Читать книгу Хроники расколотого эфира. Книга вторая: Эхо Пустоты - - Страница 5

Шепот в переборках

После ярости Эфирного Шторма и битвы с Небесным Кракеном, тишина, опустившаяся на «Аврору», казалась оглушительной. Это была не мирная тишина отдыха, а напряженная тишина больницы, где пациенты ждут диагноза. Корабль выжил, но он был ранен. Внешняя обшивка левого борта почернела от кислотного дождя, один из стабилизаторов жалобно скрипел при каждом маневре, а в коридорах пахло горелой изоляцией и озоном.

Кай не мог спать. Адреналин, который держал его на ногах во время боя, схлынул, оставив после себя странную, звенящую пустоту. Он лежал на койке в своей каюте, глядя на заклепки потолка, и считал их. Сто двенадцать… Сто тринадцать… Его новый разум, лишенный старой памяти, жадно впитывал каждую деталь, словно пытаясь заполнить пробелы. Он помнил, как управлял ветром. Помнил чувство единения со штормом. Это пугало его. Кем он был раньше, если умел договариваться с молниями?

Он встал, накинул куртку и вышел в коридор. Свет был приглушен – режим экономии энергии. Кай спустился на техническую палубу. Ему казалось, что он слышит шаги, но коридор был пуст. – Эй? – позвал он шепотом.

Никто не ответил. Только гул реактора стал чуть громче. Кай дошел до мастерской. Дверь была приоткрыта, оттуда лился теплый желтый свет и доносился тихий звон металла о металл.

Внутри сидела Лена. Она не чинила оборудование. Она сидела на полу, прижав колени к груди, и смотрела на кусок искореженного металла – обломок той самой горгульи, что напала на них. Рядом с ней стояла бутылка технического спирта, початая наполовину.

– Не спится? – спросил Кай, входя.

Лена вздрогнула и быстро вытерла лицо рукавом. – Я провожу анализ сплава, – сказала она, но её голос дрожал. – Механисты используют присадку, которую я не могу идентифицировать. Это делает металл… живым. Он регенерирует.

Кай сел рядом. Пол был холодным, но от реактора за стеной шло тепло. – Ты плакала, – сказал он не как вопрос, а как факт.

– Я инженер, – огрызнулась Лена. – Инженеры не плачут. У нас просто протекает охлаждающая жидкость из глаз.

Она сделала глоток из бутылки и протянула её Каю. – Будешь? Гадость редкая, Грайс гонит её из картофельных очистков.

Кай сделал маленький глоток. Жидкость обожгла горло, заставив глаза слезиться. – Почему ты боишься? – спросил он, возвращая бутылку. – Мы победили.

Лена покрутила обломок горгульи в руках. – Мы не победили, Кай. Мы выжили. Это разные вещи. Я смотрела на этого Кракена… на то, как они вживили в него сталь. И я вспомнила своих родителей. Не то, как они выглядели, а то, что с ними сделали. Стирание памяти – это ведь тоже своего рода механика. Они удалили из них душу, как лишнюю деталь.

Она посмотрела на Кая. – А теперь я смотрю на тебя. Ты – человек без памяти. И ты – наше самое мощное оружие. Чем мы отличаемся от Механистов, если используем тебя как батарейку?

– У меня есть выбор, – ответил Кай. – Кракен не выбирал. А я выбрал выйти на крышу.

– А если ты выберешь уйти? – тихо спросила она. – Если ты вспомнишь, кто ты, и решишь, что мы тебе не нужны?

– Я не вспомню, – сказал Кай. – Грайс сказал, что прошлое – это пепел. Я строю дом из того, что есть сейчас. И в этом доме ты – мой архитектор.

Лена слабо улыбнулась. – Ты умеешь говорить красивые вещи, Садовник. Наверное, в прошлой жизни ты был поэтом. Или мошенником.

– Скорее всего, и тем, и другим, – усмехнулся Кай.

В этот момент свет в мастерской мигнул. Гул реактора изменил тональность – с ровного гудения перешел на прерывистый ритм. *Вух-вух-вух.*

Лена мгновенно подобралась, сбросив с себя меланхолию. – Это ненормально, – сказала она, бросаясь к панели мониторинга. – Нестабильность в камере смешения. Кто-то меняет настройки вручную.

