала какому-то роду. Но где искать спрятанное?

Кроме каменных гробов в помещении не было ничего, что могло бы привлечь внимание. И логика говорила, что искомое может находиться в одном из гробов. А вот интуиция почему-то спорила, предлагая «поискать ещё».

Маг, осторожно ступая, пошел через ряды гробов к дальней стене.

– Если предмет спрятали Силы или кто-то по их указанию, то они не могли поместить его в гроб, – рассуждал маг. – Как говорил Фоэль, они просто складывали предметы туда, куда могли сложить. А значит, стоит осмотреть всё получше – вдруг предмет где-то рядом.

Но предмета не оказалось – ровные, аккуратные гробы сохраняли безмолвие или хранили тайну. Маг всмотрелся в крышки, украшавшие каменные саркофаги.

Некоторые были пусты и девственно чисты. На некоторых были изображены какие-то барельефы, не вполне различимые в темноте и полумраке. На двух виднелись какие-то фигуры – возможно, ангелы, которых так любили размещать на могилах, – Ангелы скорби. А возможно, и изображения тех, кто покоится внутри.

Одна из скульптур привлекла внимание. По контуру она напоминала образ Фортуны – изящный женский образ, шествующий сквозь вселенную, опираясь на земной шар. И вот в нем, в этом шаре, и было нечто странное.

Маг протянул руку и почувствовал упругость кожи, как будто он прикоснулся к плохо накачанному футбольному мячу. Потянув «мяч» на себя, он легко достал его из-под ног скульптуры.

– Оно! – чуть не воскликнул маг, ощупывая кожаный шар. Под ним четко прослеживался череп – жесткий, гладкий, пугающий. – Стоп, доставать его я не буду. Моя задача – найти и убедиться. А пока – вернем все обратно.

Он положил найденное на место, постаравшись убедиться в том, что все выглядит так, как было изначально, и направился к выходу.

Выбравшись наружу из темноты склепа, он не сразу понял, что его уже ждут. Это была высокая стройная женщина средних лет, одетая во все черное. Она стояла неподалеку от входа и внимательно смотрела на него, как бы ожидая реакции на свое присутствие.

Маг слегка поклонился и поздоровался. В ответ получил молчаливый кивок и последующее молчание.

– Вот что с этими ведьмами не так? – подумал он про себя, – молчат и смотрят. Ну что ж, я тоже так умею.

Он отряхнулся от пыли и паутины, налипшей на его одежду, и всем своим видом показал, что если к нему вопросов нет, то он сейчас пойдет по своим делам.

– Она там? – глухо спросила женщина, на что маг утвердительно кивнул – сделал он это быстрее, чем осознал вопрос и подготовился к ответу.

– И ты не заберешь ее? – на этот раз маг отрицательно покачал головой.

– Мне бы очень не хотелось этого, – в голосе звучали нотки грусти и печали, – я понимаю, что не вправе владеть ею.

Но как-то уже привыкла.

Последние слова, произнесенные женщиной, слегка изменили отношение мага к ней. То, что он воспринял за некое проявление высокомерия и даже снобизма, по факту было попыткой скрыть растерянность и непонимание того, как следует поступить в данном случае.

Он внимательно всмотрелся в ее глаза и произнес:

– Вы не ведьма, хотя способности у вас есть.

Она кивнула и добавила:

– Бабка, прабабка и даже мать были ведьмами. И меня хотели сделать. Но как-то не сложилось, – она многозначительно повела руками. И маг понял, что за «не сложилось» стоит какая-то трагедия, причем родового масштаба.

– Мне нужно уходить. И да, я ничего не взял. Но могу сказать одно – скоро, очень скоро за ней придут. И здесь я уже ничего не смогу сделать.

– Я тоже, – грустно ответила она, – это единственное место, где мне удавалось ее сохранить.

– А зачем вы вообще ее хранили, раз вы не имеете к Искусству никакого отношения?

Женщина пожала плечами и уточнила все тем же печальным тоном:

– Мои предки долгое время хранили ее. И бабка перед смертью завещала мне это. А, как говорят: последняя воля свята.

«Бабка», – отметил про себя маг, – не бабушка, а именно бабка. И именно она, а не мать, оставила последнюю волю – запомним.

Все это он проделал автоматически, записав в свою память. За время работы он понял, что ничего случайного не бывает. И слова, кажущиеся сказанными случайно, оказываются важнее тех, в которые люди постарались внести определенный смысл. Наверное, даже скорее всего, он видел ее в первый и последний раз в жизни. Но привычка, как говорят, вторая натура. Поэтому память услужливо предложила место для хранения всей этой информации.

– Не знаю, чем вам помочь, – с некоторой сокрушенностью сказал Странник, – тот, кто направил меня сюда, весьма могущественная персона. И я не думаю, что он остановится только на знании того, что и где лежит. Думаю, он пойдет дальше. Тем более что вы не хозяйка этого предмета.

– Не Хозяйка, – женщина покачала головой, демонстрируя свои познания в области Искусства, – должна была стать. Вернее, могла бы стать, если бы приняла Дар. Но Судьба распорядилась иначе. Теперь я понимаю, что совершила ошибку. Но тогда мне казалось, что я все делаю правильно. Впрочем, вам это неинтересно.

Маг кивнул головой, как бы подтверждая это. Затем, словно спохватившись и поняв, что поступает нетактично, попытался исправиться. Впрочем, и это получилось скомкано и совершенно неискренне.

