Читать книгу Невозвратимость III - - Страница 2

Перенес я нас в начало деревушки, чьи ворота оказались закрыты. По-видимому, вчера тут была знатная попойка, от которой местные дамы еще так и не отошли. Я посмотрел на бывшую кузню Жнеля: дверь была выломана, окно разбито по форме выскочившего из него гоблина.

Киша привлекла меня к себе:

– Кстати, меня Илга послала: сказала, вам надо валить, там эти… странные бабы… не помню, как она их назвала, вроде элсроки. Нет? В общем, они скоро придут за вами. Там то, что вы вчера передали им, нет того, что им нужно: и вам пиздец. Вот что сказала Илга, не я…

По ее бегающим глазищам, когда она подбирала слова, сочиняя на ходу, я прекрасно понимал, что это она сама хотела так сказать. Я потрепал Кишу по ее непослушной шевелюре, а затем, подтолкнув в спину, шлепнул по рабочей попке и добродушно сказал:

– Иди уже, отдыхай. Небось, всю ночь у гоблинов была…

И щеки, и уши Киши зарделись, а взгляд остекленел, и она рванула от нас по улочке вперед. Хмыкнув, я взял Виру под руку и пошагал к кузнице, так как мне требовался новый комплект брони, а то я остался аж без двух. Зайдя в разгромленное, подобно тому, как я сам покрушил за ночь номер в гостинице, помещение, я оглядел его. По-моему, новая Кузнец использовала наковальню неправильно. Она что, приматывала к ней Гриза? Эм… У меня фантазии не хватает на то, чтобы представить, чем и как именно они тут занимались. А то, что они еще успели подраться и сразиться на всех мечах, что были в прилавке, – это точно.

Вира же оглядела погром со взглядом эксперта и со знанием знатока сказала:

– Видно, у кого-то несколько лет не было секса, и этому кому-то пришло в голову принудить к нему другого… А вот это… – Вира внезапно отпустила мою руку, чтобы пройти к куче всевозможных предметов по центру комнаты, и вынула из нее непонятный предмет – то ли уздечку из цепей, то ли извивающихся железных змей, я так и не понял. А волчица уже восхищенно окончила свою фразу: – …Очень занятно.

Вира забрала эту вещь себе, переместив в инвентарь, и с еще большим интересом, присев у большой кучи хлама, принялась в ней копаться и перебирать вещицы, часто пораженно восклицая и заинтригованно бормоча. Но тут раздался грохот из соседней комнаты, что была гному спальней, а после этого послышался приглушенный, словно под подушкой, истеричный вскрик Гриза:

– Мать твой Огр! Помогииите… Ве! – Это его, походу, придушили, чтоб не орал, а за этим сразу же последовал ритмичный скрип камня. Я-то помнил, что у Жнеля была каменная кровать, так что, кроме камня, там скрипеть было нечему.

Я подхватил Виру под руку и рьяно потащил из кузницы на улицу: не дай бог и нас туда припашут к этому скрипу. Я спешно пошагал к таверне Грода. Волчица же принялась разглядывать невиданную доселе деревушку во все глаза и часто мотала головой, смотря то налево, то направо. А в какой-то момент, поворачивая голову через меня, а из-за своего роста она возвышалась надо мной сантиметров на 25, она лизнула мое ухо. Вот такие у нее знаки внимания. Но мне понравилось, язычок у нее гладенький и нежный.

Тем не менее увиденная картина хутора поражала и меня. Все выглядело так, как будто тут ночью произошел набег пьяных иммигрантов, желавших привнести чуток собственной культуры. Везде все было сломано: ограды, пристройки, курятники, куры из которых теперь разбежались по всему хутору; по улице валялись разбитые бутылки, предметы мебели и раскиданная одежда; многие дома были без дверей и окон; в другом конце хутора валил черный столб дыма от сгоревшей церквушки Маргода; уснувший прямо на крыше дома наемник, видно, забравшийся туда ночью попеть, свисал с ее откоса головой вниз; на крыше противоположного от наемников дома стоял гордый козел, почему-то наряженный в розовое платье с рюшечками. А в некоторых укромных местах я видел торчащие голые пятки, причем разные: и женские, и мужские, а чаще всего сразу оба варианта. У них тут что, ночью была оргия?

