Читать книгу Вальдомбра. Огни Монтебуйо - - Страница 4

После неудачного эксперимента я прибралась, затем взяла свои вещи и спустилась по верёвочной лестнице, стараясь не думать о летучих мышах, которые налетят в башню до моего возвращения, и о совах, которые будут гнездиться на верхнем этаже зимой.

Основание световой башни было мрачным, но, по крайней мере, защищало от ветра и дождя. Я устроилась в самом сухом углу и потушила фонарь, чтобы поберечь свечи. За это время я успела проголодаться, поэтому достала из рюкзака перекус.

Напиток немного остыл, но уже после первого глотка по моему телу разлилось приятное тепло. Я развязала свёрток из кухонного полотенца, в которое упаковала свой завтрак, и морозный воздух башни внезапно наполнился ароматом хлеба, изюма и орехов.

Как следует подкрепившись, я даже не заметила, как провалилась в сон. Когда я открыла глаза, комнату заливал яркий свет.

– Ой, нет. Нет, нет, нет, нет!

Я вскочила и бросилась к двери. Дождь всё ещё лил, но ждать было уже нельзя. Свет, косо падающий с востока, указывал на то, что солнце взошло уже давно.

Вещи беспорядочно полетели в рюкзак, за исключением очков, которые я надела, чтобы лучше видеть дорогу под проливным дождём. Набросив накидку, я покинула башню, даже не взглянув на неё в последний раз.

– Нет, нет, нет, – твердила я себе, словно повторяя волшебную формулу, способную отогнать неизбежное, и с ужасом представляла, как бабушки и дедушки ищут меня повсюду.

Возможно, только бабушка Урсула действительно волновалась за меня по-настоящему и всегда была рада меня видеть. А остальные… Ох, мне точно несдобровать! С каждым шагом мой живот крутило всё сильнее и сильнее. Если бы я могла взлететь ввысь и избежать этого бесконечного спуска, я бы так и сделала. Вместо этого мне оставалось лишь сохранять спокойствие, чтобы не пролететь весь путь единственным возможным способом – кубарем.

Гроза уже закончилась, но ледяной дождь продолжал лить как из ведра. Как известно, гром с молнией особенно любят Монтебуйо, и я надеялась, что одной мне хватит наверняка. Из головы не выходили мысли об очередном неудачном эксперименте, мешая сохранять равновесие на тропе.

Почти добравшись до лесной опушки, к месту, откуда хорошо видна дорога, идущая от Монлюса, я остановилась, не веря своим глазам, даже сняла очки, чтобы получше рассмотреть.

Кто-то ехал по тропинке верхом на прекрасной лошади.

– Это что, шутка?! – закричала я в небо. То же самое можно было сказать про дождь, молнию и космос в целом. – Почему именно сегодня? Только сегодня? Ещё же слишком рано!

Ответа от бури не последовало, дождь хладнокровно продолжал капать на лицо. Я сердито вытерла капли с глаз.

– Проклятый рыцарь, – пробормотала я.

Ускорив шаг, я продолжила спускаться.

Тропа в лесу оставалась почти сухой благодаря густым ветвям деревьев, обеспечивавшим естественное укрытие. Приятный запах влажной земли проникал в мои ноздри, пробуждая во мне радостное чувство, то самое, что остаётся даже тогда, когда всё остальное рушится.

Выйдя из леса, я сразу же услышала недовольное кудахтанье из курятника, птицы возмущались тем, что о них забыли. Проходя мимо загона с козами, я подумала, что они тоже бросают на меня укоризненные взгляды, и, уверяю вас, коза, которая косо смотрит на вас, намного опаснее, чем вы можете подумать.

Я обошла наш большой дом и направилась к задней двери, чтобы не столкнуться с Панкрацио и Джинепро, дедушками, любившими сидеть на скамейке у входа. Тепло окутало меня, как только я вошла на кухню, в которой пахло дровами, смолой и свежеиспечённым хлебом. На мгновение мне захотелось только одного – позволить этому теплу погрузить меня в мир сновидений.

Этого промедления оказалось достаточно, чтобы бабушка Урсула заметила меня.

– Гвендалина! Ты вся промокла! – воскликнула она, подталкивая меня ближе к камину. – Ты же простудишься, дорогая. Хочешь позавтракать?

Она не задала ни единого вопроса о том, куда я ходила, Урсула всегда следовала одному золотому правилу: сначала накормить и согреть, а только потом приступать к расспросам.

– Позже, бабушка, – ответила я вполголоса. – Сюда едет рыцарь, мне пора бежать.

– Рыцарь? – Бабушка Урсула от удовольствия хлопнула в ладоши. – Как чудесно! Он снова привёз нам тот вкусный мёд, как и в прошлый раз? Вишнёвый, если я не ошибаюсь.

– Откуда мне знать? Сейчас пойду и выясню, – сказала я ей, заглядывая в свою маленькую комнату.

Там царил беспорядок: множество недоделанных приспособлений и записок, хаотично расклеенных по стенам, но я всегда знала, что где лежит. Я решительно схватила стопку бумаг в надежде черкануть несколько строк или, ещё лучше, выбросить все свои записи и переписать заново. Мой эксперимент провалился, а рыцарь уже приближался. Времени всё меньше и меньше.

Когда я заглянула на кухню, из двери выглядывал дедушка Амилкаре, который пытался согреться, намотав на голову шарф. Его глаза расширились, едва он успел меня увидеть.

– И где тебя носило? Мне пришлось самому собирать яйца в этот собачий холод.

Бабушка Урсула глубоко вздохнула и сунула мужу в руки горячий жареный каштан.

– Вот, это тебя согреет.

Конечно же, она не оставила без внимания мой голодный взгляд. Урсула повернулась к котлу, висевшему в камине, и в последний раз помешала жареные каштаны, чтобы те не сгорели, а затем достала горсть, обернув полотенцем.

– Гвендалина, позавтракай и угости рыцаря.

Я с улыбкой поблагодарила её и вышла, сунув бумаги под плащ, держа в руке свёрток с жареными каштанами. Уже во дворе до меня донёсся резкий голос бабушки Белисандры: