Читать книгу Случайная история - - Страница 1

«Не помешаю…» – услышал он негромкое скорее утверждение, чем вопрос. Медленно поднимая глаза от вполне недурной солянки, обвел зал маленького для своей туристической славы кафе и, только убедившись, что других свободных столов нет, посмотрел на непрошенную гостью. Напротив него, уже поставив свой поднос на его стол, всем своим видом показывая, что вопрос был не более чем данью вежливости, отодвинув стул и готовясь сесть на него, стояла она. Узкие бедра в потертых джинсах. Свитер без горла грубой вязки, похоже, намеренно скрывающий верхнюю часть ее фигуры, иначе зачем носить его ранней осенью. Узкие запястья и красивые руки без колец и лака. Русые волосы, собранные в хвост, и приятное лицо с тонкими чертами. Но в тот момент все это прошло мимо него, отмеченное и запомненное скорее по привычке. А вот ее шея. Не то чтобы необычно длинная. Но резанувшая своей недосягаемостью и статью, одновременно хрупкостью и близостью. Ее шея решила все дело. Расстаться с ней сразу же, очевидно, он не был готов.

«Конечно» – сказал он и наконец-то посмотрел ей в глаза. Ему показалось, что они были серые. Потом много раз он отмечал свою уверенность, что они голубые. Ее глаза были яркими и очень определенными. И большими. И да, красивыми.

«Хотите угадаю…» – сказала она с милой улыбкой, садясь за стол. «Хочу» – ответил он, «Но предложу пари».

– Если вы угадаете – я выполню ваше желание. Если нет – вы мое?

– Вот так сразу, любое желание, – улыбаясь шире, сказала она.

– Если вы здесь одна, почему бы и нет, – немного склонив голову набок и тоже улыбнувшись, ответил он.

– Ого, поаккуратнее.

– Да нет. Вы не так поняли, – предупредительно поднимая руку, ответил он. – Все проще: если желание будет моим, мы встретимся еще раз. Если вашим – то по вашему желанию.

– В таком случае вы рискуете больше, не зная, что я буду угадывать. «Я согласна», —сказала она, снова улыбнувшись.

– Отлично. Но я знаю, что вы собирались угадать, – усмехаясь, ответил он.

Ее улыбка стала шире, и в глазах появился живой интерес, на который он так рассчитывал.

– И что же?

– Может, поедИте, а то все остынет.

– Нет уж, теперь говорите, – сказала она, сдвигая брови, не перестав улыбаться.

– У меня, кстати, тоже остынет, – невинно заметил он.

– Ну быстро, только это, – легко взмахнув рукой, сказала она, уже понимая, что попалась на его простую уловку.

– Вы угадаете мою работу, вид деятельности…

– Нет! Я собиралась угадать…

– …и не сможете! – перебивая, закончил он свой ответ.

Она перестала улыбаться и внимательно на него посмотрела. Он же широко открыл сияющие смехом глаза и постарался придать себе придурковатый вид.

– Вы преподаватель, нет, полицейский или маркетолог, – быстро выпалила она, по-прежнему хмурясь.

– И не коммерсант. Пять попыток… никаких шансов… или даже десять, – смеясь, отозвался он.

– Вы меня обманули, – ответила она, опуская глаза в свою тарелку. – Я буду есть, пока все совсем не остыло.

Минут пять они оба сосредоточенно ели, глядя в свои тарелки, будто не замечая друг друга. А потом, кажется, на рыбе под каким-то коричнево-оранжевым маринадом она сказала:

– Так, я виновата сама. Но легко у вас не получится. Мы дополним правила: выигрывает тот, у кого будут два правильных ответа. Если ничья – и у каждого по одному правильному или неправильному – то все при своих, а желания никто не выполняет. Договорились?

– А какой второй-то вопрос?

– Да такой же, но про меня, – разводя руками, демонстрируя очевидность и его вопиющую недогадливость, сказала она.

В ответ он так же, но непонимающе развел руками и покачал головой.

– Моя работа, кто я, где работаю!

Он печально посмотрел на нее, тяжело вздохнул и согласился.

Из кафе они вышли вместе. Она довольная собой, а он несколько расстроенный. И в виде компенсации, – "…все-таки именно она заварила эту кашу и потом поменяла правила", она согласилась на его предложение пройтись немного вместе. «Буквально до ближайшей достопримечательности – ведь очевидно, что они оба не местные и здесь с туристическими целями, что в этом городке еще делать, кроме как ходить да смотреть. Вон там дом, описанный во всех путеводителях, и неважно, вместе или отдельно мы до него дойдем. Все равно смотреть на него, как ни старайся сделать иначе, каждый будет своими собственными глазами».

Через десять метров молчаливой ходьбы он задумчиво спросил: «А как вас зовут?»