Я остановился возле бывшего дома Рэнгха и, зайдя на крыльцо, с опаской посмотрел внутрь. В принципе, внутри все осталось, как и год назад при орке: битком переполненный разнообразными предметами склад. Вот только сейчас, обвалив несколько гор вещей, по центру лежал, словно сидя в кресле, орк. Был он счастлив и без штанов, так как в ногах его вверх тормашками лежала девица в порванной одежде, из которой орк так и не вышел. Рядом со мной встала Вира и восхищенно прошептала:

– Так вот она какая – знаменитая деревня Прильщиги… О ней столько ходит легенд… И я подумать не могла, что все правда.

У меня дернулась щека: какие к черту легенды?! Мать твою, Вира, о чем ты вообще? Вот именно такое тут в первый раз. Но я промолчал, глубоко вздохнув, и, жестом попросив Виру отойти, тихо шикнул внутрь домика:

– Эй, Рэнгх… Помощь нужна.

На слове «помощь» орк открыл глаза, посмотрел на меня, посмотрел вниз на попу в своих руках, так как девица лежала головой к его пяткам, счастливо улыбнулся, обнажая свои клыки, и, став зачем-то прямо при мне двигать своим тазом, тихо спросил:

– Что за помощь?

Я закатил глаза, прикрывая вообще их ладонью, чтобы не смотреть на орка, и сообщил:

– Броня нужна. Есть какая?

Я поглядел в сторону и увидел, что зато Вира смотрит на происходящее через разбитое окно. А по звуку начавшихся валиться вещей я понял, что Рэнгх шарит руками по окружающим его предметам. Через минуту, а он так и не прекратил трахать девку, отчего я растерянно сел на ступеньки перед крыльцом, он стал выкидывать вещи наружу через дверь. И еще зачем-то пояснил мне:

– Это я мщу за захват моей собственности. Теперь она тоже моя собственность. Ха-ха-ха.

Я решил отрешиться от его шуточек и того, чем он занимается, и всмотрелся в комплект кожаных доспехов. И как же я был удивлен, это не передать словами: орк выдал мне Мангрового Хищника. Ту же самую броню. Да сколько у него их вообще?

Я поглядел на Виру, что, как истинная леди от вульгарности происходящего перед собой, прикрыла ладонями лицо. Однако при этом она все равно продолжала похотливо пялиться в окно. А лицо она спрятала за руками лишь потому, что тяжело дышала и оттого приоткрыла рот, слегка вывалив язык наружу: вот его она и прикрывала.

И я, пользуясь тем, что она увлечена другим зрелищем, перекинул сэты на пустой слот, в котором раньше была уничтоженная броня, и, став голым, принялся облачаться. Вот только еще начав натягивать шорты, я понял, что Вира смотрит с таким же видом, как и до этого в окно, теперь на меня. И как только она смогла различить боковым зрением, что я делаю?

Она не стала наблюдать за тем, как я экипируюсь, а уверенно подошла ко мне, чтобы помочь. Правда, в основном ее помощь заключалась в поглаживании моего нагого тела: первым же делом ее руки, потянувшись к шортам, чтобы поднять их мне до пояса, как бы невзначай неоднократно прошлись по всему моему переднему хвосту. Она несколько раз наклонялась передо мной, как бы тянясь руками к сапогам, но лицом утыкалась в мою грудь, проскальзывая губами по моей коже, и один раз даже мягко куснула за сосок. Надевая на меня худи, ее руки ненадолго застряли под кофтой, чтобы напористо пройтись вдоль всего моего торса. Нет, в конечном итоге она все же помогла мне одеться, но это заняло в два раза больше времени, чем если бы я это сделал в одиночку.

