Читать книгу Под влиянием - - Страница 4

У дома стояли двое. Женщина лет сорока пяти и мужчина, немного старше нее. Она в коротком полупальто, сшитом, казалось, специально по фигуре, в широких брюках и в темных солнцезащитных очках в толстой оправе в форме «кошачий глаз», скрывающих половину лица. На голове яркая косынка с узором из логотипов какой-то фирмы, а на губах – броская, почти вызывающая, неподходящая ее возрасту помада. «Но кто сказал, что у цвета помады есть свой возраст?» – читалось в ее надменном выражении. Такие, как она, могли себе позволить. Она то кривила рот в гримасе недовольства, то сжимала губы до тонкой ниточки, поворачивалась к мужчине, выплескивая в него целый поток яда, и снова резко отворачивалась.

Георгий, старший следователь, несколько раз краем уха слышал ее резкое: «Я говорила тебе!». Мужчина же молча перетаптывался с ноги на ногу. Иногда он бросал ей что-то в ответ, тихое и невнятное, что, скорее всего, просто не доходило до ее ушей, растворяясь в холодном воздухе. Он был среднего телосложения, в сером, ничем не примечательном полупальто, застегнутом на все пуговицы до самого горла, темных брюках и черных, начищенных до блеска ботинках. На нем тоже были очки, только для зрения, в классической металлической оправе, а нижнюю часть лица обрамляла аккуратно подстриженная короткая округлая борода. Просто показательный образец выдержанного стиля, ни вправо, ни влево – ни одна деталь не выбивалась из общей картины сдержанности.

– Георгий Павловский, старший следователь, – представился он.

– Сергей Дорохов, – негромко отозвался мужчина, крепко пожал руку и кивнул в сторону женщины. – Моя супруга, Виолетта.

Виолетта только чуть качнула подбородком, не снимая очков.

– Правильно понимаю, вы хозяева дома? – Георгий скользнул взглядом по фасаду и заметил несколько камер.

– Я хозяйка, – сказала Виолетта. – Дом оформлен на меня.

– Отлично. Тогда мне нужны записи с этих камер. За какой период они пишут?

Виолетта резко повернулась к Сергею.

– Они… не пишут, – промямлил он, бросив на жену быстрый взгляд.

– Муляж? – уточнил Павловский.

– Нет, – Сергей неловко передернул плечами. – Мы ведь сдаем дом. А кому понравится, чтобы за ними наблюдали?

– Мы заботимся о приватности. Да, Сережа?

– Люди платят, чтобы чувствовать себя свободно.

– Слишком свободно, – холодно и с иронией добавила Виолетта, поправив косынку.

Она всплеснула руками – коротко, нервно. Да, она знала, что камеры не пишут. И никогда не поддерживала идею их отключения. Дом сдается, а ее дорогой муж поселил туда какую-то малолетку – мало ли во что превратят ее дом! В вечный тусовочный притон или еще что похуже. Но Сергей уверенно взял на себя всю ответственность за объект, и пока он занимался сдачей, проблем не возникало. Виолетта не стала давить: подарила супругу маленькую долю самостоятельности – редкое ее «да», потому что обычно она контролирует все, что хотя бы немного касается ее жизни.

Даже самого Сергея она выбирала с холодной точностью, по списку: красивый, спокойный, без лишнего риска – и обязательно менее успешный, чем она. Он идеально вписывался в ее систему.

Тогда Сергей работал координатором в охранной компании: смены, мониторы, тревоги, отчеты. Виолетта была замом руководителя и возглавляла отдел видеосистем. Рынок давил, конкуренты не давали вздохнуть, бюджет резали, многих сотрудников пришлось распустить, а Сергею приходилось пахать за троих. Со временем Виолетта начала давать ему «особые» поручения, даже если задача не была связана с его отделом. Ее обычно холодный, оценивающий взгляд порой теплел и задерживался на нем дольше положенного. Сергей впервые почувствовал себя замеченным по‑настоящему – и работал до изнеможения, взращивая внутри тихую надежду на повышение.

Однажды, когда офис уже опустел, усталые сотрудники разошлись по домам, Виолетта попросила Сергея задержаться: «Нужно поговорить». Он давно проигрывал этот момент в голове: вот начальница скажет, что он заслуживает большего, что координация рядовых охранников – не потолок, что пора возглавить технический отдел, о котором он давно мечтал.

Но в ее кабинете свет был приглушен, а в воздухе витал тонкий, дорогой шлейф ее духов. Виолетта сидела в кожаном кресле, расслабленно откинувшись на спинку. Тугой идеальный хвост, которым она обычно стягивала волосы, был распущен, и светлые пряди падали на плечи. Помада – на тон насыщеннее привычного. И улыбка – скупая, но теперь завораживающая – остановила Сергея на пороге. На секунду ему показалось, что он действительно делает шаг в новую должность. Только не в ту, которой ждал.