Она оценивающе посмотрела на него, немного задумалась и сказала: «Анна».

«Хм, довольно сложное имя», – отозвался он. – «Не из-за его палиндромности. И даже не из-за Чехова. Если на вкус…, фонетически или ощущенчески, если угодно». Она ничего не ответила, думая о своем. И они молча, глядя каждый перед собой, прошли еще десяток метров.

– А хотите я расскажу вам историю для Анны, связанную вот с этим оставшимся нам вместе пройти кусочком улицы? От силы три минуты рассказа. Экскурсовод таких историй вам не расскажет, а идти в тишине даже несколько неудобно. На ближайшем углу мы попрощаемся, и, обещаю, сегодня больше не увидимся?

– Ну рассказывайте для Анны, – отозвалась она, слегка пожимая плечами и не замедляя шаг.

– Вот в этом доме. Да, прямо в этом – единственном кирпичном на той стороне улицы, жила семья священника, служившего в церкви неподалеку. В то время, да и потом, до самой революции, здесь было множество церквей, священнослужителей и постоянно приезжающих паломников-богомольцев. Хотя, пожалуй, нет, эту историю про местных лесных красавиц уже рассказал Куприн. А у меня и времени, и талантов несравнимо меньше. Давайте я вам короткую и оригинальную историю расскажу. Уже в наше время, ну как наше – в позднесоветское, была в этом городе организация жителей по интересам. Тогда бы, наверное, сказали «кружок по интересам». И располагалась она вон в том коричневом доме, мы до него скоро дойдем. А интерес у них был такой – они верили, что имя – это установка, программирующая жизнь человека. Фамилия тоже постольку-поскольку, дети за родителей отвечают, но имя особенно. Поэтому они, где возможно, использовали не свои настоящие имена, а придуманные самими себе новые ФИО. Принципы придумывания были от «просто мне нравится» – так как чувствую, до «старинных учений» на эту тему. С учетом особенностей языка; истории; вселенная отвечает, когда к ней правильно обращаются; нужные вибрации при произнесении и все такое. Подтверждения тому: прозвища, погонялы, псевдонимы, даваемые за особые качества или заслуги. Но не от фамилии, профессии или места проживания. Эти люди продолжали жить и работать со старыми именами, а там, где нет официальной необходимости, например в новых приятельских компаниях, в неофициальных поездках, просто в поезде или на пьянке-гулянке, представлялись новыми именами. А потом сравнивали результаты и делились наблюдениями между собой. Некоторые со временем, убедившись, что теория работает, даже официально меняли свои имена, а то и фамилии на новые. Плюс для женщин была система поиска мужа с целью смены фамилии. Искался мужчина с нужной фамилией, точнее с нужными параметрами новой фамилии. А потом женщина старалась выйти за него замуж. В этом ей помогали другие участники кружка – помогали создавать ситуации для знакомства и другие условия для отношений.

«Это какие такие условия?» – улыбнувшись, спросила она.

«Потом расскажу, если захотите, а то уже почти дошли» – начиная говорить быстрее, ответил он и добавил, улыбнувшись: «…а ситуации для знакомства – это примерно, как наша с вами сегодня в кафе».

Еще использовали в быту, в семье, в своей компании новые или «уменьшительно-ласкательные» имена – более подходящие им, чем имеющиеся. Естественно, приходилось скрывать такие привычки, т. к. использование чужого имени всегда не было законно. Кроме бытовых/семейных прозвищ, конечно. Там же еще были люди, скрывающие свои имена по необходимости или хотящие их забыть сами для себя. Например, одна мамаша сама поставила диагноз дочери и самолечением довела ее до инвалидности. А был еще один дед, который бежал из сталинских лагерей и жил под другим именем с новой семьей. Эта семья, кстати, так и живет с его фамилией. Я хорошо знаю внучку того деда, да и ее мать тоже. Так вот, все они совершенно русские люди и внешне, и по характерам, при этом фамилия у них то ли латышская, то ли еврейская. А отчество у матери вообще Карловна. Ну ладно, вернемся к истории. Нас с вами, естественно, интересует имя Анна и последствия, с ним связанные…

«Не интересует» – твердо перебила она.

Он посмотрел на нее укоризненно: «Нам осталось два шага сделать, а новую историю я рассказать не успею».

«И не надо. Этой вполне достаточно» – сказала она, доходя до перекрестка и останавливаясь.

«Мы еще увидимся?» – с надеждой спросил он.

«В следующий выходной у меня Волоколамск» – бросила она, поворачиваясь к пешеходному переходу и взмахивая рукой то ли в форме отказа, то ли на прощание.

«В какой выходной?!» – уже не скрывая разочарования, спросил он у удаляющейся спины.

«Всегда в субботу» – отозвалась она с середины дороги, так и не обернувшись.