Огонек из ее глаз так и не исчез, а даже разгорелся еще сильней, тем не менее она спокойно позволила мне увести себя от дома Рэнгха дальше. А чертовщина в Прильщигах все равно продолжает происходить. И, походу, она зацепила даже Виру.

В таверне, которая, на удивление, была абсолютно цела, нас встретил Грод, стоящий, как и всегда, на своем месте за стойкой, что сразу же, как только распознал со мной Виру, расплылся в хитроватой улыбке. А вот волчица сохраняла абсолютное самообладание, видно, долгие годы работы по внушению ложных чувств мужчинам не прошли зря, и Вира была невероятной профессионалкой по игре и в покер, и на сцене, так что она делала вид, что не знает Грода. На что, когда мы подошли к стойке бара, мой верный товарищ с усмешкой сказал ей:

– А ты думаешь, Барон не знает своих подчиненных?

Вира выгнула шею, склоняя голову наискосок, и, скинув с себя образ незнакомки для Грода, непонимающе ответила:

– Барон? Он уже здесь? Почему не сообщили? Где он?

Вот как поменялась: барон для нее важнее даже, чем дракон.

Грод, ехидно лыбясь во всю свою обычно суровую харю, поставил передо мной бокал пива и, сам взяв себе кружку, чокнулся со мной, а после, став пить, попутно продолжая лыбиться, для волчицы указал глазами на меня. Я встретился взглядами с Вирой через зеркало за спиной Грода и, отпивая пиво, пожал плечами. Вира же выглядела обиженно-рассерженной, хмуро буравя меня своим сапфирами. Но, как девушка мыслит, я не мог даже предположить, уж больно она умная и решительная. Вира вмиг подалась ко мне сбоку, мягко приобняв за плечи, и, ничего не говоря, принялась целовать мою шею у затылка.

Грод удивленно глянул на нее, как на очень странное существо, перевел взгляд на меня и, растерянно поведя головой в сторону, тихо проговорил:

– Эм… Значит, влюбилась… В первый раз вижу, чтоб она так… вешалась… на кого-то… Ты вообще как эту прохиндейку нашел…

Настал мой черед удивленно смотреть на него.

– Как нашел? Спокойно нашел. Пошел в Салют… Мне надо было… Нанять там девушку… Ну вот и нанял.

Но Грод перебил меня, подавившись, когда воскликнул:

– Как Пфхера-ботала?! Пхе! – Он вновь перевел свой странный взгляд на волчицу и сурово спросил: – Вира. Что значит – тебя наняли? Ты же перестала! Как Глава может заниматься подобными низкими…

Вира, что уже зачем-то легонько вцепилась зубами в мою шею, будто в холку, резко подняла голову и внезапно огрызнулась на него:

– Да не работаю я больше! Просто… не смогла отказать ему… И какое тебе дело, как я зарабатываю? Ты мой муж, что ли? Парень, брат, отец? Кто ты?!

Ага, не работает она, а в профиле написано совсем другое.

Однако Грод разозлился и стукнул кулаком по барной стойке.

– Ты перегибаешь, Вира… нэйла… Я твой Босс, а ты еще и так себя безобразно ведешь перед Бароном. Мало того, что портишь свою репутацию, так еще и мою очерняешь. Думаешь, что охмуришь его, и тебе все сойдет с рук? Что он станет бегать за тобой, как твоя очередная собачонка? Хех, подруга… Ты не знаешь ничего о нашем Бароне…

Но Вира, не выпуская меня из своих пылких объятий, легко проронила:

– Что он Дракон? Это уже не тайна…

Грод погасил в себе злобу, расслабив взор, и, принявшись усердно полировать бокалы полотенцем, спокойно позвал:

– Злата… Прими, пожалуйста, заказ.

Мое сердце подскочило, да так, что даже Вира почувствовала это и отстранилась. Я же, учуяв сладкие родные ароматы, посмотрел в сторону, откуда вышли мои девочки. Они были восхитительны. Грациозными походками, зеркаля друг друга и держась за руки, они плавно шли ко мне. Охотничьи костюмчики у них были прежними, однако уровни их были под восьмисотые, что впечатляло.

