Читать книгу Непутёвый - - Страница 6

– Дед Мороз! Дед Мороз! – Раскричалась детвора, тыкая в мою сторону варежками, и побежала не встречу. Они окружили меня со всех сторон, галдели и кричали все одновременно. Движение моего тела затруднилось, потом совсем остановилось. Я ошарашено смотрел на этот мелкий народ, на их весёлые, счастливые мордашки, пытаясь найти выход их положения.

– Тихо, дети, тихо! – Я поднял руку с посохом вверх – Попрошу тишины!

Шум начал стихать. Дети уставились на меня в ожидании чуда. И чудо свершилось, в виде Ивана Тарасыча и какого – то старичка. Даже не заметил, как дошел до нужного дома, а если бы валенки не снял? Где бы я был? Два товарища, бодренько приближались к нам, выскочив из калитки.

– А ну, детвора, расступись! Отстали от гражданина! – неожиданно басом прогрохотал старичёк, раздвигая ребятню.

– Ты, чего?! Петр Фёдорович, какой же это гражданин? Это же Дед Мороз! – конопатый мальчуган с напяленной на затылок шапкой – ушанкой и пуховике оранжевого цвета, вступил в словесный батл.

– Бархатов! Прекратить пререкания!! – спутник Тарасыча нахмурил густые брови, и грозно посмотрел на мальчишку.

Детвора зашумела вполголоса, конопатый наверное, являлся гласом этого мелкого народа, не отступал:

– Ну как же так, Петр Фёдорович! Мы тоже хотим подарки! Это же настоящий Дед Мороз, он же подарил валенки Семёновым! А нам ?

Дети снова загалдели, а я, залип. Валенки? Семёновым? Это когда? Не было такого! Уставился на старичка и дядю Ваню. Те в свою очередь с удивлением и непониманием смотрели на меня в ожидании ответа. Ох, ёлки – палки ! Туговато, но до меня дошло откуда дул ветер. Видимо хозяева того дома, где я исполнял танцы на снегу с переобуванием, просекли в окно моё творчество, и сочли супер валенки за подарок! И естественно, прибрали себе! Твою ж дивизию! Как потом объяснить утрату валенок ? Но это потом, тут вон что творится! Прокашлялся, надо выходить из положения

– Дорогие ребята из деревни Лебедево! – начал я импровизацию.

Народец притих. Теперь все смотрели на меня. Сглотнув пересохшим горлом невидимый комок, посмотрел по сторонам. Быстренько, как мог, приблизился к забору. Кряхтя, нагнулся и схватил волосатыми синими руками пригоршню снега, запихал её в рот. Борьба с засухой! А она, такая…

– Ой! Смотрите, смотрите! Дед Мороз снег ест! – пиликнула какая- то девчушка.

– Ага! Ого! Ух, ты!!! А он и взаправду, настоящий! Смотрите какие синие руки у него, оказывается! Вот почему он всегда в рукавицах! – пронеслось по детворе – Да, да .да. он же Мороз! Холодный! Вот это дааа!

Я закашлял, с трудом сглотнул растаявший снежок.

– Ну, вообще-то, я сосульки люблю! Они вкуснее!

И вот к чему я это сказал? Зачем? Почему слова у меня, всегда бегут впереди мозгов?Но это вызвало такой восторг у ребятни, что они зашумели опять на все лады, перезвоном колокольчиков.

– Да! И мы снег едим! И мы сосульки любим! Круто!!!

