Читать книгу Мемуары эрритянина - - Страница 3

После взрыва родной планеты Эрри, Уни оказался в космическом пространстве. Понимая, насколько опасен для него вакуум, он максимально сблизил молекулы жидкого тела, уменьшив его объём в разы, и мгновенно создал защитный кокон в виде огромного плотного эллипсоида, сгустив усилием мысли энергию Вселенной до физической материи.

Сила энергетического импульса уносила Уни вместе с обломками планеты от места взрыва. Космический холод, проникая в его тело, замедлял работу сознания, а мерцание далёких звёзд усиливало ощущение одиночества. Эрритянин понимал: существовать будет до тех пор, пока сможет мыслить.

Мощный удар заставил эрритянина развернуться и принять вид, полученный при рождении. Тут же он почувствовал твёрдую каменистую поверхность. Не было никакого сомнения: он на астероиде. Теперь Уни двигался в пространстве Вселенной с большей скоростью.

Постепенно его затягивало в состояние безразличия, и тут внимание эрритянина привлекла ярко-голубая планета, вызвав к себе интерес необычным свечением.

Под влиянием гравитационного поля планеты астероид вошёл в её атмосферу и начал падение. Попав в термосферу, он воспламенился. Вскоре жар астероида заставил Уни отделиться от него и продолжить падение самостоятельно. Масса кокона была мала – он медленно приближался к поверхности планеты, крутясь в воздушных потоках. Кокон кидало то в одну сторону, то в другую, вращало вокруг оси. Уни с трудом выдерживал болтанку: мысли путались; казалось, он вот-вот разлетится каплями во все стороны. Закрутив потоки вселенской энергии разной вибрации, он создал энергетический пучок, увеличивший скорость падения. Болтанка прекратилась. Достигнув поверхности планеты, Уни остановил действие энергетического пучка. Наступила гнетущая тишина. Прозрачные стенки кокона позволили осмотреться. Он находился на поверхности жидкого, накапливающего информацию вещества. Прежде чем избавиться от кокона, Уни исследовал окружающую среду. Выяснил: атмосферное давление планеты великовато, но отрицательно повлиять на его жизнеспособность не может. Вызывало опасение присутствие в составе воздуха неизвестного элемента. Уни понимал: уничтожив кокон, может уйти в небытие. Перспектива остаток жизни провести внутри кокона угнетала больше. Он рискнул – ему повезло!

* * *

Прохладное прозрачное вещество несло Уни в неизвестность, удивляя торчащими из поверхностного слоя планеты вертикальными объектами с многочисленными уродливыми отростками, облепленными чем-то мелким, хаотично двигающимся. Попавшие в поле видения объекты поражали конфигурацией и цветом. Уни наткнулся на длинный жёсткий предмет, обвился вокруг него и перетёк на твёрдый участок. И тут огромное несуразное существо на мгновение придавило его конечностью. Любопытство заставило действовать: Уни сгруппировался и вертикально поднялся столбиком над верхним слоем планеты. Существо неторопливо удалялось. Эрритянин, дистанционно отсканировав его, решил изучить. Закончив, пришёл к выводу: оно биологического вида; небольшие клетки формируют органы и общий облик. Состоит из жидкости всего лишь на восемьдесят процентов! Тело покрыто кусками твёрдой материи разной плотности и необычной окраски. Передвигается используя нижние конечности, а верхними двигает хаотично, удерживая равновесие. Мыслительная деятельность происходит в небольшой круглой части тела.

Уни удивила жёсткая форма существа, не позволяющая менять свой вид, в то время как эрритяне легко видоизменялись. Помимо этого, они владели телепортацией, телекинезом, телепатией, умели сканировать объекты, искажали при необходимости небольшую часть пространства, воспринимали всё реально существующее через отражение на поверхности тела или особым внутренним видением сознания, которое складывалось из ощущения и чувствования. Они знали, как возникла Вселенная и появились разумные организмы. Отличались друг от друга формой и цветом, меняя и то и другое в зависимости от возникшей ситуации или настроения. Неизменной у них оставалась индивидуальная вибрация врождённой энергии. Она делала их узнаваемыми. Имя выбирали сами, когда отделялись каплями от уходящего в небытие родителя. Его накопленные сведения о Мироздании находились у появившихся эрритян в особой микрочастице памяти, пополняемой уже ими новой информацией о постоянно меняющейся Вселенной. Они добывали её путешествуя на небольших звездолётах. Эрритяне могли воспроизвести многие предметы, пользуясь записями, хранящимися в Банке Знаний, созданном разумными организмами сверхцивилизаций. Однако изобрести никогда и нигде не существовавшее эрритяне не могли: не обладали полётом фантазии.

Уни, изучив внешний вид существа планеты, захотел как можно больше узнать о нём. Он вытянулся вверх и принял его облик, а выполнив с неимоверной точностью клетчатый рисунок материи, покрывающей верхнюю часть его тела, и верно передав оттенок голубого цвета ткани, на нижних конечностях стал догонять существо. Когда настиг, оно обернулось и – замерло.

Уни уловил возрастающую энергию ужаса, сковавшую движения существа. Эрритянин вспомнил, как сам испытал нечто подобное при рождении на Эрри, а получив подробные сведения о планете и её обитателях, успокоился.

В планы эрритянина не входило пугать его – он опустился на верхний слой голубой планеты и расплылся по ней.

Предмет наблюдения, обретя подвижность, потоптался на месте и, гонимый страхом, стал быстро удаляться. Уни, приняв форму одного из всюду летающих небольших обитателей планеты, последовал за ним. Нагнав, полетел рядом и выпустил в его круглую часть тела тончайшие уплотнённые струйки. Нащупав ими зону памяти, основательно изучил её содержимое и сопоставил полученную информацию с видимыми объектами. Теперь Уни знал: его окружают деревья с корявыми ветками, усыпанными шуршащими и колышущимися от ветра зелёными листьями; перед ним человек разумный по имени Николай. Один из многих людей, живущих на планете. Эрритянин без труда разобрался с его языком и узнал название космического тела, покорившего его своим видом. Это Земля: третья планета Солнечной системы галактики Млечный Путь. Её жители считают свою планету чуть ли не единственной во Вселенной, населённой разумными организмами. Узнав об этом, Уни подумал: «Скудные и неточные сведения. Жаль: они на низкой ступени развития. Трудно будет жить среди них!»

Просмотрев внутренним видением расположение созвездий вокруг Земли, понял: он на окраине галактики, где до недавнего времени мирно существовала родная планета Эрри.

* * *

Николай выбежал на дорогу, сел в старенький автомобиль «Жигули» горчичного цвета, созданный ещё в прошлом веке, и направился на большой скорости к городу. Уни еле успел принять свой вид и приклеиться к рубашке на его спине. Им руководил возрастающий интерес: он хотел знать, как живут люди, есть ли другие разумные существа на планете, поразившей его столь разнообразной растительностью, раскрашенной всеми оттенками зеленого цвета, и множеством ползающих, летающих малых творений.

* * *

Николай, не увидев за собой погони, достал мобильный телефон и, волнуясь, сообщил другу:

– Я видел оборотня! Еду к тебе.

– Ты пьян и за рулем? – поразился Данила и плюхнулся на старенький, с консервной банкой вместо ножки, диван.

– Трезв как никогда! – поспешил заверить его Николай.

Подъехав к пятиэтажному дому с ободранным фасадом, он остановил машину и вошёл в подъезд. Уни сжался, чтобы не выглядеть мокрым пятном на одежде человека. На четвертом этаже открылась дверь в квартиру. Мужчина в черной майке и оттопыренных на коленях синих тренировочных штанах неподдельно обрадовался, увидев Николая, и радостно произнёс затасканную людьми фразу:

– В здравом уме и трезвой памяти! Ну здравствуй!

Стараясь подражать жителям Земли, Уни мысленно повторил: «Здравствуй». Его никто не услышал. «Их мозг не способен передавать и принимать мысли на расстоянии», – отметил он, продолжая наблюдать за людьми и вслушиваться в их разговор.

– Трезвый, трезвый. У тебя найдётся водка или мне сбегать?

– Водки нет. Есть коньяк и вино! – похвастался Данила.

– Тащи, – буркнул Николай и прошёл в комнату.

Там стоял у стены сервант с двумя полками. На одной примостились рюмки и несколько чашек, на другой – исторические книги, на фоне которых красовался портрет популярной актрисы.

Кроме серванта в комнате стоял огромный стол и вышеупомянутый диван. Николай, скрываясь от жены, частенько спал на нём.

Хозяин квартиры принёс спиртное, нарезанную колбасу и хлеб, пояснив:

– Извини, больше у холостяка ничего нет: пельмени закончились, яйца тоже.

Наполнив рюмки коньяком, Данила собрался произнести тост, однако Николай схватил предназначенную ему емкость, молча выпил одним глотком содержимое и стал закусывать.

– Рассказывай! – потребовал Данила, продолжая держать наполненную рюмку и возмущаясь действиями Николая, не давшего сказать пару хороших слов об их дружбе.

Тот посмотрел на него и взмолился:

– Налей ещё!

Видя нервозное состояние друга, Данила выполнил просьбу. Выпив коньяк, Николай почему-то шёпотом начал подробно описывать событие, невольным участником которого стал.

Уни внимательно слушал.

– Ну ты и загнул! Оборотень! Они из человека превращаются в волка, а ты видел себя. Устал, вот тебе и привиделось, – пояснил Данила, довольный своей эрудицией.

Решив доказать правдивость сказанного Николаем, эрритянин возник за столом в образе Данилы. Оригинал открыл рот от удивления и, вспомнив, как это делается, стал креститься и орать:

– Чур меня, чур!

Николай, в шоковом состоянии, схватил бутылку с коньяком и гаркнул:

– Где третья?

Знакомый возглас сработал: Данила кинулся к серванту, достал стопку и поставил перед двойником. Николай наполнил ёмкости. Выпив, друзья потребовали объяснений у внезапно появившегося гостя:

– Ты кто? – стукнув кулаком по столу, задал вопрос Николай.

– Да! – поддержал его Данила, посмотрев свысока на копию.

Повторяя действия землян, Уни вылил предложенную жидкость в рот нового тела. Оно вместе с чёрной майкой и синими штанами стало коньячного цвета. Теперь он больше походил на жителя Африки. Не замечая этого, он с гордостью представился:

– Я другой! Меня зовут Уни.

– Иностранец, что ли? – решил уточнить Данила.

– Наверно, – неуверенно произнёс эрритянин.

Уни не мог удержать новую форму тела: то рука становилась короче, то ноги исчезали. Это его беспокоило, а тут ещё мыслительный аппарат начал давать сбои. Создалось впечатление, будто он сейчас уйдёт в небытие. Уни почувствовал, как мысли разлетелись, затем собрались в большую кучу рядом с ним. В результате он погрузился в бессознательное состояние, приняв свой обычный вид. Никогда ничего подобного с ним не происходило!

Данила и Николай смотрели на гостя, пили, не закусывая, и не верили глазам: пришелец то становился инвалидом, то выздоравливал, далее опять терял какую-нибудь часть тела, а потом и вовсе пропал.

– Даня, ты это… – о чем-то попытался спросить друга Николай, когда гость растворился.

– Ага, – пробормотал тот, встал из-за стола, сделав два шага, упал на диван и погрузился в глубокий сон.

Первым очнулся Уни и понял: он может мыслить. Тут же решил: никогда не пробовать никаких напитков на планете Земля. Тишину нарушил резкий звонок мобильного телефона. Данила, не открывая глаз, нащупал его и, сообразив, кто звонит, стал громко отчитываться:

– Да. У меня. Только чуть-чуть. Немедленно! – произнося это, Данила протянул телефон другу, спящему на стуле в неудобной позе, а растолкав его, тихонечко произнес:

– Благоверная.

Николай подскочил и стал бодрым голосом рапортовать:

– Натуся, грядки полил, деревья тоже. Не кричи. Воду в бак набрал. Так ещё только июль – они не поспели. Ничего подобного! Данила не такой! Он лучший мой друг! Умоюсь и – домой.

Данила потянулся, встал, и тут глаза сами собой округлились, а тело скукожилось. Он прошептал:

– Ник, мне вчера привиделось спьяну или…

Тот спокойно произнес:

– Сейчас уточним. – Выдержав паузу, проговорил: – Эй, ты здесь? – Потом прижал указательный палец к губам и стал прислушиваться.

Не получив ответа, повторил попытку прояснить, до какой стадии опьянения они вчера дошли:

– Другой, или как там тебя, подай голос.

Уни молчал, находясь под столом в жидком виде. В таком состоянии он мог общаться только мысленно.

Николай посмотрел на друга и уверенно произнёс:

– Даня, не было ни-че-го!

Потом прополоскал рот, увидев помятое лицо в зеркале, изрёк:

– Пить действительно надо меньше. Люди знают, что говорят!

Николай попрощался с другом и направился домой, морально готовясь к встрече с женой. Покидая квартиру, он не заметил, как к пятке ботинка приклеился желеобразный комочек. Выйдя на улицу, понял, вчерашние странности продолжаются: к нему подбежала кошка и стала тереться о ноги.

– Брысь! – крикнул он, а для устрашения топнул.