– Варик в рубке? – спросил Кай.

– Нет, Варик спит. Грайс на вахте. Но Грайс не полезет в реактор, он боится его как огня.

– Значит, кто-то еще, – Кай почувствовал холодок. Он вспомнил ощущение чужого присутствия во время шторма.

Они выбежали из мастерской и направились в машинное отделение. Тяжелая герметичная дверь была заблокирована изнутри. – Открой! – крикнул Кай, стуча кулаком.

– Заблокировано механически! – Лена попыталась взломать панель. – Кто-то заклинил вентиль ломом!

Кай приложил руку к металлу двери. – *Aperi!* – приказал он.

Замки щелкнули, металл застонал, но дверь не поддалась. Магия Кая скользнула по поверхности, не найдя зацепочки. – Там… анти-магия, – удивленно сказал он. – Кто-то начертил руны с той стороны.

– Рен, – выдохнула Лена. – Больше некому. Он единственный, кроме нас, кто знает систему.

– Зачем ему это? – не поверил Кай. – Мы спасли его.

– Или он привел нас в ловушку, – Лена достала лазерный резак. – Отойди. Буду резать.

Луч резака врезался в металл, разбрасывая искры. Прошло долгих три минуты, прежде чем Лена пропилила достаточно большое отверстие, чтобы пролезть. Они ворвались внутрь.

В машинном зале было жарко как в аду. Пар валил из клапанов. У главного пульта стоял Рен. Он не ломал реактор. Он… молился.

Беглец из Сектора-9 стоял на коленях перед пульсирующим кристаллом. Его механический глаз бешено вращался, а руки были воздеты к потолку. Он бормотал что-то на языке Механистов – смесь двоичного кода и шипения. На полу вокруг него мелом были начерчены символы. Те самые, что блокировали магию Кая.

– Рен! – крикнула Лена, наводя на него излучатель. – Отойди от пульта!

Рен обернулся. Его лицо было мокрым от пота и слез. – Я слышу её! – закричал он безумно. – Сестра! Она здесь! В эфире!

– Твоя сестра мертва, Рен, – жестко сказал Кай, делая шаг вперед. – Ты сам сказал.

– Нет! – Рен мотнул головой. – Они не убили её. Они загрузили её! Она в Сети! Она говорит со мной через реактор! Она говорит, что мы летим в ловушку!

– Рен, отойди, – повторила Лена. – Давление критическое. Если ты не перекроешь клапан, мы взорвемся.

– Мы и так взорвемся! – Рен схватился за рычаг аварийного сброса. – Кракен был только разведчиком! Там, впереди, на Острове Ветров… там засада! Сестра видит их! Тысячи дроидов! Мы должны повернуть назад!

Он потянул рычаг. Кай среагировал мгновенно. Он не использовал магию. Он просто прыгнул. Он сбил Рена с ног, повалив на пол. Рычаг вернулся в исходное положение. Лена бросилась к пульту, выравнивая давление. – Стабилизация… – выдохнула она. – Фух. Еще бы секунда…

Рен бился под Каем, пытаясь вырваться. – Пусти! Мы умрем! Они разберут нас!

В зал вбежал Варик с пистолетом (он проснулся от сирены). – Какого черта здесь происходит?!

– У нашего штурмана нервный срыв, – сказал Кай, удерживая Рена. – Он говорит, что слышит голоса.

Варик подошел и вколол Рену успокоительное из аптечки на стене. Парень обмяк. – Голоса, значит… – проворчал генерал. – В Бездне это бывает. Эфирная лихорадка.

– А если это правда? – спросил Кай, глядя на кристалл. – Если Механисты действительно используют сознания людей как систему связи? Он знал про засаду на Острове Ветров. Мы ведь именно туда летим.

Варик нахмурился. – Значит, мы будем готовы. Лена, усилить щиты. Кай, следи за ним. Если он снова начнет буянить – запри его в трюме.

– А вы? – спросила Лена.

– А я пойду чистить пулеметы, – ответил Варик. – Кажется, наша прогулка перестает быть томной.