Подойдя к нам, девчонки сначала обошли с двух сторон Виру, презрительно разглядывая ту с ног до головы, а затем, когда между нами оставался лишь метр, радостно завизжав, напрыгнули на меня. О, как же я был рад и счастлив видеть своих лапочек: мои любимые.

Девушки прижались ко мне с двух сторон и впились своими ртами в мой в тройном поцелуе. И целую минуту они ластились и ласкали меня на глазах заревновавшей Виры, а после сногсшибательные девушки потянули меня за руки прочь, попутно показывая языки охреневающей волчице. И они увели меня в сторону бани, где уже, проявив свои истинные частично львиные черты, более часа восполняли накопившуюся за год необходимую нужду в самце. В сильном самце. И то по очереди, то вместе с разных сторон безостановочно требовали к себе физического внимания с моей стороны.

Завели они меня не на шутку, поэтому лично я остался неудовлетворенным: в основном им хватало по две-три минуты интенсивного порева, но они быстро приходили в себя и вновь инициативно прижимались ко мне, ненасытно желая и упорно требуя еще моего поступления внутрь их тел, поэтому из-за частой смены их позиций и них самих я лишь в пал в пущий раж, что привело к противоположному итогу – я не смог расслабиться. Даже после всего этого головокружительного взрыва нежной похоти, когда я уже хотел было помыться в душе, а они обе встали передо мной на колени, перенапряжение не сошло. А ведь два их ротика – это нечто фантастическое.

Но, по крайней мере, они сами умаялись и были счастливы своим опустошениям, поэтому, пошатываясь, свалили из таверны Грода, походу, забыв мне передать то, зачем они вообще приходили. А они точно должны были передать мне какое-то сообщение. Даже немного стало смешно от этого: пришли такие важные, а увидев меня, забыли обо всем, потрахались да и, держась за ручки, радостно ушли.

Я помылся, оделся в Дорогую Одежду и вышел в зал таверны. Вира одиноко сидела за одним из столов и злобно смотрела на главный вход. По-видимому, она так проводила спины Златы с Миллой, что с минуту назад прошли мимо нее.

Я подошел к хмыкающему Гроду и поинтересовался, где дочь Герцога Эргио. Однако Грод, посмотрев на меня с интересом, с ехидством ответил, что ни гоблинов, ни черногривой у него не было.

Ну, мать! Гребаные гоблины! Не дошли! Что там могло произойти?!

Сказав Гроду, чтоб наготовил еды, я в два портальных прыжка оказался в подземном зале, застигнув ровные строи гоблинов, разбитых по четким квадратам групп. Подобное уже не застигло меня врасплох, так как я давно понял, что Гоблины Дайра не такие, как принято думать у нас на Земле. Тут эти чудики были вышколенные, представляя из себя профессиональную армию, я бы даже сказал – спартанцев. Но это если не брать в счет их дикие обряды и ритуалы, что как раз возвращают их к нормальными, в моем понимании, гоблинам, к таким, какими они и должны быть: ну, как Гриз, к примеру, чутка долбанутым. Нет же, эти прям молчаливые воители, элита. Правда, если рта своего не открывают и не начинают балакать матершиной.

Эмлин стояла с Кардал, с Пятой, которая ткнулась в меня носом, но Шестой, Мидоны, которая повела Лизаю, дочь Герцога, тут не было. Я даже прошел вдоль рядов гоблинов, разглядывая всех присутствующих. Эмлин увидела меня и, направившись на встречу, спросила:

– Что случилось, Хуё Херврох? Выглядишь не очень…

– Где Мидона? Она должна была отвести черноволосую девушку до… – Я осекся, осознав, что не принял во внимание все возможные действия гоблинов: я дебил. Улыбнувшись Эмлин, я подхватил мелкую в объятья и, исполнив с ней долгий поцелуй, отпустил, после чего прыгнул в помещение, в котором нашел рыжую. Проверив, что гоблины продолжают там стоять истуканами, телепортировался к воротам перед Хутором.

