Читать книгу Плохая учительница, хороший снайпер - - Страница 9

Практические занятия с группой почему-то не вызывали пакостной внутренней дрожи, от которой скручиваются в клубок внутренности и напрочь пересыхает горло. Наоборот. Хизер ощущала что-то вроде азарта – как будто она вернулась обратно во времени, и ждала ее не убогая бестолковая возня со студентами, а самая настоящая тренировка – та, в которой макет запросто может под задницу тебя пнуть, если не будешь двигаться достаточно быстро.

Еще раз проверив заряд в жезле, Хизер сунула его в кобуру. Даже этот незначительный, но такой привычный жест доставлял удовольствие. Наконец-то оружие находится там, где ему и положено быть – у бедра. А не болтается поперек кармана, проступая длинной малоприличной выпуклостью.

Хизер подергала ремешки, удерживающие кобуру, и подтянула на одну дырочку верхнее крепление. Да, так намного лучше.

Кажется, на тоскливых академических харчах она сбросила несколько фунтов. Недовольно поморщившись, Хизер поглядела в зеркало. Надо срочно начинать жрать – если она не хочет превратиться в жилистую угловатую жердь без груди и задницы.

Была в этом какая-то глубинная несправедливость. Другие девушки, сбрасывая вес, обретали эльфийскую воздушную легкость и утонченный аристократизм. Хизер же уподоблялась уладскому волкодаву – длинноногая, костистая и жесткая, как армейский сапог.

С другой стороны, можно бисквиты жрать сколько влезет. Даже не можно, а рекомендуется. Приятную женственную округлость Хизер зарабатывала тяжким трудом – безостановочно работая челюстями.

– Дорогая! Я тут такое услышала! Хизер, дорогая, – рывком распахнув дверь, Сюзанн влетела в комнату и остановилась, смущенная. – О, вы одеваетесь. Простите…

– Ничего страшного. Проходите, рассказывайте – что же такого невероятного вы услышали?

– Я сегодня пила кофе с Марджери… Это секретарша Вильямса, Марджери Гант. Вы ее, наверное, не знаете?

– Лично не знаю, но мельком, кажется, видела. Милая такая брюнетка с ямочками на щеках?

– Да, именно. Это она. Марджери рассказала, что ректор сегодня утром был очень не духе. Кричал, швырял документы. Даже кофе свой утренний в окошко выплеснул. Сказал, что кислит невыносимо – а кофе самый обычный, и варила его Молли так же, как и всегда.

– Тяжело быть мужчиной… – сочувственно покачала головой Хизер. – Женщина может дурное настроение на лунные циклы списать, а господину ректору такой поблажки природа не подарила.

– Это точно, – смущенно стрельнула глазами в сторону Сюзанн. – Но кофе – это не все. Вильсон вызвал бухгалтера и приказал ему убрать из вашего жалованья премиальное вознаграждение. У нас, знаете ли, очень невысокий фиксированный оклад, но высокие премиальные выплаты – если, конечно, господин ректор считает работника достойным. Но он обычно считает… А с вами вот так вот. В первый же месяц службы, – пухленькое личико Сюзанн приняло задумчивое и озабоченное выражение. – Я, конечно, ни на что не намекаю… Но вы, случайно, не ссорились на днях с господином ректором? Может, какая-то неудачная шутка, или вы отказались следовать его рекомендациям… Господин ректор иногда предлагает внести изменения в план учебы и очень огорчается, если преподаватели не одобряют его нововведения.

– Вот как? Господин ректор у нас еще и новатор? – вскинула брови Хизер. – Ну надо же. До чего одаренный у нас господин ректор. Истинный светоч педагогики.

– Ну… Да. Истинный светоч. Так вы с ним не ссорились? – подавшись вперед, Сюзанн запрокинула голову, пристально вглядываясь Хизер в лицо. Получилось, пожалуй, излишне интимно… но не отталкивать же ее. Хизер сделала шаг назад.

