Читать книгу Встречайте Рождество с миром - - Страница 4

Если мы внимательно посмотрим, то увидим в этом пророчестве важное: Адам понял свою ошибку. Об этом ничего не говорится напрямую. Не описываются переживания, которые испытывает Адам. Его мысли, чувства, его раскаяние скрыты от нас. Но они, несомненно, были. Адам понял свою ошибку, потому что любой человек, который общался с Богом и потерял это общение, переживает страшное горе. Люди, которые проходили через это, плакали потом всю жизнь, потому что не могли жить в пустоте, образующейся при потере возможности общаться с Богом.

Неважно, что на земле растут сорняки, неважно, что нельзя увидеть тот самый рай, из которого ты изгнан. Важно только, что ты не видишь Бога. Не слышишь Его, не можешь припасть к Нему. Он был источником твоей жизни, твоей радостью всегда и везде, но ты не ценил этого. Потеря же становится страшной мукой.

Человек, который был на вершине блаженства и все существо которого трепетало от радости, вдруг погружается во тьму, в которой – он знает – никогда больше не будет Бога. Ни завтра, ни через сто лет. Даже если он будет молиться двадцать четыре часа в сутки, перестанет есть и спать, превратится в тень, плачущую о том, чтобы Бог его утешил, – и тогда Он на него не посмотрит.

Страшно осознать, что ты вынужден жить, не имея никакой надежды больше увидеть Бога. Но в этой жизни хотя бы есть солнце, есть жена, дети, есть плоды, которые как-то утешают. А потом ты войдешь в мрачную преисподнюю земли, где даже тела у тебя нет. И людей близких нет. И власть зла торжествует свою победу, и время становится бесконечно долгим.

Адам, который потерял Бога, все это в себя вместил, пережил и понял. Нам, людям, которые недостойны даже того, чтобы называться его сыновьями, не познать этот ужас. Мы можем просто прийти в храм, встать на колени, сказать: «Господи, прости меня». И Бог явится нам и утешит нас. Только отчасти, иногда, избранным своим Бог дает пережить этот самый Адамов плач, это горе человека, потерявшего Его. Мы же не жили в дохристианские времена и не знаем, что это такое, когда Бога нельзя умолить, потому что между Ним и нами непроходимая стена и непересекаемая бездна. Человек отлучен от Бога. Но не навсегда.

И это утешение – о том, что однажды придет Освободитель и вернет нас Богу, а нам вернет Бога. Люди знали, чего они ждут: однажды наступит рассвет, в котором будет все наполнено Богом, придет солнце, которое утешит нас не тем, что оно пришло, не тем, что оно греет, а тем, что оно во всей полноте тьмы той ночи являет нам Божественный свет. Сейчас мы живем в этом свете, а те люди его только ждали.

И Адам, конечно, понял свою ошибку, осознал ее, потому что мы всё очень хорошо понимаем именно тогда, когда теряем. Мы осознаём, чего стоил наш муж или жена, ребенок или родители, только тогда, когда их с нами нет. И это самый болезненный урок для человека. Адам первым из смертных усвоил этот страшный урок, из которого нет выхода, потому что Бога, способного его утешить в любом горе, больше не было.

Адам познал и власть врага. Да, слово «враг» в пророчестве не произносится. И даже змий никак не называется, только в свете Откровения Иоанна Богослова мы знаем, что тот самый, который был в раю и говорил с Евой, и был древним змием, с которым сразится Сын Божий в последние дни мира. И поразит его духом уст Своих (2 Фес. 2: 8), как сказано в Писании.

Он знает, что он теперь не может – как говорит, подводя черту под тысячелетним опытом человечества, апостол Павел: Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю (Рим. 7: 19). Хотел бы, да не могу. Не хотел бы, да делаю. Значит, я чей-то раб, а не свободный человек. Я творю чью-то волю. Это страшное состояние – сознавать себя рабом.

Потом апостол Павел скажет, что все мы были рабами дьявола, все ему покорились, потому что приняли его волю, а не волю нашего Создателя (см. Рим. 8: 20). И Адам это сразу почувствовал. Даже если сам он, как первозданный, и не был так сильно зависим от врага, как зависим мы, он видел, во что превратился его первенец, Каин. Тот, кто обычно является радостью для всякого отца, кто должен был быть хозяином Земли как первый рожденный из людей, – кем он стал? Убийцей брата, изгнанником от людей, создателем богоборческой цивилизации, человеком, отвернувшимся от Бога. Вот во что превратился Каин, потому что подчинил свою волю врагу. И Адаму это было совершенно понятно.