Только намерился продолжить движение, как со всех сторон к нему потянулись невероятной окраски кошки, разных мастей и величин собаки. Они не рычали, не шипели и не кидались друг на друга. Николай в замешательстве остановился. Прохожие с недоумением смотрели на долговязого мужчину средних лет в джинсах и клетчатой рубашке, видя, как вокруг него образовалось кольцо из животных, заставив его нервничать.

Уни сообразил: он привлекает чем-то этих существ. Для своей безопасности выпустил в них сгусток отпугивающей энергии. Живность попряталась, зеваки разошлись. Дальнейший путь к машине Николая был свободен.

«Эти существа улавливают вибрацию энергий. Умственное развитие людей гораздо выше, чем у них, а чувствительность невероятно низка!» – отметил эрритянин. Этот факт его удивил. Он перетёк на более высокое место, облюбовав карман рубашки Николая. Покачивание машины ввело его в состояние молчания мыслей (это состояние сравнимо с дремотой землян).

Николай подъехал к современному девятиэтажному дому с окнами во всю стену. Он поднялся на второй этаж, но не успел даже достать ключ, как дверь квартиры распахнулась, перед ним возникла, заслоняя собой дверной проём, жена в ярко-красном халате, с полотенцем, намотанным на голову. Строго посмотрев на мужа, пропустила его в прихожую и начала высказывать всё накопленное за прошедшую ночь бодрствования.

Николай молчал: огрызнуться на женщину, отец которой даровал однокомнатную квартиру, посчиталось бы наглостью с его стороны.

Эрритянин вышел из любимого состояния от громких криков существа, внешне отличающегося от тех, с кем успел пообщаться. Оно было одинаково в длину и ширину. После того, как Уни покопался в приобретённой базе данных о землянах, сделал вывод: перед ним великолепный экземпляр человеческой особи женского пола – супруга Николая.

Голос женщины постоянно срывался на фальцет при стремлении что-либо втолковать мужу.

– Ты обо мне подумал, когда направлялся к Даньке? Я всю ночь не спала: от дачи до дома два часа езды на машине. На мои звонки ты не реагировал! – кричала Наташа, подперев руками бока упитанного тела. – А ты у Даньки как всегда пьянствовал!

Николай смиренно стоял перед ней уже в зале, зля Наташу своим молчанием ещё больше. Закипев, она с невероятной силой толкнула мужа в грудь, при этом задев Уни.

В телах эрритян болевая точка блуждает, поэтому причинить им мучение проблематично. Наташа сумела!

Уни молниеносно отреагировал: оттолкнул женщину созданным энергетическим пучком.

Ему пришлось пожалеть об этом: Наташа, отлетев, ударилась спиной о стеклянную дверцу серванта. Раздался звон разбитой посуды. Хрустальные рюмки, тарелки, чашки китайского фарфора с изображением ярко раскрашенного дракона, предназначенные для хвастовства перед подругами, одномоментно превратились в груду осколков, повредив руку Наташи. Она застонала.

Эрритянин направил невидимые лучи живительной энергии на раны женщины. Они быстро затянулись. Как поступить с осколками, он не знал: не успел зафиксировать формы разбитых предметов. Уни невольно стал причиной страданий человека. Размышляя над этим, он расплылся.

Наташа почувствовала себя лучше, но увидев груду битой посуды, истошно запричитала:

– Рюмки, сервиз и новая рубашка!

– С ней-то что? – опешил Николай.

– Пятно на груди. Шпроты ел у Даньки, что ли?

Николай пожал плечами, рассматривая новехонькую рубашку без единого пятнышка.

Уни поразился: женщина рыдала из-за творений, не обладающих разумом. Он осторожно выдвинулся из уха Николая, туда пришлось срочно ретироваться, чтобы не подвести своего носителя.

– Марш за хлебом! – приказала Наташа, зло посмотрев на мужа.

– Бегу, – пролепетал тот, юркнув за дверь.

Скорость движения Николая в этот момент неимоверно возросла. Уни, вылетев из своего укрытия, еле успел приклеиться к манжету его рубашки.

В магазине, взяв буханку хлеба, Николай поплёлся расплачиваться. «Настроение отвратительное, домой идти не хочется: жена продолжит пилить за разбитую посуду. Сама отскочила. Я и пальцем её не тронул, а виноватым как всегда выставила меня», – рассуждал бедолага, вклиниваясь в очередь к кассиру.

– Её конец там! – услышал он от мужчины средних лет, тыкавшего пальцем ему в спину и брызжущего слюной.

– Иди ты! Где хочу, там и стою! – огрызнулся Николай, устав от кошек, собак и всем недовольной жены.

Он развернулся и толкнул назойливого покупателя. Тот ответил ударом в челюсть. Началась драка. В неё втянулись не только мужчины, но и женщины, ловко орудуя сумками.

Уни из последних сил держался за манжет рубашки Николая. В какой-то момент эрритянина сильно тряхнуло, он, пролетев дверной проём магазина, упал на пешеходную дорожку. Уни не мог пошевелиться: люди шли, наступая на него. «Затопчут!» – пришёл к выводу он, чувствуя, как наполняется энергией страха, от которой зависают мысли, становясь бесполезными.

Неожиданно Уни услышал рядом с собой: «Мяу». Сработал инстинкт самосохранения: он, применив энергетический пучок, полетел к кошке. Ему повезло: успел прилипнуть к кончику её хвоста. Спасительница оттолкнулась задними лапами от асфальта и шмыгнула на газон. Почувствовав себя в безопасности, Уни отцепился и упал на траву. Он не решался двигаться, боясь опять попасть в трудную ситуацию.

На небе появилась луна, хотя солнце не успело спрятаться за горизонт. Внимание Уни привлекли большие окна многоэтажных домов. В них отражался свет вечернего солнца. Это впечатлило его. Расширив пространство обзора, он увидел трассу. По ней двигались автомобили разной величины и поражающих воображение форм. «Люди могут создавать огромное количество непохожих друг на друга передвижных средств! Они обладают редкостной фантазией!» – подумал Уни, впервые за время пребывания на планете восхитившись её обитателями.

Город жил торопливой жизнью. Мысли людей кричали о радости, любви, боли, хамстве, несправедливости… Эрритянин попытался разобраться в этом клубке чувств и эмоций. Но не смог. Земляне жили нелогично: то мечтали о чём-то, то стремились непонятно куда и зачем, порой усложняли жизнь без видимой причины или бездействовали, а то и перекладывали свои проблемы на других. Уни запутался, пытаясь понять людей, и решил воспринимать их такими, каковы они есть: с их необдуманными поступками, несбыточными мечтами, пустыми восторгами, драками, руганью…

Стемнело, появился свет в окнах квартир многочисленных домов, выстроенных в определённом порядке. Количество прохожих уменьшилось. Уни стал наблюдать за движением машин, излучающих фарами белый свет, а задними фонарями красный. Ему захотелось стать одной из них. Руководствуясь лишь желанием, он создал машину. Такие необдуманные поступки приводили к нареканию со стороны Тори и Элла. У Уни с ними был общий родитель: знаменитый Алк. Жители Эрри оставляли после себя, уходя в небытие, две думающие капли. Алку, прославившемуся мудростью, правящие планетой Эрри постановили оставить три.

Тори признали мудрым, Элла выдумщиком, а Уни безрассудным.

* * *

Марина работала главным бухгалтером в одном из офисов престижного предприятия в центре города. Её стройная фигура, роскошные рыжие волосы и карие глаза многим мужчинам не давали покоя. Каждый раз, принимая ухаживания, она надеялась на длительные отношения, но очень быстро приходило разочарование. Ей хотелось рядом с собой видеть необыкновенного парня, правда, она не знала, в чём это должно проявляться, но хотелось.

Сегодня Марина спешила, лавируя среди автомобилей на красавице цвета хаки: стремясь успеть приехать домой после работы, поставить машину в гараж, надеть платье, в котором она будет восхитительна, и, чуть опоздав, появиться в ресторане, где должен ждать её Вадим. Всё складывалось удачно: пробок не наблюдалось, до дома оставалось проехать один квартал. Мысленно Марина уже перебирала наряды, предвкушая встречу. Именно в этот момент пришлось резко затормозить. «Вот нахал! Так подрезать!» – возмутилась она, давя изящной ножкой тормоз. Девушка впервые видела странный автомобиль, внезапно возникший перед ней. Определить марку никто не смог бы: его собрали из деталей разных типов машин. У Марины возник большой вопрос: как такая тачка могла ездить, да ещё с невероятной скоростью? Вскоре она потеряла немыслимое авто из виду и вернулась к прерванным рассуждениям: «А вдруг Вадим парень моей мечты, да ещё и богат?»

Изобразив машину, Уни нарушал дорожные правила, не имея ни малейшего понятия об их существовании. Он обгонял другие средства передвижения, визжащие тормозами. Возмущённые водители пытались догнать монстра и прижать к обочине, мечтая «вежливо» поговорить с его хозяином. Однако им это не удавалось.

Неожиданно для окружающих, уродливое авто вылетело на встречную полосу перед фурой. Шофёр с лицом, искажённым гримасой ужаса, всеми ста килограммами веса принялся давить на тормоз. За долю секунды до неминуемого столкновения, невероятного вида авто взмыло вверх и продолжило путь по воздуху. Водители ближайших машин перестали что-либо понимать. Автомобили хаотично задвигались, образовав пробку; завыли клаксоны, владельцы машин заблистали знанием ненормативных слов.

Уни сообразил: эту неразбериху создал он, и, приняв обычный вид, влетел в открытое окошко Audi S3, проезжавшей под ним.

Марина видела, как в воздухе растворилась жуткая машина, и в тот же миг почувствовала прикосновение к щеке отвратительной слизи. Она провела по щеке рукой, посмотрела на часы и подумала: «Успеваю!»

Эрритянин в разы уменьшился и осторожно пристроился за её ухом, сразу почувствовав, как его обволакивает нежный аромат.

* * *

Перебирая одежду, Марина разбросала её по квартире и, выбрав платье для посещения ресторана, направилась в ванную комнату.

Уни поздно вышел из состояния безразличия, чуть не попав в пугающую неизвестность планеты через отверстие ванны, в то время как девушка принимала душ, наслаждаясь теплыми струйками воды.

Эрритянин, цепляясь за её серёжку, долго сопротивлялся водяному потоку. Вскоре прозрачная жидкость прекратила литься. Силы покинули Уни – он свалился на бортик ванны.

Перед ним стояла нагая Марина. Эрритянин с восхищением рассматривал её, восстановив ощущение бархатистой, пахнущей лепестками роз кожи. В девушке всё было гармонично. Он был удивлён: земляне накрывали себя кусками твёрдой, безобразной материи, уродуя свой вид.

Уни заинтересовали стоящие на полке возле зеркала флакончики, щёточки и непонятные для него мелочи с неповторимым ароматом, раскрашенные в разные цвета и оттенки. «Создать такое количество непохожих друг на друга предметов, каждый из которых имеет своё предназначение?! Земляне не так уж примитивны!» – отметил он.

Собираясь в ресторан, Марина надела лёгкое розовое платье. Оно заструилось по её телу, сочетаясь с цветом туфель.

Уни скопировал муху, увиденную на подоконнике, подлетел к девушке, уменьшился и спрятался в рыжих роскошных волосах.

* * *

– Вадим, я опоздала, прости, – пролепетала Марина, подбегая к симпатичному парню, стоявшему у входа в ресторан.

– Я готов ждать тебя всю жизнь, – произнёс он фразу из какого-то кинофильма, эффектно соединив и прижав к груди ладони.

Познакомились они в музее на выставке картин известного художника, подойдя одновременно к одной из них. Пейзажи были реалистичны и вызывали восхищение у знатоков. Марина захотела тоже высказаться. На её щеках появился румянец в момент произнесения восторженных слов о живописи художника. Вадим замер. Она казалась ему сказочной феей, позволившей постоять рядом с ней.

Вообще-то, Вадим пришёл на выставку узнать, насколько серьёзно охраняются картины. Лидер его группы решил похитить один из дорогостоящих шедевров. Увидев Марину, он впервые в жизни разозлился на себя. Он из преступного мира.

* * *

Переступив порог ресторана, Марина окунулась в сказку. Задрапированные шёлком бежевого цвета стены, хрустальные люстры с подвесками, сервировка стола посудой из тончайшего фарфора очаровали её, а саксофонист обворожил самозабвенной игрой чарующей мелодии. «Как редко я бываю в таких местах, – подумала она. – Здесь все заботы превращаются в пыль. От устремленных взглядов мужчин чувствуешь себя звездой галактики. Самой крупной её звездой!»

Светло-голубые глаза Вадима, иссиня-черный цвет волос и обворожительная улыбка пленили Марину. «Это он!» – прошептала девушка, испытывая необыкновенное влечение к нему.

Уни почувствовал изменившееся состояние Марины. Она улыбалась, смеясь, кокетничала. Эрритянин не мог понять, как без видимых усилий парень воздействовал на неё? В этот момент Марина выглядела восхитительно!

Уни принял форму мухи и, пролетая мимо Марины, заглянул в глаза. «Её фантазия создала идеальный образ землянина, – поразился Уни. – Парень не такой!»