– Не ссорились. Но и взаимопонимания не достигли. Но не переживайте, Сюзанн, это же мелочи.

– Мелочи? Мелочи?! Да Вильсон же… – осекшись, Сюзанн покосилась на дверь и заговорила шепотом. – Да Вильсон вас теперь со свету сживет. Он же злопамятный, как оса, и такой же прилипчивый. Ни премии вы не получите, ни рекомендательных отзывов…

– А зачем мне его отзывы? Сюзанн, милая, напоминаю: я здесь всего лишь до весны. А потом либо в егерский полк – либо в Африку. Ни там, ни там рекомендации ректора мне не понадобятся. И даже, наверное, навредят, – Хизер ухмыльнулась, представив, как представитель «Трансафриканской» читает цидулю ректора: «Усердна, терпелива, умеет найти подход к самым строптивым студентам». Ну так себе характеристика для снайпера-драконоборца.

– Значит, вы твердо намерены… – сникла Сюзанн.

– Абсолютно и категорически. И очень рекомендую вам сделать то же самое. Чем глубже вы увязаете в этом болоте, тем сложнее потом будет выбраться. Не упустите момент.

Подмигнув Сюзанн, Хизер поправила волосы, в последний раз глянула в зеркало и взяла со стола тетрадь.

– А теперь прошу меня извинить. Урок начинается через десять минут, а мне еще надо добежать до теплиц.

– До теплиц? Но зачем вам теплицы?!

– Потому что сегодня у меня первое практическое занятие. А от теплиц одни металлические каркасы остались. Такое при всем желании не поломаешь.

Желающие поиграть в настоящих драконоборцев уже топтались возле теплицы, растерянно разглядывая возносящийся в небо ржавый остов. Падди и смуглый парень в строгом оливковом шервани задумчиво бродили вокруг развалин, время от времени пиная рассыпанные в траве кирпичи. Ароййо и рыженькая Надин отошли в сторону и обсуждали что-то, склонившись головами друг к другу. Каррингтон стоял, привалившись спиной к старой липе, и равнодушно таращился в серое низкое небо. Рядом с ним подпирали широкий потрескавшийся ствол еще два парня. Их Хизер не помнила совершенно – просто белые круги лиц за партами, безмолвные и безымянные статисты.

Но в целом, наверное, расклад вполне отражал текущую ситуацию. Девочки отдельно, мальчики отдельно. При этом страстный бунтарь Падди нашел общий язык с индусом, а вокруг Каррингтона собрались те, кто вечным протестам предпочитал равнодушное молчаливое согласие.

Ну или те, кто умели собственное мнение засунуть в карман – и не доставать без приказа.

– Добрый день! – поздоровалась, подходя, Хизер. Студенты, мгновенно собравшись в стайку, двинулись ей навстречу.

Уже хорошо. При появлении внешней угрозы эти засранцы могут объединяться. Хотя бы на время.

– Добрый день, госпожа Деверли, – выступил вперед Каррингтон, и Падди поморщился. Тот факт, что Каррингтон стал голосом группы, явно его не порадовал. – Как вы и сказали, мы взяли с собой жезлы. Но здесь нет мишеней. Если хотите, я сейчас сбегаю…

– Не нужно. Мы не будем сегодня стрелять по мишеням, – чуть отступив назад, Хизер поднялась на лежащий в траве обломок стены. Эту импровизированную трибуну она присмотрела, когда готовила площадку для первого тренировочного занятия. – Сегодня мы распределим роли. Вас семеро. В классической ударной группе только шесть человек… Поэтому, возможно, кому-то придется уйти. А может, и нет. Все-таки у нас не настоящая ударная группа – думаю, мы можем позволить себе некоторые вольности.

– А почему только шесть? – тут же встопорщился, как разъяренный воробей, Падди. – Дракон весит пятнадцать тонн. Почему только шесть человек? По-моему, это глупо!