– Как говорят, все что ни делается, все к лучшему. Может, и это было не так уж и плохо?

Женщина как-то странно посмотрела на него и повернулась к нему спиной, собираясь уходить. Затем, словно поняла что-то важное, обернулась и спросила:

– А может быть, вы заберете ее себе?

Маг отрицательно покачал головой:

– Не могу. От нее зависит судьба моих друзей. Не могу рисковать их судьбами, пытаясь спасти то, чего даже не понимаю.

– Вот-вот, ровно как у меня. Только мне как раз казалось, что я не рискую ничьими судьбами и точно понимаю, что делаю.

Она погрузилась в свои мысли, словно искала ответ на какой-то вопрос. Маг за время практики сталкивался с такими людьми. Это Жертвы, Повешенные, если говорить языком Таро – они истязают себя, наказывая за какой-то поступок. Им кажется, что страдания – это плата, которую они должны постоянно вносить, иначе случится еще что-то более страшное. Впрочем, времени было в обрез, и все философские рассуждения можно будет сделать чуть позже.

– Вас подвезти? – спросил он женщину. – Я на машине.

Она молча кивнула, соглашаясь с поступившим предложением, и пока они не добрались до ее дома, расположенного в двадцати минутах езды от кладбища, не проронила ни слова.

А маг между тем поймал себя на мысли о том, что у него не складывается математическое уравнение. Если ей нужно двадцать минут, чтобы добраться до кладбища, а он там пробыл минут пятнадцать, ну двадцать, то от момента возможного сигнала до ее появления прошло меньше времени – ведь ей нужно было собраться, вызвать такси, наконец, просто поразмыслить. Не получается! Она просто не должна была успеть приехать.

Словно услышав его мысли, а может, и услышав, она произнесла:

– Я проснулась сегодня утром с четкой мыслью, что мне нужно на кладбище. Очень-очень нужно.

Затем немного помолчала и добавила, указав рукой на маленький серый дом, стоящий неподалеку:

– Я – Марта Вирт, и это мой дом. Возможно, вы еще будете в моих краях, и вам будет что-то нужно. Я почти всегда дома и буду рада гостям.

С этими словами она вышла из машины и, не оборачиваясь и не прощаясь, направилась к дому.

Маг между тем, мгновение подумав, набрал на навигаторе домашний адрес. Но всю дорогу он так или иначе возвращался к тому, что произошло, и остро ощущал, что произошедшее неверно. Он не хотел того, что, скорее всего, произойдёт. Но как это изменить?

И вновь сумерки, и вновь тьма захватывает власть. Но еще оставался запас времени, и когда он подъехал к заброшенной церкви, у него еще был небольшой запас, чтобы перевести дух и подготовиться к встрече.

Не зажигая факелов – рассеянного вечернего света еще хватало, чтобы, не напрягаясь, видеть все вокруг, – он очертил два круга: один поменьше, для себя, а второй побольше – для вызываемой персоны, с учетом ее габаритов и физического могущества.

Вызов был принят моментально, как только маг бросил в большой круг сигилу и произнес Слово. Через мгновение большой круг наполнился силой, которая переросла в присутствие. Адрамелех возник в круге, заполнив его целиком, что вызвало некоторое недовольство.

– Зачем все это? – демон обвел когтистой лапой по границе магического круга. – Мы вроде обо всем договорились.

Маг пожал плечами и прокомментировал:

– Привычка.

А затем, не желая продолжения бессмысленного разговора, перевел его в деловое русло.

– Наши договоренности. Я указываю тебе место, где находится череп Морганы, и подтверждаю, что он именно там – то, что я видел его собственными глазами и трогал собственными руками. Взамен ты решаешь все вопросы, которые привели к неприятностям у Фоэля, Пирина и Мурима. Все так?

В момент, когда маг произносил фразы «видел своими глазами» и «трогал своими руками», ему показалось, что глаза демона алчно блеснули. Впрочем, могло и показаться – он был слишком сосредоточен на том, чтобы произнести все слова верно.

– Да, все так. Сегодня вечером они будут у тебя. Жду твоих шагов.

Маг протянул ему карту города, где крестом было отмечено место, в котором он только что побывал.

– Кладбище, – затем, подумав, уточнил, – некрополь.

В одном из захоронений то, что тебе нужно. А перед входом такая странная фигура…

Он не успел договорить, как демон, явно проявляя нетерпение, закончил за него фразу:

– Ангел Безвременья – попытка остановить скоротечность бытия и предотвратить его тленность. Никому еще не удавалось. Но он старается…

Маг кивнул, как бы соглашаясь с формулировкой, и протянул карту. Демон внимательно всмотрелся в нее и кивнул. Мол, все запомнил.

– Что ж, приятно было с тобой поработать, – довольно сказал демон, – так лучше, чем раньше – по-деловому и без конфликтов.

Маг промолчал, не зная, что ответить. Он не верил Армаделю, но вступать в полемику было глупо. Поэтому проще было дождаться, пока все закончится. Но демон стоял и ждал. И только тут маг сообразил, что не отпустил его – не завершил вызов.

Махнув рукой, словно прощаясь, маг отпустил демона, который напоследок наградил его довольной усмешкой. А сам, не спеша, вышел из круга и разорвал линии.

Пора домой.