Эрритяне изначально обладали эмоциями и чувствами, они проявлялись у них по мере надобности. Возникнув, оставались с ними навсегда. Однако большинство сородичей уходило в небытие так и не узнав о них. Жизнь на Эрри была однообразна.

Уни, вылетев из ресторана, вспомнил, как Марина смахнула его со щеки, при этом её лицо исказилось отвращением. «Я – другой! Люди не смогут воспринимать меня таким, каков я на самом деле! Между нами пропасть! Хотя мы подвержены душевным мукам, как они», – подумал он и продолжил полёт в никуда.

* * *

Эрри в сравнении с другими планетами выглядела небольшой. Её освещало три маленьких звезды нежаркими лучами. Поверхностный слой состоял из влажного песка красного цвета. Эрритяне создавали из него холмы с тоннелями, небольшие постройки, постоянно меняя их форму. Делалось всё просто: детально представляли себе задуманный объект, потом силой мысли создавали из песка, а иногда из сжатой космической энергии, благо она была всюду. Для путешествий по просторам Вселенной эрритяне конструировали по чертежам Банка Знаний небольшие звездолёты.

После гибели Эрри Тори оказался далеко от её бывшей орбиты. Из его тела при взрыве был вырван кусочек. Теперь эрритянин не мог точно изобразить какую-либо форму. Любой сородич вмиг вылечил бы его, но рядом в мерцающем миллиардами звёзд пространстве не было никого. Его прежняя жизнь стала воспоминанием. Тори ничего не оставалось, как обезопасить себя, создав кокон, и погрузиться в безразличие. На его теле сквозь прозрачные стенки кокона отражались пересекающиеся цветные энергетические потоки, создающие жизнь во Вселенной.

Тори не отреагировал, почувствовав притяжение голубой планеты, но жар её внешнего поля заставил его создать энергетический пучок, ускоривший падение.

Попав на твёрдую поверхность планеты недалеко от странного мыслящего существа, Тори удостоверился в возможности существования на ней, потом принялся собирать отрывочные мысли здешнего обитателя, стараясь приспособиться к окружающей среде. Он понимал, придётся находиться рядом с ним и подобными созданиями, поэтому дистанционно тщательно изучил его тело, отметив дряхлое состояние внутренних органов, нашёл и просмотрел информацию, накопленную в клетках памяти, скудность которой удивила его: однообразные фрагменты из прошлой разгульной жизни и стремление к власти над себе подобными любыми способами.

Тори быстро разобрался с названиями многочисленных окружающих его объектов. Эрритянина поразило количество видов пищащих, свистящих и издающих прочие странные звуки малых творений. Удивило множество форм растений и их раскраска, а также всевозможные непонятные для него предметы разной формы и величины. Решив осмотреться, он вытянулся вверх над землёй.

Перед ним на огромной территории, огороженной высоким глухим забором, росли высоченные сосны, ближе к двухэтажному дому лиственные деревья и кустарники, а перед строением клумбы с невероятной красоты цветами. Их запах распространялся далеко за пределы усадьбы, построенной недалеко от огромного многоголосого города.

Сгорбленный старик выглядел безобидным и, как решил Тори, не представлял никакой для него угрозы. Эрритянин не знал: болезненного вида человек крепко держал иссохшей рукой организованную преступную группировку города, являясь её лидером. Прислуга звала его Эдуардом Владимировичем, братва – Хозяином. С ним жил Олег – сын покойной сестры. Старику было за шестьдесят – постоянно тянуло в сон, однако делиться властью не хотел, да и не с кем. Племянник рос никчемным, правда необыкновенно красивым, парнем.

Изучая содержимое памяти пожилого человека, Тори обнаружил тоску по умершей собаке. Не раздумывая, он принял форму щенка английского бульдога. Всё было выполнено безукоризненно, кроме одной из задних лап: она получилась короче, чем остальные, заставляя его в этом образе хромать. Тори расположился у ног старца, дремавшего в кресле-качалке просторной беседки, и заскулил, стараясь обратить на себя внимание.

Парню с рельефной мускулатурой, слонявшемуся неподалёку, входила в обязанность охрана Хозяина. Увидев щенка, он схватил его за шкирку и потащил прочь, намереваясь выкинуть за пределы усадьбы.

– Антон, откуда он взялся? – поинтересовался старик.

– Как-то проскочил. Паршивец!

– Оставь его: он мне напомнил моего любимца. У него тот же белый окрас. Я назову его Боец.

– Хорошо, Хозяин, – подчинился Антон, опуская собаку. – Его покормить?

– Займись этим и позаботься о прививках.

Эрритянин дал команду охраннику, применив гипноз: «Забудь!» Тот сразу упустил из виду последнее распоряжение Хозяина.

Так началась жизнь Тори на планете Земля. Дни в усадьбе походили друг на друга: Эдуард Владимирович дремал в кресле-качалке, а он в образе щенка бегал по саду или лежал у его ног. Безделье начало надоедать эрритянину. Тут, в один из «ленивых» дней, Антон пролепетал, подойдя к Хозяину:

– Мне пришлось разбудить тебя. Прости.

– Говори, – разрешил старик недовольным тоном.

– Толстяк просит принять его.

Поодаль стоял невероятно толстый мужчина, не зная, куда деть руки: то засовывал их в карманы брюк, то заводил за спину. Трудно было поверить, глядя на него, что это авторитет одной из преступных групп Эдуарда Владимировича.

– Пусть подойдёт, – разрешил старик.

– Приветствую тебя! – проговорил Толстяк. – Как здоровье? Мы беспокоимся о тебе, – лепетал он, чуть наклоняясь.

Тори напрягся: мужчина лгал. Он люто ненавидел и одновременно боялся Хозяина.

Люди, как установил эрритянин, обладают слабым энергетическим полем. Однако оно позволяет определить характер и отношение к себе подобным. Помня, кем в данный момент он является, Боец-Тори подался вперёд и грозно зарычал, давая понять старику об опасности, заключённой в толстяке.

– Успокойся. Ты молодец, – произнёс старик и, погладив вернувшуюся к нему собаку, позволил авторитету говорить.

– Малыш наглеет: собирает дань с ресторана, который я крышую. Накажи его.

– Про Малыша подробнее. Наказать или нет, не тебе решать. Не забывайся! Что? Не можешь с сосунком справиться?

– У него накачанные пацаны и много стволов.

– Перестань скряжничать, дай братве больше денег и заставь ходить в спортзал. Не скупись, докупи стволы. Жадюга!

– Помоги. Сам знаешь, не забуду, – продолжал умолять Хозяина Толстяк.

– Ладно. Второй раз с этим не приходи – не приму!

Закрыв за авторитетом калитку, Антон пробурчал:

– Толстяк – слабак.

– Знаю. Принеси плед: август в этом году выдался прохладным.

Антон ушёл. Эдуард Владимирович, гладя щенка, произнёс:

– Ты не собака, ты настоящий…

Тори насторожился; мелькнула мысль: «Он может распознать существо даже в другом обличье?» Приняв свой вид, он растёкся около старика. Эдуард Владимирович оторопел. Эрритянин понял: он поспешил наделить человека способностью, которой тот не обладал. Подумав, решил поговорить с ним, изобразив Антона. Опасности никакой: стереть кусок памяти старика он может в любую минуту и о нём как об инопланетянине никто никогда не узнает. Как и ожидал Тори, созданная копия Антона незначительно отличалась от оригинала. Она обладала глазами разного цвета. Один был коричневый, другой – серый. Старик, увидев преобразования собаки, вжался в кресло; у него впервые в жизни затряслись от страха руки.

– Кто ты? – промямлил он, после того как Тори окутал его энергией спокойствия. – Маг, мистик, медиум?

– Тори с планеты Эрри.

Эдуард Владимирович читал об инопланетянах, якобы живущих на других планетах, но даже не представлял, что они могут находиться на Земле. Тем не менее один из них стоял перед ним. Как практичный человек, Эдуард Владимирович стал искать выгоду от знакомства с представителем другой цивилизации. Замирая, он осторожно спросил:

– Ты можешь только видоизменяться?

– Нет. В экстремальной ситуации могут открыться другие способности. Так мы устроены.

– Хочу предложить тебе стать моим другом и выполнять мои просьбы.

– Буду рядом, пока они понятны, – произнёс Тори и решил не стирать из памяти Эдуарда Владимировича информацию о себе, рассчитывая при общении разобраться: к чему стремятся люди, чем дорожат, как устроена их жизнь.

– Возвращается Антон. Прими вид собаки: не стоит шокировать его, – попросил старик эрритянина и закрыл глаза, притворяясь спящим.

В этот момент Эдуард Владимирович подумал: «Хотелось бы стать с помощью инопланетянина одним из тех, кто правит миром. Чтобы находиться среди них, необходимо иметь серьёзный бизнес. У меня его нет. Нет и здоровья. Сможет ли инопланетянин разобраться в сложных отношениях власть имущих планеты и помочь мне стать одним из них… время покажет».

К старику подошёл Антон с пледом и, «разбудив», протянул мобильный телефон.

– Да. Чьих рук дело? Хорошо. Проводим в мир иной, встретимся на сходке у Гоблина. Убийца будет наказан! – заявил старик и призадумался: – Какой ерундой приходится заниматься, когда появилась возможность встать рядом с правящими миром.

Помолчав, он озвучил свой разговор с собеседником не столько для Антона, сколько для Тори:

– Убили Толстяка. Братва его группы подозревает Малыша. Тот последнее время открыто вредил их авторитету: забирал дань, подготовленную Толстяку хозяином ресторана.

Щенок-Тори тявкнул, оповестив старика: всё услышанное понял. И тут же подумал: «Люди убивают друг друга! Это немыслимо!»

* * *

Эдуард Владимирович собирался на сходку. Гоблин, владелец ресторана, где она была назначена, волновался: Хозяин суров и мог наказать даже за незначительную провинность. Предпочитал французскую кухню. Зная об этом, Гоблин не только сделал интерьер ресторана в элегантном французском стиле, но и принял на работу шеф-поваром француза. Это дало возможность быть в фаворе у старика. По его распоряжению ресторан никто не крышевал. Сходок авторитетов последнее время уменьшилось, да и сам старик редко заезжал ужинать. Жизнь Гоблина радовала его, она стала прибыльной и спокойной. Увидев машину Хозяина, он вышел на крыльцо.

– Здравствуй, спасибо, что назначил сходку у меня, – произнёс Гоблин, идя навстречу подъехавшему дорогому гостю. – Я приготовил хороший ужин. Надеюсь, тебе понравятся котлеты де-воляй.

– Непременно отведаю, – заверил его Эдуард Владимирович, пересаживаясь из машины в коляску для инвалидов.

Уже лет пять ему приходилось так передвигаться. Раны прошлого времени, полученные при создании организованной преступной группировки, с возрастом сделали его малоподвижным.

«Тимофей так уродлив, что невольно подумаешь о его причастности к монстрам из подземелья. Точное у него прозвище. Где он нашёл себе такого повара? Только в его ресторане неплохо готовят», – размышлял Эдуард Владимирович, выросший в интеллигентной семье.

Переступая порог ресторана, он вспоминал детские годы. Именно здесь родители праздновали дни рождения его и сестры.

Отец Эдуарда Владимировича работал ректором педагогического института. Мать воспитывала его и сестру, впоследствии ставшую педагогом. Отец рано умер, оставив семью без средств. При жизни, получив заработанные деньги, сразу тратил. Мать, живя в состоятельной семье, не знала, как жить экономно: покупала всё понравившееся, не задумываясь, будут ли деньги завтра. После смерти отца жизнь Эдуарда Владимировича стала невыносимой. Привыкнув к обеспеченному детству, смириться с внезапной нищетой он не мог. Познакомился с человеком, сделавшим его значимой фигурой в преступном мире.

Став лидером группировки, проявил организаторские способности и умение вдохновлять подчинённых. Руководил применяя жёсткие методы.

* * *

Боец-Тори, обгоняя старика, направился к открытой двери ресторана, знаменитого своим убранством. Парнишка лет семи, одетый как швейцар, придерживал входную дверь. Гоблин с улыбкой посматривал на внука, с усердием выполнявшего порученную на сегодня работу. Увидев наглую собаку, важно дефилирующую мимо него в зал ресторана, парнишка решил отбросить её пинком подальше от двери.

– Не смей, пристрелю, – спокойным голосом предупредил мальчика Хозяин.

Тот замер с поднятой ногой.

– Немедленно убирайся! – заорал на него Гоблин.

Тори почувствовал, как у владельца ресторана похолодело внутри от спокойно произнесённого слова: пристрелю. Эрритянин поразился: старик действительно убил бы паренька. Тори внимательно посмотрел на Хозяина. Тот, озабоченный болью в ногах, невозмутимо продвигался к столу. «Он жесток, – подумал Тори. – И скрытен. Я не смог точно определить, каков он!»

Пять авторитетов группировки Эдуарда Владимировича в дорогих костюмах, белоснежных рубашках, при галстуках, вальяжно развалились на диванах, обтянутых тканью светло-бежевого цвета. На интеллигента никто из них не был похож: воспитание было не то.

Хозяин взял фужер, наполненный на четверть изысканным вином, и произнёс незамысловатый тост. Затем, сделав глоток, принялся за еду.