И тут я понял , что влип конкретно! Нет, эта детвора не затворники глухой деревни, и тоже имеют интернет, и представление о Дедах Морозах на утренниках. И у каждого свой сотовый телефон, вот даже сейчас некоторые снимают моё выступление. И возможно отсняли мой танец. Но, не смотря на то, что в сетях можно узнать весь расклад о существовании красноносого волшебника с бородой и посохом, они поверили в настоящего Деда! С доказательствами! Синие волосатые руки, снег жрёт, как ненормальный, сосульки любит и валенки дарит! Железобетонно! Разве этого мало? А это значит, что не пропала в них та вера в сказку, вера в чудо, не успел их испортить цифровой мир до конца! И как же сильно мне, не хотелось это рушить в их светлых душах, как же не хотелось подрывать веру в сказку… Но я же не волшебник, а они вот! Стоят смотрят во все глаза на меня, ждут волшебства! Ну и меня понесло, как того Остапа Бендера, речь полилась как всегда, впереди моих мозгов, не задерживаясь в них ни на секунду.

– А случилась беда! – выговорил мой рот, ребята стихли, а он продолжил дальше – Подъезжая на оленях к вашей деревне, я так устал, что уснул и вывалился из саней. Упряжь умчалась вместе с вашими подарками в неизвестном направлении! У меня остался только один мешок с дарами , для детского дома, он выпал со мной. Я использовал его вместо подушки. Так получилось.

Демонстративно развел руками. И наступила гробовая ти – ши – на… От такой новости утихла вся деревня, стих ветер, перестал трещать лёгкий морозец. Я же, с перепугу, наговорив лжи, вытаращив глаза, медленно обводил собравшихся взглядом. Время замедлилось. Медленно, медленно оно двигалось с моей дурной головой. Вот стоят ребятишки, открыв рты поблескивают глазёнками полных слез. Секунда, и заревут. Вот стоят Иван Тарасыч и старичок владеющий невероятным басом. Секунда, и упадут. Вот местные жители деревни, сбежавшиеся на шум. Секунда, и дадут люлей. Вот две дамы-близняшки, а между ними Люся, наверное, потеряли меня. Секунда, и … Вот пара каких то собак, наклонив головы смотрят на меня с укором. Вот… Стоп! Люся? Я пришел в себя и найдя взглядом в толпе, уставился на неё. Она? На ней не было этого дурацкого наряда снегурочки –пингвина! Девушка стояла в зимнем лыжном костюме, маленькая, худенькая, как всегда в маске. А глаза. Они фонтанировали осуждением…, внутри меня похолодело. Очень. Предчувствуя беду, я машинально поднял вверх посох. Это отвлекло внимание собравшихся, наклонился, по прежнему держа его вверх, начал снова пихать в рот снег, жуя его и глотая, не обращая внимания на ломоту в зубах от холодного. Может это прощальные сигналы моих зубов. Возможно, я их скоро лишусь! Ко мне приблизился какой то карапуз. В варежке со снежными комочками, он протянул мне… сосульку!

– Ня! Бели, Тет Мойос!

Я медленно выпрямился и протянул синюю ладонь к ледышке, сердце ёкнуло. Мне срочно захотелось провалиться сквозь землю от стыда.

– Дети! – хриплым голосом, взяв сосульку, не поблагодарив ребенка, мой язык начал сочинять речь, а мозг кричал – спасибо!

– Дети! – я прокряхтел хрипоту – Скажу вам, как настоящий Дед Мороз, одну вещь!

Машинально и нервно соснул леденец из льда, продолжил

– Так, вот! Не смотря на потери, Новый год, есть Новый год! И всегда в это время происходят чудеса. Будут у вас подарки! Пусть может и не те, что вы хотели, но они от настоящего Деда Мороза!

Моя речь произнесла фурор, среди мелкого населения. Столь радостных возгласов я в жизни не слышал! Взрослый народ, переглянувшись, пошел разбирать и уводить счастливых дочек и сыновей, внучек и внуков, подальше от сладких и несбыточных речей оратора, в моем лице. Осуждающе мотали головами, некоторые крутили у виска пальцами, объясняя что то детям. Недружелюбные взгляды, изредко кидаюшие на меня,говорили о многом. Не очень хорошем, мягко говоря. Что ж. Контакт с аборигенами состоялся. Навёл мост дружбы. Навёл. Постепенно мы остались вшестером. Последними ушли собаки, они наверноё тоже, признали во мне афериста. Моя минута славы закончилась. Иван Тарасыч, крякнув прочищая горло, сказал:

