Читать книгу Ария - - Страница 3

Парк встретил Данию осенней пустотой. Он шёл по аллеям, пытаясь заглушить гул в голове. Гул от репетиции, от возвращения, от этой тяжёлой, невысказанной правды, которая приехала с ним из Москвы в виде одного-единственного чемодана и старой гитары. Правды о том, что отца больше нет, и о том, что они с матерью сбежали тогда не просто так, а спасаясь.

Он не знал подробностей. Не знал имён. Только смутное «убили за долги», которое мать повторяла шёпотом, закрывая окна в московской коммуналке. И вот он вернулся. В город, из которого бежал. В квартиру, где остались призраки.

Из осеннего тумана, словно материализовавшись из его мыслей, появилась она. Бежала трусцой, в простом спортивном костюме, с наушниками в ушах. Увидев его, замедлилась, потом остановилась совсем. Сняла наушники.

– Даня? – её голос прозвучал неуверенно, будто она боялась ошибиться. – Сафонов? Господи, это правда ты?

Он узнал её мгновенно. Арина. Та самая, с которой когда-то делили одну бутылку газировки и мечтали уехать из этого города куда глаза глядят. Она выросла, повзрослела, но глаза остались теми же – умными, немного насмешливыми, а сейчас – наполненными неподдельным изумлением.

– Привет, – сказал он, и голос прозвучал хрипло от неожиданности.

Они стояли и молча смотрели друг на друга, разделённые пятью годами и пропастью разных жизней. Потом неловко зашагали рядом по аллее, усыпанной жёлтыми листьями.

– Ты… как? – наконец спросила она.

– Никак, – он пожал плечами. – Вернулся. Ненадолго.

– А мама твоя?

– В Москве. Осталась.

Он узнал, что она учится на третьем курсе Политеха. Что живёт с родителями в том же доме. Что жизнь её, на первый взгляд, шла ровно, как по рельсам. Но в её глазах читалась усталость, а в паузах между фразами – какая-то осторожность.

Разговор был похож на игру в классики – они перепрыгивали через самые важные темы, боясь провалиться. Пока он не спросил прямо:

– Арина, тогда… когда всё случилось с отцом. Ты что-нибудь слышала? Не важно что. Любые слухи.

Она замедлила шаг, лицо её стало серьёзным.

– Даня… Все тогда только и говорили. Но это были слухи. Одни говорили – несчастный случай. Другие… Другие шептались про какие-то дела, про деньги. Никто ничего точно не знал. Но все боялись. Мама твоя не зря тогда…

– Не зря уехала, – закончил он за неё.

Она кивнула.

– А сейчас тут… всё сложно. Появились новые люди. С большими деньгами и ещё большими амбициями.

Она помолчала, словно решая, стоит ли продолжать.

– Я, например, теперь иногда общаюсь с Мишей. Сын одного из таких новых людей. Сергея Викторовича. – Она произнесла это имя с оттенком чего-то между уважением и брезгливостью.

– И что он за фрукт? – спросил Даня, чувствуя, как в груди что-то холодное и тяжёлое начинает шевелиться.

– Миша? – Арина усмехнулась без радости. – Типичный мажор. Хулиган богатого отца. Крутится вокруг, пытается ухаживать – цветы, проводы до дома. Надоел, если честно. Но с такими… Сейчас от таких не просто так отворачиваются. Его отец – Сергей Викторович – он здесь многие ниточки держит. Все его знают. И все его… остерегаются.

Она посмотрела прямо на него, и в её взгляде была настоящая тревога.

– Поэтому, Даня, будь осторожен. Если они вспомнят про тебя… Если свяжут тебя с твоим отцом…

Она не договорила, но он понял. Опасность, от которой они с матерью бежали, никуда не делась. Она просто сменила вывеску и обзавелась новыми именами. **Сергей Викторович. Миша.**

– Вот, – Арина порылась в кармане спортивных брюк и сунула ему в руку смятый клочок бумаги. – Мой номер. Автомат внизу, помнишь? Если что… просто позвони.

– Спасибо, – пробормотал он.

– Береги себя, Даня, – сказала она тихо, надела наушники и побежала прочь, быстро скрывшись за поворотом аллеи.

Даня остался один. Он стоял, сжимая в кулаке бумажку, на которой уже проступали потные пятна от его пальцев. Осенний ветер гнал по асфальту сухие листья, и в их шелесте ему слышались те самые шёпоты – о долгах, о деньгах, о смерти отца. А теперь к этим шёпотам добавились два чётких, ясных имени.

Он повернулся и пошёл к дому. Уже не гулял, а шёл быстро, почти бежал, как будто хотел убежать от собственных мыслей. Но мысли бежали вместе с ним, нашептывая одно и то же: ты вернулся не просто в город. Ты вернулся в самое пекло. И пекло это теперь имело имена и лица.

Игра началась.