Я ожидал увидеть все что угодно: горы трупов у ворот, по которым гоблины взбираются, чтобы перебраться через стены, или их ощетинившееся кольцо, отбивающееся от полчищ стражи, так как гоблины вдруг решили выполнить мой приказ, доставить девушку любой ценой, или то, что они оккупируют ближайшее к хутору здание или тупо разобьют лагерь перед воротами, ожидая, когда их все же впустят. Но нет, ничего такого и вовсе не было, а стражники лишь развили руками: они тут гоблинов даже рядом не видели.

Да что же могло случиться? Они вышли через туннель в винном баре, там могла быть стража. Но даже если бы их сначала арестовали, то уже должны были отпустить: я же Элону сказал, что гоблины свои. На уме были лишь тяжелые мысли: кто-то их похитил. А мне чрезвычайно важно спасти Лизаю. Это сейчас первостепенная задача: от этого зависит жизнь Инны. Конечно, если она пройдет еще тестирование. Но я должен! Обязан делать то, что в моих силах, чтобы сохранить как можно больше жизней.

Я прибыл к винному бару, что изначально строился под мои нужды, для моих избранных встреч, чтобы красиво, прямо в центре города, сидеть на крыше в комфорте и оказывать нужное впечатление на гостей. Он должен был стать моим излюбленным местечком, но почему-то он вдруг стал открыт для посещения всем желающим, превратившись не в приватный или для избранных клуб, а в обыкновенный, хотя и крутой бар-ресторан. И название ему надо сменить, а то Винный Дом звучит по-простецки.

Впрочем, мои мысли были заняты другим, так как первый этаж был разнесен к хренам: стен не было, здание стояло лишь на колоннах. Я увидел грустного работника, которого я вчера посылал за управляющим баром, что сейчас сидел на каменных обломках, и подошел к нему. Окликнув находящегося в прострации мужичка, я кинул ему пару золотых, которые он не стал даже ловить, и те упали к нему на штаны. Он тупо и огорченно уставился на них, а я спросил:

– Это гоблины вчера тут все разнесли?

Когда мужичок услышал про гоблинов, ему поплохело. Он даже за сердце схватился, однако в сердцах воскликнул праведным гневом, полным грубой экспрессией:

– Гребаные Звери! Чтоб им КаГу Рэй факелов напихал! Не дави, а! Я, блядь, четыре месяца тут работал, такой дизайн делал! Сама Арма восхищена была! А эти шакалы… Ээх…

И хоть это никак и ни на что не влияло, я кинул ему еще пару монет и уточнил:

– Что произошло? Куда они делись?

Мужик недобро посмотрел на меня и узнал. Он насупился и прошипел:

– Так это ты?.. Устроил вчера тут нам полный шмон… И гоблинов выкурил из подвала… Это тыыы….

Что я? Я так и не узнаю, так как, обрывая его скрежетание зубами, сказал ему:

– Я Барон Варкайт Анри Урэ, и это мое заведение.

Мужик хоть и осекся, решив лучше прикусить язык, однако смотреть волком на меня не перестал. Я же, убедившись, что он теперь внимателен, опять спросил:

– Где гоблины?

Но он замкнулся, не желая более говорить со мной, и я вздохнул.

– Слушай. Для меня этот бар не менее важен. Я обязательно его отстрою, и он будет даже лучше, чем изначально. Вот, лови компенсацию. Но мне действительно сейчас важно узнать, где гоблины.

Говорить о том, что я готов его пытать, я не стал, так как после сотни золотых мужичок проскрипел:

– Хорошо… Этого достаточно, чтоб свалить из этого гребаного сумасшедшего города, где никто не уважает ни чужие права, ни чужой труд. Твои гоблины устроили погром, сцепившись со стражей. Но их было мало, так что те просто разнесли первый этаж, а затем тупо сдались. Будто они в отместку от злобы решили насолить. Но кому?! Мне?! За что? Мать их…

Последние вопросы он адресовал в потолок второго этажа, вопрошая высшие сущности. Я же оглядел площадь за своей спиной, соображая, в какое отделение их забрали. И почему их до сих пор тогда не отпустили?