– Зря ты, паря наобещал детишкам золотых гор. Нехорошо обманывать детей, они же как губки, впитывают всё. Что с них вырастет, если им врут? Тем более в праздник, который ждут с нетерпеньем. Эх. – он махнул на меня рукой и повернулся к Люсе

– Люсенька, я про подарки вспомнил, собрался было везти, но тут всё это началось…

Девушка не стала дослушивать версию от дяди Вани, направилась ко мне. Она шла. Она приближалась. И с каждым её шагом, сердце билось всё громче и громче, я как идиот, сосал сосульку и смотрел на неё. Сердце стучало, нет, уже гремело. Господи! Да от чего так? Я судорожно пытался понять причину волнения. Было два варианта. Первый, это моя речь на баррикадах, второй, это та, которая шла. Вида подавать нельзя, я мужик. Сделал как мог безразличное лицо. Пусть только мне что ни будь скажет! Пусть только попробует, свистулька! Я ей! Я…

– Ты как? – прошептала девушка, подойдя ко мне вплотную, и заглянула в мои как бы спокойные очи.

Не понял! А где словесное уничтожение? Я же отчетливо видел в её глазах осуждение и укор, пока сочинял небылицу ребятне. Тем более я не мог ошибиться, потому что каким то волшебным способом я научился читать её взгляды. Без слов. А тут неожиданный вопрос, и смотрит, как то с волненьем.

Я?!? – удивленно переспросил её, совершенно не ожидавший такого

Н-н-нормально… – выдавил из себя ответ, и откусил ледышку.

Вот на данный момент, мир для меня, перевернулся. Мой мир. Она меня удивила, убила, возродила! И одновременно с этим пришло понимание, что тот стук сердца, зависел от неё. Потому что после вопроса заданного мне этой девушкой, оно перестало греметь и рваться наружу. Как-то неподсознательно моей душе, были важны её слова? Как так? Как такое происходит? Я не знал и не знаю её. Я не видел её лица. Я не видел её фигуры. И вообще не видел её ни какой! Знакомы половину дня, и большую часть из этого времени, устраивали словесные баталии, пытаясь задеть друг друга! Как же такое происходит и почему, когда не подвластно твоим чувствам, и уверенности в любви к другому человеку, тебя охватывает это состояние, это непреодолимое желание необходимости, услышать по настоящему важные для тебя слова от постороннего, или уже не постороннего для меня человека. Где эта грань? А я цепляюсь за журавля в небе, не замечая синицы в руках? Два слова. ,, Ты, как,, и стука в сердце нет! Как будто бы переключен рубильник эмоций! Раз! И я спокоен, уверен что всё смогу, и решу! Люся, Люся… Ты колдунья! А я теперь уверен, я – волшебник!

Девчёнка выдернула из моей руки сосульку, отбросила в сторону. Этим она вернула меня в реальность, включился звук, появилась картинка.

– Пойдем, Вась, у нас есть ещё время перекусить, обогреться, подготовиться. Пойдём.

Тарасыч со старичком скрылись за воротами, вскоре завёлся двигатель автомобиля. Барышни-близняшки с грустными улыбками подошли к нам.

– Давайте пройдёмся – предложила Люся – Тут идти то немного, всё таки боюсь я этих машин.

Женщины среагировали на её слова моментально. Обняли девушку с двух сторон, каждая со своей стороны чмокнула в щечку.

– Всё хорошо, милая, всё хорошо. Давай прогуляемся – сказали они одновременно.

Мне показалось это странным. Их поведение, их отношение . Кто они ей? Кто она им? Почему оброненная лёгкая капризка Люси, вызвала такую реакцию? От чего бояться машин? Каждый день в городе видит! Я почесал затылок и почувствовал, что очень сильно продрог. Тело отошло от всей этой суеты и подало сигнал о своем существовании. Застегнул тулуп.