– Разве господин Квистен вам этого не объяснял?

– Объяснял – но я хочу услышать мнение профессионала.

– Профессионала, значит… – задумчиво протянула Хизер. – Хорошо. Будет вам мнение профессионала… – отсоединив цепочку, она достала из кармана часы, подбросила их в руке, поймала, подбросила, снова поймала. – Ловите!

Серебряная репка часов, пролетев по параболе, сверкнула в верхней точке радужными искрами и устремилась к земле. Студенты, вытянув руки, рефлекторно рванулись вперед – и на земле образовалась куча-мала.

Часы, ударившись о рыжую жухлую траву, подпрыгнули и мирно легли в раскидистый кустик овсяницы.

– Что и требовалось доказать, – улыбнулась лежащим на земле студентам Хизер. – Слишком большая группа будет мешать друг другу. Слишком маленькая – не справится с драконом. Оптимальное количество бойцов – от шести до восьми. Но восемь на три не делится, а создавать перекос в одной из функций нет смысла. Поэтому стандартная сработанная группа включает в себя шесть бойцов. Впрочем, группы из семи и восьми человек тоже встречаются – к примеру, в охране частных компаний. Статистика у них не лучше, чем у стандартных формирований. Следовательно, практической пользы от введения дополнительной боевой единицы нет. Я ответила на ваш вопрос, господин Маклир?

– Да, вполне, – Падди, широко улыбнувшись, стряхнул с коленей прелые прошлогодние листья. – Очень наглядно!

– Спасибо, господин Маклир. Я старалась.

– Вот именно. Очень наглядно… – Каррингтон раздраженно оправил перекосившуюся форму. – Я понимаю ваши сомнения – но некоторым в этой группе достаточно теоретических объяснений.

– Если вы не любите падать на землю, господин Каррингтон, то что же вы делаете в этой группе? – склонила голову набок Хизер.

– Да-да, – тут же встрял Падди. – Не хочешь валяться на грязной земле, Каррингтон – вали в чистую библиотеку.

– Ты правда думаешь, что мне требуются твои советы? – Каррингтон поглядел на него сверху вниз с таким равнодушием, которое хуже презрения, и отступил в сторону. – Прошу прощения, госпожа Деверли. Падения действительно необходимая часть тренировок. Вы абсолютно правы.

«Ну надо же», – мимолетно удивилась Хизер. А парень, оказывается, умеет признавать поражение. Хотя бы от того, кого в данный момент согласен считать начальством.

Похоже, Хизер только что неслабо повысили.

– Отлично, – хлопнула она в ладоши. – А сейчас поднимите над головой свои жезлы. Я хочу убедиться, что вы случайно не поджарите друг друга.

– Ну почему же случайно… – пробормотал Падди, но жезл все-таки поднял. Вслед за ним к небу взметнулись еще шесть рук. Хизер, прищурившись, окинула внимательным взглядом магометры – ни у кого за розовый сектор заряд не убежал. Жезлы стояли на минимуме.

– Молодцы, – похвалила она студентов. – Держите жезлы в таком состоянии постоянно. Мне не нужны травмы на тренировках.

– Но выстрелом все равно можно обжечь, – худенькая бледная Надин с сомнением посмотрела на оружие в своей руке. – Может, мы будем использовать имитацию?

– А ты хочешь научиться сражаться с драконами и ни разу не подпалить себе шкуру? – индус поглядел на нее сверху вниз. – Если собираешься заниматься мужским делом, будь готова получить несколько шрамов.

– Я готова! – вспыхнула Надин. – Но я не хочу никого ранить!

– Ранить таким жезлом можно, только если рукояткой по башке дать, – скептически хмыкнул Падди.

– Но бить по башке жезлом дорого и неудобно, – согласно кивнула Хизер. – Намного разумнее использовать обычный булыжник. И дешевле, и удобнее, и безопаснее.