Вместе с авторитетами ел и пил Малыш. Он являлся самым молодым среди акул грабительского бизнеса, поэтому и получил такое прозвище. Года три назад Хозяин выделил ему на окраине города кафе и два небольших магазина. Парень понимал: он приблизил его к себе, так как окружение значительно постарело. Хозяину нужны люди, шагающие в ногу со временем. Малышу это льстило. Но! Старик не давал ему развернуться, а доходы не соответствовали его аппетиту.

Небольшого роста, худой Малыш горбился. Это усиливало его неказистый вид. Он ненавидел родителей за свою внешность, девчонок, смеющихся над ним, Хозяина.

* * *

Эдуард Владимирович положил столовые приборы в тарелку, давая понять: ужин окончен, пора перейти к делу. После небольшой паузы, произнёс:

– Мы с почестями проводили Толстяка в мир иной. Теперь нужно распорядиться его долей: он не оставил наследника. Какие будут предложения? Назначить преемника или поделить?

Решал Хозяин всегда сам, однако спрашивал авторитетов и выслушивал их: таков был порядок.

Зная суровый нрав старика, все молчали. Некоторые из них ненавидели Хозяина и ждали его смерти. Малыш не желал ждать. Он хотел сейчас тратить деньги, не считая их. Выждав паузу, пошёл ва-банк.

– Я владею малым. Доля Толстяка граничит с моей. Назначь меня преемником, – произнёс он, вглядываясь в лица авторитетов.

Малыш пытался определить, кто из них не побоится поддержать его. Воцарилась тишина: такой наглости никто не ожидал. Двое зло посмотрели в его сторону, рассчитывая получить кусок при дележе. Они были стары, как Хозяин. Те, кто моложе, убрали бы стариков, но идти войной на Хозяина никто не решался! Они знали: кто тронет его, окажется надолго за решеткой. Это в лучшем случае, в худшем будут уничтожены все ныне живущие родственники.

Эдуард Владимирович заметил раскол среди авторитетов, поймав взгляды исподлобья. Пристально посмотрев на Малыша, объявил:

– Решение сообщу позже. Сурово накажу того, кто убил Толстяка!

Произнося это, он думал: «Все же не избежать разборок: моя власть над ними дала трещину. Стар стал, очень стар! Сопляк голову посмел поднять. Впрочем, не пришло время уходить на покой: мне поможет устоять инопланетянин!»

Эдуард Владимирович, превозмогая боль в ногах, поднялся и, игнорируя коляску, направился к двери. Он знал: в этот момент все смотрят на него. Преодолев половину пути, ощутил в теле силу, это позволило принять былую гордую осанку. Он остановился, резко повернулся и пророкотал:

– Сгною!

Сев в машину, тихо произнёс:

– Благодарю, мой друг. Ты оказал мне существенную помощь.

Боец-Тори негромко тявкнул. Машина с Хозяином направилась в загородный особняк. Сопровождающая братва следовала за ней.

* * *

Малыш вырос в детском доме: родители погибли в автокатастрофе. Близких родственников не нашлось. Оказался за пределами ненавистного заведения несмышлёнышем. Вскоре приобрёл друзей среди воров. Вначале его всё устраивало, пока не захотелось жить красиво. Для этого нужны были немалые деньги – организовал группу. Его заметили, привели к Хозяину. Малыш взрослел, его «хочу» становилось дороже и дороже. Пошёл на конфликт с Толстяком, грабя предпринимателей на его территории.

Возбуждённый сходкой, Малыш направился домой и вызвал Вадима, решив посвятить его в свои планы. Он долго говорил, каким видит будущее, как братве будет с ним хорошо, затем спросил Вадима:

– Почему молчишь? Разве я не прав? Хватит старику нами управлять. Уж очень долго правит – пора на покой. Я хочу всё брать от жизни сейчас, а не ждать, когда старый маразматик соизволит мне отстегнуть ещё кусок. Стану таким, как он, мне ничего не будет нужно: ни денег, ни девочек. Некоторые хотят со мной объединиться. Уверен! – хвастливо заявил Малыш. – Завтра начну вести с ними переговоры. Вот увидишь, у меня всё получится!

– Да, – машинально подтвердил Вадим.

Ему нравилась Марина. Каждую минуту он думал о ней, понимая: такая девушка не будет встречаться с преступником! Приходилось ей лгать, скрывая правду о себе.

Вадима тяготила такая жизнь: избивать, угрожать пистолетом, забирая нажитую собственность. Он давно хотел вылезти из криминального болота, куда попал мальчишкой. Всё чаще и чаще мечтал стать обыкновенным парнем с пустыми карманами, но не знал, как уйти и остаться живым. У братвы закон: или с нами, или нигде. Его раздумья прервал Малыш пьяным бахвальством:

– Ты бы видел, как я разговаривал с Хозяином! – кричал он, делая очередной глоток пива и меряя шагами комнату. – Я не боюсь его!

– Почему ты убил Толстяка? – спросил Вадим.

Спокойный пожилой мужчина никогда не шёл на конфликт с Хозяином и верными ему авторитетами, по возможности не ввязывался в вооружённые разборки. Он не представлял никому никакой угрозы; его доля городской территории была меньше, чем у кого-либо, кроме Малыша. Добытые деньги складывал в кубышку и радовался, так как их становилось больше и больше. Вадим осуждал Малыша и злился на себя: он являлся его охранником.

– Зачем ему столько бабла? – рассуждал Малыш. – Ни детей, ни жены, ни любовницы! Пацаны стонали от его жадности. Они хотели достойной жизни, а получали? Толстяк всё время орал: «Я круче тебя!» Он назвал меня щенком. Вот и нарвался! – С трудом произнеся длинную речь, Малыш, качаясь, направился в спальню.

Вадим, твердо решив завтра же расстаться с Мариной, поехал домой. Он понимал: Хозяин уничтожит Малыша, а заодно и его. Может пострадать и Марина! Эта мысль резанула его!

* * *

Ранним утром Эдуарда Владимировича вывезли как обычно в сад и поставили перед ним на столике в стиле шале завтрак. Ему нравился этот стиль своей простотой.

Он любил утреннюю тишину спящего города, любил прислушиваться к щебетанию птиц, приветствующих рождение нового дня. В этот момент он выглядел как обыкновенный пенсионер. Однако эрритянин уже знал, каков он.

Боец-Тори привычно устроился недалеко от Хозяина. Старик много думал об инопланетянине и решил не привлекать его к серьёзным делам, а пока идут разборки, поручить небольшое, но ответственное задание. Эдуард Владимирович жестом отослал прислугу, потом обратился к инопланетянину:

– Мне трудно советоваться с собакой по важным для меня вопросам – изобрази Антона. Никакого риска: я отправил его устранить серьёзную проблему. Вернётся не скоро.

Тори видоизменился.

– Ты можешь стать копией моего садовника?

Эдуард Владимирович не успел закончить фразу, как перед ним возник двойник двадцатипятилетнего Сергея, высокого, худощавого, неряшливо одетого парня, появившегося на свет в глухой деревне. Он был трудолюбив, не болтлив, женщинами не интересовался, а вот цветами бредил: с утра до позднего вечера возился с ними в саду, поливая, подкармливая, пересаживая. У него росли и цвели даже капризные к здешнему климату растения, которыми старик хвастался перед гостями.

– Неплохо. Мой лоботряс хочет увидеть льва, – продолжил, не меняя почтительного тона, старик, хотя при виде Сергея чуть не гаркнул: «Пошёл вон к своим цветам!»

– В городе есть зоопарк, – напомнил ему Тори и, создав такой же стул, как у старика, сел за стол напротив него.

На лице Эдуарда Владимировича проскользнула гримаса злобы: никто не смел сесть рядом с ним без его разрешения. Сжав кулаки, он продолжил чуть напряженным голосом:

– Племянник хочет побывать в Африке.

– Это опасно, – предостерег эрритянин.

– Ты там был?

– Нет. Ознакомился, заглянув в энциклопедию. У тебя много книг!

Действительно, Тори обнаружил их в одной из комнат. Ночами он пробирался туда и с интересом знакомился с их содержанием. Сначала просматривал все подряд, пока не обнаружил тома Большой Советской Энциклопедии. Написанное в ней скопировал и поместил в клетку памяти. Прочтя и многое узнав о континентах планеты, решил побывать везде.

– Мальчик как-то быстро вырос, – пояснял Эдуард Владимирович. – Ему завтра исполнится восемнадцать! Хочу подарить поездку в Африку, о которой он мечтал с детства. Олег дорог мне; воспитываю как сына после смерти его матери. Буду спокоен, если ты поедешь с ним. Кстати, книги её.

– Ты временно вверяешь мне его жизнь?

– Да. Согласен?

– Почему я должен выглядеть как Сергей?

– Олег видит его постоянно, думаю, ему будет привычней общаться в поездке с ним. Его я уволил, выплатив огромную сумму денег за добросовестную работу, хотя найти такого увлеченного садовника будет непросто. Но ради племянника пошёл на это. Сергей будет безбедно жить: я купил ему небольшой домик в деревне. Вероятность вашей встречи сведена к нулю. Ну, так как?

– Ты всё предусмотрел – я согласен, – произнёс Тори, подумав: «Как может сочетаться в одном человеке жестокость и забота? Недавно чуть не убил ребёнка и тут же побеспокоился о жизни садовника. Землян невозможно понять!»

Эрритянин уже планировал расстаться со стариком и отправиться в путешествие по континентам. Быть собакой и довольствоваться беготнёй по лужайке стало невыносимо. Тори понимал: живя у старика, начнёт деградировать! А тут такое предложение!

* * *

Олег редко виделся с дядей, пока была жива мать. Зная, какой образ жизни ведёт брат, она не желала общения с ним сына. Эдуард Владимирович забрал парня к себе после её кончины. Особо воспитанием не занимался, но следил за его карманами, наполняя их деньгами: сам с детства любил слышать их шуршание.

На дне рождения Олега старик объявил о спланированной для него поездке. Юноша подпрыгнул от радости: сбылась его мечта! Узнав, кто будет сопровождать его, удивился. Ему трудно было даже представить, как деревенский парень, окончивший по состоянию здоровья восемь классов общеобразовательной школы, сможет добраться до Африки. Олег ни разу не видел, чтобы Сергей выходил за пределы усадьбы. Его никогда не интересовало происходящее за воротами высокого забора, а тут Африка! С ним можно потихоньку от дяди покурить травку, прячась в саду за сараем, и всё!

Юноша не стал противиться, решил прокатиться до аэропорта на дорогой машине дяди и посмеяться над его затеей. Он думал, что она разрушится около авиакассы. Утром Олег, собрав вещи, сел на заднее сиденье шикарного авто. Его изумление вызвал тщательно выбритый, одетый в идеально выглаженную рубашку и новенькие джинсы Сергей. Его светлые волосы были коротко подстрижены, в руках он держал широкополую шляпу. Подойдя к машине, Сергей занял место рядом с водителем. Приехав к аэропорту, шофёр высадил их и сразу отправился обратно. Тут-то всё и началось! Олег не узнавал садовника: тот купил билеты на самолёт, во время полёта свободно общался со стюардессами на английском, а в аэропорту африканского города Хартум арендовал у аборигенов, говоря на их языке, старенький джип, для поездок по грунтовым дорогам саванны. Олег пришёл в замешательство. Не выдержав, спросил временного опекуна:

– Серёга, как тебе удаётся разруливать навалившиеся на тебя проблемы? Когда ты успел выучить английский? А язык аборигенов?

– Объясню, но позже, – пообещал эрритянин, переведя разговор на возможные опасные моменты во время путешествия.

Тори не имел ни малейшего представления, как объяснить Олегу столь значительные перемены в знаниях Сергея, облик которого он принял по настоянию Эдуарда Владимировича. Оставалось надеяться, что новые впечатления отвлекут его от таких вопросов.

Саванна Сахель встретила их августовским палящим зноем: сорок градусов жары и безветренно. А в огромной пустыне Сахаре не так давно зарегистрировали температуру плюс пятьдесят восемь.

Они долго ехали по саванне с редкими деревьями, плотным кустарником и красноватой почвой, не встречая никаких животных, будто слоны, бегемоты, львы и обезьяны отправились в отпуск на другой континент.

Олег пожалел: поездка оказалась нудной. Серёга стал в одночасье чужим. Однообразный вид саванны ввёл парня в уныние. Ему захотелось домой. Громкий возглас Сергея-Тори заставил его встрепенуться.

Недалеко от дороги стоял жираф, обгладывая ветки вершины трёхметрового дерева.

– Ничего себе махина! – вскрикнул Олег и залихватски свистнул.

Жираф, используя самую большую скорость передвижения, скрылся.

Вскоре эрритянин резко затормозил, увидев недалеко от дороги львов. Отец семейства с огромной тёмно-коричневой гривой и мощными лапами, разбуженный урчанием мотора, нехотя поднял голову и рыкнул, давая понять: его потревожили! Рядом с ним дремала львица с двумя детёнышами.

Протянув Сергею-Тори кинокамеру, Олег вылез из машины. Эрритянин не останавливал его: не чувствовал опасности, – а, сев удобней, приступил к созданию небольшого фильма. Юноша позировал. Увидев безразличие льва, решил подойти к семейству ближе.

– Назад! – прошептал Сергей-Тори.