Пришлось побегать, изучая другие области города, в поисках западного отделения Стражи. Я отыскал его минут через десять, однако и там меня обломали, сказав, что гоблинов нет. Но! Они были. А это уже след.

Мне сообщили, что еще до указания Капитана Элона Барки, что все гоблины наши союзники и граждане города, явился Судья Вакиса и всех забрал под свою ответственность.

Судья Исай Руан'Фар был направлен к нам Службой Судей Вакиса, чтобы контролировать нашу приверженность Вакису: не дай Бог, мы станем огромными и выйдем из-под контроля Власти Вакиса. А еще я знал, что в северо-восточном Герцогстве Арун'Дэн есть Баронство Раун'Фар, но это к слову. И зачем Судья забрал моих гоблинов?

Пришлось ломануться к дому Судьи, что располагался почти рядом с моим особняком на первой линии у озера.

У этого особого человека была собственная Стража, подчиняющаяся лично ему, так как являлась Гвардией Вакиса, служащей только Судьям. И я ожидал, что она будет окружать его особняк, но он оказался неохраняемым. А войдя во двор через раскрытые врата, обнаружил, что и внутри нет никого. Судья спешно покинул свой пост. Я зашел в его красивый трехэтажный дом, что оказался абсолютно пуст, и было видно, что собирались в спешке. Зачем вообще назначенному Судье бежать?

Я прошелся по всем комнатам всех этажей и спустился в подвал. Там я обнаружил аккуратно припрятанные трупы гоблинов, 11 тел, среди которых сразу узнал двоих, что были с Лизаей, когда она уходила. Но Королицы не было. Значит, Лизая и Мидона понадобились Судье живыми.

Я телепортировался к Эмлин, сообщив об убитых и пропаже Мидоны, но та лишь кивнула на это, тотчас забыв об их существовании, зато накинулась на меня с пылким поцелуем. И через минуту, насилу ее оторвав от себя, я был уже у Грода. Поржав про себя над Гризом, который расхаживал героем, выпятив грудь колесом, и рассказывал уже появляющимся засоням, какой он гигант, сразивший своим копьем дракона, я расспросил Грода и Виру о Судье Исайе Руан'Фар. Волчица, видя мое заведенное и отрешенное из-за концентрации состояние, проглотила свою накопленную мстительную на меня обиду, а натворить она в отместку могла что угодно, однако проницательная и умная Вира решила, что будет лучше отступить с личными претензиями и сейчас помочь мне. Она, правда, все равно пыталась дать мне успокоение своими тактильными действиями, но не перегибала с их напористостью, и в конечном итоге это все же сработало в ее пользу: я оценил ее участливое внимание, такая мягкость мне приятна. Все же Женское Внимание и Поддержка для мужчин очень важна.

И в целом из самого важного, если отбросить ненужное, я узнал, что Судья прибыл недавно, с месяц назад, что он был дядей Барона Руан'Фар, и самым интересным было то, что вся его Личная Стража состояла из девушек, всех очень разных. И очень странных, так как те были неразговорчивы, да и в целом походили на кукол, все время смотрящих перед собой в точку. У него в страже их было десяток, но это не точно.

Взяв еды, я ушел в Подпространство. Кивнув молчаливому, но заинтересованному продолжением моих приключений личу, я отнес еды Томбару, затем Жантигу, причем освободив того из подвешенного состояния, и заглянул к управляющему моим винным баром.

Толстоватый мужик, увидев меня, сначала от неожиданности схватился за сердце, но затем упал мне в ноги и очень долго признавался во всех грехах, думая, что я дьявол, который пришел в этот ад тьмы судить его. Я молча выслушал его, пытаясь разобрать его слитые слова в единую конструкцию, исковерканную умоляющим нытьем, поняв лишь то, что мужик он простой, работал на совесть и только по разрешению самого Грода делал бизнес, чтобы зарабатывать для Барона, пока тот не явится. Бар был открыт для всех, но вино Барона никто не трогал, и как только бы Барон появился в Варкайте, Бар бы закрылся на частное обслуживание.