– А безопаснее-то почему? – заинтересовался Падди.

– Потому что на жезле от сильного удара останутся вмятины. По ним полиция легко изобличит преступника. А булыжник можно выбросить в ближайший овраг – и никто никогда его не найдет.

Краем глаза Хизер увидела, как по лицу Каррингтона скользнула улыбка – короткая и скупая, как проглянувшее в феврале солнце. – Итак, если все готовы – давайте начнем занятия. Станьте, пожалуйста, в ряд вон под тем деревом, – Хизер указала на старую рассохшуюся вишню. – Да-да, поближе к теплице.

Студенты, сбившись кучкой, послушно подошли к развалинам, выстроившись перед осыпавшейся кирпичной стеной. Одинокий неровный выступ торчал из земли, как гнилой зуб во рту нищего.

– Вот так, хорошо… – Хизер подошла к спрятанной в траве печати и наступила ботинком на строгую геометрию линий. Сила под ногой отозвалась едва ощутимым встревоженным гулом. – Замечательно… Два шага назад, пожалуйста. Госпожа Ароййо, сдвиньтесь чуть левее. А вы, господин… Гулабрай, правильно? – на полшага вперед. Великолепно. Уберите жезлы в кобуру, сейчас они вам не понадобятся. Посмотрите вон туда – видите на смотровой башне шпиль?

Все дружно повернули головы, и Хизер пинком выбросила с печати хризолит. Хлопнул, растворяясь в эфире, первый силовой купол, удерживающий сломанную стену – и тяжеленный кирпичный выступ, накренившись, качнулся, вздрогнул и полетел вниз.

Прямо на головы студентов.

Время замерло, растянувшись липкой сахарной нитью. Студенты, задрав головы, таращились на рушащийся на них вал кирпичей с растерянным, обиженным изумлением. А потом сахарная нить порвалась. И изумление кончилось. Вскрикнув, Ароййо рванула из кобуры жезл, хлестнув камни бессильным бледным лучом. Рядом с ней, яростно оскалившись, бил по летящим кирпичам короткими залпами Падди. Гулабрай и Войт неожиданно слаженным движением, словно танцоры на сцене, отпрыгнули в стороны, разворачивая в воздухе искрящуюся паутину сетей. А над ними, переливаясь мыльными пузырями, вспыхнули щиты. Надин и Алекс, пригнувшись, приготовились держать удар.

Которого, конечно же, не было. Мгновение спустя сработал второй уровень печати, и камни с грохотом врезались в защитное поле.

– Отбой! – хлопнула в ладони Хизер. – Отлично! Вы молодцы, вы просто великолепны. А теперь все сделали пару шагов назад. Не высаживайте мне кристаллы.

Все еще ничего не соображая, студенты с трудом оторвали взгляд от рассыпавшихся по защитному полю кирпичей, и льдистое кружево сетей с тихим шипением начало таять. Неопытные ловчие ослабили концентрацию. А щиты все еще переливались в воздухе нежнейшим снежным серебром… что, собственно, совершенно естественно. Для щитовиков характерна некоторая вязкость характера.

– Это… что это? – медленно опустил жезл Падди. Кристина все еще стояла в боевой позиции, настороженно поглядывая то на камни, то на улыбающуюся Хизер.

– Это – тестовое испытание. Я предупреждала, что проверю ваши истинные наклонности? Вот. Я их проверила. Вы, господин Маклир, классический снайпер. Госпожа Ароййо – тоже.

Надин, вздрогнув, опустила широко разведенные руки, пошатнулась и плюхнулась на задницу. Один из щитов с треском схлопнулся. Съежившийся бесполезным комочком кудрявый паренек вдруг ожил, вскочил и бросился к рыженькой, заквохтал над ней, словно квочка над цыпленком.

А Каррингтон все держал щит.