Лев встал и направился к юноше. Страх парализовал Олега, и тут он почувствовал, как поднимается над землёй и перемещается по воздуху к машине. Только он очутился на заднем сиденье, джип молниеносно набрал скорость. Юноша не мог произнести ни слова. Через секунду они оказались далеко от хищников. Олег всё ещё не чувствовал ни рук, ни ног. Спустя некоторое время стал ощущать тело, однако произнести что-либо не удавалось. Появились осознанные мысли: «Я летел. Почему Серёга ведёт себя так, будто ничего не случилось? Что вообще происходит?» Увиденное на обочине дороги заставило юношу закричать:

– Собаки едят останки умершего животного!

– Это гиены. Питаются падалью. Они как санитары саванны, очищают её от гнилья, – постарался как мог объяснить Сергей-Тори.

Придя немного в себя, Олег дрожащим голосом спросил:

– Откуда ты всё знаешь?

– Из книг твоей матери, – пояснил Сергей-Тори, пристальным взглядом стабилизировав состояние парня и убрав из памяти полёт к машине.

Олег задумался: он не помнил, чтобы Серёга читал и так доходчиво объяснял происходящее.

– Дядя часто ездил за границу, но никогда не рассказывал о животных той страны, в которой побывал, – уже спокойным тоном посетовал он.

– Вероятно, был занят неотложными делами.

– Ха! Посещал рестораны, кафе, пляжи, а меня, когда брал с собой, по его распоряжению, один из охранников водил на аттракционы, а я хотел видеть, как живут дикие звери. Мне было это интересней.

– Согласен. Земля разнообразна в плане флоры и фауны.

Олег поразился, как может человек в одночасье стать разносторонне развитым. Да и общался Серёга так, будто никогда не курил с ним травку. Олег решил поговорить с садовником и всё выяснить. Тут машина завиляла.

– Пить, – прошептал эрритянин, не выпуская руль из рук.

Олег достал фруктовый напиток и протянул ему. Сергей-Тори из последних сил заглушил мотор, прижав машину к обочине.

– Мне нужна вода из моего рюкзака, – еле выговорил он.

Озадачив парня, эрритянин мысленно прокрутил во времени последние события путешествия в обратном порядке. Нашёл момент, фиксирующий их около семейства львов, и стал детально рассматривать внутренним видением происходящее вокруг.

Как только разобрался, приказал Олегу замереть – юноша, вздрогнув, застыл, держа в руке спасительную бутылку с обыкновенной водой.

«Ещё немного, и я вернусь в своё обличье», – ужаснулся Тори, чувствуя, как его тянет в небытие. Он выхватил бутылку и сделал несколько глотков. Они помогли справиться с необычным состоянием и удержать внешность садовника. Тори резко нагнулся и тут же выпрямился – в его руке извивалась чёрная мамба, яд которой смертелен.

– Она всё это время была в машине, а теперь укусила тебя? И ты жив? – недоумение сквозило в вопросе Олега.

– Я заговорённый, – пояснил эрритянин, подумав, поверит ли Олег в такое объяснение?

– Как она оказалась здесь? Залезла, когда мы были около львов? – допытывался парень.

– Нам больше нечего опасаться. Расслабься, сядь удобней: надо успеть добраться до селения аборигенов засветло. Там переночуем, а утром продолжим путешествие, – проговорил эрритянин, отбросив змею. Она чуть коснулась земли и тут же распалась на множество небольших червей, мгновенно исчезнувших. «Кто-то пытался меня уничтожить, почему?» – думал Сергей-Тори, нажимая на педаль. Мотор заурчал; поднимая клубы пыли, джип покатился по дороге. Подъехав к небольшому реденькому лесу, машина дёрнулась и – заглохла.

«Что происходит?» – подумал Сергей-Тори, произнеся вслух:

– Сиди. Поищу неисправность.

Эрритянин попытался определить, откуда исходит опасность, но не смог. Это настораживало. Сергей-Тори удостоверился в исправности двигателя и других элементов моторного отсека. Беспокойство нарастало. Закрыв капот, он опешил: Олега не было в машине.

Способности Тори увеличились в разы после того, как он принял изначальный вид и растёкся по земле. Он тщательно просмотрел внутренним видением местность. Ничего подозрительного не заметил, только ощутил слабое движение воздуха и увидел вдали туман. Присмотреться к нему не успел: он рассеялся. Эрритянин был уверен, Олега похитили. Но кто и зачем?

Тори не почувствовал существ, так ловко выкравших парня, хотя они были рядом. Он забрался в кабину джипа и погрузился в состояние молчания мыслей, решив заняться поисками с утра.

Его вернул в реальность звонок Эдуарда Владимировича. Тори принял вид Сергея: в образе человека он мог разговаривать, пользуясь голосовыми связками.

– Почему Олег не отвечает? – раздражённо кричал старик.

– Не знаю, – признался Тори, добавив: – Его похитили.

– Что? Я доверил племянника тебе!

– Верь. Я найду его.

– Уничтожу, если не привезёшь Олега домой! – орал старик, теряя самообладание.

– Меня уничтожить трудновато, – вздохнув, признался Сергей-Тори, подумав: «Я не представляю, где искать Олега».

Воссоздав в памяти старика, он сконцентрировал внимание на нём. Перед эрритянином возникло слабое видение: в беседке, в излюбленном кресле сидел Эдуард Владимирович с искажённым от злости лицом и размахивал руками. Из-за огромного расстояния между ними эрритянину сложно было воздействовать на расшатанную нервную систему старика. Всё же Тори смог это сделать, применив энергию покоя и пообещав вернуть Олега.

Успокоив Эдуарда Владимировича, Тори попробовал завести джип – он тут же завёлся!

Утренние лучи солнца набирали силу, становилось жарко. Тори растёкся по земле в тени дерева и принялся распространять призыв к общению, надеясь услышать хотя бы одно существо, владеющее телепатией. Он хотел иметь представление об укладе жизни местных племён и законах Африки. Информация, помещённая в энциклопедии, не содержала описания организмов, обладающих возможностью перемещения живого существа в пространстве. Это говорило о незнании людей об их существовании на планете. «Отзовись, кто бы ты ни был: нужна помощь», – повторял и повторял Тори, стараясь как можно понятней излагать суть своего зова на языке аборигенов города Хартума, у которых арендовал джип.

Саванна замерла, царствовало солнце, выматывала невероятная сухость. Прошло четыре часа земного времени, Тори отчаялся услышать хотя бы осознанный писк. Он собрался закрыть канал связи и направиться к селению аборигенов, как тут принял чьи-то мысли:

– Приветствую тебя, инопланетянин! Чем тебе помочь?

– Кто ты? Как выглядишь? Где тебя найти? Ты слышащий и видящий?

– Я слон: старейший из старейших. Не сразу ответил: был изумлён, получив твоё послание. Проверял себя: думал, может, показалось? Телепатически общаюсь лишь с одним учеником. Увы, у других слонов такой способности нет. Тебя распознал: ты разумная жидкость; обладаешь знаниями законов Вселенной (о единстве, вибрации энергии, причине и следствии…) и живёшь по ним. Общаешься уверенно, будто всегда обитал среди людей. Мне понадобились годы для изучения их языка и понятия устоев. Создай образ человека и направь джип по дороге на юг. Увидишь стадо крупных животных, смело подходи: ты под моей защитой. Я вожак».

Проехав километра четыре, Тори увидел огромных животных, достигающих трёх метров в высоту. Они обладали толстой, серого цвета кожей. Его восхитили бивни. Он читал о слонах, но, увидев, всё же поразился их размерами.

Эрритянин заглушил мотор, почувствовав вожака, подошёл к нему.

Вожак начал мысленный разговор:

– Твоя планета погибла, ты оказался здесь недавно и успел обзавестись другом. Его ищешь? Прости, у тебя необыкновенно сильное энергополе. Я считал с него информацию о тебе.

Тори почувствовал доброту и спокойствие, исходящие от слона. Он подумал: «Животные добрее людей, владеют телепатией и знают главный закон Мироздания: вся Вселенная состоит из энергии и всё созданное из неё имеет индивидуальную вибрацию. Иначе он не смог бы ничего узнать обо мне».

Прочтя мысли эрритянина, слон поправил его:

– Среди людей есть те, кто гораздо развитей меня и обладает более значимыми способностями и знаниями. Живя на Земле, ты непременно познакомишься с ними.

Вожак, немного походив вокруг эрритянина, остановился и уверенно произнёс:

– Твой друг у бушмов. Люди других континентов ничего не знают о вымирающем племени. Хотя когда-то воины этого племени держали в страхе африканцев.

Их вождь много знает о Мироздании (строении планет, звёзд, их взаимодействии), владеет способностями, которыми не обладают обычные люди. Дружит с бестелесными дээми из другого пространства. Добрые помогают людям, злые – вредят. Дээми обладают многими способностями. В их мире ничего нет. Он пустой – вот они и стремятся в наш. Здесь выбирают друзей и служат им, применяя знания. Думаю, вождь попросил их выкрасть твоего друга с помощью тумана. Тебя не тронули: почувствовали чужака.

– Однако пытались уничтожить, но не смогли.

– Ты вождю точно не нужен, а зачем ему твой друг – не знаю.

– У дээми энергия невероятно мала – я не ощутил их. Джип они остановили?

– Уверен. Забыл сказать: дээми полупрозрачные существа, очертаниями напоминающие людей. Их можно видеть, изменив своё сознание.

– Как найти племя бушмов?

– Мы идём к реке, там они живут. Будь осторожен. Мне приходилось общаться с их вождём. Он может управлять стихиями планеты. Сейчас это большая редкость среди людей! В древние времена каждый мог это делать.

– Как я понял, мне лучше направиться к бушмам с вами?

– Верно. Мы пользуемся тропами. Оставь машину здесь.

Слон опустил хобот, Тори зацепился за него и оказался на спине животного. Слоны выстроились друг за другом, создав цепочку, и двинулись в путь. Время от времени они останавливались, валялись в пыли, избавляясь от мелких паразитов, и опять шли к реке через пустынную долину с редкими низкорослыми деревьями и небольшими очагами плотного кустарника. Встретив за всё время пути лишь промчавшихся мимо них антилоп, через сутки процессия добралась до намеченной цели.

– Видишь гигантское нагромождение искусственных камней? Там живёт этот уникальный народ. Мы здесь пробудем дня два, если понадоблюсь, зови. Чем смогу, как говорят люди, – произнёс вожак и погрузился в воду.

Тори подкрался к входу в пещеру созданной людьми горы и прислушался. Из неё не доносилось ни звука. Он заглянул внутрь. Раздался ужасающий грохот, из тьмы вырвался столб пламени, обдав жаром Тори. Он успел отскочить, не получив ожогов, однако одежду пришлось восстанавливать.

– Осторожно! Огонь призван защищать вход. Дождись, когда кто-нибудь выйдет наружу, поймёшь, с кем придётся иметь дело, – посоветовал слон.

– Верно, так и поступлю, – произнёс Тори вслух. – Вождь силён. Хорошо защищает племя!

Тори улёгся на землю недалеко от жилища племени. Прошло много времени, но никто не выходил наружу. Эрритянин незаметно для себя принял обычный вид. «Странно, – размышлял он. – В Евразии я общался с людьми, не обладающими никакими способностями. В Африке встретил слона-телепата, владеющего языками многих племён. Удивительная планета!»

– Чужак, зачем нас тревожишь? – внезапно услышал он жесткий голос, прервавший его мысли.

Изобразив Сергея, Тори поднялся. Перед ним стоял худой, небольшого роста человек с тёмно-коричневой кожей. Чёрного цвета вьющиеся волосы достигали плеч. Он сверлил эрритянина глазами. Что-то мешало Тори принять его всерьёз. «Фантом, – догадался он. – Создать его сложно. Человек, сделавший это, владеет знаниями Вселенной. В материальном мире они не поддаются объяснению. Уровень развития этого землянина высок!»

По дороге к бушмам Тори с помощью слона освоил их язык. Помолчав, он уверенно заговорил:

– Ты похитил моего подопечного. Я отвечаю за его жизнь! Верни парня. Зачем он тебе?

– Ты чужак на Земле, какой у тебя интерес к нему?

– Я первый задал вопрос.

– Тебе объяснять не собираюсь! Отпущу, когда сочту возможным. Я воин, маг, вождь племени бушмов. Ты не сможешь меня победить: повреждён.

Понимая, что вождь прав, Тори попросил его показать Олега. Перед ним возник огромный экран. Он увидел пещеру, освещённую пламенем костра. Вокруг него сидели люди. Они выглядели измождёнными. Их густые чёрные волосы нечёсаны. На их тёмно-коричневых телах были только набедренные повязки. Страх Олега, сидящего среди них, передался Тори. Почувствовав тревогу чужака, вождь проговорил:

– Сейчас успокоится.

В одно мгновение бушмы преобразились: на них появилась одежда древнегреческих времён; их волосы укоротились, кожа приобрела бронзовый оттенок; в пещере заполыхали факелы, а перед Олегом возник столик с едой. От внезапно изменившейся обстановки состояние юноши ухудшилось. Тори воспользовался этим:

– Для моего друга непонятны резкие перемены. Может не выдержать сердце. Отпусти его, – напирал он на мага.