В принципе, в этом логика была, да и приватной зоной была лишь крыша, однако меня смущал один момент, о котором я грубо и спросил:

– Жантиг: почему ты позволял пользоваться ему секретным проходом?

Мужик зарыдал пуще прежнего:

– Милорд! Не ка-казни! Я-я-я не знал! Он просто однажды пришел и предложил, что бу-будет платить ба-бару за то, что просто бу-будет пользоваться тем прохо-ходом. Месье Г-грод изначально меня ввел в ку-курс, что там-там туннель. Но-но ничего не пояс-снил, а я поду-думал: раз Месье Жантиг, не последний чело-ловек в го-городе, знает об этом, так, значит, и надо. А м-мое дело-ло молчать, ведь Месье Грод так и сказал…

Что же: ответ получен, ответ искренен, и решать его судьбу теперь буду не я. Я потрепал мужика по залысине среди длинных седых волос и перенесся вмести с ним в таверну. Он так и стоял передо мной на коленях и, очутившись в новой обстановке, испуганно заозирался по залу таверны. Однако, когда мужик наткнулся на заинтересованное лицо Грода, который подался вперед через столешницу барной стойки, чтобы взглянуть на того, кого я притащил, мужик побледнел, испытав намного больший страх, даже чем от заточения у меня во тьме.

Я быстро и четко поведал ситуацию Гроду, так как это его работник и ему решать, что с ним делать, и наконец отправился к Рыжей.

Даника Вьюг сидела на кровати из жидкой тьмы, поджав к груди колени, и плаксиво пялилась в пустую черноту пространства перед собой. Но стоило мне появиться рядом, как она подскочила и поспешно слезла с постели, отчего, когда ее стопы коснулись пола, ее кофта, собравшаяся к копчику девушки и оттянутая краем ложа, задралась почти до талии и показала, что на девушке нет нижнего белья, лишь рыжая узкая дорожка из волосиков. Возможно, она сделала это специально, а возможно, что она и правда запаниковала, не зная, что ей делать, так как следующим ее телодвижением было обратное поползновение на кровать. Однако, когда она вновь сжалась комочком, но уже бочком ко мне, воплощая в своей позе страх, ее прижатые к груди колени открыли мне полный вид на ее широкую попу. У Даники был широкий таз с широко расставленными бедрами, которые сходятся вместе лишь коленями, а меж выступающих тугих широких ягодиц амазонки горел испеченный пирожочек, так как он сильно контрастировал своим красным цветом со всеми остальными частями тела, да и его выпирающая форма была схожа с пирожочком.

И он внешне был очень сладким, и я надеюсь, что и на вкус он тоже будет изумителен: прямо божественный персик из китайских легенд о короле обезьян. Я обязательно должен вкусить его!

Я хрустнул шеей, сгоняя первые признаки Сагхил. Понятно, чего это она испугалась меня и запрыгнула обратно: я втянул удлиненные зубы и виновато поджал губы. И Даника, увидев мое молчаливое извинение, а я, подойдя к ее кровати вплотную, старался не пялиться на обнаженные широкие бедра и мощную широкую попу, тотчас тоненько и жалобно попросила:

– Ты же меня выпустишь отсюда? Прошу… Я клянусь – я не сбегу и буду выполнять все-все-все, что ты скажешь… выпусти, пожалуйста…

Ну разве я Монстр? Знала бы она, как я корю себя за совершенное с ней: отправил в темницу, в непонятное место, одну, даже если этого и требовали обстоятельства. А ее трясло, но она стоически перебарывала свой страх, четко думая и не давая панике взять над собой верх: сильная девушка. Я протянул ей руку ладонью вверх, показывая, что в ней ничего нет, и что меня нечего бояться, и чтобы она сама прикоснулась ко мне. Даника неуверенно потянулась пальцами руки к моей кисти. И как только она коснулась, я перенес нас в Дайра, а из зала сразу прыгнул с ней в свою комнату.