Читать книгу После встречи с ней - - Страница 2

Глава 2: Неловкость Первых Шагов

Получив сообщение от Виолетты, Илья Морозов не стал откладывать ответ. Телефон в его руке казался вдруг необычайно притягательным. Сообщение за сообщением, слова Виолетты, легкие и непринужденные, начали растворять его привычную броню. Его пальцы, обычно быстро и точно набивающие формулы или отчёты, теперь медленно и вдумчиво набирали ответы. Шутки, вопросы, обрывки фраз – общение затянуло его с головой. Он поймал себя на мысли, что давно так увлеченно ни с кем не переписывался. Эта девушка, которую он когда-то удалил из друзей, теперь, казалось, магическим образом проникала сквозь его отчужденность. Они быстро договорились о встрече: формальным предлогом стало обсуждение и репетиция предстоящего бала, но оба чувствовали, что за этим кроется нечто большее.

Наступивший день был особенным. Утро вторглось в комнату общежития солнечным лучом, который, казалось, танцевал на пыльных пятнах на полу. Илья проснулся с непривычным ощущением лёгкости и предвкушения. Сегодня было не просто «ещё одно занятие». Сегодня было его первое настоящее свидание, хоть он и старался убедить себя в обратном. Он тщательно выбирал одежду, что для него было совершенно нехарактерно, несколько раз проверял причёску, пытаясь укротить непослушные пряди. Каждое движение казалось значимым, каждый взгляд в зеркало – критичным.

Гриша, его сосед и лучший друг, лежащий на своей кровати с телефоном в руках, наблюдал за этой необычной суетой с нескрываемой ухмылкой.

«Ну что, Морозов, – протянул он, не отрываясь от экрана, но явно улавливая внутреннее напряжение друга, – не волнуйся так. Главное – будь собой, и не забудь, что ты – Илья Морозов, а не какой-то там замухрышка. И улыбайся почаще, а то вечно как будто мир спасаешь».

Илья лишь коротко хмыкнул, но слова Гриши, полные простой, дружеской поддержки, немного ослабили тиски волнения. Последний взгляд в зеркало, быстрый кивок Грише – и он почти испарился сквозь дверь общежития, оставляя за собой шлейф нетерпения и легкой боязни.

Дом Виолетты находился всего в нескольких кварталах. Илья подошёл к нему загодя, стараясь выглядеть непринуждённо, но внутренне считая каждую секунду. Пять минут. Пять долгих, тягучих минут, за которые он успел передумать сотню разных вещей. Наконец, дверь медленно отворилась, и на пороге появилась она.

Илья, привыкший видеть мир в приглушенных тонах, вдруг ощутил, как краски вокруг становятся ярче. Виолетта была поистине прекрасна. Никакого пышного платья или вычурной прически – просто джинсы, ярко-розовая куртка, которая невероятно ей шла, и белоснежный шарфик, небрежно обмотанный вокруг тонкой шеи. А на носу – те самые смешные очки, которые он мельком заметил в день их первой встречи. Они делали её облик трогательным и очень живым, добавляя какую-то особую, почти детскую непосредственность. Она улыбнулась ему, и эта улыбка, казалось, осветила весь двор, разгоняя серую гатчинскую хмурость.

Илья, ощущая легкую неловкость, сделал шаг навстречу. Они обнялись – коротко, немного неуклюже, но в этом прикосновении уже чувствовалось чтото большее, чем просто дружеское приветствие.

«Ну что, идём репетировать?» – Виолетта, кажется, пыталась придать своему голосу максимально деловой тон, но ее глаза озорно блестели.

«Идём», – согласился Илья, чувствуя, как его губы впервые за долгое время искренне тянутся в улыбке.

Они пошли гулять по зимним улицам Гатчины, еще не успевшим стряхнуть с себя утренний иней. Шаг за шагом, слово за словом, они узнавали друг друга ближе. Илья рассказывал о своей учебе на учителя физической культуры, о спорте, о том, как он любит выплескивать энергию на баскетбольной площадке, забывая обо всем на свете, и о своих планах по развитию детского спорта. Виолетта, напротив, с горящими глазами делилась своей мечтой стать учителем начальных классов. Она взахлеб говорила о детях, об их непосредственности и том, как важно заложить в них правильные основы. Ее голос звенел от искренней любви к этой профессии, и Илья ловил себя на мысли, что никогда еще не встречал такой живой и увлеченной девушки.

Конечно же, они оба совершенно забыли о предлоге «репетиции бала». Ни одного слова о танцах, ни одной мысли. Но это было совершенно неважно. Они просто гуляли, разговаривали, смеялись над незначительными пустяками, и время летело незаметно. Илья чувствовал, как с каждой минутой его привычная маска безразличия тает под теплым светом Виолетты.

Спустя два года с момента их первой мимолетной встречи и полного равнодушия, Илья Морозов поистине стал ценить красоту нашей богини Виолетты. Он видел ее не просто как симпатичную девушку, но как целую вселенную, полную света, тепла и искренней страсти. И это открытие было для него самым важным событием дня.