– Привыкнет. Мы умеем исцелять. Я всё сказал – уходи!

После этих слов фантом исчез. Тори понял: ему не вызволить Олега.

* * *

Эрритянин попрощался со слоном и телепортировался во двор усадьбы Эдуарда Владимировича, избегая траты времени на столь длительный, в его понимании, перелёт самолётом. Джип под покровом ночи дистанционно перегнал на стоянку аэропорта Хартума.

Старику Тори без утайки рассказал о случившемся, пояснив:

– Вождь отпустит Олега: он обещал.

– Я много клялся и не выполнял клятв! – кричал в ответ старик. – А тут всего лишь обещание.

– Законы Вселенной не позволяют бросаться словами существам такого уровня развития: иначе разумные организмы закроют доступ к знаниям, которые ему открыты.

– Если это и так, он не сказал, когда его отпустит, а я могу не дождаться освобождения Олега. Ты это понимаешь? Я стар!

Тори долго в тот день поддерживал состояние здоровья Эдуарда Владимировича, чувствуя сбои в работе сердца. Он понимал: вылечить изношенный организм ему не по силам, поэтому погрузил старика в спасительный сон.

* * *

Находясь в квартире у Марины, Уни разобрался в значении многих предметов. Путался только во флакончиках и тюбиках. С интересом наблюдал за шумными гостями девушки. Посещал с ней театры и выставки города. Для осознания лавины увиденного и услышанного, ему захотелось тишины.

Эрритянин вспомнил о небольшой лесной поляне. Она произвела на него неизгладимое впечатление в первый момент пребывания на Земле. Там щебетали на разные лады птицы, в воздухе и на земле было множество мельчайших живых творений, река чинно несла свои воды, и всюду зеленела трава, высоченные деревья таинственно шуршали листвой. Покидая это местечко, он не зафиксировал его положение относительно созвездий с учётом скорости вращения и движения по орбите Земли и теперь не мог туда телепортироваться. Единственно правильным решением счёл направиться по трассе к виднеющемуся лесу. Нужно было средство передвижения. Создать его Уни не рискнул, помня, к чему это привело. Он добрался до дороги, нагнал одну из машин и влетел в открытое боковое окно. Сразу забрался в густую шевелюру водителя и погрузился в состояние глубокого молчания (это состояние сна у землян).

Внутреннее беспокойство заставило Уни вернуться в реальность. Перед ним сквозь огромный иллюминатор космического корабля сверкали звезды; тянулось бесконечное число цветных энергетических полос, рождающих миры. Меньше всего он хотел опять очутиться в пространстве Вселенной! Эрритянин осмотрелся и пришёл к выводу: он на примитивном космическом корабле землян. Полёт продлится недолго, вблизи Земли. Уни ничего не оставалось делать, как рассмотреть космонавтов. Константин, командир корабля, высокий, подтянутый, с густой рыжей шевелюрой мужчина средних лет. Его помощник Геннадий чуть ниже его и плотнее. Он с детства занимался боксом, много раз выигрывал бои. Миловидная девушка Яна оказалась среди них благодаря созданному ею механизму по сбору космического мусора. Его-то они и должны были испытать. В данный момент она громко восхищалась космическим пейзажем.

Устав от её эмоциональных всплесков, Уни мысленно обратился к командиру:

– Константин, воздействуй на неё.

Тот попросил Яну уменьшить громкость восторга, кивком дав понять Геннадию, что согласен с его просьбой, хотя помощник увлечённо уточнял маршрут полёта и молчал. «Человек принял мысль, не зная о способности к телепатии! – констатировал Уни, тут же подметив: – Молодцы земляне, оснастили корабль искусственной гравитацией. Это намного упрощает передвижение».

* * *

Неожиданно для команды космический корабль стал на огромной скорости, отдаляясь от Земли, самостоятельно двигаться в неизвестном направлении. Члены экипажа с изумлением смотрели друг на друга. Их мозг отказывался понимать происходящее.

– Надеть скафандры! – распорядился Константин и кинулся к приборам, надеясь определить, как могли включиться двигатели и откуда у корабля появилась немыслимая скорость.

По всем показаниям приборов, корабль «висел» в космосе: пусковые значения были на нуле. Но он двигался! Геннадий прильнул к иллюминатору – кромешная тьма. Одновременно с командиром подскочил к внешнему экрану обзора – он не работал. «Значит, приборы отключились в момент увеличения скорости движения корабля», – подумал Геннадий. Однако у него вызвал удивление иллюминатор, выглядевший так, будто его закрыли тёмной шторой с внешней стороны.

– Что-то случилось? – дрожащим голосом спросила Яна. – Мы погибнем?

Оба развели руками.

– Единственное разумное объяснение – это сбой системы управления кораблём, – предположил Константин, добавив: – Невероятно, но возможно! Вот только иллюминатор не вписывается в такое объяснение. Геннадий, попробуй связаться с Центром полётов.

– Уже. Сигнал не проходит.

Константин впервые в жизни почувствовал себя беспомощным. Он представил, как они будут скитаться во Вселенной, постепенно уходя из жизни один за другим. Сжав кулаки, нарочито спокойным голосом он произнёс:

– Мы сможем определить причину сбоя аппаратуры и устранить её!

Уни решил осмотреть внутренним видением пространство вокруг корабля.

Его втягивал в себя магнитной сетью огромный звездолёт. Для ускорения процесса, инопланетные существа использовали двигатели корабля землян, дистанционно заставив их работать на полную мощность, предварительно отключив от пульта управления. «Нет сомнения: это захват. Кому понадобились земляне и зачем?» – размышлял эрритянин. Вскоре двигатели корабля затихли.

Не успев ничего предпринять, земляне увидели, как открылся люк. Команда Константина вышла из космического корабля и остановилась. Перед ними вдоль стен огромного ангара стояли одноместные летательные аппараты. Масштаб ангара потряс землян! Представить, каков по величине звездолёт, ни у кого из них не хватило воображения.

– Инопланетяне действительно существуют! – утверждающе произнёс Константин, овладев эмоциями.

– А я и не сомневался, – высказался Геннадий.

Космонавты, стоя перед кораблём, ожидали дальнейших событий. Хотелось увидеть создателей столь грандиозного сооружения. Открылись ворота ангара, и перед землянами предстали существа небольшого роста. Вид инопланетян разочаровал землян. Их тела просматривались сквозь прозрачные скафандры. Круглая голова с вытянутыми вперед губами и огромными зелёными глазами, близко расположенными друг к другу; небольшое, худое, фиолетового цвета тело, с тонкими верхними конечностями, достигающими ступней коротких нижних, делали их, по мнению землян, уродливыми. Инопланетяне, не издавая ни единого звука, окружили космонавтов и жестом предложили идти по коридору. Как только земляне вошли в небольшой отсек, их скафандры развалились на куски под воздействием синих молний, вылетевших из небольших шариков в руках захватчиков.

Стены отсека щетинились торчащими рычагами. На небольшой единственной полке стояли сосуды разной величины, а в потолок был вмонтирован огромный прожектор.

Константин отметил: «Они уничтожили наши скафандры, понимая: мы сможем дышать в звездолёте. Видимо, посещали Землю и многое знают о нас! Всё не так уж плохо», – решил он, шагнув вперед и надеясь на объяснение непонятных действий хозяев звездолёта.

Уни не успел оценить обстановку, как тонкая струя воздуха вытянула его из шевелюры Константина, отправив в один из прозрачных сосудов, стоящих на полке. Его отверстие тут же плотно закрылось пробкой. «Что происходит? Кто смог меня обнаружить и переместить?» – подумал он, не почувствовав обладателя серьёзных способностей. Ему ничего не оставалось, как наблюдать за происходящим.

* * *

Четверо инопланетян, толкая перед собой мужчин, повели их по коридорам в другой отсек, где и оставили.

– Константин, что думаешь? – поинтересовался Геннадий.

– Они развитей нас: звездолёт огромен, а каково оснащение! Дистанционно управляли нашим кораблём! О чём можно говорить? Мне непонятен только их интерес к нам. С нами обращаются как с пленниками. Почему?

Оба замолчали, понимая: сопротивление бесполезно, освобождение нереально.

* * *

Яна стояла не шевелясь. Её охватил ужас: она осталась одна с уродливыми существами. Они задвигали рычагами, в результате чего появилась каталка, отсек наполнился ярким светом, из стен выдвинулись столы со странного вида инструментами. Яну уложили на каталку. Она не сопротивлялась, только чувствовала неприязнь к отвратительным на вид существам, воспринимая происходящее как жуткий сон.

Один из захватчиков взял сосуд с Уни и принялся внимательно рассматривать в нём жидкость. Эрритянин не мог упустить возможность что-либо узнать о владельцах звездолёта. Между конечностями захватчика и телом Уни была лишь стенка сосуда. Это дало эрритянину возможность считывать с энергополя чужака информацию о нём и сородичах.

Он увидел планету с многочисленными невысокими постройками, ровными площадками с малыми летательными аппаратами и плантациями высоких ленточных растений. Всюду плавно передвигались обитатели, похожие на членов команды звездолёта. В их движении чувствовались размеренность и спокойствие.

Инопланетянин поставил сосуд и отошёл. Трансляция картинок прекратилась. Уни, просмотрев свою глубинную память, нашёл в записях мудрого Алка, чьей каплей являлся, сведения о захватчиках. Их планета Керио находилась на окраине галактики Андромеда, соседствующей с галактикой Млечный Путь. «Кериоты преодолели огромное расстояние, прибыв к Земле. Зачем?» – озадачился Уни. Тут услышал истошный крик Яны.

Кериоты из вскрытой вены девушки перекачивали кровь в сосуд с подготовленной бесцветной жидкостью, приобретающей при смешении с кровью фиолетовый цвет. Полученную смесь они разлили в небольшие сосуды. Введя Яну в анабиоз, накрыли прозрачным колпаком. Держа наготове оружие, в виде небольшой изогнутой трубки с несколькими кнопками, кериоты, взяв смесь, вышли.

Уни осознал: «Им зачем-то нужна кровь людей. Земляне обречены на смерть!» В нём рождалось незнакомое чувство ненависти к захватчикам – в теле возник жар. Оно увеличилось. Эрритянин стал раскачивать сосуд, тот вначале шевельнулся, накренился и, слетев с полки, развалился на куски.

Уни принял облик Константина, подойдя к Яне, понял: быстро помочь не сможет. Услышав выстрелы, просмотрел особым видением сквозь стены звездолёт. Увидел множество отсеков. Во многих находились кериоты без скафандров. Они медленно двигались и периодически падали. Некоторые лежали без движения. В одном отсеке кериоты посильнее выломали ограждающую решётку, явно недавно вмонтированную в дверной проём, выбежали из отсека и напали на тех, что с сосудами, стараясь завладеть жидкостью, вырывали ёмкости друг у друга. Команда в скафандрах, стремясь загнать бунтарей в отсек, стреляла поверх голов. У Уни пронеслась мысль: «Удобный момент для спасения землян». План действий возник мгновенно.

Там, где находились земляне, было тихо, звуки выстрелов не доносились. Неожиданно командир корабля услышал: «Константин, отзовись!» Фраза была произнесена на русском языке. Он посмотрел на Геннадия. Тот отрешённо уставился на ноги. Уловив опять эту фразу, командир понял: слова возникают непосредственно в голове. Стал вслушиваться.

– Константин, я друг. Ты уникален: принимаешь мысли. Сообщаю: вас захватили в плен инопланетяне с планеты Керио. Им нужна ваша кровь. Она является ценным компонентом лекарства, необходимого для больных кериотов. Их на звездолёте много! Предлагаю добраться до корабля и покинуть звездолёт.

«Теряю рассудок», – подумал Константин. Уни, применив крепкие выражения, свойственные только землянам, уверил Константина в необходимости выслушать его.

– Вам нужно вернуться в отсек, где осталась Яна, затем…

– Я не знаю, как туда добраться, – телепатировал командир, впервые вступив в столь непривычное для него общение.

– Следуй моим указаниям, – посоветовал Уни.

Константин ухватился за слабую надежду покинуть звездолёт кериотов, хотя не представлял, что за друг появился рядом, а главное, не подвох ли это. Всё же он пошёл на риск.

Получив согласие Константина, Уни рассмотрел сеть коридоров, отобразив её на созданном временном экране в виде чертежа, затем наметил путь землян. В одном месте космонавты могли столкнуться с кериотами, о чём предупредил Константина эрритянин.

Геннадий и Константин с удивлением смотрели, как распахнулась дверь, дав им возможность выйти из отсека. Осторожно продвигаясь по коридорам, земляне услышали выстрелы и крики.

– Мы куда? – на ходу спросил командира Геннадий.

– Заберём Яну и попытаемся бежать.

Геннадий от абсурдности сказанного Константином остановился.

– Вперёд! – прошипел Константин, хватая помощника за грудки. – Не время для разъяснений!

– Внимание! За поворотом кериот, – предупредил беглецов Уни, следивший за их продвижением.

Командир резко завернул за угол, не дав инопланетянину опомниться, схватил его за плечи и встряхнул. Тот ударился головой о стену звездолёта, обмяк и упал на пол. Забрав его оружие, земляне продолжили бегство.