– Господин Каррингтон? Будьте так любезны, дезактивируйте заклинание. Силовое поле надежно держит камни. Уверяю, вам ничего не угрожает.

– С чего мне вам верить? – покосился на Хизер Алекс. Широкая, впечатляющей толщины линза над ним сияла, прикрывая большую часть группы. Человека четыре под такой поместится точно.

– Хорошо. Можете мне не верить. Но раз уж вы продолжаете удерживать щит – сместите его, пожалуйста, на десять футов вправо. Замечательно. А теперь влево. Великолепно. Поставьте перпендикулярно – отгородитесь от меня, я же опасна, – чтобы облегчить студенту задачу, Хизер вскинула жезл в боевую позицию. – Очень хорошо. А теперь попытайтесь провернуть вокруг себя.

Каррингтон прикусив нижнюю губу, послушно повел щит по кругу, медленно поворачиваясь. Группа, застыв в молчании, наблюдала за его усилиями. Поначалу силовое поле смещалось, но двигалось все медленнее, то поднимаясь над землей, то вспарывая слежавшийся прелый газон. Щит подрагивал и шатался, серебряная пленка шла мелкой рябью. В какой-то момент горизонтальное натяжение все-таки превысило вертикальное, и щит, громко хрустнув, лопнул. – Черт! – раздраженно скривился Карринтон. – Дьявол! Простите, госпожа Деверли. Сейчас я попробую еще раз.

– Не нужно. Динамическая линза – довольно сложная штука. Я, честно говоря, не верила, что вы сможете это сделать.

– Так он и не смог! – высунулся из-за плеча индуса Падди.

– Он смог. И перемещал линзу больше минуты. Если вы считаете, что можете больше, господин Маклир – прошу, продемонстрируйте свои навыки.

– А чего я? – тут же стушевался уладец. – При чем тут я? Вы же сами сказали, что я снайпер!

– Хорошо. Могу дать вам задание для снайпера, аналогичное по сложности. Хотите?

Раздраженно дернув щекой, Падди насупился и заткнулся.

– Итак, господин Каррингтон, – снова повернулась к Алексу Хизер. – Вы продемонстрировали высокий уровень наполненности заклинания и хорошую оперативную подготовку. Насколько я помню, господин Квистен не отрабатывал с вами динамические линзы?

– Нет. Я сам тренировался, по учебникам, – вскинул подбородок Каррингтон. Что-то в вопросе его насторожило, но что именно – Хизер не понимала.

– И часто вы отрабатываете новые заклинания самостоятельно?

– Когда считаю необходимым, – еще больше напрягся Каррингтон. – В учебниках приведены подробные инструкции, и я тщательно им следую.

– Похвальное усердие. Но такие серьезные темы лучше отрабатывать с учителем. Останьтесь после урока – я покажу вам, как уменьшить колебания линзы.

– Да, госпожа Деверли, – Каррингтон расслабил напряженные плечи.

– Отлично. Надеюсь, все поняли, что произошло? – Хизер повернулась к сбившимся в стайку студентам.

– Да. Вы нас напугали – и мы выдали самую естественную реакцию, – выступила вперед Ароййо. – Именно так и должны тестировать драконоборцев?

– Именно. Я оканчивала академию Ланселота Озерного – там для тестирования использовали действующий макет дракона. Эффект, доложу я вам… запоминающийся, – усмехнулась Хизер. – Когда я впервые увидела эту тварь прямо перед собой – думала, штаны намочу. Испугалась до обморока. А потом в руках сам собой оказался жезл – и БАХ! – Хизер изобразила руками разлетающиеся искры. – При этом до испытания я была уверена, что стану щитовиком, и усердно совершенствовалась в этой области. Как выяснилось, зря.

Хизер улыбнулась, и группа ответила ей согласными смешками.

– Ух ты! Я тоже! – подпрыгнул от избытка чувств Падди. – Я тоже был щитовым! У господина Квистена. А теперь, получается, снайпером буду?

