Опыт киноглаза. Исследование кинематографической автономии

Оглавление

Группа авторов. Опыт киноглаза. Исследование кинематографической автономии

Введение

Раздел 1. Между автором и зрителем

Глава 1. Кино (не) как искусство

История вопроса

Парадоксы found footage: кадр против фильма

Глава 2. Кино (не) как язык

В сторону нарративной унификации

Кино как умопостигаемый объект

Киносубъектность: попытка первая. Фильморазум Дэниэла Фрэмптона

Глава 3. От познания к переживанию: о новом зрителе

Путь к видимому: аттракцион и аффект

Киносубъектность: попытка вторая. Тело фильма Вивиан Собчак

Раздел 2. Кино как субъект

Глава 4. История киноглаза

Кинокулак vs киноглаз

Фотогения по Жану Эпштейну

Чистое – элементарное – экспериментальное – структурное

Глава 5. Кино как чувственный опыт

Репрессированная чувственность

Кино как агнозийный субъект

Раздел 3. Кино ощущает

Глава 6. Кинематографическая чувственность: органы, элементы, формы

Органы чувств и чувственные элементы

Пространство и время

Движение и ритм

Глава 7. Вместо заключения: назад к человеческому

Заметки о кинематографической монструозности

Политические потенции кино как субъекта: сохранять, говорит оно261

Список литературы

Отрывок из книги

Всякий раз, располагаясь перед экраном за просмотром фильмов Джеймса Беннинга, я чувствую, как это кино совершенно равнодушно к моему присутствию. Ничто в нем не взывает к взгляду, не просит внимания, хотя многие известные мне теории настойчиво убеждают в обратном: что в кинотеатре моя перспектива законодательна и лишь в обращении к зрителю фильм реализует собственное существование. Но это кино кажется молчаливым, складывается как будто вовсе не ради меня. И все же я смотрю на экран: наблюдаю длинный кадр с шахтой, тонущей в сумерках. На первый взгляд, он кажется снятым с привычной мне точки зрения: окажись я на месте камеры, вероятно, увидела бы конструкции из «Рура» (2009) под тем же углом. Но время идет, и в этом спокойном сперва узнавании что-то начинает сбоить. Взгляд камеры нестерпимый, изнурительно долгий в своей несуетливости. Я пытаюсь ему соответствовать, но рано или поздно сдаюсь.

Фильм Хенвара Родакевича «Портрет молодого человека в трех движениях» (1931), снятый за восемьдесят лет до работы Беннинга, открывался титром:

.....

Новый философский проект, развивающий идею кинематографической автономии, не может ориентироваться на кино, предстающее перед нами в виде фильмов, начало и конец которых всегда определяет тот, кто его создает, а удостоверяет зритель. Отделение кино от фильма необходимо, чтобы в дальнейшем избежать путаницы и не подменять, как это делали редкие кинотеоретики, также писавшие об автономии кино, субъектность кино – субъектностью фильма.

Видео швейцарского эссеиста Йоханнеса Бинотто Facing Film (2017) длится всего две минуты. На экране – Джон Уэйн. Наезд – переход со среднего плана на крупный – сближает зрителя с его персонажем из фордовского «Дилижанса» (1939). «Эй, Ринго!» – окликает его возница из соседнего кадра. Черный экран. Кадр с наездом повторяется снова – уже в тишине, без диалоговых реплик и без продолжения. Вспоминается название видео – с кем именно Бинотто предлагает встретиться лицом к лицу? Зритель привычно смотрит по центру – наверняка вглядывается в глаза Ринго-Уэйна. «Но здесь есть еще кое-что», – сообщает титр. Кадр замедляется, чтобы сделать заметнее расфокус, в который, пусть всего на долю секунды, попадает человеческое лицо, чтобы уступить место чему-то другому. На шестом повторении Бинотто смещает кадр – тогда вдруг проступают впервые отчетливо заметные для зрителя пленочные царапины. «Это кожа материала. С морщинами и шрамами. The Face of Film».

.....