Читать книгу Операция - - Страница 2

Закончив с сушками, ребята словно подзарядились новой энергией – и игра вспыхнула с ещё большей силой. Топот ног эхом разносился по подъезду, смех звенел, как россыпь серебряных колокольчиков, а на стёклах окон дрожали разноцветные блики от уличных фонарей, превращая лестничные пролёты в сказочные туннели.

Но вдруг тишину разорвал резкий звонок домофона – будто ледяной гвоздь вонзился в праздничное настроение. Все замерли, прислушиваясь.

– Кто-то нас сдал, – прошептал Илья, прижимаясь к стене, словно пытаясь слиться с тенью.

Через пару минут сверху донёсся знакомый голос, строгий и в то же время обеспокоенный:

– Степа! Мама уже в курсе, что ты тут бегаешь! Спускайся немедленно!

Ребята переглянулись с немым сожалением. Степа надул губы, уставился в пол и пробормотал, шаркая валенком:

– Ну вот… Всё из‑за тёти Светы!

Вскоре в подъезде появилась мама Степы – в тёплой кофте, с лёгким румянцем на щеках от быстрого подъёма по лестнице. Она работала из дома (её тоже отпустили из офиса из‑за небывалых морозов), поэтому пришла быстро.

– Степа, ну сколько можно? Я же просила не убегать! – мягко, но твёрдо сказала она, глядя сыну в глаза. – Пошли домой, надо уроки делать.

Степа упирался, топал валенком, оглядывался на друзей с такой тоской, что у тех сжимались сердца:

– Ну ещё пять минут! Ну пожалуйста!

Но мама была непреклонна. Крепко взяв сына за руку, она повела его к выходу. Степа на прощание махнул рукой, и его фигура скрылась за дверью, оставив после себя лишь лёгкое облачко морозного воздуха, которое медленно растаяло в тёплом подъезде.

Ребята притихли. Без Степы игра уже не казалась такой весёлой – словно из яркой картины вынули самый сочный мазок.

– Наверное, и нам пора… – вздохнула Наташка, натягивая шапку с помпоном, который грустно поник.

– Да, уже темнеет, – согласился Илья, глядя в окно, где снег кружился всё гуще, превращаясь в бело‑серую метель, похожую на танец тысяч крошечных фей.

Крепко обняв сначала Илью (тот на мгновение прижался к Васе, как будто хотел забрать с собой частичку тепла), а потом аккуратно пожав руку Наташке (так, как будто они не виделись сто лет, но завтра снова встретятся), Вася накинул куртку, переобулся в валенки и выбежал на улицу.

Мороз к вечеру серьёзно усилился. Воздух стал колючим, будто сотканным из крошечных льдинок, которые покалывали щёки и ноздри. Каждый вдох обжигал горло, а ресницы мгновенно покрывались инеем, превращаясь в хрупкие хрустальные бахромы. Ветер свистел в ушах, словно напевал древнюю зимнюю песню.

Добежав до своего подъезда, Вася остановился, чтобы перевести дух, и с удивлением заметил: его намокшая от бега футболка на спине покрылась тонким слоем инея. Он потрогал ткань – она хрустела, как замороженная паутинка, переливалась в свете фонаря голубыми искорками.

Забежав домой, Вася первым делом огляделся: в квартире было тихо. Ни маминого голоса из кухни, ни папиного кашля. Он выдохнул с облегчением, и этот выдох превратился в маленькое облачко пара: