Читать книгу Моё проклятие… - - Страница 2

Всем привет, меня зовут Ана. Как говорит мой муж, я – «зеленоглазая рыжая бестия». У меня к вам один вопрос… Вы верите в то, что у людей есть способности, которые находятся сверх нашего понимания? Я всегда думала – и думаю до сих пор – что это дано не всем и не просто так. Но объяснить не могла и не могу.

Как-то в детстве, мне приснился сон – страшный и странный. Значение этому я не предала, пока спустя пару дней не сбылась большая часть сна. В тот день погибло много людей. Мне было лет девять, не больше. Помню, в школе как-то неожиданно собрались учителя, начали что-то обсуждать. Потом слёзы, страх в глазах. Мы не понимали, что произошло, но почему-то не стали баловаться, задавать вопросы, просто сели за парты и слушали учителя.

Мы с одноклассницей шли до дома молча, люди на улице были поникшие больше чем обычно. Дома папа быстро собирался за сестрой в университет, мама ещё не пришла со своей работы. И только когда вечером вся семья была в сборе мне сообщили, что в метро был теракт.

Потом ночью, когда папа, уехавший бесплатно помогать и развозить людей по домам с работ, больниц и от куда только мог, вернулся, он услышал мой плач и зашёл ко мне в комнату. Он спросил, что случилось. После моего рассказа о сне – о том, как люди заходят куда‑то, где тесно, как спешат попасть скорее в пункт назначения, как милая девушка улыбнулась парню, который уступил ей место, и они начали общение, как я почувствовала запах – дым, жжёный металл и что‑то сладковатое, как мёд, но с привкусом железа. Сон превратился в кошмар: люди стали чёрными, будто их облили чернилами, а потом подожгли. Их крики звучали как скрежет стекла по металлу. Я пыталась вытащить одного – его рука была ледяной, а кожа скользила под пальцами, как мокрый шёлк. Они тянули ко мне свои руки, а я старалась очень сильно, старалась их вытащить, разбирала их вещи, стягивала с них то, что осталось от тех, кого уже не спасти. Помню, как задыхалась от запаха, бьющего мне прямо под кожу. Потом я проснулась.

Тогда я не понимала, что это такое. Просто подумала, что из‑за переживаний в школе разыгралась фантазия и выдала такое. Но когда случилось несчастье, я испугалась, что виновата в этом, сама не понимая чем. Отец не нашёл никаких слов или просто не стал говорить, чтобы как‑то это объяснить, он стал гладить по голове, чтобы я уснула.

Спустя некоторое время я отошла от кошмара, но однажды за столом, когда все смеялись, я вдруг почувствовала запах жасмина – его не было в комнате. Перед глазами вспыхнула картинка: молодая пара, в руках – кольца, а рядом – детская коляска. Я сказала: «Будет свадьба и дети». Все удивились, а я поняла: это не фантазия. Это – видение. Оно пришло с запахом жасмина, как знак. А молодая пара друзей сказала, что так оно и есть, что нашу семью они приглашают к себе на свадьбу. А через несколько месяцев у молодых появился долгожданный ребёнок.

Папа тогда подошёл ко мне и спросил от куда я это знаю. Ответ его удивил: "просто мне пришло это в голову". Следующие пару лет папа всегда спрашивал, что мне сниться или что я чувствую, а потом мы сверяли те или иные данные. Иногда сны совпали с реальностью, иногда это были просто сны. Объяснения так я и не получила что это и от чего, было принято решение никому не говорить об этом.

К сожалению, папа прожил недолго. И даже в такой момент я не знаю, почему мне пришло это в голову, но, уходя утром из дома, сказала то ли себе, то ли обращаясь к стоящей рядом матери: «Ещё совсем немного осталось». Вечером того же дня мы с племянницей смотрели мультики, и начался сильный ветер – такой, что ветки, будто когти, скребли по стёклам. В комнате потемнело, хотя на улице ещё был день. Я почувствовала, как что‑то отрывается от меня – не боль, а холод, как будто из груди вытащили кусок льда. В тот же момент за окном мелькнул силуэт – высокий, с длинными руками. Он исчез, когда ветер стих. Я знала: это не человек. Это – вестник.

Ближе к ночи пришла сестра с мужем домой вся в слезах и сообщила, что отца не стало. Через час, стоя на их кухне в состоянии шока или ещё каком‑то, я произнесла чуть слышно, что знала это. Муж моей сестры слышал это, но не сказал ничего и никому.

Спустя какое‑то время я сидела в машине отца – того самого мужа сестры – и мы разговорились. Не знаю как так вышло, но он начал рассказывать о своей работе и как было ему тяжело в один из годов, я что-то сказала, что у каждого бывают такие дни. Но то, что он рассказал дальше заставило не только встать волосы дыбом, но и пробиться холодным потом.

Весь мой сон о том страшном дне всплыл у меня перед глазами. Он рассказал, как шёл по трупам, спасая живых, какой был запах, как всё тело жгло от ужаса вперемешку с тошнотой. Даже некоторые подробности, о которых я не говорила отцу, потому что вспоминать, как выглядели те или иные моменты, неприятно даже сейчас. Но этот человек не мог знать всего этого из моих снов – он просто выполнял свою работу и спасал как мог.

Тогда я вдруг осознала, что то, что я видела во сне, видел и он, но в жизни. Значит, я видела его глазами. Но всё равно не могла никак понять, почему мне это приснилось, почему его глазами. А потом пришло осознание, что оно так и должно было быть: мы должны были встретиться для того, чтобы я что-то поняла. Хотя из понимания было только, что мы как-то связаны, и списала всё на злые шутки судьбы.