– Проходи, – ее голос вдруг стал мягким, в стальном тембре появилась бархатная нота. – Ты что, ничего не понял?

Он замер. По ладоням мгновенно побежал холодный пот. В голове закрутились догадки. Понял? Кажется – да. Но все еще сомневался. Неужели эти задержанные взгляды, редкие улыбки, особое внимание – не про отчеты?

Сергей сглотнул, сделал шаг, другой. Ее аромат накрывал, и он впервые увидел в Виолетте не безупречного «робота» в строгом костюме, а женщину. Реальную. Живую. Опасно близкую.

– Вот теперь понял, – она улыбнулась глазами.

В нем что-то зажглось, казалось, он ощущал это физически. Четко, обжигающе: он готов на все ради этой женщины. На все, что скажет, что подумает, о чем лишь намекнет.

А потом начались будни – новые, другие. Ночи в одной постели, а дни под ее подписью. Сергея будто подтерли ластиком: щеки осели, возле рта легли упрямые тени, взгляд будто выцвел. Виолетта осталась той же неприступной начальницей, только ключ от ее спальни теперь лежал у него в кармане. Глаза супруги больше не теплели – разве что вспыхивали секундной оценкой, скользили по нему ровно и холодно. И в эти мгновения он ясно понимал: чудо свершилось, но договор у чуда оказался с примечаниями мелким шрифтом.

Напряженная тишина затянулась. Георгий прервал ее, вернувшись к делу.

– Кто из вас обнаружил труп?

– Рассказывай сам, – язвительно произнесла Виолетта. – А я говорила ему! – добавила она, обведя Сергея недовольным взглядом.

Георгий почувствовал нарастающее раздражение от их мелкой семейной драмы.

– Так кто обнаружил труп? – повторил он, на полтона жестче.

– Я… то есть, – Сергей запнулся, – жена попросила меня сюда приехать.

– Так, давайте я сама все расскажу, – Виолетта пренебрежительно махнула рукой. – А то он вам тут наплетет.

– Семейные разборки – потом, – сдержанно бросил Георгий. – Рассказывает кто‑нибудь один.

Виолетта даже не моргнула.

– Этот дом мы сдаем. Девчонка, которую он, – она кивнула на мужа, – сюда заселил, задержала оплату на несколько дней.

– То есть вы сдали дом этой девушке, – уточнил Георгий.

– Не «мы», а он, – подняла подбородок Виолетта. – Деньги приходили на мой счет, все было в порядке. Я спросила, кто живет у нас, так он замешкался. Еще бы.

Сергей неловко повел плечом.

– Я знал, что ты опять будешь недовольна. Какая разница, кто живет, если платят?

– Сдать такой дом малолетке… – продолжила Виолетта, будто Сергея и не существовало. – Вы представляете? Ты хоть знаешь, сколько стоят картины на этих стенах?

– Это позже, – оборвал Георгий. – Сейчас про оплату.

– Платеж не пришел, – сухо сообщила Виолетта. – Я сказала Сергею, чтобы он решил вопрос.

– Когда по договору должна платить? – спросил Георгий.

– Двадцатого каждого месяца, – отстрелила Виолетта.

– Я звонил ей, – наконец заговорил Сергей. – Напомнил. Она не брала. Позвонил на следующий день и еще на следующий. В итоге мы приехали.

– Вместе? – уточнил Георгий.

– Да, моя супруг… – начал Сергей.

– Я сказала ехать вместе, – резко перебила Виолетта. – А потом отправила его внутрь. Давай, рассказывай уже сам.

Сергей выдохнул и заговорил быстрее:

– Я зашел во двор. На воротах механизм сломан, поэтому открыл вручную. Позвонил в звонок, но никто не подошел. Дернул ручку – дверь открыта. Я сразу почувствовал запах.

– Запах, – повторила за ним Виолетта, – это едкая вонь, а не запах!

– Потом сделал пару шагов и… увидел ее.

***

Сергей замер на пороге, в нос действительно ударила настоящая вонь, как только он открыл дверь. Он рукавом прикрыл нос, но даже сквозь плотный шерстяной материал прорывался удушливый, едкий запах. Сладковатый, приторный, с оттенком гниения и чего-то металлического. Этот запах напомнил ему запах старой, забытой в подвале картошки, смешанный с чем-то химическим, отчего сводило зубы. Воздух в этом доме был вязким, почти осязаемым, и тошнота подкатила к самому горлу.

Сергей заставил себя сделать вдох – короткий, поверхностный, через рот, сделал шаг внутрь. В доме было очень тепло – всему виной теплый пол, который не просто прогрел воздух, но и усилил концентрацию запахов. Сергей сделал еще один вдох и подошел ближе.