– Как видите.

– А Каррингтон, значит, перейдет в щитовики? Вот умора! – радостно заржал Падди и толкнул локтем Гулабрая. – Слышал, Рамджи? Теперь мы герои! А сахарный мальчик будет нам задницы прикрывать!

– Господин Маклир! – рявкнула Хизер, и Падди испуганно осекся. – Вы не герой! Вы идиот! А без помощи щитового – вы мертвый идиот! Если вы не усвоите эту простую мысль, в группе вам делать нечего.

– Да чего вы… Да я… – растерянно сник Падди. – Да я же просто шутил… Подкалывал Каррингтона, мы же всегда друг друга подкалываем…

– Значит, теперь перестанете. На моих тренировках подобных шуток не будет. Если хотите продолжить обучение, запомните это.

– Ладно… Как скажете, госпожа Деверли.

Падди все еще недовольно хмурился, но возражать не пытался. Хизер еще немного посверлила его гневным взглядом, потом сжалилась и отвела глаза.

– Теперь что касается вас, господин…

– Сэнди. Сэнди Уиллер, – представился пухлый кудрявый парень. Тот самый, который просто застыл под градом камней. Тот самый, которому не было места в группе.

– Послушайте, Сэнди… – Хизер шагнула ближе, подбирая правильные слова. – Я уверена, что вы очень старались… Мне очень жаль…

– Да. Я старался. Но ничего страшного, я понимаю, – Сэнди пытался держать лицо, но губы у него предательски вздрагивали. – Я действительно не гожусь для битв, – он глубоко, шумно вздохнул, покосился на Каррингтона и выпрямился, точно таким же движением задрав подбородок. – Просто… Просто я подумал… Подумал, что надо хотя бы попробовать.

– Вы попробовали. И вы неплохо справились. Вы не закричали, не побежали. Поверьте, это достойный результат. Но этого недостаточно.

– Я знаю, – Сэнди тоскливо поглядел на Каррингтона, потом на Маклира. – Я знаю… Ну, я пойду?

– Да, конечно. Идите, – разрешила Хизер, и Сэнди, ссутулившись, побрел прочь. Тусклая тень тянулась за ним по траве, как мокрая линялая тряпка. – Погодите! – осененная внезапной идеей, окликнула Хизер. – Погодите минутку, господин Уиллер!

Сэнди развернулся.

– Когда госпожа Кольмиц упала, вы подошли к ней. Зачем? – Хизер знала ответ, но хотела, чтобы Сэнди произнес его вслух.

– Пытался помочь. Там камень лежал, Надин ударилась. Я локально скорректировал кровообращение, чтобы уменьшить гематому.

– И обезболил место ушиба?

– Ну да. Конечно.

– Попробую угадать. У вас есть фамильяр, и вы с ним неплохо ладите?

– Да. Скворец. У нас действительно хороший контакт, – слабо улыбнулся Сэнди. – Даже госпожа Бишоп меня хвалила. А что?

– Думаю… – Хизер вдруг отчетливо поняла, что совершает ужасно непедагогичную глупость. Нарушает все правила формирования группы, к тому же делает это, руководствуясь не здравым смыслом, а жалостью. Что совершенно недопустимо. – Думаю… Нашей учебной группе нужен полевой доктор.

– Что? – Сэнди округлил глаза, черные и бархатные, как индийская ночь. – Доктор?

– А почему нет? Кажется, вам хорошо удаются исцеляющие заклинания. А на тренировках наверняка будут травмы. Вы согласны попробовать себя в роли медика?

– Но я… Я же не медик… – Сэнди на мгновение зажмурился и сжал кулаки. – Но я согласен!

И мучительно покраснел, устыдившись собственной слабости. Хизер вполне его понимала. Уступать мгновенному соблазну так стыдно… Но так приятно.

Иногда просто нельзя удержаться.