Войдя в отсек, где была Яна, Геннадий резко остановился, увидев ещё одного Константина. Оригинал, направив на копию оружие кериота, сурово спросил:

– Ты кто?

– Уни с планеты Эрри, – спокойно пояснил тот. – Пленник, как и вы. Хочу выбраться отсюда. Мой настоящий вид шокирует вас, поэтому стал твоей копией. Убить меня не сможешь: надо знать слабые места моего тела. И ещё: пользоваться оружием кериотов ты не умеешь. Вы со мной?

– У нас нет выбора, – сказал Константин Геннадию. – Инопланетное существо что-то задумало. Есть слабая надежда с его помощью вернуться на Землю. Надо соглашаться! Его команды будем выполнять беспрекословно. Он в спортивной куртке, моя осталась в отсеке – нас можно различать.

– Кериоты направились сюда, освобождаем Яну, пробираемся к космолёту и покидаем звездолёт, – озвучил план действий Уни.

– Ангар наверняка закрыт или охраняется, – возразил Геннадий, недоверчиво посмотрев на эрритянина.

– Что предлагаешь? – спросил тот его.

Геннадий пожал плечами.

– Разбить прозрачный колпак не получится. Я проверял, – предупредил землян эрритянин, подойдя к Яне.

– Это каталка! – обрадованно произнёс Геннадий, а убрав тормозные колодки, сдвинул её с места.

Уни, просмотрев коридоры, произнёс:

– Вас разыскивают: нашли оглушённого кериота. Надо спешить.

Эрритянин бежал первым; за ним, толкая перед собой каталку, Константин, завершал цепочку Геннадий. Уни внутренним видением определил: им навстречу направляются из-за поворота несколько вооружённых кериотов. Он обернулся, осмотрел землян.

У Геннадия перехватило дыхание от происходящего: он вдруг вытянулся и стал неимоверно длинным и плоским. Через мгновение его прижала невероятная сила к верхней обшивке коридора, каталка с Яной сложилась как гармошка, уменьшилась в разы и разместилась рядом с ним, а оба Константина исчезли. При этом Геннадий хорошо видел, как под ним прошли кериоты, ничего не заметив. После того, как всё стало прежним, он стал доверять эрритянину. Однако не удержался от вопроса:

– Что это было?

– Небольшое искривление пространства. Долго удерживать его в таком состоянии невозможно, оно стремится занять изначальное положение, – пояснил Уни и стал увеличивать темп бега.

Прибежав к ангару, выяснили: вход заблокирован.

Уни определил, что разблокировка потребует немалых усилий.

Заметив замешательство эрритянина, Константин взял командование на себя:

– Геннадий, готовься к обороне. Уни, займись воротами. Только ты сможешь это сделать!

В конце коридора появились кериоты, те что в скафандрах. Получив приказ не стрелять, они, не зная возможностей людей, осторожно продвигались к ним.

Геннадий принял боксёрскую стойку, подумав: «Мы для них ценнейшее лекарство, убивать не станут: нужны живыми!» Кериоты приближались. Константин выставил вперёд руку с добытым оружием и начал нажимать поочерёдно кнопки. Оно стало изрыгать небольшие яркие молнии. Первый ряд нападавших повалился – кериоты отступили. Один из них метким выстрелом выбил оружие из рук Константина, повредив ему кисть. Рана стала кровоточить.

У кериотов была возможность обездвижить людей, выстрелив в них небольшими иглами, кончики которых обработаны специальным препаратом, но изменятся ли при этом свойства крови, они не знали. Было принято решение не рисковать, захватить землян силой.

Рост хозяев звездолёта был мал, они едва достигали плеч землян. И всё же задать им хорошую трёпку космонавтам не удавалось.

Неожиданно бой прекратился. Кериоты расступились, пропустив больных членов экипажа. Им пообещали живительную жидкость, если они захватят землян в плен. Битва возобновилась и стала жёстче: эти кериоты сражались за свою жизнь. Константину перебили нос – хлынула кровь, расцарапали лоб. Он отбрасывал от себя назойливых кериотов как мог, каждый раз крича от боли в изувеченной руке. Те валились друг на друга, поднимались и опять лезли в драку.

Геннадий многих из нападавших отправил в нокдаун, но несколько ударов в грудь тяжёлыми предметами, применяемыми в драке кериотами, всё же пропустил. Космонавт осел: сломанное ребро проткнуло ему лёгкое. Изо рта потянулась красная струйка.

Больные кериоты, толкая друг друга, кинулись на землян, стремясь добраться до кровоточащих ран. Те, что в скафандрах, оттаскивали от них сородичей. Между кериотами завязалась драка.

Уни впервые видел замок с такой блокировкой. На воротах висел тёмный экран, обрамлённый в рамку. Эрритянин ткнул в него пальцем. Пошли круги. Потом появились знаки, быстро сменяя друг друга. Затем в большом количестве лица кериотов и в завершение масса изображений мелких созданий. После этого экран погас. Уни успел зафиксировать всё в памяти. Но что с этим делать? Он мог разобраться, однако для этого нужно время. Эрритянин обернулся, чтобы узнать, есть ли оно у него.

Уни увидел, как кериот стремился впиться вытянутыми губами в руку Яны. Константин оттаскивал его от неё, смахивая кровь с лица. Геннадий хрипел и, лёжа, ногами отпихивал кериотов. Уни понял: времени нет!

Эрритянин попытался воздействовать на ворота силой мысли. Сплав металлов не поддался. Уни, как обыкновенный землянин, заорал во всё горло от бессилия, размахнулся и ударил по воротам кулаком. Ворота распахнулись, Уни на большой скорости полетел в ангар от удара каталки с Яной в спину, стукнулся о корпус корабля и отправился в бессознательное состояние. Последнее, что он запомнил – это летевших друг за другом Константина и Геннадия. Как и кем были выброшены обратно попавшие в ангар с землянами кериоты, как с грохотом закрылись ворота, а стена, где они были, превратилась в монолит, спасая беглецов от гибели, он уже не увидел.

* * *

– Эй. Живые есть? – не двигаясь, помня о сломанном ребре, произнёс Геннадий и прислушался.

Тишину нарушал знакомый звук монотонно работающих двигателей корабля. Геннадий лежал на кровати в медотсеке. Медленно повернув голову, почувствовал боль в груди. Неожиданно увидел перед собой человека в скафандре, созданном давным-давно на матушке-Земле. Присмотрелся и изумлённо вскрикнул:

– Юрий Гагарин! – подумав: «Плохи мои дела, у меня галлюцинации».

Космонавт из прошлого наклонился над ним, дотронулся до плеча, что-то неразборчиво произнёс, после чего Геннадий провалился в глубокий сон. Проснулся и удивился, увидев Яну, слушавшую хохоча россказни Уни.

Вскоре очнулся Константин, прислушался. Эрритянин описывал в деталях свой полёт в ангар и воздушный кульбит его и Геннадия, летевших за каталкой с Яной. Константин потрогал нос, с изумлением отметив: «Не болит». Приблизив к лицу руку, прошептал: «Ни царапины!» Внимательно посмотрел на Яну и Геннадия. Они выглядели совершенно здоровыми.

– Интересно, кто из вас запустил двигатели корабля? – сев в кровати, спросил он и добавил: – Яна не в счёт. И ещё: вас не удивляет, что мы здоровы?

Геннадий и Яна, замолчав, одновременно повернулись к Уни. «Я не запускал двигатели и не лечил членов экипажа, – размышлял в эту минуту он. – Устранить сложные переломы без последствий никто из них не способен». Решив всех успокоить, Уни улыбнулся и солгал, сказав:

– Пришлось мне. Константин, поверь. Вам всем необходим отдых для полного восстановления организма. Я провёл нужные расчёты, направил корабль к Земле и регулярно отслеживаю движение по намеченному курсу. Добавлю: как только мы коснёмся поверхности Земли, я – исчезну, а вы забудете о моём существовании. Человечеству рано знать обо мне!

Произнося эти слова, Уни подумал: «Жаль землян. Только выбрались из одной гибельной ситуации, как попали в другую. Я не чувствую невидимое существо. Оно обладает большими возможностями, чем я. Чужак уже захватил корабль и направил в нужную ему сторону. Одно не ясно: зачем ему земляне? Или у него интерес к Земле и он собирается использовать людей в своих целях? Тогда человечеству грозит опасность!»

В это время Геннадий с улыбкой наблюдал за инопланетянином, мечтая познакомить с ним своего сына, и тут вспомнил о том, как пришёл ненадолго в сознание и разговаривал с Юрием Гагариным.

– Выглядел он точно как там, – произнёс Геннадий, показывая рукой на фотографию, висевшую на стене отсека.

Уни насторожился. «Рано или поздно существо проявит себя. Меня оно наверняка определило». Уни послал вопрос в пустоту на межгалактическом языке.

– Я знаю: ты рядом! Назови планету, на которой рождён.

– Моя планета Эрри! Я – Элл.

– Не пытайся обмануть, я не чувствую вибрацию энергополя сородича.

– Я научился создавать непроницаемый кокон. – Остановив его действие, Элл спросил: – А теперь?

– Приветствую тебя, Элл! – произнёс Уни, перейдя на язык эрритян. – Ты открыл ворота ангара, спас землян и вывел корабль в космос?

– Да.

Как только люди угомонились и заснули, эрритяне расположились рядом небольшими лужицами.

– Почему ты так заботишься о существах, как я понял, рождённых на планете Земля? – спросил Элл сородича. – Для меня они не представляют никакого интереса. Их уровень развития очень низок. Они незначительно освоили физический мир своей планеты и не представляют, сколько существует планет с непонятными для них измерениями, со своими правилами и законами. Нам самим предстоит ещё многое узнать, а им намного больше.

Уни попытался охарактеризовать землян, с которыми довелось побыть рядом. Получалось как-то незначительно. Он перевоплотился в Константина, стал ходить туда-сюда и вдруг сказал:

– Ты должен пообщаться с ними, иначе не сможешь понять их! Люди многого не знают о Вселенной, о разумных организмах других планет, но как они чувствуют друг друга! Их мечты восхищают! Они не владеют телекинезом, строят всё руками или с помощью примитивной техники. Это приносит им огромную радость! А как работает их фантазия?! Помнишь, я воссоздал двухколёсное передвижное устройство, используя чертежи вселенского Банка Знаний? Это было создано людьми, а нечто долго крутящееся вокруг оси? Мы так и не поняли смысловую нагрузку этого предмета, однако с интересом наблюдали за ним, снова и снова заставляя крутиться.

– Допустим. Они необычны, и ты хочешь, чтобы они продолжали жить. Но их корабль не обладает нужной скоростью. Во время полёта к Земле они состарятся и уйдут в небытие.

– Элл, я постараюсь им помочь!

– Это будет сложно осуществить: кериоты применили гиперскачок и переместились в соседнюю галактику, пока люди находились на их звездолёте. Сейчас земляне думают, что летят домой, но их корабль мною обездвижен, пока мы не решим, как поступить. Идёт имитация полёта.

И в этой галактике можно найти планету, пригодную для нашей жизни. Мы сможем населить её, оставив после себя разумные капли, а главное, жить как прежде. Подумай, у нас есть возможность воспользоваться космическим кораблём в своих целях, после того, как они уйдут в небытие.

– Элл, мне трудно поверить: ты захватил корабль и собираешься использовать его? Сильно повлияли на тебя кериоты. Вдумайся. Земляне – единственные во Вселенной существа с таким богатым воображением! Я уверен в этом! Мы всё конструируем руководствуясь логикой, а они выдумывают, потом создают невиданные вещи, иногда даже неприменимые! Они живут по-другому! Мы должны помочь им вернуться на Землю! Элл, не подвергай их мукам скитания во Вселенной в ожидании ухода в вечность.

– Хорошо. Допустим, мы решим их вернуть. Для этого нужно лететь со скоростью, намного превышающей световую. Можно совершить гиперскачок в пространстве или пройти через временную воронку. Этот корабль не приспособлен для первых двух вариантов. Последний более приемлем – он вернёт землян домой. Неплохо, но до воронки нужно добраться, а их космический корабль не сможет должным образом маневрировать, избегая столкновений с астероидами и прочим космическим мусором малых и больших форм, имея столь незначительную скорость. Теперь о людях: их организм не выдержит перегрузок большой скорости и неимоверного давления при сжатии временного пространства. Ты не изменил своего решения, получив такую информацию?

– Нет!

Элл помолчал, потом, предложив создать для землян криокамеру, пояснил:

– Так они смогут преодолеть расстояние между галактиками и попасть на родную планету, надеюсь, в своё время. Им повезло! Вход во временную воронку недалеко, а выход около их звезды.

Эрритяне понимали, такое путешествие обшивка корпуса корабля не выдержит. Для создания дополнительной, более крепкой обшивки из космической энергии им придётся применить телекинез. Оба понимали, она тоже может развалиться от перегрузок. Другого выхода не было. Решили рискнуть. В космическом пространстве вселенская энергия сильнее, чем на планетах, – больше ресурса для строительства, больше возможностей управления материальными объектами…

Погрузив троицу в анабиоз, эрритяне принялись из вселенской энергии создавать задуманное. Вначале силой мысли сгустили энергию в небольшой плотный комочек, потом нарастили его до нужного размера и сформировали задуманную деталь, постепенно накрывая новой обшивкой весь корпус корабля.