И тогда он увидел ее. Первая мысль была – это не Кира. То, что лежало перед ним, было настоящим искажением, ужасной маской, которую можно увидеть только в самых страшных фильмах.

Ее щеки, которые он помнил такими нежными, с легким естественным румянцем, теперь были вздутыми, перетянутыми с зеленоватым оттенком. Вздернутый носик, всегда такой аккуратный, сливался с остальной частью лица. Кожа – бархатистая, юная – превратилась в блестящую, темно-бурую, почти черную пленку. На месте глаз остались темные, ввалившиеся провалы, окруженные опухшими веками.

Его взгляд невольно скользнул к столику. Бокал с недопитым красным вином. На дне еще плескалась темная жидкость, как будто оставленная только что.

«Упала. Пошла в спальню на второй этаж, не удержалась и упала через низкие перила», – пронеслось в его голове. Падение.

Он больше не мог. Не выдержал. Этот вид, этот запах, эта чудовищная трансформация… Шаг, еще шаг, и, наконец, дверь захлопнулась за ним с глухим стуком.

Виолетта уже была во дворе. Его хмурый вид, бледность, сбившееся дыхание – она это заметила сразу.

– Вызывай полицию, – сказал Сергей с тяжестью.

– Что? Эта воровка нас обворовала? – выдала Виолетта с едкой насмешкой. – Я так и знала!

– Вызывай полицию, говорю. Сейчас! – Повторил он с непривычной жесткостью, которая моментально заглушила мысли Виолетты. Она испуганно остановилась, посмотрев на мужа. – Девушка мертва, – добавил Сергей тихо. И в его голосе не было сомнений.

***

– Во сколько это было? – спросил Георгий, открыв блокнот.

– Ну… полчаса назад, получается, – ответил Сергей.

– Когда вы ей звонили впервые? Посмотрите звонки, – Георгий поднял взгляд на Сергея.

Тот вытащил телефон, пальцы дрожали. Павловский заметил, как Сергей машинально отходит на шаг подальше от Виолетты, будто пытается уйти из зоны ее контроля. Экран вспыхнул. Сергей долго шарил по списку, пролистывал контакты, наконец развернул телефон к следователю: «Квартиранты 21.09, 13:46», ниже – еще несколько попыток связаться в другие дни.

– Почему «Квартиранты»? Она жила не одна? – уточнил Георгий.

– Одна. Вроде бы одна, – Сергей пожал плечами. – Я всегда так записываю. Меняю номер, когда кто‑то новый заселяется.

– Он даже не знает, кто живет в нашем доме! – ядовито врезалась Виолетта. – Имя? Паспорт ты хотя бы проверил?

– Иди в машину, – неожиданно жестко сказал Сергей. – Я сам поговорю со следователем.

– Да, пожалуйста, оставьте нас, – поддержал его Павловский. – С вами я побеседую отдельно.

Виолетта коротко хмыкнула и пошла к бордовому «Мерседесу» – цвет явно ее выбора. Она села в машину, хлопнув дверью, и наблюдала за их разговором, опустив стекло на пару сантиметров, чтобы ни одно слово не ускользнуло.

– Здесь ваша жена права, – вернулся Георгий к делу. – Паспортные данные этой девушки у вас есть?

Сергей нашел снимок в галерее и протянул телефон. Павловский быстро переписал номер и дату.

– Паспорт, скорее всего, найдем в доме. Но спасибо, время ценно.

Сергей выдохнул, а из приоткрытого окна машины донесся едва слышный стук ногтя по дверце – Виолетта.

Тем временем к дому начали подтягиваться полицейские машины. Их синие маячки мигали, окрашивая окружающее пространство тревожным светом. Большие и маленькие звезды на погонах, суета, обрывки разговоров, голоса из раций – все это создавало какой-то хаос. Виолетте, привыкшей все держать под абсолютным контролем, с трудом давалась безучастность. Она раздраженно вздохнула, поняв, что сегодня потеряет много личного времени из-за очередной ошибки своего супруга.

Сейчас ей хотелось одного – чтобы побыстрее убрали тело из ее дома, и немедленно вызвать службу санитарной обработки помещений. Виолетта уже нашла телефоны и даже договорилась с одной компанией, чья реклама обещала полную дезинфекцию и удаление любых запахов.

К дому подъехала еще одна машина. Из нее вышла девушка в форме и с чемоданом. Как только ее ноги коснулись земли, она не сделала и шагу больше, поставила чемодан рядом и неторопливо, но внимательно осмотрелась вокруг. Виолетта с интересом рассматривала эту новую фигуру. Высокая, русые волосы завязаны в быстрый, чуть небрежный пучок, из которого торчали несколько прядей, выкрашенных в розовый цвет. Взгляд девушки был уверенным, спокойным, даже несколько расслабленным.