Читать книгу Моя вишневая девочка - - Страница 7

День пошел не так с самого утра: мне названивала Аврора и просила встретиться с ней, обсудить документы по работе. Она числилась в компании, где я подрабатывал в свободное от учебы время; ею владела моя мать. Порядком раздражающие звонки вывели меня, и я поднялся с кровати, взял телефон.

– Что? – рявкнул я в трубку.

– А что так грубо, темноглазка? – раздался веселый голос его друга.

– Извини, мне все утро названивают не только сотрудники, но и Аврора, скоро мозги мне все съест, – ответил я и потер лицо.

– Я с ней поговорю, она с ума сошла, как узнала о Саньке, – друг возмущался по этому поводу уже несколько недель.

Я сбросил вызов, не желая говорить об этом. С кухни донеслось бормотание и звон посуды. Встав с кровати, я направился в ванную приводить себя в порядок.

Выйдя из уборной, я услышал очередной звонок и сбросил. Вошел на кухню и увидел такую картину: мой сын и сестра разрушают мою кухню. В прямом смысле: повсюду была рассыпана мука, да и они сами все в ней были. Посуда стояла даже на кофейном столике.

– Сказать, что я в шоке, – ничего не сказать, – произнес я и потянулся.

Вместо ответа Саша взял горсточку муки и, прежде чем его остановили, кинул ее в меня и рассмеялся. Я засмеялся в ответ: на него нельзя было злиться, просто ребенок, который хочет веселиться, пока есть время.

– Ну спасибо, теперь я выгляжу так, будто меня поймали за чем-то незаконным, – я прошел к кофеварке, запустил ее на чашку кофе. – Я в душ, не разрушите мне кухню еще больше, молю.

В тот день я все же согласился встретиться с Авророй. Мы выбрали кафе недалеко от дома; точнее, выбрал я, а она согласилась. Когда мы подходили, я заметил знакомую фигурку: в укромном уголке сидела девушка, которая запомнилась своей дерзостью. Обычно все вешались, как это бывает: каждая хочет себе красивого парня, еще и мотоциклиста с хорошей машиной, плюс обеспеченного, но никто не хочет принимать его с ребенком, в котором он души не чает.

Я никогда его не скрывал и не собирался; мальчик всегда был шумный и редко катался со мной по делам. Почему-то, видя эту девушку, веяло какой-то теплотой: она тихая, но при этом привлекала к себе внимание, сумела подружиться с Аленой, которую мало кто выносил из ее подруг. Красавица умела слушать; по рассказам светленькой – прямо ангелок, но с рожками. Последние пару раз она показала себя как дьяволица.

В первый раз мы с Авророй обсуждали проект, который должен быть сдан в ближайшие сроки, но разговор она быстро увела в другую степь. Я рассказывал ей что-то о фильмах, а ее смех резал уши: нет, он был громкий и приятный, кому-то даже нравился, но привлекал слишком много внимания. Мой взгляд был прикован к девушке за соседним столиком: летнее белое платье съехало, открывая вид на белоснежную кожу; на ногах красовались такие же белоснежные сапожки, а темные волосы были собраны в низкий пучок. Она работала над чем-то, причем очень усердно, но даже так я заметил ее раздраженный взгляд, который она кидала на рыжую бестию напротив меня.

Это не могло не вызвать смех; так и было ровно до того момента, пока безрукая официантка не уронила горячие напитки ей на платье. Я дернулся в ее сторону, но остановил себя. Аврора засмеялась снова, уже над ситуацией; я видел, как проявляются красные ожоги на ее ногах, на лице Евы промелькнула эмоция боли, она сменилась злостью и дальше, как в замедленной съемке.

Ева подходит к нам, выливает напиток Авроры ей на голову, что-то говорит и уходит. Я все это время неотрывно смотрел за ее действиями, ни капли не заботясь о состоянии своей спутницы. Очаровательно: ангел с рогами и хвостиком, не зря говорили. Лицо исказила веселая улыбка; Аврора ругалась нелестными словами и проклинала все, что можно. Я взял пару салфеток и вытер стол.

– Прошу прощения за это все, – сказала официантка, что пролила напитки.

– Работайте, – ответил я и начал уходить.

Позади слышались ругательства посетителей на Аврору, ее крики о том, что работать никто не умеет и пускают психопаток за столы. Мысль о том, чтобы купить лекарства Еве, пришла и ушла за несколько секунд. По сути, я ей никто и не обязан, но почему-то хотелось.

Во второй раз эта девушка превзошла себя. Сорвалась на ровном месте, разбила его машину, что пришлось отдать ее на полный ремонт, и красить ее будут в новый цвет. На этот раз я выбрал вишневый, потом передумал и добавил салатовый. Тогда я даже слов не нашел, чтобы выразиться без мата. Всех остановил и смотрел, что она будет делать дальше; обвинила меня в том, что ее убрали из списков. Злости не было, было какое-то странное восхищение и шок, прямой шок. В этот же день я разузнал все о списках: оказывается, какой-то миллиардер купил место своему сыну, который и на пары ходить не собирался, гулял, веселился. Избавиться от него было проблемой, и я решил пойти другим путем; не хотелось бы заполучить ее ненависть, тем более она мне и так не поверила, я ведь ей сам этим угрожал.

– Зачем тебе это? – спросил меня Антон, который поехал вместе со мной в ректорат вечером.

– Не хочется, чтобы меня проклинали, мало ли что, – ответил я.

– Она тебе просто понравилась, будет еще идеальней, если вытерпит и подружится с Сашкой. Она хорошенькая так-то, твоему характеру такая и нужна, – веселился друг, и я резко затормозил так, что он влетел носом в панель.

– Пристегиваться надо, – смех раздался в салоне, и я закинул в рот кусочек лакрицы.

Мы подъехали к институту, заперев машину, кинул ключи Антону. Тачка-то его, моя в ремонте. Я стучусь в дверь.

– Заходите, – доносится оттуда.

– Добрый вечер, я коротко, – я вошел в просторный кабинет; тут всегда было очень неуютно за счет предметов, которые были накиданы друг на друга, а в воздухе стоял дым табака.

– Конечно, – он указал рукой на кресло, обшитое кожей.

– Помните первокурсницу Еву Авдееву? Произошла ошибка, и прошу добавить дополнительное место, сдвиньте кого-нибудь, – монотонно произнес я. – У вас недобор на курс, вам же лучше.

– Знаете, Макар Константинович, не вам решать. В следующий раз мы просто сделаем еще один набор студентов, и тогда она сможет подать заявку еще раз, – ответил он.

– Она уже подала, и вы можете ее взять на свободное место. Помните зиму этого года? – я показал ректору нехорошую улыбку. – Примите девушку.

– Ладно, – с трудом ответил он.

– Позвоните ей завтра утром, чтобы не волновалась, и доложите всю информацию.

– Доброй вам ночи, – дружелюбно ответил Антон, а я молча вышел.