Читать книгу Не верь наветам - - Страница 2

Я, превозмогая боль во всём теле, словно меня пропустили через камнедробилку, вошла в комнату, дверь которой, уходя, распахнула служанка. Вернее, я туда почти вползла, потому что болело всё, кажется, даже волосы, но больше всего живот. Хотя, скорее желудок. Было такое ощущение, что мне туда залили цемент, который, застывая, ещё и увеличился.

По находившимся в этой комнате предметам было понятно, что это ванная комната века так… позапрошлого, а может и поза.., поза… в общем, точно не нашего. Свет, слабо освещавший местный санузел, попадал через маленькое продолговатое окно почти под потолком. В центре стояла небольшая ванна на причудливых резных ножках. У стены справа находился низкий столик, на одном конце которого стояла уже догорающая свеча в странном массивном подсвечнике с тонкой овальной металлической пластиной, выполняющей роль отражателя. Но, несмотря на два источника освещения, в комнате было не особо светло. На другом конце столика стоял небольшой тазик, рядом с ним кувшин, а на стене чуть выше находилось овальное зеркало средних размеров в причудливой резной раме, справа от которого висел небольшой рушник с вышивкой и кистями по краям. На низенькой скамеечке у столика стоял ещё один таз, но больше и по размеру, и по глубине. В самом дальнем углу виднелся «трон» – прапрадедушка современного унитаза, в недрах которого, скорее всего, пряталась ночная ваза, то бишь горшок. А у стены слева стоял не то небольшой комод, не то шкаф, на котором стопочкой лежали какие-то светлые ткани. Полотенца что ли?

Я подошла к столику, взяла кувшин, в котором была вода и стала с жадностью пить чуть тёплую, но такую мне сейчас необходимую влагу, словно блуждавший по пустыне путник, нашедший наконец-то свой животворящий источник.

Выпив, наверно, половину кувшина, я наконец-то облегчённо вздохнула и уже хотела было умыться, как почувствовала, что вся выпитая мною вода решила вернуться обратно.

Упав на колени перед тазиком на скамеечке и обхватив его руками, я дала выход не прижившейся в теле жидкости. Так меня ещё никогда не выворачивало!

Я что, пила вчера? Нет! Я же беременная! Это такой запоздалый утренний токсикоз? Раньше ведь не было? Надеюсь, долго он не продлится. Если меня будет так выворачивать каждое утро, то … Да, ладно, переживу! Мы же с Владом так ждали малыша. Да и осталось тут уже чуть-чуть.

Закончив неприятную процедуру, я ополоснула оставшейся водой лицо и прополоскала рот. Пить хотело ещё сильнее, чем раньше, но я не рискнула допивать оставшуюся воду, потому что второго таково возврата к истокам я уже вряд ли вынесу, а плюхнуться лицом в таз с тем, что только что из меня вышло не хотелось.

Я глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться, потому что меня всё ещё потряхивало после обильного выворачивания всей пищеварительной системы и замерла, почувствовав, что-то неладное. Что-то было не так …

Резким движением положила руки на живот и … Его не было. Нет, живот-то, конечно, был, но не почти шестимесячный, такой аккуратненько кругленький и хорошо заметный, а впалый или как обычно говорят «прилипший к позвоночнику». Хотя, после того, что только что произошло, это как раз было и неудивительно. А куда тогда пропал мой живот, потому что тот, который я сейчас ощупывала, точно моим не был. Но раз я его сейчас трогаю и чувствую свои прикосновения, то он тоже мой? Это как это так?

Я в ужасе подняла голову и невольно отшатнулась, увидев своё отражение в зеркале. Во мраке комнаты нельзя было рассмотреть все детали, но не заметить «взрыв на макаронной фабрике» и огромные чёрные глаза, отчётливо выделявшиеся на бледной коже, было просто невозможно. Я провела руками по волосам, немного усмиряя этот разгул стихии и …

Стоп! Откуда у меня такие длинные, да ещё и кудрявые волосы?

Я взяла и немного оттянула один локон, отпустила его и он принял своё первоначальное волнистое состояние. Локон был светлым.

Как? Меня что, ещё и перекрасили, и волосы нарастили?

Я опять посмотрела в зеркало и провела рукой по лицу. Отражение повторило мои движения.

Что-то не так. Что-то совсем не так, как должно быть. Вернее, такого быть не должно!

Я медленно поковыляла в комнату, где меня разбудила тётка-горластый будильник. Это точно не моя спальная. У меня в квартире нет такой комнаты, нет таких больших окон с тяжелыми зелёными портьерами, нет такой странной кровати с балдахином и нет такого …

Я быстро, насколько могла, подошла к красивому светлому трюмо с резными створками и причудливыми ящичками. Зеркало тут было большое, да и в комнате довольно-таки светло. Я медленно села на стоявший перед трюмо пуфик, разглядывая смотрящую на меня из зеркала незнакомку.

Это была не я. Нет, так-то я понимала, что смотрю я сейчас на себя и должна бы видеть саму себя такой, какой я всегда и была. Только вот в отражении зеркала на меня смотрела не я. Вернее, я, но не та, которую я видела раньше. Ошибки быть не могло. Да и как можно ошибиться, увидев миниатюрную блондинку с большими синими глазами, небольшим, немного вздёрнутым носиком и маленькими губками бантиком. Это же почти ребёнок! Ну, может подросток лет пятнадцати, но никак не взрослая замужняя женщина тридцати пяти лет! Теперь-то я точно видела, что глаза именно синие – тёмно-синие, а не тёмные или чёрные, как мне показалось раньше. Линзы? Да нет, вряд ли. Скорее всего настоящие. Это что, я теперь такая? Я же не сошла с ума? Как? И куда подевалась я высокая жгучая брюнетка с хорошими формами, зелёными глазами, породистым аристократическим носом с едва заметной горбинкой и пухлыми губами?

Я ещё раз для уверенности, потрогала своё лицо, пощупала тело и даже ущипнула себя, почувствовав несильную боль. Это была не я, то есть я, но … Что за бред!

– Варвара Димитривна! – послышалось со стороны двери.

В комнату немного приоткрыли дверь, через которую я увидела просунувшуюся голову в белоснежном чепце, прокричавшую не входя:

– Вас папенька к себе требуют. Вы одеты? Он приказал проводить в кабинет.

– Сейчас выйду, ещё не одета, – словно на автомате ответила я, а затем осмотрелась, приметив старинный гардероб с плотной зелёной тканью на верёвочке вместо дверок, нашла какой-то длинный тёмно-зелёный халат, плотно завязала его и, словно управляемый робот, вышла из комнаты.

У двери стояла молодая девушка в такой же форменной одежде, как и баба-громкокричатель.

– Ой, а вы что же к батюшке так и пойдёте? – широко раскрыв глаза пролепетала девица.

– А что не так? – совсем невежливо и на меня непохоже отбрила я.

– Так туфельки наденьте, – указала она взглядом на отсутствующую деталь моего странного одеяния.

Я посмотрела вниз, приподняв немного полы халата и увидела свои босые ноги, которые точно были не моими. Так-то, раз уж я на них сейчас стояла, то мои, только вот совсем не похожие на мои прежние. Пришлось вернуться в комнату, отыскать домашние тканевые туфли, похожие на расшитые немного стоптанные тапки, засунуть туда ноги и последовать за девушкой.