Здесь, в этом первом пророчестве, с которого начинается ожидание человечества, не слышно ничего ни о жизни, ни о Воскресении. Но люди, несомненно, ждали, что явится жизнь и будет Воскресение. Какая-то часть людей – мы это знаем из Писания – искала могущества, власти, силы и, в конце концов, в этих поисках развратилась настолько, что их нужно было уничтожать. И тогда наступил потоп. Но мы знаем и то, что были люди, которые ждали, что явится жизнь, верили, что они дождутся этой жизни. В Плаче Иова, в словах пророков, в словах Псалтири постоянно слышны восклицания: «Господи, воскресни, Господи, восстань! Явись, защити, помоги!» (см. Пс. 7: 7; 9: 33, Иов. 19: 25–27). Мы видим это и в древнейших религиозных культах человечества, которые до нас дошли и сохранились, ибо человечество надеется на Воскресение.

Интересны в этом смысле египетские культы, где с самых древнейших времен символом Воскресения был хлеб, пшеница. Потому что зерно, попадающее в землю, умирает, разлагается, а затем из него выходит росток – в неизмеримо большем качестве, красоте, наполненности, насыщенности, чем то семечко, которое было брошено. И этот колос собирается в житницу.

Христос говорит именно об этом: лопата Его в руке Его, и Он очистит гумно Свое и соберет пшеницу Свою в житницу, а солому сожжет огнем неугасимым (Мф. 3: 12).

Если проанализировать различные культы, можно увидеть, что эта мысль, это ожидание, томление о том, когда человек воскреснет, возникает в них разными способами. Даже у неандертальцев была культура захоронения, учеными были обнаружены могилы, представляющие собой утробу женщины, в которой человек сложен в позе эмбриона. Не вытянутым, а сжатым, как ребенок в теле матери. Ведь само захоронение человека, погребение его и означает сеяние семени, которое мы кладем в землю для Воскресения.

Возникает образ Земли как матери, которая производит нас. Земля отдаст наши тела однажды, когда вострубит трубный голос Бога, и пшеница взойдет. Мертвые воскреснут. И человек, хороня своих близких, погребая их разнообразным образом, надеялся как раз на то, что люди оживут, только надо этого дождаться.

Все это можно прочитать, увидеть, рассмотреть в скупых строчках Библии, повествующей о заре человеческого бытия. Напрямую Библия почти ничего про это не говорит. Но если читать медленно и внимательно, то можно почувствовать, что люди действительно этого ждали.

Потом, после всех описанных событий будет страшное развращение людей, которое придется смывать водами потопа. И Адам видел это страдание человечества. Адам, живший почти тысячу лет, видел, как Каин убил Авеля, как развращались его потомки, как сбывались предсказания Божьи, как силен был враг, как ложь захватывала все больше и больше. Он видел это как последствия собственного дела, которое он начал. И видеть это было величайшим мучением для него – жить и видеть не торжество правды, а торжество лжи. Когда даже сыны Божьи, избранные его потомки, и те в конце концов поддались на зло и стали жить в развращении. Он все это застал.

Возраст, который был ему отмерен, позволил ему видеть то, что совершил Ламех, дальний потомок Каина, восклицавший, что он убил мужа в язву мне и отрока в рану мне (Быт. 4: 23). Когда он сказал, что если за Каина отомстится всемеро, то за Ламе-ха в семьдесят раз семеро (Быт. 4: 24). Он видел все это, потому что продолжал жить. И хотя он не застал времена Ноя, но он видел, до какого страшного развращения дошли его потомки. Но, несмотря ни на потоп, ни на Вавилон, люди продолжали жить ожиданием Воскресения, ожиданием того, что Избавитель, Освободитель, Победитель однажды придет.

И стоило только Аврааму услышать голос Бога, когда Он явился к Аврааму и сказал: «Иди!» – он тут же взял и пошел (см. Быт. 12: 1–7). Именно ему, Аврааму, будет дано обетование в рождении того самого благословенного семени, и Авраам увидел то, что будет в его потомках, и возрадовался. Хотя опять-таки в Библии об этом нет ни слова. Только сам Христос, беседуя с иудеями, говорит, что Авраам, отец ваш, рад был увидеть день Мой; и увидел и возрадовался (Ин. 8: 56) и ему было открыто, что будет с его потомками. Авраам знал, чье семя будет жить в его потомках и кто в конце концов произойдет от него. Но сколько пройдет времени, конечно, он не знал.