Она или нет, но этот человек меня долго поддерживал. Мы говорили о многом, чего не знают другие. В те года он мне очень помог. Не могу сказать, что заменил отца, конечно, да и кто его может заменить, но наставником, советчиком, просто слушателем он был хорошим. Проблема в том, что был. Спустя некоторое время его не стало на этом свете. Было плохо, но к этому времени я научилась прятать свои эмоции, что помогло не вызывать вопросов, сожалений и всего остального.

В следующие года как-то после очередных моих снов я очень сильно испугалась за друзей и себя.

Им я открылась спустя пару лет после знакомства, когда мы ехали на просмотры в подтанцовку. Но я почувствовала знакомый запах жареного мяса и страха вперемешку с жаром, бьющем меня по лицу. Я уговорила их выйти из вагона, сославшись, что мне стало плохо. Нам пришлось остаться на станции – и тут мы услышали звук взрыва. Увидели, как из тоннеля валит то ли пыль, то ли ещё хуже – дым, а за ним выезжает состав, в который мы не влезли.

Из него вылетают испуганные люди, что-то кричат про теракт, что следующей станции уже нет, что нам всем конец. Началась давка. Я попросила друзей не поддаваться этому чувству, а остаться тут на перроне, только отойти ближе к началу тоннеля – что бы помогать тем, кто придет по нему, и нас не затоптали. Они были в шоке от услышанного, но послушали.

Когда из тоннеля начали выходить раненные, испуганные люди, нам ничего не оставалось делать, как помогать им, не задавая никаких вопросов, кроме того, есть ли у них повреждения, которые необходимо обработать. К счастью, у нас была с собой аптечка, и мы использовали всё, что могли, чтобы люди добрались до скорой помощи наверху. А те спасатели, что были внизу, помогали более нуждающимся.

Мы с друзьями после того случая знали: если сон не сбывается в течении месяца, то это просто сон… В этот раз было не так.

По истечению срока мы поехали на одну из рядовых репетиций. Произошла авария, после которой от меня отвернулись все мои друзья, и больше я никого не хотела приближать к себе. Мы сели в машину как обычно. На одном из перекрёстков, когда светил зелёный, с правой стороны в нас влетела машина. Друг, по совместительству водитель, закрыл меня собой. Он лёг в больницу с сотрясением, а умер от кровоизлияния в мозг.

После такого я впала в депрессию. Спустя полгода всё произошло точно так же, как и во сне. И, как чаще всего, ничего изменить и обмануть судьбу не получилось.

Спустя время я научилась жить со снами. После того как перестала их бояться, я стала спокойнее относилась к тому, что падают самолёты, гибнут люди. Как-то научилась различать, где просто сны, а где то, что будет. Мне начали приходить мысли, ведения – не знаю, как правильно это назвать – наяву. Я непонятным образом просто вижу и знаю ответ на вопрос. Но чтобы было меньше вопросов, делаю вид, что гадаю. Хотя да, что-то мне помогает – те же свечи или карты. На них просто легче сконцентрироваться, благодаря чему легче получить ответ на тот или иной вопрос.

Всё что я вижу и сообщаю сбывается в какой-то мере. Ведь будущее меняется, если в него заглянуть так или иначе. У кого-то это просто не получить нужную оценку, у кого-то не сломать ногу, кто-то перестаёт общаться с кем-то, и жизнь становится лучше. У всех всё по-разному, но у меня не так. Всю боль и чувства, что будут испытывать или уже испытывают люди, я переношу на себя. Все эти заглядывания в бедующие отражается на мне и моём окружении. От чего жизнь у меня не легка – физически и морально.

Как-то раз мне приснился сон. В нём я бежала от летящих гранат, взрывов от них и выстрелов танков. Там я была с молодым человеком и ребёнком. На тот момент у меня был парень, но снился далеко не он. Тогда я поняла, что человек не мой, и спустя время мы расстались.

Через год у меня появился молодой человек, тёмные короткие волосы, подтянутое телосложение, голубые глаза с сероватым оттенком – всё как во сне. Вскоре он стал моим мужем. Не хватало только ребёнка, мальчика. Появился и он – наш сын. И началась война. Война между добром и злом в том и этом мире.

Я чувствовала это и видела, как нечто похожее на силуэты людей, явно уже находящихся не в мире людей, маялись и метались в разные стороны. Такие видения наяву были и раньше, особенно после происшествия из моего детства, там было много силуэтов. Так же было и сейчас – только больше крови, больше запаха пороха, грязи и запах ненависти вперемешку со страхом.

Во всей этой суете человеческой я не обратила внимание, что видела смерть, ходящую рядом. Всё пыталась не замечать её – и это получилось. Пропустив все её намеки о скорой кончине кого-то рядом, я упустила момент спасти этого человека, как спасала раньше и сейчас. Это единственное, что я могла изменить. Как будто мне только это и было позволено – видеть знакомую в чёрном и отводить её как можно дальше. Не всегда могла спасти и увести косую, но, когда это получалось я была безумно счастлива и благодарна за ещё одну возможность побыть с тем или иным человеком.

Как судьба сложилась у не знакомых мне людей, от которых я её отвела, не знаю, но верю, что всё хорошо. Надеюсь, на это.

Вскоре после случившегося горя в семье мне приснилась маленькая девочка с двумя косичками. Она сидела рядом со мной у могилы недавно похороненного человека и рассказывала, как она рада, что появилась на свет, как радует её весь мир и как она хочет изменить мир – тот и этот – в лучшую сторону. Через пару недель мы с мужем узнали, что скоро нас станет ещё больше в семье: у нас появится маленькая голубоглазая принцесса.

С появлением дочери сны, как и видения, начали меняться – это радовало. Меньше смерти, страха и боли, больше радости, но ненадолго. Просто их стало меньше.