* * *

Криокамеру эрритянам удалось создать быстро. Элл поддерживал в ней низкую температуру, замедляющую работу организма землян. Проверив новую обшивку, Уни включил двигатели и направил корабль по намеченному курсу. Почти тут же он привлёк внимание Элла к иллюминатору.

– Видишь столб излучения? Оно еле заметно. Уверен: там чёрная дыра!

– Не вижу.

– Расширь зону видения.

– Скорость корабля самостоятельно не изменилась. Мы не достигли гравитационного поля чёрной дыры и даже не пересекли границу эргосферы. Есть время избежать встречи с чёрной дырой. Необходимо развернуть корабль и изменить курс, – резюмировал Элл.

Они знали, чёрные дыры, блуждая во Вселенной, поглощают звёзды, а порой и целые галактики, на планетах которых не зародилась жизнь. Всё, что попадает в них, распадается на микрочастицы. Внутри дыр образуются не поддающиеся никаким законам соединения. Они выбрасываются в космическое пространство через центр дыры в виде излучения. Попадая в вихревые энергетические потоки, закручиваются, уплотняясь за счёт пыли макрокосмоса, остатков взорвавшихся когда-то космических объектов, формируя новые звезды, планеты, галактики Вселенной.

– Ты прав, – согласился Уни. – Но это потянет дополнительный расход топлива. Его мало. Создать не сможем. Одному развернуть корабль не по силам. Тебе придется усилить меня своей энергией.

– Если перестану поддерживать режим в камере – земляне покинут физический мир в течение трех-четырех часов земного времени.

– Должны успеть.

Из тела Элла выделилось облако светящихся микрочастиц. Оно переместилось к Уни, частицы растворились в нём. Уни увеличился, стал густым. У Элла осталась жизненная энергия, полученная в момент рождения. Он стал неподвижным, а тело помутнело.

Уни, вытянув из себя многочисленные трубки, стал перегонять по ним энергию в сторону чёрной смерти. Так он тормозил инерционное движение корабля, возникшее после остановки двигателей. Корабль завис. Развернуть его Уни не мог: энергия иссякла.

– Единственный выход – задействовать врождённую, – подумал он.

– Мы погибнем, – предостерёг Элл.

– Если развернём корабль и останется хоть капля, мы сможем восстановиться.

– Уни, напоминаю: мы можем покинуть корабль и существовать в пространстве, пока не притянемся малым космическим телом или планетой. Стоит ли идти на такой риск ради землян?

– Меня не прельщает бездействие во Вселенной.

Эрритяне слились, заполнив весь корабль ментальным конденсатом, и стали разворачивать его. Космический аппарат медленно подчинился невероятной силе, повернулся, но край сопла всё же пересёк границу эргосферы. Корабль на секунду замер и тут же медленно стал пятиться к горизонту событий чёрной дыры. Началась борьба с гравитацией. Энергия эрритян стремительно уменьшалась. Космический корабль завис.

Уни, находясь на грани небытия из-за огромного напряжения, пытался нащупать пульт управления, это ему не удавалось. Элл невероятным усилием сформировал плотную струю, дотянулся и нажал ею кнопку пуска. Двигатели включились на полную мощность, корабль вздрогнул и стал удаляться от опасного места.

– Чёрная дыра огромна – гравитация в эргосфере невелика. Это нас спасло, – высказался Элл.

Обессиленные эрритяне уменьшились до обычного размера и стали восстанавливаться, втягивая в себя энергию Вселенной. Пространство корабля наполнилось ослепительно-белым свечением.

– Константин просыпается, – сформировал слабую мысль Элл.

– Не дай ему прийти в себя, контролируй камеру. Я продолжу управлять кораблём.

Криокамера монотонно гудела, работая в нужном режиме. Корабль землян двигался в заданном направлении. Продолжая процесс восстановления, Уни попросил Элла рассказать о кериотах, объяснив причину заинтересованности:

– Я просмотрел их жизнь, но не понял, почему они покинули планету и стали скитаться во Вселенной.

* * *

– У кериотов две звезды, – начал рассказывать Элл. – Одна излучает фиолетовый свет, освещая большую часть планеты, другая светит жёлтым, охватывая оставшуюся. Кериоты питались жидкостью растений, высасывая её. Фиолетовые, как я понял, были более питательны и неприхотливы. Жёлтые часто гибли. Постепенно кериоты перестали их возделывать. Остался лишь небольшой участок. Позже пожалели об этом: именно жёлтые растения могли сыграть огромную роль в их жизни!

Не так давно на планете резко всё изменилось. На неё постоянно падали небольшой величины метеориты. Как правило, они сгорали, не долетев до поверхности Керио. Обитатели к этому привыкли. Но однажды упал небольшой прозрачный объект и разлетелся на куски. Кериоты забыли о спокойной жизни! Из него вылетело огромное количество мелких организмов. Они принялись поедать растения. Уничтожить вредителей полностью не удавалось: они быстро размножались. Пищи не хватало – среди кериотов начались военные действия из-за стремления захватить центральную плантацию. Она находилась под куполом. Он надёжно защищал питательные растения от вредоносных тварей. Кериоты, нападая друг на друга, применяли огненные шары. Гарь от пожаров изменила свойства незащищённых растений. Их жидкость стала непригодной к употреблению. Обитатели планеты гибли от укусов тварей, успевая заразить других. Над Керио нависла угроза полного вымирания жителей. Кериоты решили выйти в космическое пространство и найти планету, пригодную для жизни. Выяснилось: жёлтые растения остались невредимы, их жидкость содержала в себе ингредиент, смертельно действующий на прилетевших вредителей, однако жёлтых растений было ничтожно мало.

Те, кто был здоров, создали огромный звездолёт. Забрав большую часть жёлтых растений и фиолетовых, не тронутых гарью, кериоты отправились на поиски будущего. Они долго скитались безуспешно. Недавно наткнулись на планету Земля. К этому времени было много больных и погибших: улетая в спешке, кериоты не смогли осуществить строгий отбор участников полёта. Позже выяснилось: среди них был заражённый. Болезнь распространилась на других членов экспедиции. Двадцать два здоровых кериота надели скафандры и взяли под контроль растения. Больных загнали в отсеки и заперли.

Попав на Землю, кериоты исследовали обитателей. Оказалось, их кровь в соединении с жидкостью фиолетовых растений становится лечебной, способной оздоровить больных кериотов. Установив уровень интеллекта живущих на планете существ, кериоты выкачивали кровь из животных. Выздороветь хотели все. Среди больных возникали драки из-за каждой порции живительной смеси, принесённой членами экипажа.

Кериоты понимали: со временем земляне обнаружат их и попытаются захватить или уничтожить. Противостоять им могут только двадцать два кериота: остальные больны. Отбиваться будет сложно.

Кериоты, запасаясь кровью, дающей жизнь, старались не обнаруживать себя, прячась за спутником Земли. Полученной смесью решили оздоровить часть больных кериотов: тех, кто способен обслуживать корабль, и тех, кто может пригодиться в длительных скитаниях. Остальных – уничтожить. Сделав запас крови, кериоты отправились на дальнейшие поиски пригодной для жизни планеты. Тогда-то и подвернулись космонавты.

– Элл, почему ты помогал кериотам?

– Они рассказали о своей беде. Решил помочь найти планету и начать новую жизнь. Позже увидел, как они жестоки.

– Почему тебя не уничтожили?

– Мне не нужна пища, я быстро освоил управление кораблём и мог подменить помощника командира.

– Как ты попал к ним?

– Не помню. После взрыва осознал себя в их звездолёте на столе. Кериоты изучали меня. Я изобразил одного из них. Они одобрительно рыкнули, определив мой уровень развития, и оставили жить.

– А как ты…

– Приготовься, – прервал его Элл. – Мы у края временной воронки.

* * *

Уни заполнил собой микроскопические пустоты в старой обшивке и подсоединился к созданной. Элл увеличился и затянул криокамеру с землянами вовнутрь.

Космический корабль влетел в воронку, энергия времени, увлекая его за собой, стремилась к центру. Эрритяне отключили двигатели. Витки воронки располагались плотно друг к другу, напоминая пружину, помещённую внутрь огромной трубы. По ним и летел корабль, увеличивая с каждой секундой скорость. Напряжение в телах эрритян росло. Становилось трудно удерживать корабль от разрушения. Уни почувствовал ближе к бытовому отсеку трещину в созданной обшивке. Заделать её на такой скорости было невозможно. От сильной вибрации стала срываться со стен аппаратура, ломаясь, она царапала тело Элла изломанными краями. Кусок новой обшивки, там, где образовалась трещина, не выдержал нагрузки и оторвался. «Обшивка разрушается», – констатировал Уни. В подтверждение его мысли, начал отрываться второй кусок.

В этот момент всё исказилось, появились видения, меняющиеся с неимоверной скоростью. Уни увидел рядом с собой Элла, Тори и землян в странных одеждах, затем себя в образе птицы, летающей над землёй, огромных животных, не виденных им ранее, себя в звездолёте, а рядом Элла, Тори и темнокожего юношу.

Позже понял: видел моменты будущего. Из тела Элла показалась часть криокамеры. В ней был виден седой измождённый Константин. В этот момент произошло искривление временного пространства: время пошло вспять, стремясь к значению на выходе из воронки. Корабль вздрогнул, постепенно сбавляя скорость. Уни с интересом наблюдал, как молодел Константин. Корабль вылетел из воронки и – завис. Уни не сразу принял свою форму, медленно стекая со стен корабля.

– Элл, ты как? – спросил он сородича.

– Нет сил освободиться от камеры. Уни, ты видел Тори? Неужели мы встретим его в будущем?

– Уверен!

Элл избавился от камеры. Наступил момент восстановления: тела эрритян заискрились, обогащаясь вселенской энергией. По окончании процесса, они залатали корабль и воссоздали разбитую аппаратуру. Теперь космический корабль выглядел как прежде.

– Для правдоподобности нам придётся аппаратом, созданным Яной, поймать немного космического мусора и запустить землянам в мозг одинаковый сон-явь, как они его добывали, и не забудь аннигилировать криокамеру, как только выведешь их из анабиоза. Надо спешить. С ними уже пытаются связаться, – произнёс Уни и направился в грузовой отсек готовить аппарат для сбора мусора.

Земляне открыли глаза, Элл заблокировал им частичку памяти: ни он, ни Уни не хотели стать известными мировой общественности планеты.

– Земля, Земля, мы возвращаемся, – сообщил Константин в Центр полётов.

Их пребывание в космическом пространстве, рассчитанное на тридцать суток, благополучно завершилось. Двадцатидневную потерю связи с экипажем списали на космические помехи.

* * *

Прошло почти три недели после последней сходки криминальных авторитетов. Эдуард Владимирович искал неопровержимые доказательства убийства Толстяка Малышом, тот пропивал в ресторанах деньги, окружив себя «девочками».

Вадим помнил, как хвастался Малыш, рассказывая о желании сговориться с авторитетами и пойти войной на Хозяина, твёрдо зная: такая игра опасна. Старик уничтожит Малыша и его как охранника лидера группы. Может пострадать и Марина. Вадим выругал себя: он до сих пор так и не расстался с ней. Его размышления были прерваны звонком, а затем стуком в дверь. Выломав её, в квартиру ворвался Антон с напарником Максимом.

– Где Малыш? – закричал Антон.

– Он мне не докладывает, где и с кем спит, – отпарировал Вадим, сжав кулаки, и тут услышал то, чего боялся:

– Не ерепенься – твоя девчонка у нас, – прижав парня к стене, изрёк Максим, дыша на Вадима перегаром.

У парня заныло в груди: Марина была ему дорога. Он знал, они могут изнасиловать её на его глазах. Это не наезды на простых смертных. Это разборки между лидером криминальной группировки и авторитетом одной из его групп. У Вадима свело скулы, почувствовав, как внутри поднялась злоба, он толкнул расслабившегося Максима на Антона и, выскочив на лестничную площадку, захлопнул за собой дверь. Это дало ему несколько минут преимущества во времени. Выбежав из подъезда, он сел в машину и нажал педаль. Вадим не оглядывался, в голове громыхало лишь одно слово: «Гони, гони!» Судьба была благосклонна к нему в этот день: он скрылся в потоке машин.

Вадим предположил: искать в квартире Марины его не станут, и направился туда.

* * *

Выполнив работу, космонавты вернулись на Землю.

Грузовой отсек был наполнен вышедшими из строя спутниками, блоками ракет-носителей и множеством мелких обломков, оставшихся от космических объектов.

Константин, написав отчет, попрощался с членами экипажа, забрал со стоянки космодрома машину и направился в город к сестре. «Вадим хороший собеседник и, как и я, увлекается живописью», – охарактеризовала Марина ему парня, понравившегося ей настолько, что она проводила с ним большую часть свободного времени. Константин захотел познакомиться с ним, после чего отправиться домой в северный край. Он хотел застать жёлтую и бордовую листву, летая по заповеднику на подставке. Зима наступит, создаст сугробы, оденет деревья и кусты в белые шубы и скроет красоту осени. Мороз не позволит гулять по лесу, начнёт щипать щёки и нос. Придётся смотреть на искристый снег сквозь прозрачный пластикид.