Получается, что люди, которые ждут, сохраняются, они есть, но ждать становится все труднее. Апостол Петр говорит, что очень многие, устав ждать, когда наконец во второй раз придет Христос, Ибо с тех пор, как стали умирать отцы, от начала творения, всё остается так же (2 Петр. 3: 3). Очень мало останется тех, кто верит в то, что Христос действительно придет. Возникает даже мысль о том, что – нет, чего врать, никогда Он не придет, все это сказки, обман. Вон уже сколько раз обещали, что Он явится, а Он все не является да не является. Сколько мы знаем людей – никто никогда не видел того, чтобы Христос явился во славе судить живых и мертвых. И человечество дойдет до того, что перестанет ждать Второго Пришествия Христа, как переставало ждать Первого. Но все-таки люди, ожидающие его, будут.

Все то время, пока человечество ждет обещанного Освободителя и Спасителя, люди пребывают во тьме, смерти, в грехе, и состояние это безысходно. Как говорит Иов: Кто родится чистым от нечистого? Ни один (Иов. 14: 4). Как можно родиться хорошим и здоровым от больного, испорченного, злого, мертвого?

Здесь необходимо понимать одну важную вещь. Вот Бог творит Адама, человека. Потом этого человека, хотя он не перестает быть целым, Он как бы разделяет. Но это по-прежнему один человек. У второй половины даже имени нет. Имя появится только тогда, когда эти половинки разделятся. Это один Адам в двух лицах, в двух личностях, в двух ипостасях. Как мы привыкли говорить, Адам и Ева. Хотя до грехопадения это просто Адам, имеющий свою жену. Но все это – единое существо, и Бог видит их как одного Адама, как одно целое.

Все люди, рожденные от Адама, пребывают в нем – в его клеточках, в его естестве, в его крови. Мы все его многочисленные потомки. И все мы рождаемся со временем от него, и все мы в нем есть. Если бы никакого грехопадения не было, то все человечество было бы по-прежнему одним целым – единый Адам, в котором и дети, и внуки, и правнуки. Но Адам согрешил и умер в тот самый момент, когда согрешил. Смерть для него проявилась двояким образом. Речь идет о смерти духовной и смерти телесной. Первая смерть – когда он отрезал себя от Бога, от источника жизни, и внутри самого Адама жизни не стало. Он стал мертвым, его существо, созданное Богом и поддерживаемое Богом, Его волей, Его промыслом, продолжает какое-то время жить, как продолжает, например, сохранять любимые черты тело мертвого человека. Как земля, лишенная благодати Божьей, продолжает производить и производить, хотя уже совсем не то, что производила по воле Божьей.

Внутри всего Адама, поскольку нет в нем жизни, наступает смерть. Это первая реальность, с которой столкнулся Адам, – он мертвый, потому что тело живет, но внутри него нет Бога. Он разорвал связь с Ним, стал жить без Бога. Бог действует на него по своей любви и поддерживает его бытие, но внутри него самого Бога нет, потому что он как бы выгнал Его, закрыл за Ним дверь. Этот образ потом будет использован в книге «Апокалипсис», когда говорит Господь: Се стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему и буду вечерять с ним, и он со Мною (Откр. 3: 20). Адам «выставил» Бога за дверь. И все рожденные от него рождаются в этом состоянии.

Продолжая этот образ, Христос приводит известную евангельскую притчу о человеке, в котором есть бес. Этот бес может на время уйти, и человек украсит свою горницу. Она будет идеально выглядеть, то есть человек может казаться добродетельным, даже праведным. Но он пустой, и его горница пустая, там никого нет. И поэтому бес, когда приходит в эту горницу и видит ее не занятой, берет с собой друзей, и все становится еще хуже (см: Мф. 12: 43–45). Он говорит слова про фарисеев: Ваш отец диавол; и вы хотите исполнять похоти отца вашего. Он был человекоубийца от начала и не устоял в истине, ибо нет в нем истины (Ин. 8: 44). Потому что важно не то, как украшена твоя внутренняя или внешняя храмина, важно, кто в тебе живет. Внутри человека нет ничего. Он отделил себя от Бога, стал мертвым. И это делает, в конце концов, людей зависимыми от дьявола, от власти его, принуждая делать то, что хочет он.